Изгой

Я Регина, жертва серых хрущёвок. Спускаясь по бетонным лестницам я смотрю на свои грязные кеды. Из них начали выпадать нитки, но мне было совершенно без разницы. Я надела в этот раз свитер и тёмные штаны и направилась к дому одного моего друга. *** Утро. Из-за холодного ветра мои плечи дрожали. Скинув одеяло, босыми ногами я направилась к ванной. На обшарпанной плитке висело старое зеркало. Плитка возле него уже пожелтела. Серое лицо с зелёно-серыми глазами всматривалось ,ища красоту, хотя красота- это глупость. Я подняла левую руку и синие ниточки были хорошо видны в этом тусклом свете дешёвой лампы. Оглянувшись я увидела старую ванную ничем не отличающейся от ванной из других дней моей жизни. Вода быстро стекала по моим пальцам, била ногти и бежала между пальцев. Что сказать в этот момент? Ничего. Лишь молчание. Снова одела тот свитер. *** Плакат уже мёртвого кумира и мои бесчувственные глаза никак не могли быть вместе. Но я мечтала, надеялась. Лишь встав я достала пачку сигарет и вышла из комнаты. Но меня отдёрнул крик матери: «Эй! Принеси пива!» «Ты и так уже напилась, что встать не можешь!» В ответ раздались только стоны матери, которая не могла даже дотянуться до пульта, чтобы выключить помехи телевизора. *** Мы бедная семья. Мама меня родила, когда ещё всё было хорошо. У меня был отец. Тот верный, добрый и вечноулыбающийся человек. Те светлые солнечные дни. Но потом нашлась пухлогубая фифа и отец ушёл к ней ,оставив нас с матерью. От горя ей стало плохо и она начала злоупотреблять алкоголем. Раньше она была стройной красавицей с длинными вьющимися волосами. Но сейчас она перестала быть похожей на мою прежнюю мать. Мы жили бедно из-за того, что моя мать не работала. Раньше она была в компании, где директор был мой отец. Да, как вы могли подумать, та фифа это его секретарша. Всё было логично. Моя мать пообещала даже не разговаривать с отцом, но удержаться на этой работе. Хоть на какой-нибудь должности, но он всё равно её уволил. Из-за того, что отец важный человек и у него вокруг связи, мать не могла устроиться ни на какую работу. Она отчаялась. Я пыталась её поддержать. На последние деньги нанять психологу, чтобы он помог ей. Ни на самого дешёвого, ни на качественного специалиста не было денег. Одни просто никак не помогали, другие хвастались занебесными ценами. Так я и осталась в серых стенах, с больной мамой, бутылками в углах, с имуществом, которым была пачка сигарет и старый порванный свитер. Если вы посчитаете, что мы были до развода родителей богачами, то нет. Потому что отец взял всё себе, наняв хорошего адвоката. Мы теперь жили в квартире покойной бабушки. Вот так я живу. А сейчас я вышла из подъезда и опять взглянула на тот грязный воздух, алкашей спящих на лавке, маленьких детей на площадке и на старую бабушку Валю, на нашу соседку: -Здравствуй, Регина. Как мать?» -Здрасьте. Вобщемто как всегда…» Моя пачка выпала из кармана. «АХ! Ты опять за своё, маленькая засранка. Так ведь себе все лёгкие загубишь. Что мать, что ты!» «Извините… Привычка…» «Привычка, привычка! У моего сына тоже привычка! Я ведь волнуюсь за тебя!» Последние слова я слышала плохо так как уже шла в тот тёмный переулок…