Эффект бабочки

— Пора… Вольфрам отстранился от меня и недоумевающе посмотрел. Он не знает о том, что это был наш первый и последний романтический ужин. Я возвращаюсь. Я подошёл к любимому и легко, почти невесомо, коснулся его губ своими, как бы прощаясь. — Подождёшь меня в своей комнате, — шепнул я ему на ухо. Это не было намёком на продолжение вечера, это было необходимо для того, чтобы он не страдал. К тому времени, когда меня отправят обратно, он уже не будет ничего помнить. Парень долго колебался, перебрасывая взгляд с меня на короля и обратно, но всё же ушёл, бросив напоследок: «Буду ждать тебя». Эти слова болезненно впились в моё сознание, ведь я не вернусь к нему, а он меня не дождётся. С этим Вольфрамом я прощаюсь раз и навсегда. Вот мы остались одни. — Не беспокойтесь, он забудет всё сразу же, как только Вы очутитесь на своём месте. Если он пытался меня утешить и приободрить, то выходило не очень. Я глубоко вздохнул. Время пришло. — Что мне нужно делать? — я вопросительно взглянул на короля. Его Величество, взяв графин с питьевой водой, подошёл ко мне и вылил воду мне под ноги. Я подскочил на месте, не ожидая подобных действий. Только сейчас я заметил ледяной цветок у него в руке, тот самый, ради которого я добирался до этого места. — Это тот самый цветок? — А? Да. Вы же хотите вернуться в правильное время и место? А без него никуда. — Я думал, что просто перенесусь туда, куда надо, и всё. — Вы и перенесётесь. Но то, что я хранитель истории, ещё не значит, что правила источника на меня не распространяются. Разве, что мне не нужен сам источник, только вода и цветок. — А другие могут переноситься без использования источника? — Нет. Все источники напрямую связаны со мной. Не знаю, заметили ли Вы печать на источнике, с помощью которого перенеслись, но та печать — это мои слёзы. То, как с их помощью создавались источники — долгая история, нет времени её рассказывать. Взаимодействие воды, ледяного цветка и моих слёз — это есть основа для правильных перемещений в историях. Что ж, думаю, Вы итак узнали больше, чем должны были, так, что Вам пора. Из разномастных глаз короля потекли слёзы, которые стекали по его щекам и разбивались о холодные лепестки ледяного цветка. Он улыбнулся и бросил цветок мне в ноги, тот разбился на множество осколков льда и тут же растаял, перемешиваясь с водой, что была разлита ранее. Через несколько секунд появилась знакомая воронка, что начала меня затягивать внутрь себя. И уже почти погрузившись полностью, я услышал: «Удачной дороги!».

***

Я очнулся в темноте, пытаясь восстановить кусочки памяти. Я вспомнил нашу прогулку с Шори и то, как мы провалились. А ещё взрыв. Видимо, я в пещере, у которой завалило выход. Постепенно мои глаза начали привыкать к полумраку, и я увидел, как огромный камень перед выходом начинает опускаться вниз. Не придумав ничего умнее, я побежал к источнику и уже собирался прыгнуть, как резкая головная боль повалила меня на землю. Множество звуков и различных цветастых картинок проносилось в моей голове. «И не обращайся ко мне по имени, будто мы давно знакомы!» «А откуда ты знаешь про Шин-Макоку?» «Это твои новые друзья, я так рада за тебя, Юу-тян!» «Завтра отправимся в то место, где находится этот источник» «Ты ведь сможешь перенести нас туда?» «И что это за условия?» «Всё хорошо, Вольфрам. Я здесь. Мы здесь. Мы тоже твоя семья» «Я переведённый ученик из Германии» «Что тебе надо? Убирайся!» «Я не обещаю ответить на твои чувства, но я постараюсь их не ранить» «А Мурата?» «Смотрит, как спит твой друг» «Сара, ты в порядке?» «Юури, ты очаровательно выглядишь…» «Сара… кажется, ты мне нравишься» «Да, Конрад, это я» «Моё имя Эмиль…» «Юури, а почему нельзя остаться в этом времени и исправить всё здесь?» «Мама Вольфрама. Она погибла…» «Король Орэль — правитель Замёрзших земель…» «Вольфрам теперь будет жить и работать здесь» «Я — Хранитель истории» «Я буду помнить обо всём этом, когда вернусь?» «Нет» «Я пришёл к Саре, чтобы сказать ему… что я выбрал не его…» «Ты любишь меня, верно?» «Буду ждать тебя» Последние слова ещё долго эхом разносились в моей голове, несмотря на переизбыток в ней запретных воспоминаний. Я не должен был этого помнить. Так почему? Когда головная боль притупилась, я вновь осмотрелся. Прыгать в источник действительно было глупой затеей. Я жив. Более того, камень, упавший пару минут назад, открыл мне путь на поверхность. И сейчас, небольшой кусочек леса, что виднелся мне через это «окошко», загородила любопытная и беспокоящаяся мордашка брата. — Юу-тян, ты в порядке? — Всё хорошо, — я улыбнулся. И правда, всё хорошо.

***

Отлежавшись пару дней дома, ради того, чтобы сохранить немногочисленные нервные клетки своей семьи, я отправился в Шин-Макоку. Мне уже не терпелось их всех увидеть. По старой традиции меня встретили Конрад, Гюнтер и Грета. — С возвращением, Ваше Величество, — поздоровался Конрад и набросил мне на плечи сухое полотенце. — Конрад, я же просил… — устало заныл я. Похоже, он никогда не избавится от этой привычки. Моё нытьё утонуло где-то в объятиях Гюнтера. Ощущалось, будто он тоже не видел меня несколько месяцев или около того. Сколько вообще я там пробыл? Когда советник посчитал нужным отпустить меня, я начал осматриваться. Последний раз я видел это место полностью уничтоженным, и теперь жадно запоминал каждую мельчайшую деталь вокруг себя, будто всё непременно должно исчезнуть в ближайшем будущем. Я так сосредоточился на обстановке вокруг, что не заметил, как Грета обняла меня. Спохватившись, я поспешил ответить на её объятия. Это ведь я пропадал неизвестно где и неизвестно сколько, для них этого времени не существовало. Нельзя, чтобы они узнали о моём маленьком путешествии.

***

— О, Ваше Величество, Вы уже… — в проходе в обеденный зал показалась эффектная блондинка в роскошном красном платье. Под натиском своих воспоминаний я побежал к ней и крепко-крепко обнял. Через этот жест я пытался передать, как мне жаль, что я тогда не смог её спасти. Разумеется, она об этом не знала. — Юури?! Понеслась, родная. Всегда было интересно, как Вольфрам это делает? Он всегда появляется именно тогда, когда меня можно застукать с кем-то. И неважно, что к романтике это не имеет никакого отношения. Я выпустил шокированную предшественницу из объятий и повернулся к «жениху». Тот был не менее шокирован, чем его мать. В моей голове вновь пронеслись воспоминания из другой истории. Особенно прочно в голове засел наш романтический ужин. Когда блондин уже собирался открыть рот, дабы напомнить всем, кто он такой, кто я такой и какие отношения нас связывают, я быстро подошёл к нему и поцеловал. Да, я помню, что наши отношения с этим Вольфрамом ещё не заходили дальше совместного ночлега, но мне было всё равно. Не всё же время ему быть инициатором продвижения наших отношений на следующий этап. Где-то позади меня послышались звуки удивления и падающих на пол или стол столовых приборов. Я невольно улыбнулся, после чего разорвал поцелуй. Лицо лорда сейчас напоминало сочный и спелый помидор. К тому же, похоже, беднягу так парализовало моё поведение, что он даже не ответил на мой поцелуй. Я не обижаюсь. Нет. Я всё понимаю. К тому же, это был далеко не последний раз. Когда я обернулся к столу, понял, парализовало от увиденного не только моего «жениха». Все сидели, словно окаменевшие. Добить их или разбавить обстановку? Не знаю, что из этого выйдет, но… Я подошёл к любимому, что так и стоял с приоткрытым ртом, и ударил его по левой щеке. Было ли это новым предложением руки и сердца или напоминание о старом, но итог один. Парень вздрогнул от удара и схватился за покрасневшую щёку, что всего на пару тонов отличалась от общего цвета его лица. — Юу-ри? — Вольфрам, ты выйдешь за меня? — я уверенным голосом спросил его. Ответ блондина, прервал пронзительный крик Шери. — Ах, неужели мой малыш вырос и теперь улетает из семейного гнезда, — размахивая руками, драматизировала ситуацию женщина. Кажется, её действия разбавили обстановку. Теперь все начинали двигаться и что-то обсуждать. — Мама, я никуда не улета… тьфу… не ухожу! — возмутился лорд. — Так, что же ты ответишь? — я подошёл к парню вплотную, чтобы он ни на что не отвлекался. — Юури… я… конечно, я согласен, — блондин, как мальчишка-озорник, бросился мне на шею. Никогда не видел его таким счастливым.

***

Через месяц мы праздновали нашу свадьбу, не по расчёту, не по глупости Мао (меня), а по самой чистой и искренней любви. Многие пытались выяснить, с чего это у меня вдруг изменилось отношение к Вольфраму и его чувствам, а также нашим отношениям. Я лишь приводил цитаты землян-мыслителей о том, что с людьми делает любовь. Кстати, за день до нашей свадьбы, мне пришло письмо, которое повергло меня шок. Это было письмо из Замёрзших земель, от короля Орэля. «Приветствую Вас, Юури Шибуя, 27-й Мао Шин-Макоку. Вы верно задаётесь вопросом, отчего Ваша память о проведённых днях в чужой истории не исчезла? Верно, это не случайность. Я намеренно сохранил Ваши воспоминания. За то короткое время, что Вы провели в моём замке, я решил, что из Вас получится отличный кандидат в Избранные. Я даю Вам один месяц, чтобы решить — согласны ли Вы или же нет. Жду Вас на том же месте, где мы с Вами и разошлись. Кстати, поздравляю с началом счастливой семейной жизни. Подарок отдам при личной встрече. Король О».

***

С момента моего возвращения в свою историю прошло полгода. Раз в пару месяцев я отлучался от всех дел и отправлялся по поручениям Хранителя истории. Да. Я всё же согласился. Не хочу, чтобы кто-то ещё попал в такую же ситуацию, как и я. Да и сохранить те воспоминания не будет лишним. Подарком на нашу свадьбу была картина. Та самая, которую я и Вольфрам нарисовали в последний день. Я не сказал об этом своему мужу. Не удивлюсь, если он будет ревновать к самому себе. Сейчас я стоял на балконе, довольствуясь видом заходящего солнца. Такие минуты — бесценны, или… станут таковыми, когда под боком будут мои любимые. После ужина все разбежались по делам, и я остался один. — Юури, я искал тебя, — на балкон вышел мой муж. — Привет, вот и нашёл, — я повернулся к нему и развёл руки в стороны, готовясь к объятиям. Мой любимый тут же повис у меня на шее. — Вольфрам, что это на тебе? Почему ты в плаще? Парень загадочно улыбнулся и, взяв меня за руку, пошёл в известном ему одному направлении. Позже выяснилось, что целью была его спальня. Это было необычно, ведь мы всегда спали в моей. Пропустив меня внутрь, он запер дверь и, повернувшись, снял плащ. Я думал захлебнусь собственной слюной. Не уверен, что хочу знать где он откопал такую одежду, но на осознание причины для такого одеяния много времени не ушло. Это была наша первая ночь.