Раздражаешь

Это не может быть правдой. Вот серьезно — ни за что не может. — …так что будешь работать над делом вместе с ним и, если все пойдет гладко, — сказал капитан, посвящая его в подробности недавно появившейся пытки, — он будет приписан к тебе на постоянной основе. Гэвин Рид… Нет-нет, нихера подобного, детектив Гэвин Рид: у него было звание, и он был готов воспользоваться им, стоя в офисе Фаулера и уставившись на начальника с выражением полного недоумения на лице. Пластиковая кукла стояла рядом с высоко поднятой головой, заведя руки за спину, и являла собой картину притворной покорности. — Ебануться, да вы угораете, — не раздумывая ответил Гэвин. Он оглянулся, посмеиваясь. — И где камеры? Вас Персон на это надоумил? — блядь, погодите. — Идея Андерсона, да? — он вынес вердикт, постукивая пальцем по виску. — Этот ебаный алкаш вбил себе в голову, что должен насолить мне… Капитан Фаулер выдохнул, качая головой. — Это не шутка, Рид, — произнес он, указывая на Коннора… Нет, стойте. Это был не Коннор. — Знакомься — РК900. Твой новый напарник. Слова обрели смысл не сразу. РК900 шагнул вперед, протягивая руку. — Рад нашей встрече, детектив Рид, — безмятежно сказала эта штука, и да, блядь, это точно был не Коннор. Этот был выше, больше, голос у него звучал льстиво и куда менее тепло. Он моргнул своими светло-голубыми глазами и склонил голову, ожидая, что Гэвин пожмет руку в ответ. — С нетерпением жду начала нашей совместной работы. Гэвин глянул на Фаулера, но тот только покачал головой. Вот же блядство. РК900 продолжал выжидающе наблюдать за ним. Гэвин направился к выходу, оставив руку андроида висеть в воздухе. — Даже нахуй не рассчитывай на это! — прогремел он и ушел, прежде чем получил на это разрешение.

***

Три недели спустя Гэвин обнаружил себя глубоко погрязшим в своем собственном аду. Оказалось, увольнение не было хорошим вариантом, когда показатели трудоустройства были настолько хреновыми. Гэвин честно попытался уволиться; блядь, да он даже письмо написал и все такое, но… Может, он ненавидел поиск работы больше, чем андроидов. Какая разница. Это не имело никакого ебаного значения. У его личного ада было лицо. У него был голос и, черт возьми, неповторимый способ доебывать его изо дня в день. Сегодняшний день сочетал в себе все, что только можно было. Точнее говоря, вид гребаного андроида за его столом, успевшего зайти в его компьютер и занимающимся одному богу известно чем, стал первым, что увидел Гэвин с утра. Он швырнул свою сумку на стол. — А ну съебал с моего места, робот, — выплюнул Гэвин, вкладывая в голос столько агрессии, сколько мог. РК900, этот крысиный хуй, не соизволил даже пошевелиться. Вместо этого андроид закончил печатать то, над чем бы он там ни работал, и посмотрел на него, приподняв свою идеальную бровь. — Доброе утро, детектив Рид, — сказал он своим низким холодным голосом: идеально модулированным, идеально механическим. — Снова опаздываете. Гэвин оскалился. Теперь на них смотрел почти весь участок, и, зная их, они ожидали очередной публичной перебранки. Быстро оглядевшись, он понял, что даже Фаулер заинтересовался, и теперь пялился на них из своей стеклянной коробки сукача. Сука. Если он разойдется, то снова может получить выговор. Он склонился ниже, влезая лицом в личное пространство андроида. — Ты меня не расслышал? — прошипел он, сощурив глаза. — Я сказал, чтобы ты съебал с моего места, робот. РК900 лениво моргнул, и Гэвин не был уверен в том, что выбесило его больше: тот факт, что блядское глупое личико Коннора стало его кошмаром во плоти, или то, что когда дело дошло до послушных напарников-андроидов, ему досталась палочка с коротким концом. — О, разумеется, — пробормотал андроид, тут же продолжив печатать. — Буду только рад освободить ваш стол, как только закончу печатать отчет по последнему делу, — его холодные голубые глаза на секунду метнулись на Гэвина, и в их глубине блеснуло что-то нечитаемое. — Я решил, что возьму на себя смелость написать его самостоятельно, раз вы в очередной раз ужасно проспали, вынуждая нас отстать от графика. Ему не следовало продолжать настаивать. Это осталось невысказанным, но не незамеченным. Гэвин продолжал крошить себе зубы, пока ладонь сжималась в кулак. Но участок наблюдал за ними. Фаулер, мудила, каким он был, наблюдал за ним. Гэвин втянул воздух и ослабил кулак, с горечью наблюдая за тем, как андроид счастливо продолжал печатать за его столом. — Какой же ты все таки хуй, — пробормотал он, оставляя свою сумку и разворачиваясь на пятках. — Этой херне лучше быть готовой в течении следующих пяти минут, а иначе ты окажешься на свалке. Блядство, это было отвратительным способом сохранить лицо. Гэвин смотрел ровно вперед, игнорируя всех, кто наблюдал за ним, пока он пересекал офис и направлялся к коридору, который вел к уборным и комнатам для допроса. Гребаный Андерсон и его прихвостень продолжали общаться, обкашливая произошедшее. Гэвин вошел в туалет, захлопнув за собой дверь. Пошли они нахуй. Пошли нахуй они и все остальные в этом участке. Он пронесся к зеркалу, едва ли проверяя, был ли здесь кто-то еще, прежде чем ударить по кирпичу возле стекла. Боль растеклась по руке, но его это совсем не волновало. Он представил, как с такой же силой врезал бы этому блядскому андроиду. Стоило того. Сделать эти мысли материальными стоило бы всей боли в мире. Гребаный самодовольный засранец. Он даже не посмотрел на него, когда Гэвин уходил: только продолжил печатать, будто его здесь и не было. Точно так же, как на заданиях. Гэвин был выше по званию. Боже, у него даже этот идиотский значок был, и все еще какой-то робот мог выплясывать перед ним, рявкая приказы, уточняя подробности, делая его чертову работу… Дверь уборной открылась, и Гэвин даже не удосужился развернуться, прежде чем крикнуть: — Воспользуйся ебучим женским! Но шаги продолжали звучать, а дверь закрылась за спиной какой бы то ни было сволочи, у которой хватало смелости игнорировать его, и Гэвин, скалясь, развернулся на пятках, готовый впиться в нее, только чтобы перед его глазами предстал последний человек — последняя вещь, — которую ему хотелось видеть. РК900 стоял перед ним так спокойно, как только мог, с безжизненным и педантичным выражением на лице. — Я пришел сюда не для того, чтобы справлять нужду, — вежливо заметил он, — так что уходить в другую уборную было бы бессмысленно. А он только об этом и парился, да? Заниматься не бессмысленным дерьмом, быть эффективным, заканчивать работу так быстро, как это возможно, вне зависимости от того, с кем он должен был работать плечом к плечу. В подчинении. Гэвин воспротивился желанию отправить кулак в полет; это бы только оставило его со сломанной рукой и выговором. Вместо этого ему пришлось вдохнуть жгучий воздух и уставиться на андроида, который продолжал рушить его ебаную жизнь, пока тот не решился что-то сказать. Ему понадобилось куда больше времени, чем следовало. — Я привел вас в ярость, — прямо заявил РК900, оценивая и анализируя его своими холодными голубыми глазами. — Охуеть, правда? — тут же ощетинился Гэвин. РК900 моргнул пару раз, склоняя голову на бок, на что Гэвин усмехнулся. Он уже замечал, как робот Андерсона делал то же самое, когда у него возникали проблемы с пониманием. Та же модель, те же причуды, вот только Гэвин считал своего партнера на порядок менее дружелюбным, чем у Хэнка. Не то чтобы ему не было насрать. Абсолютно. — Если вас не устраивает, что я пользуюсь столом в ваше отсутсвие, может, вы могли бы ускорить мой запрос на собственное рабочее место… — Ты правда думаешь, что дело в ебаном столе? — прервал его Гэвин, издав мерзкий смешок. — Боже, сколько денег они в тебя вбухали? Ты, блядь, даже не знаешь, насколько раздражаешь. Желтая вспышка приковала внимание Гэвина к виску андроида. — Я пытаюсь понять вашу неспособность отставить в сторону личную неприязнь ко мне для выполнения общей работы, — проговорил РК900. Он выглядел почти озадаченным, раздраженным тем, что не мог разобраться. — С вашей стороны крайне непрофессионально позволять чувствам влиять на наше сотрудничество. Гэвин на шаг приблизился к роботу, чувствуя абсолютную ненависть из-за того, насколько тот был выше. Насколько, сравнивая их, он был больше в целом. РК900 был громоздким и мускулистым, солдатом, созданным для выполнения указаний вместо надежного мелкого подхалима, каким был его предшественник. Но Гэвин не позволил запугать себя этим. Он обнажил свои зубы и посмотрел со всей суровостью, встречаясь с этими ледяными глазами на равных, насколько это было возможно. — Дерьмово быть тобой, — сказал Гэвин, — потому что мне похуй, что ты там обо мне думаешь. Пауза. — Я готов принять любые меры, чтобы улучшить наши рабочие взаимоотношения, детектив, — спокойно заявил РК900, скрещивая руки в манере, которая заставляла его выглядеть высокомерным и скучающим. Гэвин ненавидел эту штуку. Ненавидел все, что касалось ее. — Возможно, вам следует сообщить, чего вы хотите от меня. Я приложу все усилия, чтобы выполнить поставленную задачу. — О, правда? — он ехидно усмехнулся, точно так же скрещивая руки, показывая, как сильно ему было насрать. — Прям че угодно сделаешь? РК900 приподнял свою идеальную бровь. — Именно это я и сказал, — ответил он. — У меня нет привычки говорить что-либо, не имея этого в виду. Не люблю тратить время впустую. «Как это делаете вы», — осталось невысказанным. Прямо как любой другой человек в этом месте, который вставал на пути выполнения его задачи. — Отлично. Тогда читай по губам, — сказал Гэвин, проговаривая каждое слово с особым усердием. — Единственное, чем ты можешь помочь, так это встать на свои блядские колени и отсосать мне, механический ты урод. Пауза. На мгновение диод на виске андроида закрутился желтым, после чего вновь голубым. — Это то, чего вы хотите от меня? — изумился он, склоняя голову. — А похоже, чтобы я запнулся? — прорычал Гэвин. — Хорошо. Гэвин нахмурился. — Хорошо? — пробормотал он, с усмешкой уставившись на андроида. — Что значит «хорошо»? Вместо ответа РК900 опустился на колени и положил руки на ремень Гэвина. — В-воу! — выпалил Гэвин, слегка запнувшись, когда острый край раковины коснулся поясницы. Он облокотился на стойку и попытался проконтролировать громкость, с которой говорил. — Какого хуя ты творишь?! В ответ РК900 только моргнул. Моргнул и продолжил стоять на своих чертовых коленях. — Что? — спросил робот, наклоняя голову. Он и не думал выглядеть смущенным тем, в какую ситуацию поставил себя. — Вы потребовали оральный секс. Хотите поменять свое решение? — Поменять свое… Ебаный бог, ты правда хочешь отсосать мне? — Гэвин издал панический смешок, ненавидя себя за то, как на это реагировал его член. Дерьмо, а если андроид и правда хотел? Разве сейчас у них не было свободной воли? Могли ли они жаждать человека? РК900 только пожал плечами и продолжил терпеливо смотреть на него. Его кисти все еще лежали на ремне Гэвина, удерживаемые на месте чужими руками. — Если это улучшит наши отношения, — рассудил он, склоняя голову на сторону. Он… блядь, он провел языком по своим губам, глядя на него из под полузакрытых век, и сердце Гэвина зашлось в бешеном ритме. — Разумеется. Я хочу отсосать вам. Он возбуждался. Возбуждался от взгляда на андроида, мыслей об этом, и чужой пристальный взгляд нисколько ему не помогал. Гэвин чуть сдвинулся, глядя вперед — прямо поверх головы РК900. Эти холодные, прекрасные руки под его собственными начали двигаться, и Гэвин… даже не попытался остановить их. — Кто-нибудь зайдет сюда и увидит нас, — предупредил он, резко вдыхая, когда РК900 с легкостью расстегнул ремень. Голубые глаза теперь были прикованы к поставленной задаче — андроид игнорировал его тело, занятый лишь извлечением его члена наружу. — Никто не войдет, — тихо сообщил андроид, пристально уставившись на его полувозбужденный член, который дернулся под этим внимательным взглядом. — Ваши вспышки раздражения хорошо известны, и они будут избегать этой уборной до тех пор, пока не увидят, как вы ее покидаете. — Ты такой редкостный засранец, — пробормотал Гэвин и, несмотря ни на что, его голос понизился на октаву. Эти блядские идеальные руки теперь поглаживали его, заставляя окончательно затвердеть. — Сраный ублюдок. Знаешь, как сильно я тебя ненавижу? — Могу предположить… — РК900 замолчал, как только Гэвин прорычал и запустил руку в его волосы. — Даже слышать твой ебаный голос не хочу, — прошипел Гэвин, толкая РК900 вперед, пока его губы не коснулись головки. — Сказал, что хочешь мой член? Что ж, принимайся за работу. На секунду ледяной взгляд РК900 встретился с его собственным. Диод закрутился желтым, и вскоре вновь вернулся к голубому. Когда он тягуче, мучительно медленно открыл рот, Гэвин взял его за подбородок, заглядывая внутрь и усмехаясь. Там было влажно от какой-то разновидности андроидной слюны. — Отлично, — прошептал он, проталкивая член дальше без какого-либо предупреждения. — Теперь соси. Нахмурив брови, РК900 попытался в точности следовать инструкции. Получилось довольно неуклюже, слегка неряшливо. Однако, когда андроид нашел наилучший способ удовлетворить его, Гэвин дернулся и издал короткий стон. Язык андроида оказался более текстурированным, чем человеческий, слюна казалась плотной, почти вязкой, грубо окутывая головку. Гэвин выругался и толкнулся бедрами, входя глубже в глотку. Тот факт, что ему не нужно было волноваться о комфорте или вежливости с кем-то вроде РК900, слегка заводил. — О да, тебе такое нравится? — спросил он, и его голос прозвучал хрипло и шероховато. Волосы РК900 между пальцев были похожи на шелк, а горло было настоящим благословением. — Ты просто шлюха. Пришел сюда и упал передо мной на колени, только чтобы заслужить мое расположение? Стоило сделать тебя моделью для секса, — он усмехнулся, прислоняясь щекой к плечу, когда волна наслаждения прокатилась по телу. — Ты бы прекрасно вписался в бордель. РК900 не выглядел так, будто ему хотелось отвечать. Он продолжал сосать, втягивая щеки и подаваясь навстречу; руками он сжимал бедра Гэвина, опираясь на них и позволяя ему свободно проникать в рот. Блядь, он мог взять так глубоко. Так глубоко, как Гэвину всегда хотелось. — Могу поспорить, ты хочешь, чтобы я выебал тебя в самую глотку, — он задыхался, его кожа покрылась испариной, когда он ускорился. — Чтобы я заполнил ее своей спермой… На мгновение диод мигнул желтым. Должно быть, сигнал, что что-то приближалось, но у Гэвина не было времени на анализ. Как только он вернулся к голубому, РК900 тут же пропустил член глубже в горло, утыкаясь носом в лобковую кость. Гэвин издал задушенный вздох, сгибаясь над головой андроида. Это… Это чертово горло… Боже правый. Оно… Оно… Массажировало его член. — Блядь, блядь, Р… РК… Найнс, — он прохрипел, сжимая волосы андроида так сильно, как только мог, чтобы удержаться от падения. Холодные голубые глаза все еще наблюдали за ним, проводя ебаный анализ, что же именно вызвало подобную реакцию, и массажирующие, волнующие движения в глотке усилились, доводя Гэвина до предела со сдавленным немым воем. Оргазм настиг его так быстро, что он едва заметил его приближение… Гэвин кончил в рот РК900 и проскулил, когда тот выпил его до последней капли. — О, боже-боже-боже, это слишком, — запнулся он, когда движения продолжились. Блядь, боже, вау. Он рывком потянул РК900 за волосы, оттягивая до тех пор, пока его член не выпал изо рта. Вязкая тягучая слюна соединяла его с губами андроида, пока, наконец, не оборвалась. В комнате повисла тишина, не считая звуки того, как Гэвин сходил с ума. Сильные руки продолжали держать его за бедра, и были единственным, что останавливало его от того, чтобы свалиться на пол перед андроидом. В тяжелом дыхании Гэвина пробивались хрипы, пока он изо всех сил пытался его восстановить. Ради всего святого. Ради всего, блядь, святого. Он запрокинул голову и провел пальцами сквозь волосы РК900, вглядываясь в заляпанный водой потолок в поисках здравого смысла, который навсегда был потерян. Он только что спустил в горло самой дорогой модели андроида из ныне существующих. В каком-то плане он гадал, считалось ли это достижением. В другом представлял, сможет ли вернуться на рабочее место, не свалившись на пол. — Вы назвали меня Найнс. Гэвин моргнул, переведя взгляд ниже и уставившись на глядевшего на него андроида. Он и правда испортил его безупречную укладку. — Чего? — ему удалось выдавить из себя ворчливое замечание, растянутое и невнятное. Твою ж, ему нравилось, как теперь выглядел робот. Куда лучше обычного — когда тот строил из себя занозу в заднице. РК900 моргнул, едва ли не колеблясь, решая, стоит ли ему продолжать. Его губы приоткрылись, после чего сомкнулись снова, а глаза заметались в поиске слов, которые нельзя было подобрать. — Вы... назвали меня Найнсом, — повторил он, вглядываясь в Гэвина с таким любопытством, какое точно не должен был испытывать сразу после того, как мгновение назад его рот был заполнен членом. — Почему? Почему? Гэвин нахмурится. — Не знаю, — пробурчал он, неохотно заставляя себя отпустить обманчиво мягкие волосы РК900. Он отстранился и, когда андроид продолжил сверлить его взглядом, поспешил натянуть боксеры обратно. — Может, потому что запинаться, произнося его, не слишком сексуально? — Но это мое название. Гэвин закатил глаза, приковывая взгляд к отражению в зеркале и оценивая ущерб. На щеках определенно проступил румянец, а глаза все еще были слегка подернуты дымкой. — Ага, ну, — произнёс он, открывая кран, чтобы умыть лицо. — Оно довольно дерьмовое. РК900 стал в стороне от него, продолжая смотреть сквозь зеркало — всего секунду или две, после чего тут же отвлекся на собственное отражение и состояние волос. Быстрые пальцы зашевелились, исправляя наведенный Гэвином беспорядок. В отличие от человека, волосы были его худшей частью. Губы не покраснели и не опухли, а глаза оставались чистыми, в то время как у кого угодно заслезились бы. Он заметил, как Гэвин уставился на него, и тот быстро отвернулся, выключая воду и хватая пару бумажных полотенец, чтобы протереть лицо. Шершавой неровной поверхности не хватило, чтобы в голове прояснилось. Охренеть. Как это могло быть реальностью? — Вы достигли оргазма в четыре раза быстрее, чем среднестатистический мужчина в вашем возрасте, — ровно заметил РК900, нарушая тишину худшим из способов. — Хотя ваша сперма нормальной консистенции, я бы посоветовал вам добавить больше витамина C в рацион… В то же мгновение Гэвин бросил бумажное полотенце, набрасываясь на андроида и зажимая этот блядский рот руками, пока из него еще чего не вылетело. — Какого хера ты творишь? — крикнул он, и его голос отразился от покрытых плиткой стен и пола. Вот же дерьмо. Кто-то точно должен был услышать. Он огляделся, словно безумец, и лихорадочно, с горящим лицом, уставился на андроида. — Какого… Нахуя ты вообще это сказал? РК900 приподнял бровь и положил руки на запястья Гэвина, с легкостью убирая их. — Поскольку вы выглядели встревоженным тем, что только что произошло, я предположил, что разговор о медицинских деталях мог создать больничную атмосферу, способную привести вас в обычное состояние, — просто сказал он, сощуривая глаза, пока Гэвин продолжал глазеть. — Вы всегда эякулируете от такой короткой стимуляции или… — Ну ебануться, ты настоящий демон, — бессвязно проговорил Гэвин, шарахаясь от андроида и направляясь к двери. Блядь, зачем он это сделал? Что, если эта ебаная машина растрещит об этом на весь участок? О том, как сильно он хотел, чтобы эта штука отсосала ему? Это могло разрушить его… В момент, когда кисть Гэвина легла на дверную ручку, его с силой прижали к двери. Первым инстинктом было атаковать, ударить локтем в ребра, но РК900 знал об этом. Он знал каждую часть защитного протокола, которому был обучен Гэвин, и схватил его за запястья, удерживая до тех пор, пока тот больше не мог ничего сделать, кроме как дышать. Когда теплые мягкие губы коснулись уха, у Гэвина появились проблемы и с последним. — Кажется, вы недопонимаете природу моих вопросов, — тихо сказал андроид, не то чтобы вполголоса, но уже достаточно близко, и от этого Гэвина бросило в дрожь. — Очевидно, вам не нравится со мной работать, однако использование моего рта, кажется, удовлетворило вас. То, как он медлил с подбором слов, едва не заставило Гэвина возбудиться вновь. — К чему ты клонишь? — прошипел он, предпринимая символическую попытку освободиться, которая, он знал, никуда бы не привела. Блядь, этот андроид был силен. — Вы быстро достигли оргазма. Секс — довольно примитивная человеческая активность, но он улучшает связь между партнерами, — диод РК900 горел желтым достаточно ярко, чтобы его свет отражался на деревянной поверхности двери. — Периодическое совершение подобных актов не будет большой потерей времени, пока это улучшает нашу способность к эффективной совместной работе. Мозг Гэвина безуспешно пытался обработать полученную информацию, но, когда ему удалось сделать это, он едва не рассмеялся. Просто, нахуй, невероятно. — Так ты ебаться со мной хочешь, — перевел он для себя и дернулся достаточно сильно, чтобы РК900 отцепился от него. Он обернулся с презрительной усмешкой, которая не давала ему сойти с ума окончательно. РК900 наклонил голову и скрестил руки на груди. — Вы хотите ебаться со мной, — прямо заявил он. — Я отношусь к этой идее нейтрально. Если результат обеспечит нам улучшение рабочих отношений, то я могу рассмотреть это как возможный план действий. — А ты вообще можешь… — Гэвин даже не пытался скрыть свой интерес к телу РК900. Планировалось создать их настолько человекоподобными, насколько это было возможно, но были ли у него и эти части? — Могу заверить вас: несмотря на то, что мои задачи значительным образом отличаются от секс-моделей, я оснащен достаточным оборудованием, чтобы подобные действия были осуществимы. Ебаное сумасшествие. Тишина нарастала; Гэвин не знал, что сказать. Привычные колкие ответы застыли в горле, а мозг запинался, пытаясь понять, что только что произошло. РК900 опустил руки и, было видно, терпел он перед этим так долго, что это должно было считаться тратой времени. Если разговор был окончен, то у него наверняка были куда более важные дела. Например, завершение того чертового отчета. Гэвину оставалось только смотреть, когда тот двинулся вперед и отодвинул его от двери достаточно, чтобы открыть ее. Кратко обернувшись, он одарил Гэвина проницательной полуулыбкой. — Подумайте об этом, детектив Рид, — просто сказал он, оставляя его в туалете, придерживающим дверь. «Как будто у меня есть выбор», — подумал Гэвин, когда обнаружил себя неспособным отвести взгляд от задницы РК900, пока тот возвращался на место. Может, его личный ад только что стал чуть более детализированным. Блядь.