Всё из-за профессора Малфоя

Драко Малфой стоял, стиснув палочку в руке. Снаружи он выглядел привычно спокойным, почти равнодушным, но внутри его разрывало от ярости и тревоги. Гермиона была в опасности, а те, кто утверждали, что её «перевели» в другое место, явно врали. Косвенные зацепки в расследовании и интуиция подсказывали, что её удерживали здесь, в закрытом отделении, которое редко использовалось для истинных пациентов. Драко ловко прошёл через главный холл, избегая внимания целителей и любопытных посетителей. Он сделал вид, что просто читает список посетителей, но незаметно воспользовался заклинанием“Фините Инкантатем”, чтобы отключить магический барьер, скрывавший закрытое крыло третьего этажа. Когда он вошёл в нужное крыло, его окутала пугающая тишина. Коридоры здесь были пустынны, а воздух казался тяжёлым. Он заметил несколько дверей с сильными защитными чарами, но одна из них сразу привлекла его внимание: на раме была выгравирована едва различимая рунная вязь, характерная для заклинаний сокрытия. — Так, посмотрим, кто кого, — пробормотал Драко, проведя палочкой вдоль дверной рамы. Через минуту заклинания защиты рассыпались мерцающими искрами, и дверь открылась. На узкой кровати в комнате лежала Гермиона. Её лицо было испуганным, и она выглядела слабой, но живой. Драко ощутил, как напряжение чуть отпустило, хотя его беспокойство только усилилось. — Гермиона, — позвал он, приближаясь к кровати. Её веки дрогнули, и глаза медленно открылись. Увидев его, она выдавила слабую улыбку. — Малфой? Как… — её голос был тихим, но полным удивления. — Тихо, Грейнджер, — прошептал он, садясь на край кровати. — Я тебя отсюда заберу. Здесь небезопасно. Она попыталась сесть, но морщилась от боли. — Они… они не целители, — выдохнула она. — Они что-то ищут. Я слышала, как говорили про тебя. Драко нахмурился. Всё стало ещё тревожнее. — Они хотели скрыть тебя от меня? Значит, я точно всё делаю правильно, — он осторожно поднял её на руки. — Держись, я вытащу тебя отсюда. Но он не успел сделать и двух шагов, как в дверном проёме появилась высокая фигура в мантии целителя. Мужчина держал палочку наготове и с хмурым выражением лица произнёс: — Я же вам сказал вы не должны здесь находиться, мистер Малфой. Отпустите пациентку. — Как только отпущу, вы снова спрячете её? Или попытаетесь довести до состояния, в котором она не сможет говорить? — Драко держал палочку наготове, накрывая Гермиону своим телом. — Это не ваша забота, — холодно произнёс мужчина и выпустил заклинание“Ступефай”. Малфой отразил его быстрым движением, а затем направил ответное заклинание“Импедимента”. Нападавший отлетел назад, врезавшись в стену, но не успел упасть, как ещё двое появились за его спиной. — Чёрт, — пробормотал Драко, окидывая взглядом комнату в поисках запасного выхода. Он поставил Гермиону на кровать, укрывая её за защитным барьером, который установил с помощью“Протего Максимум”. — Сиди здесь, Грейнджер, и не вздумай геройствовать, — бросил он, шагнув в сторону двери. Малфой орудовал палочкой с невероятной скоростью. Заклинания свистели в воздухе, рикошетя от стен. Он обрушил на врагов“Экспульсо”, что заставило их укрыться за порогом. Когда последний нападавший был обезврежен, Драко вернулся к Гермионе. Она пыталась убрать защитный барьер, но её пальцы дрожали. — Ты слишком упрямая для своей же пользы, Грейнджер, — проворчал он, снова подхватывая её. — Ты же сам говорил, что это моя лучшая черта, — слабо улыбнулась она. — Вот именно, — он вытащил из кармана небольшой портключ в виде старого ключа. — Держись крепче. В следующий миг они оказались в его кабинете в Хогвартсе. Гермиона опустилась в кресло, и Драко геройски поправил свои блондинистые волосы, сидя рядом с Грейнджер. Девушка попыталась сосредоточиться, хотя ей явно было тяжело. Её лицо оставалось бледным, а дыхание — прерывистым. — Ты спас меня, — прошептала она, глядя на Драко с искренней благодарностью. — Ну, не мог же я оставить тебя в лапах тех шарлатанов, — отозвался он, садясь напротив. Его голос звучал спокойно, но в глазах мелькали тревога и что-то, похожее на нежность. — Ты слишком рисковал, — Гермиона посмотрела на него с укором. — Ты говоришь это человеку, который привык рисковать всем, — Драко откинулся на спинку кресла, пристально разглядывая её. — Хотя буду честен, ты и сама прекрасно знаешь какого это рисковать всем... — Это моя работа, — неуверенно улыбнулась она, но сразу же поморщилась от боли. — И очень опасная работа, — его голос стал мягче. — Кто бы за этим ни стоял, они целились не только в тебя, но и в меня. Гермиона нахмурилась, напряжённо пытаясь восстановить в памяти детали. — Они говорили про тебя… Это связано с артефактом. Они думают, что ты причастен. — Отлично. Обожаю, когда меня обвиняют в преступлениях, к которым я не имею отношения, — саркастично произнёс он. — Кто бы это ни устроил, они играют опасно. Гермиона посмотрела на него, будто пытаясь что-то понять. — Драко… Почему ты так настойчиво меня искал? Малфой замер. На мгновение его взгляд стал открытым и уязвимым, но уже через секунду он снова спрятался за привычной маской. — Ты серьёзно спрашиваешь? — он наклонился вперёд, глядя ей прямо в глаза. — Потому что ты важна, Грейнджер. И не только как коллега или часть этого расследования. Гермиона опешила. Его слова заставили её сердце пропустить удар, но она не успела ничего сказать. В дверь кабинета постучали. — Это точно не к нам, — тихо сказал Драко, доставая палочку. Он кивнул Гермионе, чтобы она оставалась на месте, и направился к двери. За дверью стояла Летучая мышь, на её лапке был привязан небольшой свёрток. Драко быстро снял его и развернул. Внутри оказалась записка с коротким, но тревожным сообщением: «Следите за Грейнджер. Это не конец». — Прекрасно, — прошептал он, возвращаясь к Гермионе. — Что там? — спросила она, уже зная, что ничего хорошего. Он показал ей записку. — Похоже, у нас впереди ещё много работы. Гермиона встретилась с его взглядом. Она была измотана, но решимость в её глазах говорила о том, что она не отступит. — И, похоже, нам придётся работать в команде, — сказала она, слабо улыбаясь. — Только если ты научишься слушаться, Грейнджер, — усмехнулся Малфой, хотя его голос был наполнен теплом. Она закатила глаза, но внутренне почувствовала, что теперь она в безопасности — рядом с ним.

***

Кабинет Драко Малфоя в Хогвартсе был холодным и мрачным, но это не смущало Гермиону. Она сидела в кресле напротив стола, завернувшись в тёплую мантию, которую Малфой бросил ей сразу после того, как они вернулись из больницы. Малфой стоял у окна, задумчиво глядя на ночной двор Хогвартса. Он явно пытался привести свои мысли в порядок, но взгляд, полный напряжённости, выдавал его тревогу. — Мы не можем продолжать в том же духе, Грейнджер, — сказал он, не поворачивая головы. — Ты об этом уже говорил, Малфой, — устало ответила она. — Да, и буду говорить, пока ты не начнёшь слушать. Посмотри на это письмо, это уже явно переросло в охоту на тебя или на нас... — Я слушаю, — перебила она. — Но ты сам понимаешь, что у нас нет выбора. Мы не можем остановиться. Он резко обернулся, его взгляд был полон раздражения. — Ты понимаешь, что кто-то намеренно пытается тебя убрать? — Не только меня, — твёрдо сказала Гермиона. — Этот артефакт уже убил одну студентку. Если мы не найдём, кто за этим стоит, жертв может стать больше. Малфой молча посмотрел на неё, затем вздохнул и провёл рукой по волосам. — Хорошо. Что ты предлагаешь? Гермиона достала из кармана небольшую записную книжку и раскрыла её на странице с пометками, сделанными перед их походом в Косой переулок. — Эта старуха — ключ к разгадке, — сказала она. — Она ясно не была простой продавщицей. — И она едва не убила тебя, — напомнил Малфой, садясь за свой стол. — Да, но её действия были слишком спонтанными. Такое впечатление, что она боялась кого-то. Малфой нахмурился, обдумывая её слова. — Возможно, ты права. Но если она всего лишь пешка, то кто тогда кукловод? — Этого мы и должны выяснить, — ответила Гермиона, закрывая записную книжку. Малфой на мгновение замолчал, его взгляд стал холодным и отстранённым. — У тебя есть теории? — Артефакт явно принадлежал к чёрной магии, — начала она. — Возможно, он был специально заколдован для того, чтобы причинить вред нам, а не студентам. Но зачем? Малфой посмотрел на неё пристально. — Возможно, чтобы подставить нас. Гермиона замерла, её взгляд встретился с его. — Ты думаешь, это направлено на тебя? — А почему нет? — усмехнулся он. — Меня всегда легко обвинить. Люди любят вспоминать моё прошлое. Гермиона хотела возразить, но остановилась. Малфой был прав. Его прошлое всё ещё висело над ним, словно тень, и многие волшебники готовы были использовать это против него. — Но зачем тогда вовлекать студентов? — задумчиво спросила она. — Чтобы сделать обвинение весомее, — ответил он. — Если кто-то хочет упечь меня в Азкабан, то смерть студентов — идеальный повод. Гермиона почувствовала, как её сердце сжалось. Мысль о том, что кто-то мог пойти на убийство ради того, чтобы подставить Малфоя, казалась ей чудовищной. — Мы должны найти эту старуху, — твёрдо сказала она. Малфой покачал головой. — Нет. Мы сначала выясним, кто стоит за этим. Старуха — только исполнитель. Если мы просто выведем её на чистую воду, настоящие виновники останутся безнаказанными. Гермиона посмотрела на него и поняла, что он прав. — Значит, нам нужно больше информации об артефакте, — сказала она. — И больше информации о тех, кто мог быть замешан, — добавил Малфой. Они переглянулись, и в этот момент стало ясно, что они будут работать вместе, несмотря на все разногласия. — Я свяжусь с Грегори Гойлом, — сказал Малфой. — У него могут быть полезные связи в Косом переулке. — Ты доверяешь ему? — спросила Гермиона с недоверием. — Больше, чем кому-либо другому, — сухо ответил он. Гермиона не стала спорить. В конце концов, сейчас было не время для обсуждения доверия. — Хорошо. Тогда мы начнём утром, — сказала она, поднимаясь с кресла. Малфой проводил её взглядом, его глаза снова стали мягче. — Береги себя, Грейнджер, — тихо сказал он. Она остановилась на мгновение, затем кивнула и вышла из кабинета, оставив Малфоя наедине с его мыслями. В тишине кабинета он снова подошёл к окну, наблюдая за ночным небом. Его взгляд был сосредоточенным, а мысли витали вокруг той опасной игры, в которую они оба оказались втянуты.