Давай возьмемся за руки?

Снежинки плавно падали с неба, ловко лавируя и выписывая всевозможные пируэты, фонари освещали оживленную улицу, а огни гирлянд мерцали яркими цветами, приветственно подмигивая прохожим. Час был поздний, но люди все равно заполонили улицы, бродя от одной лавки с согревающим кофе, до другой - с пряным глинтвейном. И лишь аристократично-бледный, худощавый парень ходил мрачнее тучи. Видать, мороз ему был не по душе - он все сильнее кутался в свой красный шерстяной шарф, бормоча себе под нос какие-то ругательства. - И вот скажи мне, на кой черт ты вытащил меня на улицу в такой мороз? - Откуда ты такой нежный взялся?! Вон, гляди, даже дети, и те в порядке! - в голосе красноволосого парня ясно читалось раздражение. Кажется, их перепалка продолжается не первый час. Как вы уже могли понять, парня с красными волосами звали Стейк, а его приятеля - Красное вино. Что же заставило их покинуть стены родного дома и выбраться на улицу? Да ничего особенного - Стейк обещал Вину веселую прогулку, а тот, клюнув на слова "неужели какой-то жалкий холод смог тебя напугать?", с легкостью повелся - и теперь, пожалуйста, жалуется на все, что только попадет ему на глаза: дети слишком громко кричат, снег слишком холодный, глинтвейн дорогой, а у людей вокруг совершенно отсутствуют манеры! - Слушай, если ты так хочешь идти, то пожалуйста, я тебя не держу! - не выдержал Стейк, взмахнув рукой и посылая в Вино легкий порыв холодного воздуха. - Ну наконец-то! Хмф, конечно же я уйду! - Дух развернулся спиной к товарищу и сделал показательно широкий шаг вперед, - всё! Я ухожу, и не смей меня останавливать! Останавливать его никто не собирался и тот, еще мгновение помедлив, обиженно сжал губы, начиная медленно брести в противоположную сторону. Как вдруг... ...Получил подлый удар в спину! Комок снега с легким шлепком ударился прямо в поясницу и мелкими осколками осыпался под ноги. - Это за твою слабость, - бросил Стейк, отряхивая голые ладони и, чуть помедлив, добавил, - и трусость. Провокация была очевидной - даже пятилетний ребенок бы прекрасно заметил подвох. Но не разозленный Вино, о-о-о, нет. В алых глазах вновь вспыхивает яростный огонь, и Дух тут же вновь разворачивается, мгновенно согреваясь и легким движением оттягивая шарф со рта. Чтобы лучше слышно было. - Да как ты... Да как тебе не стыдно - бить в спину! Невоспитанный-.. - в грудь врезается еще один нетерпеливый снежок, не дожидаясь окончания чужого монолога - и так лукаво-лукаво распался, будто насмехался над парнем. Это стало последней каплей. Он не собирался сложа руки терпеть все эти издевательства! Мягкий снег обжигает руки, но податливо ложится в ладонь, позволяя формировать из себя небольшой шарик - который тут же отправляется в полет и врезается прямиком в чужую макушку. Надо было видеть лицо Стейка в этот момент! "Да уж, этот грубиян получил по заслугам", - думает Вино и невольно расползается в улыбке, позволяя заливистому смеху слиться с гомоном толпы. Но не стоит ослаблять позиции! Увернувшись от нового снежка, Вино вновь потянулся за снегом, запуская очередной снаряд в соперника - тому и уворачиваться не особо надо, он будто железный - сколько не бей, а тому все ни по чем! Определенно, Красное Вино на такое не соглашался, так что начал лепить снежки с удвоенной скоростью, позволяя снегу врезаться в его спину, плечи, ноги - да хоть куда! Главное, что он успевал воздать все это вдвойне, проворно ускользая из чужой зоны видимости и тая в себе хитроумный план нападения на противника. - Ага! - победоносно выкрикивает Вино и наваливается на приятеля, толкая того в сугроб и прижимая всем телом, - попался! Красное Вино тяжело дышал, волосы взъерошились, а аккуратная шапочка была где-то утеряна. Несмотря на то, что тонкие замерзшие руки были чуть ли не ледяными, дыхание парня было горячим и приятно обжигало щеку Стейка. А тому и нравилась такая картина - видеть изо дня в день нарочитую опрятность и показушную манерность уже до чертиков надоело. Честно? Он даже был бы не против побыть в роли жертвы ещё чуть-чуть. Но увы... - Разбежался! ...был вид, который ему нравился еще больше. Парень рывком переворачивается и подминает Вино под себя, ухмыляясь уж слишком довольно, и выдыхая чересчур удовлетворенно. Красное Вино хмыкает и переворачивается вновь - а Стейк за ним, а потом снова Вино, и снова Стейк. Так они и боролись в сугробе, пока окончательно не выдохлись и не упали устало друг около друга. - Фух... еще одна победа на мой счет, - усмехается аристократ и поворачивается к Стейку. - Почему это на твой? В итоге ведь ты был подо мной, - парень хмыкает и переводит дыхание, наслаждаясь чужим возмущением в ответ на такую формулировку. - Но сначала-.. Я был сверху первым! Значит, победа за мной! Вино дрожащими от холода пальцами загребает снег и вываливает его прямо на чужое лицо, Стейк отвечает тем же, смахивая снег с сугроба на аккуратный профиль. И битва эта могла продолжаться еще долго - если бы оба не замерзли до онемевших пальцев и тягучей боли в щеках. Им нужно было согреться - но вот где? Денег у них с собой немного - они не рассчитывали на то, что замерзнут до такой степени. Оба вяло поднимаются, стряхивают прилипший снег с колен, плеч и туловища, стряхивают прилипший снег друг с друга - там, где сами не дотягиваются или просто пропустили. Осматриваются, со внимательностью сыщиков выискивая самые недорогие обогревательные напитки. Хватало только на один глинтвейн - на том и сошлись, правда вот споря наперебой, кому он достанется. Битва показала ничью, так что было решено разделить на двоих! И теперь, сидя за единственным свободным столиком, и ловя слегка раздраженные взгляды продавца, они грели ладони об одну на двоих кружку горячего напитка. Пальцы все также не хотели сгибаться, а более-менее согретые участки приятно покалывало. Вино сидел, замотавшись в шарф и пониже опустив чужую шапку. Видно было только глаза - наигранно-сердитые, но с шальными огоньками где-то в глубине, и, изредка, покрасневший на морозе нос. Обычно бледные щеки теперь покрылись румянцем от холода и выглядело это крайне непривычно. Но совершенно точно не отталкивающе. Стейк же, благородно пожертвовавший "принцессе" (за что получил тычок в ребро) свою шапку, наоборот, слегка расслабил шарф, так что теперь тот свисал, отчаянно цепляясь за крепкую шею, чтобы не упасть окончательно. В его глазах все также горел огонь незавершенной битвы, а на губах - довольная усмешка. Его ладони уже согрелись, но отрывать их от горячей кружки уж больно не хотелось. К тому же, отдать все пространство этому недоделанному аристократу - нет уж, увольте! А за окном все также падали снежинки, растворяясь на плечах, руках и румяных щеках прохожих...

***

Глинтвейн закончился слишком быстро - никто из них не успел ни согреться, ни напиться, и вообще, кажется, этот мутный продавец налил им меньше, чем положено! - Ух, какого черта так холодно, - Вино шел, сложив руки в "лодочку" и стараясь согреть их своим дыханием. В целом, получалось, но ненадолго - уже через секунду они вновь становились ледяными и принимали на себя, вероятно, весь холод этого мира. Стейк закатил глаза, вытаскивая ладони из карманов и растирая между собой. - Возьмемся за руки? - совершенно обыденным тоном бросил Стейк, протягивая одну ладонь Вину, - это помогает согреться. Не дожидаясь ответа, парень переплетает их пальцы, утягивая чужую ладонь в свой карман. Красное Вино, непонимающе хлопая ресницами и засовывая вторую ладонь в карман, был вынужден согласиться, что и правда стало теплее - они шли плечом к плечу, а от Стейка всегда исходил жар - будь это разгар битвы, где тот, несмотря на опасности, рвался вперед, или же одна из их постоянных перепалок. Стейк обжигал, но не сейчас - сейчас его жар лишь согревал и дарил странное чувство безопасности, мол, вот он я - здесь, и теперь все совершенно точно будет в порядке. А если тот и будет проигрывать, ему поможет Вино, и уж тогда, вместе, они совершенно точно выиграют любую битву! Но сейчас они не думали о битвах. Сейчас их мысли были далеко от сюда. Один думал, что у этого неженки такая чертовски хилая рука, что меч с ней совершенно не вязался. Он думал, что чужая кожа такая ухоженная и холодная - будто фарфор. И еще крепче переплетал их пальцы, отдавая часть своего огня - вот он, забирай! Другой про себя отмечал, что кожа у его приятеля очень уж грубая - в мозолях и царапинах. Но такая теплая, такая горячая, что хотелось еще теснее прижаться к чужому телу - обнять руками и ногами, и не отпускать больше никогда-никогда! Остаться так навечно - и чуть-чуть дольше. Снег уже давно перестал идти, а улицы опустели. Двое духов еды шли по улице, ярко освещенной фонарями. И оба думали о том, что согреваться так каждый раз - не такая уж плохая идея.