АМС

Впервые мы встретились в закусочной на Роу-стрит. Он сидел с друзьями и уплетал бургеры, запивая холодным пивом. На нем была куртка с нашивкой колледжа, которая бросалась в глаза среди всего этого уныния вокруг. Королевский красный на фоне блевотного оттенка стен. Черт возьми, это было так странно. Но никого это не смущало. Здесь, в этом городе, был свой мир, так не похожий на все, с чем мне доводилось сталкиваться. Парень на мгновение поймал мой взгляд и нахмурился, отворачиваясь, словно что-то пытается вспомнить. Тем временем, я прошел к невысокому прилавку, за стеклом которого были расставлены салаты в огромных металлических кастрюлях. Я влетел купить первой свежей и горячей еды за пару дней путешествия. Быстро пролистал потрепанную книжку, уже едва похожую на меню, и заказал на скорую руку самого сытного и каллорийного, чтобы наконец заполнить урчащий желудок. Со вздохом присел за свободный столик, ожидая заказ, и, взглянув за грязное стекло, помахал Коди. Брат же, казалось, даже не обратил на меня внимания, очаровывая девчонку с соседней заправки. Вот псина. Я с возмущением написал ему смс и только теперь смог спокойно сидеть. В прошлый раз Коди точно так же за флиртом забыл обо мне в кофейне в пару штатах отсюда, и поехал с девкой в мотель. Наконец, брат поднял взгляд, отыскав мое недовольное лицо за стеклом. Жестами начал оправдывать себя, но я отвернулся. Тогда я снова словил Его взгляд. Парень в красной куртке рассматривал меня с интересом, и я даже начал нервничать и впадать в панику. Никогда не любил такого внимания, а особенно от незнакомцев. Несмело поглядывал в ответ, убеждаясь раз за разом, что парень все так же пялится на меня. Не знаю, что именно послужило причиной моего страха, но внутри все сжалось, готовясь к чему-то плохому. К моему счастью, уставший мужчина на кассе несколько раз клацнул звоночком и выставил два больших пакета на стол. Я подскочил, забирая их, и направился к двери. Ничего ужасного не случилось, это уже можно отметить. Что-то мелькнуло сбоку, и я не успел даже задуматься, как буду открывать дверь с пакетами, что я прижимал к себе, как рука, обтянутая красной тканью, толкнула тяжелую грязную дверь. Я с удивлением повернул голову, немного запрокиув ее, чтобы увидеть, кто пришел мне на помощь. Лицо парня, наблюдавшего за мной, оказалось так близко, что я отчетливо видел веснушки на загорелом лице. Всего несколько секунд глаза в глаза, и незнакомец нахмуривается. Точно, дверь. Он все еще держит для меня дверь, поэтому я быстро бросил четкое "спасибо" и двинулся вперед на парковку. Уже отойдя на несколько метров, я вздохнул, когда позади зазвенели колокольчики. Не нравится мне это все. - Ты чего так долго? - Коди отложил телефон, забирая пакеты с едой. Но я все еще обдумывал в своей голове события последних пятнадцати минут, поэтому даже не собирался обращать внимания на брата. До тех пор, пока он не начал щелкать пальцами перед моим лицом. - А? - отмер, заметив, что стою, держась за открытую дверь заднего сидения. - Перегрелся? - Коди потрогал мой лоб, но я только отмахнулся от его шутки. - Просто задумался, - слабо улыбнулся брату, собираясь бросить рюкзак и, наконец, поесть. Но тут же понял, что забыл все в забегаловке. - Вот черт! Оставил вещи за столиком. Я быстро, не съешь все без меня. Я пригрозил Коди пальцем и уже собирался бежать за рюкзаком, как напоролся на чье-то тело. Поднял взгляд и вновь столкнулся с насмешливым взглядом карих глаз. Снова этот парень в королевском красном. - Ты забыл, - он кивает на свою левую руку, в которой держал мой рюкзак. - Спасибо, - в который раз благодарю незнакомца и забираю свои вещи. Наши пальцы соприкасаются, и от этого по телу бегут мурашки. Наверное, все из-за того, что его ладонь жутко холодная, даже в такую жару. Я осторожно смотрю на парня, надеясь, что он не имеет ничего против этого случайного прикосновения, потому что мне как минимум не хотелось проблем. Только не сейчас, когда я собирался начать новую жизнь. Я медленно делаю шаг назад и оборачиваюсь, возвращаясь к машине, бросая рюкзак на заднее сиденье, а после немного нервно захлопываю дверь машины. Коди с набитым ртом и любопытством смотрит на незнакомца. Хотя едва его интересует что-то помимо нашивки колледжа, который теперь станет и его пристанищем. Брат кивает кареглазому и, вытерев жирные руки об свои джинсы, запрыгивает в машину, заводя ее. Коди делает глоток колы и, наконец, выруливает с парковки. Начинаю ругаться на брата, замечая жирное пятно на джинсах, и с тихими бурчанием пристегиваюсь ремнем безопасности, но в ответ слышу лишь смех. Вздыхаю, бросая взгляд на зеркало заднего вида. Странный парень в красной куртке все еще стоит на парковке, словно провожая нас. Но все это быстро забывается, когда я достаю из пакета бургер и откусываю мягкую булочку с сочным мясом. ××× Шум мотора стих. Я отстегиваюсь и выпрыгиваю на идеально ровный газон. Щурясь от солнца, смотрю на небольшой домик в два этажа и слышу сзади, как Коди выкидывает наши вещи из багажника. - Осторожнее, там твои кубки, - оборачиваюсь на брата, который тут же начал открывать большую сумку, проверяя целостность своих богатств. Отхожу от машины, приближаясь к крыльцу. Ступеньки с потрескавшейся краской жутко заскрипели под ногами, и я даже ухватился за поручень, боясь, что они провалятся подо мной. Нужно будет попросить Коди что-то сделать с этим ужасом, может даже заменить. Переступаю небольшой горшок с усохшей геранью, и лезу в боковой кармашек рюкзака за ключами. Осторожно открываю дверь нашего нового дома, стараясь запомнить это чувство волнения и счастья. Но весь торжественный момент был безнадежно испорчен. Пыль перекрыла доступ кислорода из-за чего я сразу же закашлялся, размахивая рукой перед лицом, чтобы хоть немного спастись. - Ну и жуть, надеюсь обойдемся без паранормальных явлений, - Коди бодро шагает в зал, включая свет в комнате, которая была слишком темной для солнечного дня. - Ничего себе! Брат присвистнул, и я проследил за его рукой. Он показывал мне на заколоченные изнутри окна, отчего мне захотелось повторить за братом. Но свистеть я не умел. - Может, чтобы воришки не забрались? - сделал предположение, дергая за шершавые доски. - Смотри занозу не схвати, - смеется Коди, заглядывая в остальные комнаты на первом этаже. Кричу свою любимую шутку: "Уже схватил. Тебя", и в соседней комнате громко гогочут. Вот дурак. ××× Второй раз я увидел Его в коридоре колледжа спустя неделю. Все та же королевско красная куртка и смутно знакомые ребята, что были с ним в забегаловке. Один из них пихает кареглазого и кивает в мою сторону, пока я пытаюсь найти расписание брата. Достаю блокнот и отмечаю аудитории. Дернул же Коди черт взять папку с моими документами, но свои вещи, в том числе и телефон, оставить на столе в коридоре. Но я его понимаю, он так спешил окунуться в этот новый мир, поскорее попасть к новой команде, новым тренировкам. Я видел, как он скучал за всем этим, пока были каникулы и мы собирали документы для перевода Коди и моего поступления в выбранные колледжи. Наши дни были расписаны по секундам, но теперь, когда новая жизнь была в руках, можно позволить себе расслабиться. - Привет, - здороваюсь с парнем, как только он подходит ко мне, и несколько десятков секунд жду, когда мне ответят. Но этого так и не происходит, поэтому я закидываю блокнот обратно в рюкзак и, посмотрев на часы, разворачиваюсь к лестнице. Вот только теплая ладонь оплетает мое запястье, заставляя оставаться на месте. - Что? - и вновь я говорю сам с собой. Кареглазый просто смотрит на меня. На его лбу морщины становятся все глубже, а лицо все больше отображает непонимание. Может, он иностранец? Пытаюсь сказать что-то из общих фраз, но мое произношение оставляет желать лучшего. Поэтому я вновь перехожу на родной язык, пытаясь выяснить, что ему нужно. - Ты что-то хотел? - но парень продолжал смотреть на меня. Он пытается меня запугать? Что происходит? Начинаю нервно отцеплять его руку, но хватка становится все сильнее. Какого хрена? Настойчивее стараюсь освободиться из плена, но все тщетно. Ударить его? Но я на это вряд ли способен. Даже Коди говорит, что у меня слишком мягкий характер. Поэтому я просто продолжаю пытаться уладить все более мирным путем. Я начинаю паниковать, когда незнакомец продолжает молча сдавливать мою руку и не реагирует ни на какие слова. Да что такого я ему сделал? В последнюю нашу встречу я не грубил даже, только бесконечно повторял "спасибо". Мать его, здесь полный коридор людей, а я сейчас останусь без руки! - Алекс! Ты его пугаешь, - к нам подходит невысокий темнокожий парнишка из компании этого ненормального и с легкостью обращает на себя все его внимание. Как мне казалось. С гримасой боли на лице выдергиваю кисть, которая была сдавлена с такой силой, что кончики пальцев начинали синеть. Тру руку, чувствуя легкое покалывание, и просто сбегаю, бурча про себя, какой этот Алекс псих. ××× Нахожу Коди в аудитории тридцать пять в окружении нескольких девчонок. Одна из них сидит прямо на столе брата, буквально показывая свое белье. - Смотрите, кто здесь! Что-то случилось? - Коди отрывается от девушек, поднимаясь и подталкивая меня к своему столу - Ты забрал мои документы, - скидываю рюкзак, доставая вещи брата. - И оставил свой телефон. Так что гони чужое назад. Брат смеется, представляя меня своим новым одногруппницам, пока ищет в своей сумке папку. Девушки засыпают меня интересующими их вопросами. И я стараюсь оставаться милым. Не хотелось, чтобы из-за меня у Коди были неприятности. - Прости, я сегодня вообще рассеянный, - брат скидывает на стол все тетрадки, а я сам откапываю желтую папку, пока заметил ее в этом хаосе. - Ладно, тогда я пошел, не скучай, - незаметно киваю на девушку со слишком короткой юбкой. Коди только усмехается. Закидываю на ходу документы в рюкзак и только на выходе из аудитории поднимаю глаза, чтобы вновь упереться в грудь парня в красной куртке. Сейчас мне кажется, что я и в кошмарах буду теперь видеть этого психа. Он начинает протягивать свою руку, и я слишком резко отступаю назад, пряча ладони в задних карманах. Не хватало еще повторения этой сцены перед Коди. - Алекс, чего столбом стоишь? Занятие через минуту начнется, - тот самый темнокожий парень толкает психа в спину, и он входит в аудиторию, легонько задевая меня плечом. Раздражение на его лице не скрывается, и он презрительно кривится, смотря прямо мне в глаза. Это что еще за фокусы? Вот точно припадочный. Не зря мама говорила, что нормального человека Алексом не назовут. ××× Александро Митчелл Соррено. Единственный сын Фредерика Соррено, мецената и владельца крупнейшей сети ресторанов и гостиниц. Лучший игрок сборной университета Морисона по футболу. Студент, который без единого усилия может привести команду к успеху, что и делает третий год подряд. Призер спортивных соревнований по борьбе. И просто офигенный парень с отличным чувством юмора. - Ну и зачем мне это знать? - не отрываясь от написания реферата, спрашиваю Коди, который с таким воодушевлением рассказывает мне о психе. - Ты что, совсем не слушаешь меня? - брат с недовольством морщится и выдыхает. - Я теперь в команде и хочу, чтобы ты знал о ребятах, которые придут на выходных ко мне. Захлопываю крышку ноутбука и поудобнее усаживаюсь на диване в небольшой гостиной. Странные картины на стенах уже не так нервировали меня своими мрачными красками, а несколько портретов напротив не пугали меня, когда спускался посреди ночи выпить стакан воды. Дом на самом деле оказался уютнее и больше, чем я подумал в первые секунды своего пребывания здесь. Но предыдущий владелец явно был тем еще шизофреником. Чего только стоили те заколоченные окна, которые мы с Коди весь следующий день отдирали. Но самое жуткое нас ждало на чердаке. Сотни картин с портретами, пейзажами, от которых веяло холодом и одиночеством. И меня пугали темные, грязные и неаккуратные пятна на каждой картинке. Хотелось бы верить словам Коди, что здесь нет приведений, хоть я особо и не верю в их существование. - И когда ты собирался мне об этом сказать? Я не знаю, не успею придумать, куда слинять на викенд, - тут же отвлекаюсь на машину, остановившуюся возле калитки. - Чтобы вам не мешать. Два коротких сигнала, и Коди теперь тоже смотрит на желтую Камаро под окнами. - Ты будешь со мной отмечать, так что никуда не нужно будет уходить, - быстро отвечает брат и подскакивает с дивана. На ходу берет такую же королевско красную куртку с большой белой "М", валяющуюся возле меня, и коротко обнимает. Ничего не успеваю сказать в ответ, как дверь за Коди захлопывается, а я уже в окне вижу, как он запрыгивает на переднее сидение. Машина еще несколько секунд стоит под домом, а после резко срывается с места, заполняя тишину улицы визгом шин. Черт бы побрал этот футбол и эту команду. ××× В субботу я поднялся вместе с Коди, который бегал по дому и шумел, собирая свои носки и трусы, раскиданные где ни попадя. Замираю в дверях своей спальни и шумно выдыхаю. Что-то со временем совсем не меняется. Всю сознательную жизнь мне приходилось наблюдать одну и ту же картину: брат, придя с тренировки, разбрасывает свои вещи, а утром собирает эти же самые тряпки, собираясь на тренировку. Родители пытались как-то эту привычку извести, но ничего у них не получилось. Первой все это надоело маме, а после и я наплевал на эту черту брата. Он взрослый парень, сам разберется. - Закажи пиццу и напитки, - Коди кидает в меня свой кошелек, когда я вышаркиваю из комнаты, протирая глаза. Брат пронесся мимо, наступив мне на ногу, смазанно извиняясь. Со вздохом поднимаю пролетевший мимо бумажник, и захожу обратно в комнату, чтобы найти визитку местной пиццерии. Делаю заказ и спускаюсь на кухню, чтобы успеть чего-нибудь перекусить. К счастью, сегодня приезжает моя подруга Рейчел, чтобы убедиться, что меня никто не обижает и я неплохо устроился. Поэтому мне не нужно будет торчать с незнакомыми людьми весь день. Улыбаюсь своим мыслям, ставя чайник на плиту. Рей-Рей была одной из немногих, кому я мог рассказать обо всем на свете. И к моему удивлению, она стала для меня отдушиной в этом сером мире. Она та, кто не только понимает и принимает меня таким, какой я есть, она и сама такая же. Поэтому я дорожил ей и каждой секундой проведенной вместе. Для других же, Рей-Рей была кем-то вроде моей девушки. Но это всего лишь часть плана, пока мы не найдем свое счастье в других людях. Она искала себе такого же ветренного человека, способного бросить все и сделать шаг в неизвестность. Я бы так никогда не смог, да и не хотел. Рей-Рей же легко сжигала мосты, рвала все связи и шла вперед. Казалось, она ничего не чувствует, но я не мог сказать, что в ее маленькой рыжей голове было на самом деле. Рейчел просто была собой и оставалась единственным человеком, который был мне дорог и близок. Она была моим единственным другом. И я бы ни за что на свете не переступил черту. Просто так будет лучше. Я вряд ли смогу дать ей то, что должно быть ее. Я никогда не дам ей любовь. Мое сердце никогда не знало этого чувства. И мне казалось, что никогда и не узнает. Но, как сказала Рейчел, мне не встретился человек, растопивший этот кусок льда, только и всего. Надеюсь, ты не ошибаешься, Рей-Рей. ××× Ближе к полудню в доме прибавлялось шума, и я перестал пытаться запомнить имена ребят из команды. Рассел, Кэвин, Стив, Фин… Сейчас они просто огромная цветная куча с короткими стрижками и громким смехом. Но некоторых из них мне все же невольно пришлось запомнить. Как, например, темнокожего парня из коридора в университете. Рин Финсток. Думаю, мне однозначно стоило поблагодарить его за спасение моей руки. Вот только не в присутствии Алекса Соррено, который не упускал и мига, чтобы не напрягать меня своим присутствием. Он сидел на диване и все так же внимательно наблюдал за мной. Что я ему сделал, что удостоен таким вниманием? Мы даже не знакомы были до моего приезда в этот город. Я никогда его не видел и не встречал. - Ребята, секунду вашего внимания. - Брат находит меня взглядом, и я готовлюсь к секундной славе. - Я не со всеми еще успел познакомить моего брата. Арчи. Это вот тот блондин, что стоит в углу и делает вид, что не знает меня, - я закатываю глаза и с плохо скрываемой улыбкой поднимаю банку колы. - Всем привет, кому я еще этого не сказал, - делаю глоток под хоровое приветствие и тянусь к коробке с гавайской пиццей. Большинство возвращается к своим занятиям, и я могу спокойно поесть, дожидаясь трех часов, чтобы уйти к Рей-Рей. Откусываю кусочек пиццы и разблокирую вибрирующий телефон, быстро печатая ответ подруге. Она постоянно шлет мне смс, на некоторые я даже не успеваю ответить, с такой скоростью приходят уведомления. Вот девушка присылает мне вид из окна автобуса, вот она жалуется на ужасную жару и то, как жутко воняют носки ее соседа. Смеюсь, печатая ответ, и поднимаю глаза, еще раз рассматривая обстановку. Привычка контролировать все на вечеринках Коди никуда не исчезала. Я оббегаю взглядом комнату, замечая, что все же одна деталь выбивается из общей картины. На фоне улыбок и дружеской атмосферы, меня смущал парень в кресле. Он спокойно попивал пиво, смотря в мою сторону с неким напряжением, что читалось в его позе. На лице явно отображались плотно сжатые зубы до движения желваков. Алекс явно ненавидит меня. Хотя мне не хотелось узнавать почему. Просто все равно. Тем не менее он изучал меня, рассматривал, словно зверь перед прыжком выжидает удобного момента для выстрела. И мой уставший мозг принял единственное верное решение: пустить эту историю на самотек. Не нравлюсь я ему, ну и черт с ним. Мне в команде не играть, да и детей не растить. Единственное, что я хотел верить, что это не повлияет на Коди. А то, как он смотрит на меня, это уже пустяк. ××× Через пару часов я засобирался ехать на вокзал. Пошел переодеваться, сменяя странную черную футболку на рубашку, зная, что Рейчел нравится, когда я одет нормально. Отобрал у Коди ключи от машины и поправил волосы у зеркала возле лестницы. На секунду посмотрел в отражение комнаты, чтобы убедиться, что псих все еще смотрит на меня, но к моему удивлению, я его не увидел. Зато вспомнил о рюкзаке. Терять именно его как-то подозрительно начинает входить в привычку. В последний раз бросаю на себя взгляд в зеркало и разворачиваюсь, направляясь в самую шумную комнату в этом доме. Кажется, рюкзак валялся именно в гостиной на столе. - Коди, я ушел. Рейчел уже подъезжает, мне нужно ее встретить, - заглядываю в зал, когда шум и смех немного стих, а на его место пришли увлеченные взгляды в экран огромной плазмы. Но брат, казалось, даже не обращает на меня внимания, играя с темноволосым парнем в приставку. Однако короткое "ага" доносится до меня сквозь резко поднявшиеся крики и хлопки в честь забитого гола. - Твоя девушка? - сбоку раздается немного хриплый голос, так что я невольно ругаюсь, испугавшись Алекса. Так вот куда он делся. Находясь впервые за последнюю неделю вновь так близко к парню я сразу вспоминаю день в забегаловке на Роу-стрит. Только сейчас на нем были обычная белая футболка и джинсы. В этом доме нет места королевскому красному. - Это никого не касается. Особенно тебя, - отвечаю, смотря прямо в его карие глаза. А после забираю рюкзак со стола, на котором сидел псих, вынимаю из вазы заранее купленные тюльпаны, и ухожу, слушаю в спину улюлюкания брата. Я знаю, что Рейчел ему нравится и он рад, что я с ней провожу много времени. Вот только вряд ли он даже догадывается, кем на самом деле мы приходимся с Рей-Рей друг другу. Да и не нужно ему это знать. ××× Последние дни постепенно уходили в копилку прожитого, и я с новой силой окунался в новую жизнь. В жизнь обычного студента колледжа. После окончания школы мне вновь пришлось учиться вставать по будильнику, снова зависать с Рейчел по Скайпу, делая домашку. И эта новая атмосфера, такая не похожая на все, что было до, захватывала меня с каждой секундой. Придерживаю несколько тетрадей в руке, чтобы достать звонящий телефон. С улыбкой снимаю трубку, слыша звонкий голос подруги. - А ты… - Рейчел, я не забыл о поездке, прекрати мне звонить каждые десять минут, - перебиваю ее, уже зная, что она хочет мне сказать. Да, не забыл ли я о том, что субботу она застолбила для себя. Я, как настоящий представитель сильного пола, должен был поехать с ней на пикник. Заодно отметим наши поступления в технический и правовой колледжи. Будут мои новые друзья и она возьмет нескольких ребят со своего курса. В целом все должно быть весело. Песни под гитару у костра, раскиданные по поляне палатки, реки алкоголя и много-много мяса. - Рей-Рей, угомонись, - толкаю плечом входную дверь и выхожу во внутренний двор колледжа. Сразу скидываю вещи на пустой стол в тени какого-то дерева, название которого мне бы с легкостью могла сказать Рейчел. Она не только ловко управлялась с компьютерами, но и интересовалась буквально всем, что обычные люди вряд ли бы решили изучить. - Возьми пару пледов, знаешь, я вечно мерзну, - я буквально вижу, как рыжеволосая на том конце дует губы. - Уже все сложил, - откидываюсь, касаясь спиной старого ствола. На миг прикрываю глаза, в пол уха слушая, что мне там рассказывает Рейчел о ее сумасшедшем преподавателе испанского, и глубоко вдыхаю, отмечая, что я просто наслаждаюсь своей жизнью. Все, кто со мной меня любят и поддерживают, а остальное это уже мусор. Со всем остальным можно справиться, пока родные люди держат мои ладони. - Рей-Рей, спасибо, что ты есть у меня, - перебиваю ее, шепча в трубку первое, что было в моей голове. Девушка обрывается на полуслове, начиная сюсюкаться со мной, а я невольно снова смеюсь. Да, пожалуй, я на самом деле счастлив. ××× Я не верил в совпадения, но в эту субботу был готов поверить даже в макаронного монстра, только бы это было именно простое стечение обстоятельств, звезд в Плутоне и всей прочей чепухи. Коди, с не закрывающимся ртом, закидывал в спортивную сумку еду из холодильника и выносил купленные ящики с пивом в машину. Я же сидел рядом на стуле и не верил в происходящее. Когда брат на тренировке по футболу вскользь сказал, что я в субботу сваливаю на природу с новыми одногруппниками, тот самый псих, Алекс Соррено, резко проявил инициативу, предлагая то же самое. И вот теперь на том же озере, к счастью, на другом берегу, команда отмечает свою первую успешную игру в этом сезоне. Я был на том матче, но, сказать честно, так и не понял, что к чему. Зачем кому-то дали желтую карточку, почему толкаются без замечаний и в чем вообще смысл пинания этого бедного мяча. Так что мы сидели с Рейчел на трибуне и просто запихивались попкорном и хот-догами. Как брат я обязан был поддержать Коди в его первой игре с новой командой. Не скажу, что это было как-то по-другому, но мне однозначно понравилось. Впервые за все матчи. И я не знал, кто именно стал тому виной. Мой брат или Алекс Соррено, швырнувший в меня полотенце. Рей-Рей тут же запищала, смеясь, что я подцепил такого красавчика, а в моей голове все смешалось, так что тело оказалось не в состоянии сделать и крошечное движение. Я только смотрел на удаляющегося парня в красной форме, не зная, что происходит. - Ты со мной? - Коди победно вздыхает, уложив последние необходимые вещи. - Да, выкинешь меня у въезда на базу, там пять минут пешком до нашей поляны, - спрыгиваю с барного стула, надевая рюкзак. *** Подхожу и вижу лишь несколько человек, сидящих у берега, попивающих холодное пиво. Оглядываюсь и понимаю, что приперся слишком рано. Нужно было соглашаться и ехать вместе с Рей-Рей. Уж она точно никогда не приедет раньше времени. Горестно вздыхаю, шагая в тень деревьев, прячасть от обжигающих лучей. Бросаю рюкзак рядом и откапываю бутер, собираясь назло всем съесть как можно больше. Ветер колышет камыши и обдувает меня со спины, приятно холодя кожу. Уже немного расслабившись принимаюсь рассматривать поляну, прикидывая, куда поставить палатки, чтобы, если мне захочется ночью поплавать в озере, никого не разбудить. На небольшом мостике, соединяющем берега сидит девчонка в розовой шляпке. Видно, родители отпустили хотя бы так помочить ноги. Пускай водоем и не сильно глубокий, но есть места, где опасно даже опытным пловцам. Не зря же это затопленный карьер, где когда-то добывали уголь. - Эй! - кричу, когда вижу, как малявка уж очень неосторожно наклоняется через деревянные перила. Тут же с коротким "бульк", она падает в воду, оставляя на глади шляпку. Я срываюсь с места, уже не думая ни о чем и просто лечу с моста вслед за ребенком. Мутная вода мешала мне, но я поймал крохотное тельце, нащупав кусочек ускользающего сарафана. Аккуратно прижимаю девочку к себе и, что есть силы, гребу наверх. Рука неприятно защипала, когда я напоролся на длинную проволоку, но я не чувствовал боли. В этот самый момент я ощутил себя супергероем, но это чувство быстро исчезло, заменяясь тревогой. Всего лишь какая-то песчинка времени, доля секунды, и я захлебываюсь, понимая, что эта мутная вода слишком похожа на тот мир одиночества вокруг меня. Паника так неожиданно поймала меня в свои объятия, что я не сразу понял, куда девать себя. Но есть только один путь. Из всего есть выход к свету. Выныриваю, поднимая мелкую, которую сразу подхватывают и достают, укладывая на сухие доски. Она начинает громко кашлять, прижимаясь к маме, что с благодарностью смотрит на меня. - Давай будем выползать, герой, - перед моим носом появляется ладонь, за которую я берусь. И, уже почувствовав под собой теплые доски, пахнущие тиной, окончательно теряюсь, хватаясь за расцарапанную руку. В крови бурлит адреналин, в ушах неприятно шумит из-за набравшейся воды, а глаза слепит солнце. На пару мгновений мне показалось, что я сплю. Вокруг носятся люди, кто-то кричит про аптечку, кто-то бегает вокруг, укутывая меня в полотенце. - Тебя, что, ни на минуту нельзя одного оставлять? - с тревогой ругает меня появившаяся Рейчел. - Не бурчи, - улыбаюсь ей, иногда шипя от боли в руке. Мои друзья быстро бинтуют поврежденную конечность и помогают подняться. Я прощаюсь с девчонкой, которая уже пришла в себя и улыбалась, слушая какую-то сказку от Коди, который прибежал на крики, и иду на свою поляну, где я просто хотел упасть в палатке и пролежать так весь оставшийся день. *** - Вы ведь не встречаетесь? - О Господи! - хватаюсь за сердце, когда в темной воде резко появляется голова, задающая мне неожиданные вопросы. - Зачем же так официально. Просто Алекс, - псих впервые на моей памяти улыбнулся. Парень ловко вылез из воды, присаживаясь рядом со мной на мостике, с которого еще шесть часов назад я видел, как плюхается девчонка в розовой шляпе. Алекс тряхнул головой, брызгаясь каплями прохладной воды с волос, и снова привычно уставился на меня. Только теперь его лицо было вполне обычным. Без этих дурацких заломов, нахмуреных бровей и какого-то недовольства. - Ты как? Коди сказал, что ты сегодня отличился, - думаю, что я брежу, когда вижу в глазах напротив переживание за меня. - А, да, так получилось, - мне откровенно неловко, поэтому я начинаю нервно мотылять ногой в воде, создавая волны. - Как рука? - Соррено кивает на бинт. - Сильно поранился? - Так, царапина. - Понятно. Односложные вопросы, односложные ответы и мы замолкаем. Я наслаждаюсь тишиной этой ночи, вдыхая влажный воздух, подставляя лицо под теплый ветер. Не знаю, что в голове парня рядом, но буквально чувствую спокойствие, исходящее от него. Так забавно. - Как там Коди? Уже отключился? - усмехаюсь, зная, как быстро рубит брата от спиртного. Сейчас мне захотелось нарушить паузу, повисшую между нами. Что-то шло не так и, если это может спасти нечто хрупкое хорошее, что зарождается, я хочу попробовать. Коди говорит, что Алекс замечательный человек, хороший друг, а такие люди в моей жизни нужны. Готов спорить, что парни из команды захватили с собой маркеры, чтобы отмечать наскальные рисунки первых людей на лицах каждого, кто будет засыпать раньше всех. Я как-то слышал об этой традиции от Рейчел. Она часто тусовалась в компании парней постарше и благодаря этому не пропускала вечеринок, на которых подобное было изысканным развлечением подвыпившей толпы. - Разрисован от кончиков пальцев на ногах до мочек ушей. - Опять улыбается Соррено, опуская глаза. Это явно что-то новое. Парень ерзает, усаживаясь поближе ко мне, случайно касаясь своей ногой моей. А после просто ложится на влажные доски, подкладывая руки под голову. - Ты так и не ответил. Вы с той рыжей же не встречаетесь? Алекс ровно дышит, закрыв глаза. - С чего ты это взял? - повторяю за психом, устраиваясь на старом мостике. В нос тут же ударяет запах сырого дерева и мха. Где-то в траве отчетливо звучат сверчки, и я с интересом смотрю прямо на небо. Давно мне не доводилось так отдохнуть. Я и забыл, насколько любил все это. Миллиарды звезд, которые, кажется, можно схватить всего лишь протянув руку. Созвездия, сверкающие для таких же миллионов наблюдателей, как и я сейчас. Так удивительно понимать, что в этот же миг на одну и ту же звезду смотрят тысячи незнакомцев. Все эти люди, которые, может, никогда и не встретятся в реальной дневной жизни, прямо сейчас могут наблюдать за небом. И у каждого из них свои мысли в голове, свои слова, свои воспоминания. Говорят, чем больше человек наблюдает за звездами, тем легче ему внутри, тем проще ему отыскивать хорошие воспоминания, которые позволяют жить эту ночь, жить следующий день. - Ты ее ни разу не поцеловал, не обнял, как это делают реальные парочки, - вздрагиваю, забыв о присутствии парня рядом, но вновь я чувствую его взгляд. Соррено прожигает мой висок. Словно пуля, безшумно влетевшая в мою голову. Патрон, лишающий последней защиты, последних мыслей, оставляющий пустоту за собой. - Опять наблюдал? Меня это уже даже раздражает, - вздыхаю, прикрывая глаза, но в следующую секунду поворачиваю голову и смотрю на Алекса. - Зачем ты это делаешь? - Потому что ты мне нравишься, - Соррено, казалось, серьезно слетел с катушек. Теперь уже я с непониманием пялюсь на парня, не понимая ничего. Зачем он это сказал? Почему именно мне? Он играет? Или все же серьезен? Что мне ответить? Да и отвечать ли? Ни одного ответа на свои же вопросы я не находил. Я вновь обращаю свой взгляд на звезды, решая, что он точно ненормальный псих. - Не верю, - усмехаюсь и все же поднимаюсь на ноги, уходя обратно в палатку. Хотя едва ли мне светит уснуть. Позади все так же шумят сверчки, пахнет тиной и влажными досками. На небе все те же звезды. Но одно изменилось. В ту ночь я в последний раз видел Алекса Митчелла Соррено, как парня, который смотрел на меня с ненавистью и презрением. И в ту же ночь, я познакомился с другим Алексом. Человеком, который знал мою тайну. ××× Через пару недель я и забыл о том разговоре на озере, выкинул из головы все события и погрузился в аккуратные конспекты, чтобы подготовиться к первым проверочным тестам. Осень разгоралась во всей своей красе, и я даже не успевал передвигать дату в календаре. Все так быстро и вот уже конец сентября. - Арчи, открой, я голый, - сразу за звонком в дверь следует крик брата из его комнаты. Нехотя откладываю книгу и поднимаюсь, разминая затекшие ноги. Все же в одной позе просидел почти час. - Как будто ты стесняешься! - кричу в ответ и плетусь, чувствуя, как мурашки бегут по правой ноге. Щелкаю замком и наблюдаю парней из команды. Все так же в королевском красном. Фыркаю, отходя, пропуская Алекса, Фина и Стива. Ребята входят, едва помещаясь на небольшом коврике, вытирая ноги, чтобы не нести в дом мусор и грязь. Последние несколько дней город накрыли ливни, заставляя все и всех прятаться, спешить домой. И чувствовать себя так одиноко, что хотелось выть. Я и правда не знаю, что и чем бы себя занимал, если бы не учеба. Я бы точно сошел с ума. - Коди, это к тебе, надень хотя бы трусы и спустись, у меня нет времени, - с интересом наблюдаю, как ребята стягивают кроссовки и прикидываю размер ноги каждого. Подарю им носки на Рождество. - Привет, вы проходите, пиво в холодильнике, приставка на месте, я ушел. - Привет, - синхронно здороваются парни и идут на кухню, но Соррено остается рядом. Я закрываю дверь и, хромая, иду обратно на диван, чтобы отсидеть теперь и вторую ногу. Ловлю приходы, но меня очень быстро подхватывают и помогают дойти. - Что с тобой? Где ты ушибся? - Алекс с беспокойством рассматривает ногу, пытаясь найти хоть какой-то признак травмы. На секунду подумал, сколько же травм было у него. Сколько садин, царапин, переломов он собрал за свою не такую уж и длинную жизнь. Спорт достаточно травмоопасный и тяжелый, так что наверняка у Соррено есть знания, что и как лечить. - Все нормально, просто долго сидел, онемела маленько нога, а тут встал, - шиплю, когда капитан начинает растирать икру, посылая неприятные иглы. Ойкаю, стоит Алексу задеть кожу под коленкой. Единственное место, где я боюсь щекотки. И только стоит мне об этом заикнуться, как парень с ехидной улыбкой начинает нарочно лезть. Вроде мне было неудобно вырывать ногу, потому что Соррено помог, но никто не запрещал его бить подушкой. Я тут же схватил мягкий круг и залепил им прямо в лицо. Парень охнул и свалился спиной на ворсистый ковер, начиная смеяться. Я подхватываю волну и тихо хихикаю, прикрыв лицо конспектом. - Прости, - выдыхает Алекс, поднимаясь на ноги, - не мог устоять. - Ладно, прощаю, но больше так не делай, - кидаю взгляд на парней, что вошли в комнату с бутербродами и четырьмя банками пива. - Ты как врачи, которые спрашивают где болит и потом давят туда. Соррено улыбается, хватая напиток, который ему швырнул Фин, и присаживается рядом, заглядывая в мои записи. Я же погружаюсь в мир законов, пытаясь уместить в голове все подпункты и разницу в наказании. Мне это удается с легкостью до того момента, как чувствую руку на своем бедре. Искоса бросив взгляд на парня, понимаю, что либо он умело делает вид, что ничего не происходит, либо на самом деле просто машинально устроил клешню. Однако второй вариант быстро улетает, когда Алекс большим пальцем начинает гладить кожу. Я смотрю на это заворожено и одновременно с опаской. Не то, чтобы меня это страшило, но я беспокоился о Коди. Он ведь ничего не знает и признаваться ему я не собирался. Для всех у меня есть Рейчел и мы в статусе пары. Поэтому я осторожно убираю ладонь Соррено, укладывая ее на его собственную ногу и возвращаюсь к конспекту. - Ты чего? - шепчет мне капитан, не отрывая взгляда от экрана плазмы, где сейчас парни играли на приставке, сравнивая счет на виртуальном футбольном поле. - Не нужно этого, - также тихо говорю я, с мольбой в глазах смотря на Алекса. - Почему? Ты мне нравишься и я хочу касаться тебя, - пожимает плечами парень, довольно улыбаясь. - Тогда почему не спросишь меня? Чего я хочу? - в моем голосе явно звучит раздраженность, да я и не скрывал своей злости. Не давая шанса что-то ответить, я встаю, сгребаю свои конспекты, маркеры и двигаю на второй этаж, бросая вслед Коди, что не могу сосредоточиться. И ведь не соврал. Брат угукает, допивая пиво и поднимается за еще одной баночкой. Коди проскакивает мимо, лохматя мои волосы, гогоча свое любимое "зубрила" и скрывается за дверью. Это немного поднимает мое настроение, поэтому я снова настраиваюсь на учебу и быстро иду по лестнице. Затылком чувствую скользящий взгляд, но зыркаю на Алекса лишь, когда оборачиваюсь на крики парней. Он все еще сидит на диване, сложив ноги на пуфик. Его поза расслаблена и всем своим видом выдает такого себе победителя по жизни. В прямом смысле. А что, у него всегда все было, есть и будет. Он никогда не знал нужды и вряд ли знает цену собственных ботинок. И меня жутко раздражало то, что я не мог объяснить ему свою позицию по поводу его "ты мне нравишься". В его мире это не будет ударом под дых всем близким, друзьям. В его мире это нормально, дозволено. И никто и никогда не осудит. Это же Соррено. Но я не он. И свой мирок хочу сберечь от всего, что может его разрушить. *** В ванной тихо, точно как и во всем доме. Парни, успев поднакидаться, оккупировали две гостевые комнаты на первом этаже и диван в гостиной. Пускай меня и удивило то, что Алекс не уехал на своей дорогущей машине, припаркованной в гараже, где-то в глубине души я был рад. Хоть и сам не понимал, что так обрадовало меня. Я не чувствовал себя одиноким? Может быть. После переезда и из-за постоянных тренировок Коди я всегда оставался большую часть дня сам с собой и мне не хватало хоть какой-нибудь компании. Чтобы рассказать, как прошел мой день и какой преподавателель по испанскому на самом деле осел. Чтобы я чувствовал себя частью жизни другого человека. Но пока я всегда один. Как было и прежде. Смываю мыло с рук и легонько мочу лицо и шею. Мне осталось еще несколько страниц учебника и можно будет лечь спать. Завтра тогда посвящу день отдыху, просто валяясь в постели, смотря сериалы и не думая ни о чем. Брат все равно с ребятами уедет до рассвета, чтобы получить новую форму. - Господи! Вскрикиваю и хватаюсь за сердце, когда вхожу в комнату и наблюдаю лежащего на моей постели Соррено. Он лениво листает тетради с пометками и хмурится, явно не находя для себя ничего интересного в терминах и фамилиях. В недоумении рассматриваю голый торс парня, ставя мысленный плюсик такому телу. Подтянутое, спортивное и безумно красивое. - Ну и муть ты учишь, у меня мозги закипели от первой строчки! - Алекс отбрасывает конспект и закидывает руки за голову. Он изучает меня, фиксируя все мои движения. В какой момент это начало так будоражить? - Меня все устраивает, так что будь добр слезть с моей постели и свалить в гостевую, - указываю на дверь и забиваюсь в угол, чувствуя какие-то резко возникшие проблемы в лице лежащего Алекса. - Я уйду, если поцелуешь меня, - на губах парня появляется гадкая улыбка, которую тут же хочется стереть, запустив в Соррено стул. - Что? Нет! - с возмущением выдыхаю, бесясь от всей этой ситуации. - Пошел вон! - Арчи, я всегда получаю то, что хочу. Хриплые нотки появляются в голосе Алекса, когда он поднимается, забирая рубашку с кресла. Парень выпрямляется, бессовестно показывая мне идеальное тело. И я бессовестно пялюсь на него. Нет, ну тут невозможно не смотреть, поэтому я не сразу соображаю, что это идеальное тело прямо в нескольких сантиметрах от меня. Еще меня бесит разница в росте. Соррено выше на полторы головы и сейчас он выигрывал, нависая надо мной. Мои метр семьдесят сейчас казались не выше кресла позади меня. - Не передумал? Я же не уйду, пока не получу свой поцелуй на ночь, - ухмыляется капитан, что еще больше начинает выводить меня из себя. Да кто он такой вообще? Тем не менее Алекс наклоняется и грубо впивается в мои губы, пресекая все попытки отбиться, перехватывая и придавливая мои руки к своему телу. Сдаюсь, я, мать вашу, сдаюсь под напором горячих губ и начинаю отвечать. Сперва робко, а после все отчетливее наш поцелуй на ночь перерастал в попытку борьбы. Я задыхался, но все так же отчаянно запутывался пальцами в темных прядях парня напротив. Лишь спустя несколько секунд я смог вдохнуть, прикрыв глаза, утыкаясь лбом в сильно вздымающуюся грудь Алекса. Черт бы побрал этого Александро Митчелла Соррено и его поцелуи. Прямо в этот миг мой мир дал трещину и кто бы только знал, успею ли я ее заделать до того момента, когда на меня упадет крыша. *** С того дня все резко изменилось, притягивая страшные тучи. Над моим миром вот-вот развернется буря, а я не знал, что делать. Бегал из угла в угол или, если быть точнее, прятался по углам, только бы не попадаться на глаза Соррено. Пришлось даже отказаться от нескольких матчей Коди. Брат был не очень рад такому раскладу событий, да я и сам чувствовал себя мерзко, но моя псевдо простуда очень легко сошла за правду. Когда за братом захлопнулась дверь я уже не спал, вслушиваясь в тишину дома. Может, плюнуть на все и пойти на матч? Это ведь важно для Коди, а чего хочу я это уже совсем другое дело. Но принять какое-нибудь решение мне помешал телефонный звонок. "Неизвестный номер". Я всегда с осторожностью принимаю такие звонки, если, конечно, поднимаю трубку вообще. Чаще во мне в такие моменты просыпалась интуиция, и я чувствовал, нужно ли отвечать. Однако сейчас эта зараза молчала. Свайпаю на зеленую трубку и прикладываю телефон к уху. - Ты как? Чего? В недоумении хмурюсь, соображая, где хотя бы приветствие. Убираю трубку от уха, пялясь в незнакомый номер, пытаясь понять, кто же черт возьми может звонить в такую рань и так сразу в лоб что-то спрашивать. Но ответ витал в воздухе, точно как и парфюм Соррено, не выветрившийся после вчерашней тусовки за приставкой с Коди. - Алекс? Привстаю, неудачно глотая слюну, тут же подавившись ею. Закашливаюсь, отчего на глазах выступают слезы. Вот уж правдоподобно болею. С коротким "вот блин" пытаюсь постучать себе между ребер, чтобы протолкнуть хоть куда-то этот ком. - Это я, ты там жив? - спустя несколько десятков секунд слышу в трубке взволнованный голос Алекса, как только приступ удушья уходит, и я возвращаю телефон к уху. - Почти, - коротко кашляю, вытирая слезы. - Откуда у тебя мой номер? - Коди дал, чтобы я лично убедился, что ты меня не избегаешь, но ты и, правда, болеешь, - уже более спокойно произносят на том конце и Соррено вздыхает. - Мне тебя не хватает на трибунах. Да и ребятам тоже. Пытается на жалость давить? Или нет? Но я чувствую какую-то сдавленную вину за то, что я на самом деле избегаю парня. Да, мне страшно, да, я боюсь того, во что это превращается. Я качусь с горы в неизвестность и это меня беспокоит. Получается, я подвожу всех, кому я дорог. Но Соррено… Что ему нужно от меня? Зачем я ему? Вокруг вьется столько всяких людей, которые будут счастливы его вниманию. Так что же с ним не так, что он обратил свое внимание на меня? - На следующий матч приду, - вырывается из меня прежде, чем успеваю подумать о смысле этих слов. - Я буду ждать, - в голосе парня улыбка, а я от неожиданности чихаю. - Правда! На том конце радостно смеются и мне самому на душе становилось легче. Улыбаюсь, быстро прощаясь с Алексом, которого тренер уже звал в автобус. Передаю привет ребятам и кладу трубку. Пусть им сегодня повезет и они победят. Собственно, как и всегда. Поворачиваю голову вправо, не отрывая взгляда от часов. Восемь тридцать три. Самое время разбудить Рейчел и устроить срочную психологическую помощь. Потому что я падал в эту пропасть под именем Александро Митчелл Соррено и не знал как спастись. *** Рей-Рей сидела напротив, гневно сверля меня взглядом. Ее руки были перекрещены на груди, а нога, перекинутая через вторую, очень опасно качалась. В такой позе девушка давала понять, что она очень и очень недовольна происходящим вокруг. Но, что я мог поделать? Оставалось лишь в испуге прятаться под одеялом, наивно веря, что оно спасет меня от взбешенной подруги. - Арчи, немедленно вылезь! - Рейчел сдергивает одеяло, забирая его себе под задницу на кресло. - Ну а что я мог сделать? - сразу же нападаю на рыжеволосую, возмущенно выдыхая. - Кинуться ему на шею и вопить от счастья? - Нет, конечно, но и прикидываться умирающим лебедем глупо, - Рей-Рей успокаивается, садясь рядом. - Прости, но сам знаешь, как мне не нравится бегство от проблем. - Знаю, но я не придумал ничего лучше, - утыкаюсь в плечо девушки, чувствуя, как она гладит меня по спине. - Ничего, тетушка Рейчел тебе поможет больше так не обосраться, - на это усмехаюсь, бурча ей в плечо "ну спасибо". Что ни говори, а рыжеволосая всегда первая и единственная бежала мне на помощь, когда я нуждался. Она давала стоящие советы и никогда не бросала в ситуациях, которые могли подставить. Поэтому Рей-Рей была одной из тех людей, которые готовы жертвовать собой, только чтобы любимые люди были в порядке. И я несказанно рад, что девушка появилась на моей дороге жизни и всегда идет рядом. Какое бы будущее нас ни ждало. - Рей, спасибо, что ты есть у меня, - выдыхаю, жмурясь от смущения. В этой жизни я не умел говорить о своих чувствах вслух. Да никто и не учил меня высказывать такое. Легче всего все утопить внутри, надеясь, что близкие поймут. Они ведь должны знать, что я люблю их, должны понимать, что я дорожу ими, пусть и не произношу этого. Так ведь? Поступки явственнее слов? Но, чем больше я находился среди людей, тем хуже мне было понимать, что я не прав. Все эти короткие "я люблю тебя" или "ты мне дорог" заменяли собой любые поступки, любые подвиги. Чувствовать еще не значит знать. - Не за что, - рыжеволосая соскакивает с кровати, дергая меня за край футболки. - Подъем, мой подопытный друг! - Зачем? - кривлюсь, мечтая пролежать в горизонтальном положении еще несколько часов. - Я что, по-твоему, должна идти на следующий матч в старых шмотках? Мы идем в магазин! - Рей-Рей победно утыкает руки в бока и смотрит на меня с ухмылкой. - Приоденем заодно и тебя, чтобы твой Соррено слюной залился. - Боже, Рейчел, я забираю все свои слова обратно, - недовольно стону, шагая к шкафу, чтобы одеться. - И Алекс не мой! - Ну-ну, - кивает головой подруга и убегает, едва мне стоит замахнуться на нее подушкой. - Жду тебя в гостиной! Придется идти. Иных вариантов не было. Если рыжеволосая что-то решила, то легче пойти по пути наименьшего сопротивления и сдаться на милость ее затеям. Да и мне стоило бы хоть немного проветриться. За своей игрой в простывшего мне пришлось целую неделю не выходить из дома. Не сказать, что я этому был не рад, но где-то глубоко внутри совесть скреблась и мерзко хихикала, как бы говоря: "Ну что, как тебе в роли обманщика?", заставляя шевелиться и исправлять все, что я наворотил. Надеваю черные джинсы и такую же темную толстовку на несколько размеров больше. Вот, теперь я готов выйти в жару из дома. Спускаюсь, закидывая в рюкзак телефон и кошелек. Мало ли, может тоже чего-нибудь прикуплю для себя. Рейчел в гостиной со скепсисом осмотрела мой прикид и, поправив спадающую бретельку своей белой майки, поднялась, набирая такси. Мы выходим на крыльцо, я запираю дверь и устало присаживаюсь на ступеньки. Почему все это происходит со мной? *** Шум и крики заглушали все мои мысли. И я орал вместе с ними, срывая голос, выплескивая все свои переживания. Не зря говорят, что спорт отличное успокоительное, даже если ты по ту сторону игрового поля. Трибуны были забиты, и я почти уверен, что билеты разобрали в первые дни продаж. Кажется, футбол все же в почете. Хотя, спорт в качестве зрителя интересен везде. Это не изнурительные тренировки и не сон в коридоре, потому что нет сил добраться до постели. Это не ужасные травмы и страх совершить ошибку, страх подвести свою команду. Коди часто в начале своего пути плакал в моей комнате, чтобы никто и никогда не видел его таким разбитым. Первые поражения, первые ушибы, все это я наблюдал с первой секунды. Но тем не менее я искренне верил, что Коди сгребет все награды этого мира, они будут украшать его дом, где он будет счастлив с своей семьей. Его дети будут гордиться им. Как и я горжусь. Я взглянул на табло: четыре-один в пользу команды Соррено. Очень забавно, что главный спонсор его отец. Но и не удивительно. Когда твой ребенок делает неплохие шаги, почему бы и не сделать это его главной линией жизни. Спорт тоже очень прибылен до определенного периода, а после всегда можно пойти по стопам своих родителей. Вздохнул, прикрывая уши от крика. Гол. Теперь счет еще смешнее. Второй тайм, конечно, покажет, но, судя по кислым лицам соперников, он им мало чем поможет. С верхних рядов все усерднее начали свистеть и стадион взорвался на последних секундах первго тайма. Здесь был просто культ. Протяжный свист судьи поднял еще большую бурю на стадионе и заиграла танцевальная музыка, чтобы во время перерыва все немного успокоились и пришли в себя. - Ткни еще раз мне пальцем в своего Алекса, - не унималась Рейчел, сидящая рядом в своем новом синем платье. Оно ей на самом деле безумно шло. Рыжие волосы аккуратными кудряшками спадали на плечи обтянутые кружевом и я замечал завистливые взгляды на девушку от других девчонок и заинтересованные от парней вокруг. Но Рейчел сейчас явно была увлечена командой поддержки. Если быть точнее, то Маргарет, которая сейчас махала помпонами и со всеми выкрикивала четверостишие, прославляющее команду. - Рей-Рей, во-первых, он не мой, во-вторых, это тот, что сейчас пьет воду и палит в нашу сторону, - по телу бегут мурашки, когда я ловлю прожигающий взгляд парня. - А, я так и подумала, - фыркает рыжеволосая. - Он перед матчем так на тебя смотрел, что думала сожрет на месте! Уже знакомый мне мечтательный вздох девушки рядом немного возмущает, мол без меня меня женили, но в то же время что-то так щелкает противно в голове, будто открываются замки. Я смотрел в ответ и не понимал себя. Почему мой разум предает меня вслед за сердцем. Ладно оно, влюбчивое в каждого, кто проявит дольку внимания и тепла, но мозг ведь… Вот только я уже не был уверен ни в чем. Кроме одного. Мне нравился Алекс Митчелл Соррено. И я снова не знал, что мне с этим делать. *** Громкая и такая заслуженная победа переросла в массовое гуляние. Коди невовремя выловил меня на выходе и заставил идти с ним, хоть и знал, как сильно я не люблю все эти попойки. Рейчел подхватила меня под вторую руку и окончательно отрезала пути к бегству. Мне осталось лишь горестно поохать и сесть в машину к кому-то из ребят, попивая холодную колу. - Ты где пропадал? - Стив плюхается рядом, раскрывая пачку чипсов. - Болел, - вру и не краснею, хотя в какой-то степени душевное терзание и есть заболевание, от которого так сложно вылечиться. - А, точно, Алекс бегал за Коди, а потом рассказывал, что звонил тебе. Надеюсь, ты больше не пропадешь, а то он такой унылый был на всех тренировках, это нужно было видеть, - блондин достает телефон, показывая мне фото команды с последнего матча. Да, все уставшие, помятые, но в их глазах радость и удовольствие от прошедшей игры. Осматриваю брата на наличие унылости, о которой только что сказал Стив, и нахожу только его дебильную ухмылку, которая меня раздражала всеми фибрами души. - Вот уж не думал, что Коди так расстроится, - усмехаюсь, не понимая, почему тогда брат не сказал мне этого дома, да и вряд ли бы его это настолько расстроило. - А при чем здесь Коди? Я за Соррено говорю, - парень закинул в рот чипсину и с любопытством на меня уставился. Ждет реакции? Вновь смотрю на фото, пытаясь найти на снимке Алекса. И нахожу. Крайний справа, такой же уставший, как и остальные члены команды, но, да, на самом деле он выглядит грустным и немного взволнованным. Хмыкаю, поджимая губы, но решаю просто промолчать. Мало ли, какие мои слова дойдут до Алекса и как именно их донесут. Если что, всегда можно будет это обговорить лично с капитаном, но мне не улыбалась такая перспектива. Опять зажмет меня и поцелует. Но в глубине души мне хотелось повторения. И, может быть, даже не один раз. - Ладно, разберемся, - махаю рукой, допивая свою колу, и ловлю спокойный кивок головой от Стива. Только сейчас в мою голову пришла мысль, что возможно Соррено и попросил своего друга разведать обстановку. Мало ли, что происходит в моей голове. Беру в руки телефон, находя чат с Алексом и пролистываю сообщения, пытаясь найти "криминал". Обычные смски с пожеланием доброго утра, краткие беседы о музыке и погоде, ничего такого подозрительного и опасного. Ничего, что выдало бы состояние Соррено. Может, написать и спросить, что его так обеспокоило на той игре? Ну не верится мне, что причина это я. Не может быть! Тем не менее со вздохом откладываю телефон и слежу за сменой пейзажа за окном. Мы постепенно отъезжаем от стадиона и движемся в центр. Кажется, мини-тусовка у Алекса дома. Что ж, хотя бы посмотрю, как живут мажоры. А парень именно таким мне и представлялся в своей обычной повседневной жизни. *** С легким волнением вхожу в огромную квартиру в новостройке. Сколько здесь комнат? Пять? Две ванных комнаты, нереальных размеров кухня, просторная гостиная и охренительный вид с балкона. О таком доме только и стоит мечтать. Хватаю со стола красный стаканчик с пивом и обхожу шумную компанию, позволяя себе сделать обход территории. Не каждый день есть шанс побывать в таком месте и почувствовать себя богачем. Бегло просматриваю все помещения, почти не тронутые шумной компанией, и заглядываю в последнюю комнату. Тяжелая дверь тихо открылась, и я понял, что явно попал в цель. Незаправленная постель, гора вещей на полу, на стульях. Полка с кубками и медалями над компьютерным столом. Они привлекали своим блеском, поэтому я осторожно подошел, рассматривая каждый из них. Мне было любопытно и даже, если бы сейчас за этим делом меня застал Алекс, я не обратил бы на парня никакого внимания. Это странно, наверное, вникать в чужую жизнь, так не похожую на свою собственную. Но что-то в этом все же есть. Узнать то, что никогда не прочувствовал бы на себе. И меня это влекло, как мотылька на свет огня. Вот только не обжечься бы. Дверь на балкон открыта, и я почти на сто процентов уверен, что Алекс стоит там. О чем он думает? Что вообще происходит в его голове и зачем он все это устроил с этим празднованием, если в последнее время он совсем не весел. Я обхожу все разбросанные вещи, стараясь оставить их в таком же положении, какое они имели до моего прихода, и пробираюсь сквозь разлетающуюся занавеску из лёгкой ткани. Все же путаюсь в ней и едва не грохаюсь на холодный пол. - Чуть не убился, - выдыхаю, выравниваясь и придерживаясь за столик. Сразу ловлю на себе заинтересованный взгляд Соррено. Как тогда, в самую нашу первую встречу в забегаловке на Роу-стрит. Парень будто впервые видит меня. Снова хмурится. - Ой, если ты хотел побыть один, сорян, я ухожу, - снова начинаю пробираться сквозь чертову занавеску, путаясь в ней. - Не уходи, - Соррено подходит, перехватывая меня под локоть. - С тобой мне… легче. Я тут же прекращаю попытки прорваться и замираю, смотря в глаза напротив. Ему легче? Но я ведь ничего не делаю. Порой мы даже не обменивается и словом, когда я заглядываю к Коди на тренировки, забиваясь в угол и делая домашку. - Хорошо, - отвечаю, чувствуя, что повисло неловкое молчание. Соррено немного улыбается, отпуская меня, и уходит на свое место, отпивая из стакана пиво. Я же пока стою на месте, не зная, куда примкнуть свое тело. Мне просто сесть за стол и хлебать свой напиток или подойти к нему и выяснить, что с ним? А если он не хочет говорить? Не расстрою ли я его еще больше? - Алекс, у тебя все хорошо? - плюю на все, оставляю пиво на столе, подхватываю два плетеных стула и подтаскиваю их к Соррено. Плюхаюсь, закидывая ноги на бортик балкона и прикрываю глаза, вдыхая прохладный вечерний воздух, дожидаясь ответа капитана. - Да, а что? - парень присаживается на стул рядом и повторяет мои движения. Сорок третий. Все еще прикидываю размер ног, чтобы подарить ребятам носки на Рождество. - Просто выглядишь грустным, не веселишься с ребятами в гостиной. - Немного поворачиваю голову, чтобы видеть реакцию Соррено. - Устал, хочется тишины и чтобы ты сидел рядом, - Алекс лохматит мои волосы, а у меня внутри все скручивает. Тело прошибает током и от головы расползаются мурашки. Мне хочется его прикосновений и это для меня самое страшное. Ведь, как говорил Станиславский, когда его попросили описать любовь глаголом: "Хотеть касаться". И я хочу. Так сильно, что подушечки пальцев едва ощутимо покалывает. Будто мне жизненно необходимо прикоснуться, зарываясь носом в темных чуть спутанных волосах. Словно я не смогу и дня без прикосновения Алекса. Меня это пугало, потому что я не понимал, в какой момент он сотворил со мной такую страшную вещь как влюбленность. - Слушай, все хочу спросить. Тот случай в коридоре, когда ты мне чуть руку не оторвал. Что это было? Пока я прокручивал в голове все наши встречи, именно этот эпизод так выбивался из ряда всех других. И я очень надеялся, что Соррено найдет ответ или хоть какое-то внятное оправдание своим действиям. - Ох… Не думал, что ты это помнишь, - Алекс нервно барабанит пальцами по стаканчику с пивом и прикрывает глаза. - Просто, ну, знаешь… Ты когда-нибудь видел человека, что снился тебе? При этом ты точно был уверен, что никогда прежде его не встречал! И в твоём сне все так реально, все так… ярко, что нет сил и смысла покидать эту иллюзию. Парень на мгновение закрыл глаза, потирая пальцами переносицу. Этот жест говорил мне о неловкости, что и так исходила от Алекса. - Мне сны вообще редко снятся и в основном такая чушь, - тихо смеюсь, ловя такую же добрую улыбку на лице Соррено. Бросаю фразу в пустоту, заполняя монолог капитана. Чтобы он не чувствовал себя на допросе, чтобы ему было легче, потому что я ощущал, насколько трудно он говорит обо всем, что у него в голове. Его не научили выражать свои эмоции? Ему не показали, как говорить о том, что в сердце, душе? Здесь мы похожи. Я тоже не умею этого делать. И ради него я хотел продолжать учиться. Когда он влез в мое сердце, присаживаясь за воображаемый стол с моей семьей и Рейчел? Неужели я, такой внимательный к деталям, замечающий все и вся вокруг, упустил такой важный момент? Почему рядом с ним мне так сложно продолжать плыть по течению? - А потом ты в той забегаловке, такой уставший, как в моем сне. Я даже не сразу поверил. Мне пришлось ущипнуть себя. Ведь так не бывает? Чтобы я проснулся с ощущением твоих губ на моих и вдруг увидел тебя, даже не знающего о моем существовании! Ты же только был в моих руках... и в коридоре я схватил тебя, чтобы убедиться, что не сплю. Прости, если сделал больно. - Ого! Прикольно, наверное, - завистливо поджимаю губы, надеясь, что мне тоже когда-то приснится что-то стоящее. Но на самом деле я скрывал свое смущение и испуг. В его сне мы вместе. И вот он находит меня в реальности. Так, значит, я нравлюсь ему только потому что напоминаю себя из его снов? Ему нужен не я, а лишь тот образ. Вот в чем дело. Вот в чем вся соль. Вздыхаю. Надо же. Мои сны скорее всего просто набор каких-то криво склеенных кусочков кинопленки. Отрывки какого-то бреда, фильмов, сцен из книг, диалогов, которые мне никогда не вспомнить. И все это в одну секунду сливается в грязное пятно, что вылетает из моей головы стоит мне открыть глаза. Наверно, очень круто, когда тебе снится связное и запоминающееся. Алекс даже запомнил мое лицо. Хотя я где-то читал, что наш мозг не может придумать образ, он использует то, что мы видели, слышали, чувствовали. Просто не заметили или не обратили внимания, однако наше подсознание все записало. Но в моем случае есть даже плюс. Никогда не снятся кошмары и прочая пугающая хрень. А если и снится, то я вряд ли вспомню о ней к утру. - Арчи, - выныриваю из мыслей на тихий зов Соррено. - Что? - поворачиваю голову, натыкаясь на напряженный взгляд. - Если я… предложу тебе кое-что, пообещай, что подумаешь над моими словами, - я внутренне готовлюсь к чему-то ненормальному, поэтому уже собираю все, что можно использовать в форме отказа. От простого "нет" до вполне ощутимой и увесистой оплеухи. - Смотря о чем идет речь, - проглатываю ком, начиная нервничать. Что он предложит? Почему-то сразу в голову лезут пошлые мысли о сексе. Но мне хотелось и хочется верить, что Алекс не настолько мерзкий тип. Или может он хочет что-то попросить на выпускной. Осталось всего ничего, а подготовка началась еще летом. А может что-то связанное с командой? Я точно его пну, если он предложит мне станцевать с помпонами на финале. До него, конечно, ещё дойти нужно, но я не сомневался ни в команде, ни в ее капитане. Я верил, что Коди будет держать в руках золотой кубок и всей командой пить из него шампанское. Что-то в последнее время я становлюсь фанатом этого движения. Но им невозможно не заразиться. - Арчи, сперва я, конечно, хочу точно знать, что ты ко мне чувствуешь, а потом уже… Пойдешь со мной на выпускной, как моя пара? После его секундной запинки этот вопрос прозвучал слишком громко и резко, словно Алекс на самом деле нервничает. Я с интересом смотрю, как он пальцами мнет край пластикового стаканчика. Надо же. В какой момент все перевернулось? - Эм, Алекс, - я запнулся о собственные мысли, которые сейчас резко разлетелись по черепной коробке. Он хочет, чтобы я пошел с ним на выпускной… Как его пара. Но с ним же должна идти какая-нибудь красотка из команды поддержки. Как готовые король и королева вечера! А тут я. Да и не в тех мы отношениях с Алексом. Вроде. И тогда мне нужно будет признаться Коди, рассказать родителям, весь наш обман с Рейчел для них будет шоком. Хотя мы никогда и не обсуждали в семейном кругу возможные варианты ориентации. Тогда почему же я уверен, что это их убьет? - Погоди, ты обещал подумать, ладно? Не отказывай мне так сразу. - Алекс осторожно сжимает мои ладони, согревая своим теплом. Я смотрю на свои бледные руки и не понимаю, почему хочу залезть под кожу Алексу, хочу, чтобы все его тепло принадлежало только мне. Как и он сам. Я уже утонул в нем? Когда это произошло? Ему ведь нужен не я, а тот образ, что приходит в его снах. В груди закололо. Отчего так неприятно? *** Пытаюсь согреть холодные руки, пряча их под подушкой. Но это мало спасает ситуацию. Поэтому все же поднимаюсь с кровати и иду искать в кладовку зимнее одеяло. Там еще оставалось несколько коробок с неразобранными вещами и теплыми пледами. Надеюсь, я впихнул его туда. Мельком выглядываю за окно, наблюдая пустые предрассветные улицы. Морозная тишина. Сейчас бы как никогда пригодился Соррено с его теплой курткой. Как тогда, когда мы сбежали с вечеринки и пошли гулять по ночному городу. Алекс водил меня по своим любимым местам и рассказывал какие-то местные легенды, свои истории, что произошли в этих местах. А я плелся за ним и кутался в его тепло. Он почти сразу отдал свою джинсовую куртку, в которой я тонул, но так приятно было вдыхать аромат его духов и чувствовать, как тяжесть моих накрученных проблем уходит далеко и надолго. В ту ночь я понял, что меня так притягивает к парню. Его легкость и такая же надломленная душа, как и моя собственная. Он боится что-то проявлять, но мне так было хорошо от осознания, что ради меня он пробует. И я делал это вместе с ним. Мы держались за руки, бегали по пустому проспекту и так много смеялись. А еще целовались. Так жадно и не скрываясь. Впервые я чувствовал себя свободно. Меня не тревожило, что обо мне подумают, что скажут люди и как мне оправдаться перед близкими. Был просто алкоголь, Алекс, я и его теплые руки, крепко удерживающие меня, когда я шел по краю моста. Я без стеснения жался к Соррено и мне было плевать на все, когда я чувствовал ответные объятия. А Алекс все без умолку повторял, как я вскружил ему голову и как сильно он влюблен. Мне впервые признавались в любви. Это не родители, это не Коди и даже не Рейчел. Это Александро Митчелл Соррено, мать его так. И я готов был кричать о том, насколько я счастлив. Сердце стучало в висках, заглушая мысли, которые не хотелось видеть. Я так не хотел верить, что это сон, который к утру я забуду и не вспомню больше никогда. Так не хотел знать, что это обернется против меня, ведь я тянусь за всеми, кто добр ко мне. Как цветок посреди проезжей части, что льнет к солнцу, грея лепестки. - Арчи, ты чего стоишь посреди лестницы и не шевелишься уже пять минут? Все нормально? - дергаюсь, когда чувствую ладонь на своем плече. - А? - оборачиваюсь, видя настороженного брата. - Это ты, я просто задумался. Шел за одеялом. - Я тоже. Стой тогда тут, принесу коробку. В кладовке? - киваю, и Коди спускается вниз, заворачивая к двери под лестницей. Присаживаюсь на ступеньки и мне в голову приходит безумная мысль. И у меня есть несколько минут, чтобы придумать, как ее выставить так, чтобы не возникло подозрений ни у кого, кто будет сомневаться. Рано или поздно этот разговор нужно было сделать и обсудить все, что волновало меня. Может, я столько потерял? Может все проще, чем я себе напридумывал и у меня есть шанс быть счастливее? - На, я взял то, что побольше себе, у меня вечно ноги торчат, - брат улыбается, ожидая какой-то реакции от меня, но я собираюсь с силами, чтобы начать разговор. - Коди, можно услышать твое мнение? - вдох-выдох, главное не забывать спокойно дышать и не начать заикаться. - Да, конечно, - парень присаживается рядом на ступеньки, кутаясь в одеяло. - Ну, в общем, это так, для одного проекта, - сбивчиво и быстро проговариваю, боясь, что не хватит духу на основное. - Короче. Вот допустим кто-то из твоих друзей или семьи окажется человеком с нетрадиционной ориентацией. Как ты к этому относишься? Мне показалось, что сердце замерло, дыхание замедлилось до критической отметки и весь мир прекратил двигаться. - Ого, вопросик, - Коди почесал затылок, скручивая губы в трубочку. Он всегда так делает, когда над чем-то серьезно задумывается. А у меня в эти секунды все перевернулось и горело пламенем. Что он ответит? Что это мерзко, гадко, неестественно и он откажется от такого человека? Мне едва хватало сил не резреветься. Вот, сейчас, сейчас я стану изгоем семьи. Ой, дурак, какой же я дурак. Ну вот кто за язык тянул. Жил бы в своем мире, да, один, да, несчастен. Но все было бы хорошо. Я расшевелил осиное гнездо и самое время бы убегать, но я сижу и жду. Как приговора палача. Почему ты так долго молчишь, Коди? - Если не хочешь, не отвечай, - делаю вид, что мне все равно, но руки дрожат, ноги не слушаются, когда хочу подняться. - Да не, я просто собирал слова в предложение. Я туплю, когда дело такое, знаешь, философское, - брат пожимает плечами. - Вообще, я не расстроился бы. Если люди любят друг друга, то почему и нет. Сейчас не то время, когда это табу. По крайней мере уже не для всех. Если кто и против, то точно не я. Или мама с папой. Главное, чтобы человек был хороший и ты был счастлив, а там уже тебе решать, не нам. - А я тут при чем? - проглатываю вязкий ком, царапающий глотку. Ладони вспотели и, если бы было посветлее, то брат явно разглядел мое красное лицо. Ох, что-то мне становится нехорошо. - Да ладно тебе. Я видел, как вы с Алексом сосались у фонтана. У него из квартиры отменный вид, - Коди пожимает плечами и обнимает меня. - Арчи, мы всегда на твоей стороне. Мы любим тебя. И если ты знаешь, что этот молчун сделает тебя счастливым и с ним тебе хочется улыбаться, то пускай это будет хоть гоблин. Семья на то и семья, чтобы поддерживать. - Спасибо, Коди, Боже, Коди, - крепко обнимаю его, уже не придушивая свои слезы. Брат что-то говорит, успокаивающе поглаживая меня по спине, но я не слышал его, выпуская все, что накопилось за столько лет. Все переживания, отторжение себя и столько боли, которая липким комом разрослась по всему телу. На часах три сорок утра. Самое время позвонить Рейчел. *** Я знал, что не сомкну глаз до рассвета. Так что бессовестно позвонил по видеосвязи подруге, надеясь, что она готовится к тесту по физике и не спит. Обычно девушка доводила все до степени дедлайна и выполняла все в самый последний момент, ненавидя всех и все на этой планете. Да и на других, если там, конечно, кто-то живёт. И мои догадки оправдались, стоило увидеть недовольное лицо подруги с огромным пучком волос на голове, истыканного ручками и карандашами. Странные привычки есть у всех. У Рейчел это втыкание всех письменных принадлежностей то за ухо, то в хвост или пучок на голове. Она однажды сказала, что это ее способ справляться со стрессом. Будь у меня тоже волосы подлиннее, то, может, и мне было бы легче, делай я так же. Но тут Рей-Рей заметила мое опухшее от рыданий лицо, и я увидел, насколько резко девушка превращается во взволнованную мамочку. И я не стал скрывать, поскорее вываливая весь разговор, как на духу. Подруга громко закричала, пища от радости и подскакивая с места, так что мне пришлось снять наушники, пытаясь не оглохнуть. Вытер мокрые дорожки слез, почему-то хлынувших вновь. Стресс. Наблюдая это Рей-Рей тоже разрыдалась. Казалось, рыжеволосая была счастливее меня в этот момент. Девушка откинула конспекты, вынула из головы все ручки и заняла максимально удобную позу, чтобы похвастаться в ответ. - В общем, помнишь, Маргарет? - я слышу, как дыхание девушки прерывается, она в нетерпении ерзает в кресле. - Это, которая из группы поддержки? - прокручиваю всех возможных знакомых и не очень девушек с таким именем. - Да, - довольно кивает рыжеволосая. - Я как бы хотела тебе уже днем все рассказать, но раз пошел такой движ. Короче. После матча я на вечеринке с ней раззнакомилась и выпросила ее номер. - Так, - напоминаю подруге, что я все еще жду продолжения, когда она замолкает и крутит в руках линейку. - И мы идем в пятницу в бар. Выпить по стакану фруктового пива, поесть пиццы, - Рейчел виновато смотрит в камеру. - Я помню, что мы договаривались пересмотреть Матрицу, но, Арчи, ты ж простишь свою непутевую теперь уже бывшую? Смотрю в ответ, стараясь громко не смеяться. - Что с тобой делать, иди, конечно, я что-то придумаю для себя, - хихикаю, понимая, что неожиданно обзавелся бывшей. Мы быстро завершаем разговор и я вновь укладываюсь в кровать, кутаясь в теплое одеяло. За окном уже отчетливее виднеется поднимающееся солнце, и я впервые в своей жизни не мог дождаться дня, чтобы написать Алексу. Теперь я могу пойти с ним на выпускной, могу отпустить себя и позволить влюбиться. Как в книжках. Сильно, неистово и так пьяняще. Хотя, мне кажется, я и так влюблен. Иначе и не объяснить, почему мое сердце так громко стучит, когда Соррено прикасается ко мне. Но меня почему-то пугало то, с какой скоростью все развивается. Так и должно быть? Вздыхаю, хватая с тумбочки телефон и открываю диалог с Алексом. Последнее сообщение от него было вчера вечером. Мы болтали о предстоящем Хеллоуине и парень советовался, можно ли у меня в колледже арендовать костюмы. «Не спишь?» - печатаю и смотрю, как возле текста появляется галочка. «Нет, я еще не ложился» - отправлено в пять сорок три. «Тяжелая ночка?» - несколько раз стираю и вновь набираю один и тот же вопрос почему-то не решаясь его отправить. Но все же сдаюсь. Отправить. «Мягко сказано) А ты чего не спишь?» - лишь спустя семь минут мне приходит ответ. Я его от чего-то отвлекаю? «Поболтал с Коди и теперь не усну, да и о выпускном думаю, над твоими словами» - парень точно сейчас захочет узнать, что я решил. А я и сам не знал, правильно ли поступаю, правильно ли все обдумал. Бежать за первым, кто позвал? Первым, кто подарил тепло и уверил, что я ему нравлюсь просто за то, что есть? «И что решил?» - даже в простом вопросе мне мерещилась напряженность. Может это от меня исходила эта напряженность, поэтому мне она везде и казалась. Я и сам не знал. «Давай еще немного узнаем друг друга получше, чтобы я был уверен в своих действиях. Но я пойду на твой выпускной, как твоя пара» - вновь пишу и стираю текст по десятку раз. Отправлено в шесть ноль три. Прочитано. *** Время летело с сумасшедшей скоростью, и я никак не мог привыкнуть к своему статусу "в отношениях с Александро Соррено". Иногда я настолько не верил тому, что случилось в моей жизни, что мог подолгу смотреть на переписку с Алексом. Я просматривал наши фото и лишь крепко прижимал к груди экран телефона, ощущая то тепло, что дарили мне эти кадры. Меня любят, как и я люблю. И это так невероятно приятно. Любить кого-то. Появилось столько всяких дополнительных пунктиков, совмещение учебы и любви, что голова шла кругом. Но все компенсировали минуты, проведенные вместе с Алексом. Я утопал в его руках, стоило ему просто обнять меня или просто крепко держать мою ладонь, когда провожал меня домой. Я не мог оторвать взгляда от его профиля, когда мы сидели в кино на каком-то боевике. Не верил, что это происходит со мной. Но еще невероятней мне казалось всеобщее внимание. Это ведь просто я, Арчи. Не звезда школы, поступившая в колледж, занимая ту же нишу здесь. Но, находясь рядом с Алексом, я чувствовал себя намного больше, намного ярче и жарче, чем просто "звезда". Я чувствовал, что я его солнце, его луна и его космос. От одного осознания по телу шли мурашки, и я теснее жался к Соррено. - Не замерз? - Алекс на секунду выпускает меня из объятий. Мы, как обычно, лежали в его гостиной и лениво наблюдали за происходящим в каком-то очередном фильме ужасов. За окном уже давно стемнело, но возвращаться домой не хотелось от слова совсем. Именно поэтому полчаса назад я позвонил Коди, выслушав тонну недовольства в сторону Алекса, но отпросился переночевать у Соррено. - С тобой замерзнешь разве? - смущаюсь своих чувств, утыкаясь в плечо парня. Мне было так тепло просто находясь рядом с Алексом, что я и забыл, насколько бывает холодная ночь в городе. Я кутался в жар печки в машине парня, когда он подвозил меня домой после занятий, я ловил его горячее тело и сгорал, не чувствуя боли, стоило ему просто прикоснуться ко мне. Его обжигающие руки обещали испепелить все вокруг, но только не меня. - Мне кажется, это ты меня согреваешь, потому что не зря Коди говорит, что ты солнце, - все так же улыбаясь, отвечает парень. Прикрываю глаза, ощущая, как меня убаюкивают объятия Алекса. Соррено осторожно водит пальцами по моей шее, наклоняется и оставляет мокрый след поцелуя на плече. Его горячие руки скользят вниз, заползая под мою кофту, поглаживая бока. - Алекс? - выныриваю из дремы, уже ловя поглаживание по ноге, слишком близкое к паху. Меня волновали его прикосновения, я загорался, словно спичка возле бензоколонки, стоило Соррено просто поцеловать меня. Но сейчас, когда парень затевал свою игру, я не мог не поддаться, потому что чувствовал, что это правильно, это нужно для нас обоих. - Я хочу тебя, - шепчет Алекс мне на ухо. По спине бегут приятные мурашки, а разум затуманивается, когда ладони скользят под резинку домашних брюк, одолженных несколько часов назад у самого Соррено. - Стой, - перехватываю руку, останавливая все происходящее. - Что такое? Тебе не нравится? - Нравится, просто я никогда… Ну, то есть теорию знаю, но… - у меня прерывается дыхание, когда я ловлю взгляд Алекса. Он смотрит на меня нежно, спокойно, что и передается мне. Соррено кивает, устраивая свои руки мне на живот. - Смотри фильм, я не сделаю тебе ничего плохого, помни, - вновь голос парня понижается, вызывая во мне волнение. Выдыхаю, стараясь успокоиться, не реагируя на Алекса так сильно. Вновь устраиваюсь удобнее, откидываясь на грудь Соррено. Продолжаю следить за развитием событий в фильме, но мои мысли все на руках, что осторожно поглаживают низ живота. Алекс не спешит, не старается стянуть с меня трусы, и это для меня говорит о многом. Может, если бы он повторил сейчас вслух свое признание, что так часто пишет в смс, то мои страхи и ложные переживания отступили, позволяя окончательно упасть с головой. Вот только я уже утонул. - Не отвлекайся, озвучивай для меня сюжет, - Алекс кусает меня за мочку уха, не позволяя развернуться в объятиях и поцеловать себя. - Х-хорошо, - сглатываю, пытаясь сконцентрироваться на экране. - Сара берет факел и заходит в гробницу… На мои слова Соррено довольно мычит, а его рука, так вовремя пробирается под резинку белья, обхватывая мой член. Давлюсь звуками, собираясь озвучить дальнейшее, и лишь громко стону, прикрывая глаза, хватаясь за бедра парня. - Что там дальше? - с усмешкой шепчет Алекс, вновь кусая меня за ухо. Но я игнорирую его слова, толкаясь в ладонь. Соррено тут же останавливается, проговаривая, что не продолжит, если не узнает про дела в гробнице. - Черт бы тебя побрал, - зло шиплю в ответ, но внутри чувствую, насколько мне нравится эта игра. - Она нашла свою команду и они развернули карту на огромном камне… - Умница, - ладонь парня вновь возобновляет свои движения. С каждой секундой я все хуже вижу экран и то, что там делают похитители сокровищ, но что-то говорю Алексу, только бы он не смел остановиться. Соррено же, казалось, и не собирался это делать. Сдаюсь, закрывая глаза, и только тяжело дышу, двигая тазом в такт скольжению ладони. Хватаюсь за руку Алекса, переплетая пальцы, чувствуя, как близок к тому, чтобы кончить. - Ты меня любишь? - где-то вдалеке, пробиваясь сквозь шум в ушах, слышу голос парня. - Да, - отвечаю, не осознавая до конца, на что Алекс получает от меня ответ. Но Соррено довольно чмокает меня в плечо, ускоряя движения. Я второй рукой вцепляюсь в правое бедро парня, теснее прижимаясь к горячему телу, ощущая, насколько завелся сам соблазнитель. - Ты же не оставишь меня без сладкого, м? Чертенок... - Да, - выдыхаю невпопад, кажется, даже не дав закончить Алексу. Последние движения ладони, и я вскрикиваю, чувствуя, как мое тело немного потряхивает, а разум отключается напрочь. Я обессиленно растекаюсь на теле Соррено, позволяя делать ему со мной все, что вздумается. Но Алекс лишь поправляет мои брюки, обнимая, и устраивает свою голову на моей макушке. - Готов поспорить, что там сейчас будут мумии, - обыденно произносит парень, словно ничего не было. Я поворачиваю взгляд на экран, наблюдая за убегающей командой похитителей, и стараюсь вернуться в реальность. - Если хочешь, я могу... - Не нужно, - мотает головой, но я ощущаю поясницей, насколько Алекс возбужден. Кого он пытается обмануть? *** Я так заблудился в его словах, действиях, что не замечал очевидного. Не видел того, что стоило просто выделить красным у себя в голове. Мы честно и искренне пытались найти наши нити, что связывали нас. И я находил. Одну за другой. Но лишь спустя время понимал, что выдумывал все сам, а Алекс лишь умело играл со мной и моими чувствами. "Я знаю, что это не говорят только в переписке, но мне важно, чтобы ты знал, что я люблю тебя", - сердце ухнуло вниз, прячась в глубине тела, укрываясь от атаки. Простые слова, которые уже давно утратили свою силу в этом чертовом обществе, сейчас били и кидались ножами, задевая меня со всех сторон, пропитывая тело ядом. Я. Люблю. Тебя. Всего три слова. Десять букв. И дни и недели страданий, которые я был вынужден принимать после. Он не умеет любить. Да никогда и не умел. Просто нашел очередного лошка, который захочет поверить во все, что ему наплетут. И нашел. А я верил. И если бы я только знал, чем все обернется, когда Коди пригласили в команду , когда ему выпал шанс роста его карьеры. Я бы не поехал вслед за ним, согласившись на его уговоры, да я, может, и сам убедил его остаться. Выпускной год, колледж почти окончен, какой смысл переезжать? Ради призрачного будущего? Да и я легко нашел бы какой-нибудь вариант для себя недалеко от дома. Если бы я только мог подумать, что влюблюсь так опрометчиво, наплевав на свои принципы. Я бы бежал. Бежал прочь от Соррено, от этого города и этих чувств. Потому что я знаю что не справлюсь, не смогу совладать с ними и придушить так же, как делал это со всеми своими другими эмоциями. Этот пожар разгорелся, охватывая всю душу, весь разум. И тушить его невозможно, да и не чем. Я тонул, горел и задыхался. Прямо сейчас, едва держась на своих ногах, чтобы не рухнуть. Если бы не стол, на который я присел, то наверняка бы эта Элизабет, что подошла ко мне несколько минут назад, чтобы поговорить, радостно ликовала. Неужели она думает, что я так просто покажу ей свою боль? Я так искусно прятал все, что чувствую все эти годы, а то и вовсе был без эмоций ради того, чтобы никто, ни одна живая иль мертвая душа не сделала больно, не увидела, насколько я уязвим, насколько я хрупок. Вместо этого я взращивал на себе броню. Поэтому сейчас я делаю вид, что мне смешно. Хотя где-то я смеюсь искренне. Хохочу над собой, над своей глупостью и доверчивостью. Ох, как быстро закончилась моя сказка. - Так ты не знал? Дурашка, - мне в лицо опять смеется темноволосая девушка, одетая в легкое для ноября пальто. Элизабет была одногруппницей Соррено, и я часто видел ее, когда приходил на тренировки. Ее черные волосы, всегда уложенные в сложную прическу, строгие платья на идеальном теле, Вулкот была образцом девушки с обложки какого-нибудь глянца шестидесятых годов прошлого столетия. Такая типичная домохозяйка. Вот только в современных реалиях она была отнюдь не доброй и готовой прийти на помощь. Я узнал девушку только с ее худших сторон, но она ними безумно гордилась, продолжая показывать, насколько она зла, расчетлива и коварна. Такие люди всегда берут то, что хотят любыми способами, даже, если они будут рушить чужую жизнь, такие как Элизабет всегда получают то, что хотят. - Я не верю, - мотаю головой, отказываясь принимать ее слова. Ну не может быть так? Коди бы знал. Я бы догадался. Рейчел бы заметила неладное! Смотрю в карие глаза Вулкот, пытаясь найти там ложь, издевку или хотя бы кроху шутки. Ничего. Только уверенность и насмешка. - Тогда спроси у Алекса, он уже наигрался, думаю, теперь спокойно тебе все расскажет и, наконец, вышвырнет из своей жизни, - девушка поправляет сумку и гадко улыбается, видя всю растерянность в моих глазах. А после уходит, посмотрев на меня сверху вниз. И меня переколотило от этого взгляда пренебрежения, брезгливости. Я ощутил себя мусором под ее ногами. Конечно, Элизабет могла показать людям свое место. Иначе не ей был бы отведен трон и корона, как звезды этого колледжа. Я никогда так близко не общался со старшекурсниками, да и общих предметов у нас нет. Так что я, как и многие другие, просто наблюдал за ней во время перемены, слышал смех ее обожателей в столовой и задавался вопросом, всплывающем в подсознании, - как можно быть такой яркой? Не в плохом смысле слова, но и не хорошем. Элизабет Вулкот умела и знала, как блистать в любой ситуации, она выделялась в толпе и буквально утаскивала в свое болото хороших людей, которые гнили, только бы угодить ей. Темноволосая притягивала внимание, словно магнит, собирающий металлолом. И она всегда была ярким пятном в серой картине. Она знала, что только она достойна лучшего, поэтому, не стыдясь и не беспокоясь о чувствах других, вырывала желаемое из рук. Вот и сейчас, разузнав, что Алекс идет со мной на выпускной, она спустилась со своего Олимпа, чтобы указать, где мне место, чтобы столкнуть с этой лестницы в небеса обратно на землю. Но, если все, что она сейчас мне сказала, правда, то мне нужно быть ей безмерно благодарным, что раскрыла мои глаза на все происходящее, пускай и с выгодой только для себя. Словно в бреду достаю телефон и, не решаясь позвонить Соррено, печатаю смс, надеясь, что он не будет набирать меня, чтобы распросить, что произошло. «Нужно поговорить, я зайду к тебе сегодня после занятий» *** Ноги совсем не несут меня в дорогой район, и я буквально готов все бросить. Ну живет он с какой-то там Элизабет уже полгода, ну и что? Ну собираются они пожениться, что с того? Делаю глубокий вдох, успокаиваясь. Странно, что я не видел ее вещей, когда сидел у Алекса в гостях. Хотя, чему я удивляюсь. Если, как выразилась девушка, он играет со мной, то ему не выгодно, чтобы я так быстро все узнал. Боже. Почему мне все равно? С ужасом прощупываю свои мысли, свои чувства и обнаруживаю, что мне нет дела до того, что у Соррено есть девушка, с которой он встречается параллельно. Мне безразлично, что он не любит меня. Плевать, что я всего лишь игрушка в его руках. Добрый вечер, Апатия, давно не встречались, как дела, где отдыхала? Усмехаюсь тому, что происходит в моих мыслях. Я просто схожу с ума, это нормально. Набираю код домофона и жду, когда Алекс откроет мне дверь. Противный писк, дергаю дверь и бреду к лифту. Последние секунды перед тем, как я брошу Александро Митчелла Соррено. Сделаю то, что не сделал он. То, что давно нужно было закончить. - Привет, я соскучился, - едва дотягиваюсь до звонка, как дверь открывается, являя мне Алекса в домашних брюках на голое тело. Парень берет меня за куртку, притягивая для поцелуя. Я хмурюсь, но отвечаю. Нет, не я, это делает мое тело. Оно хочет Соррено, оно нуждается в нем, не я. Мне он больше не нужен. Так ведь? Или я только пытаюсь убедить себя в этом? - Привет, - шепчу, проскакивая в прихожую, не желая, чтобы кто-то случайный стал свидетелем. - Заходи, я чай сделаю, - Алекс выглядит таким счастливым, приглашая меня за стол, что я скидываю кроссовки, отодвигая момент расставания. Пятнадцать минут, еще немного, я хочу надышаться счастьем. Запомнить этот миг. - Угу, - киваю, развязывая шнурки, что наверняка плохая идея. Но, думаю, Алекс вряд ли будет бежать за мной и умолять остаться, заверяя в своей любви. - Ты чего такой задумчивый? Случилось чего? - парень на кухне заваривает мне фруктовый напиток, добавляя три ложечки сахара. Помнит, зараза. - Да так, пришлось выслушать много всякой фигни, обдумываю, как все сделать правильно и безболезненно, - вздыхаю, откидываясь на стуле. В голове хаос, я не могу сказать и слова, поэтому просто отпиваю чай, тут же обжигая кончик языка. Да что же это такое? На глазах наворачиваются слезы, но я держусь, пока еще держусь. Соррено сидит напротив и с беспокойством наблюдает за мной, но молчит. Наверняка ему все равно, что я чувствую. Господи, Алекс, ты живешь с какой-то бабой и говоришь, что любишь меня? За что, Алекс? Что я такого плохого сделал тебе и твоей семье, что ты так издеваешься надо мной? Почему выбрал именно меня в свои жертвы? Неужели я так похож на забитого лошка, над которым можно прикалываться, теша свое самолюбие. Хотя, чему я удивляюсь. Развлечения богачей, не иначе. - Нам нужно расстаться! - резко выпадиваю, собирая всю волю в кулак. Соррено давится чаем, закашливаясь, смотря на меня в непонимании. Что, не ожидал, что игрушка сама окажется с колючками? Пока Алекс откачивается, поднимаюсь, быстро обуваясь. В кухне какой-то грохот, но я не отвлекаюсь, кажется, выворачивая себе указательный палец, так торопясь всунуть свою пятку в кроссовок. И, когда я уже ухватился за дверную ручку, передо мной влезает Соррено, преграждая мне путь к отступлению. Зачем я тебе теперь? По моему лицу во всю текут слезы, и я не скрываю их. Вот, смотри, любуйся. Ты получил мое сердце, выиграл у своих друзей. Так что теперь спектакль окончен, гаснет свет! - Арчи, прошу, объяснись, что не так? - хрипит парень, кашляя. - Это из-за того, что в последнее время мы редко видимся? Прости, просто перед важным матчем много тренировок, я дома только сплю и все. Но, обещаю, я буду больше проводить времени с тобой! Смотрю в его бесстыжие глаза, не веря ни единому слову, ни единой эмоции на его лице. Ты волнуешься только потому что еще не наигрался? Боишься, что дружки не засчитают победу? - Как же я ненавижу тебя! - толкаю его в грудь, отчего Соррено вываливается на лестничную площадку. Пока он в замешательстве, я проскакиваю мимо и несусь по ступенькам, игнорируя лифт и крик Алекса в спину. "Арчи, не уходи". А я и не ухожу, я позорно сбегаю. У меня не вышло уйти красиво, как это делают сильные люди, как поступают смелые умы. Я же просто вновь прячу голову в песок. По-другому я не умею. Не чувствуя усталости, бегу по набережной, спускаясь к колесу обозрения. В голове проскакивает ужасающая мысль: "А если я сброшусь с самого верха, я точно умру?". Мотаю головой, сжимая в кулаки клочки волос. Ну за что? Уже почти не могу дышать, поэтому останавливаюсь, хватаясь за дерево. Каштан осыпается к моим ногам желтыми листьями, что снес ветер, и я на миг забываю обо всем, пялясь в небо. Я пытаюсь прийти в себя. Хлопаю по карманам, нащупывая мобильный, чтобы позвонить брату. Сейчас я хочу просто закрыться в своей комнате и лежать там до тех пор, пока не разложусь на белки, жиры и углеводы, распространяя запах печали на всю улицу. Гудки медленно убивают меня, потихоньку возвращая мне состояние истерики и паники. Брат как всегда отвечает в самый последний момент, сонно бормоча какую-то ерунду вместо «алло». - Забери меня, пожалуйста, Коди, забери меня, - всхлипываю, не выдерживая вновь накатившей обиды и печали. Как же так? Как я мог так вляпаться по уши в том, кому нельзя доверять? *** В последние дни я чувствовал, что схожу с ума. Я начал бояться любых шорохов, когда один в доме, потому что думал, что это Алекс забрался в дом. Я панически пугался, когда по пути в колледж рядом притормаживала машина. Я ожидал, что сейчас выскочит Соррено. Вот только этого не происходило, да никогда и не произойдет. Просто в очередной раз напридумывал себе всякого. Эта жизнь не сказка и давно это пора понять. Я больше не нужен Алексу, ушел ну и фиг с ним. Никогда не был важен ему, так чего теперь плакать? Я показывал всем, что равнодушен, но внутри я понимал, что желаю, чтобы Соррено выскочил где-нибудь и уверил, что любит, что я ошибся. Но прошло уже три недели, а все еще находится в той самой точке конца. Иногда все же я ловлю долгие взгляды в спину от каких-то знакомых Соррено. И мне жутко от этого внимания. Я не из тех, кто любит подобное. Мне проще быть незамеченным, чем справляться еще и с этой резко появившейся славой того, кто бросил Алекса. Дважды я видел Элизабет у шкафчиков напротив, стоящей в компании своих подруг, и явно насмехающейся надо мной. Но мне было слишком плевать, чтобы хоть как-нибудь реагировать на это. Я медленно и верно погружался в коматозное состояние, глуша все чувства. Так легче. Так всегда было легче. Поэтому я перестал приходить на тренировки Коди, чтобы даже на миг не столкнуться с ядовитым взглядом Соррено. Не за чем ковыряться вилкой в свежей ране. Кому от этого станет легче? А еще я боялся, что предательски разревусь на глазах у всей команды, показывая, как больно внутри. Но хуже всего становилось от равнодушия человека, которого я все еще люблю. Что если он будет так же, как и остальные насмехаться надо мной? Стирать в порошок все, что я чувствую? Этого я не вынес бы. Я и так ослаб. Просто дни превращались в одну долгую ночь, где я падал в бесконечную печаль. Я почти перестал говорить с Коди, запираясь в комнате, и просиживал там все свое свободное время, выбираясь лишь утром, чтобы сходить на занятия, которые шли совсем мимо. Я перестал болтать с Рейчел по вечерам, заменяя это звенящей тишиной в холодной комнате. Я забыл о своих любимых хобби, открыто забил даже на питание. Так, ел что-то не чувствуя вкуса, чтобы не ощущать боль в желудке. Если и мое тело начнет причинять мне муки, то, что это вообще за жизнь? Нужно ли так жить? Вот и сейчас, захлопнув холодильник, я накладываю себе несколько ложек какой-то каши, особо не рассматривая. Какая разница? Последние дни я вновь был безразличен ко всему, но через некоторое время я опять буду плакать по ночам и жалеть себя. Жалеть свои чувства, свою душу. - Арчи, ты приедешь сегодня на тренировку? - в комнату с тихим стуком заглядывает Коди. Я замираю с занесенной ложкой ко рту. Уже даже эта крохотная порция не лезет в горло. С грустью смотрю на брата замечая его синяки под глазами и разбитую губу. Упал? - Ты… Я не успеваю договорить, хотя и сам не знал, что хотел бы сейчас сказать. Коди как всегда перебивает меня, всеми силами пытаясь вытолкнуть меня из состояния этой апатии. Он единственный, кто всегда переживал за меня. - Пожалуйста, это очень важно, - я вижу, как брат подавлен в последние дни, поэтому в очередной раз плюю на себя, на свои чувства, которые сейчас напоминали горстку пепла, и киваю. Я худший брат, Коди. Сам мучаюсь и тебя за собой тащу. Издеваюсь над твоим состраданием, твоими переживаниями. Что ж. В этом весь я. Наверное. Но, я буду для тебя лучшим братом, буду стараться исправиться. Стану лучшим человеком, которого ты только будешь знать. Если не вышло больше ничего толкового, пусть хотя бы ты будешь счастлив. С этими мыслями я пытаюсь улыбнуться Коди, надеясь, что это выглядит хотя бы правдоподобно. Киваю, добавляя наигранно веселым голосом: "Конечно, приду". Тут же запихиваю в рот кашу, начиная жевать с аппетитом, не чувствуя никакого вкуса. Но по лицу брата я понимаю, что он видит мою ложь. Я разучился врать тебе. Только я не умею справляться с ранами внутри иначе. Прости, что делаю больно и тебе. *** Я сидел на трибуне, прячась в тени, чтобы ненароком не быть замеченным Алексом. Но, к моему счастью, Соррено сегодня не пришел на тренировку. Может, Коди сказал ему, что я буду здесь? Наверное, просто не хочет меня даже видеть. Да и зачем? Поэтому ближе к середине тренировки я перебираюсь поближе к полю, разваливаясь в тренерском кресле. Наблюдая за ребятами, я словно сам подпитывался их эмоциями, чувствуя, как становится лучше мне самому. Всю свою жизнь я прятался и убегал, стоило чему-то подойти к границе моего личного мира. Я боялся, что даже легкое дуновение сможет разрушить счастье. И сейчас, когда это произошло, я пытался не попадаться в те же сети, медленно восстанавливая свой мирок. Может, кому-то и было бы легче, крича о своей боли во все горло, но я знал, что никому не нужны мои переживания, так что привычно топил их в себе. Не позволяя ни Рей-Рей, ни Коди прикасаться к тому, что ранит. Вдруг и они обожгутся. - Эй, мелкий, подай мяч из сумки, - я подрываюсь, мысленно благодаря Майклсона за то, что снова заставляет вынырнуть из мыслей. Вздыхаю, начиная копаться в огромном мешке, пытаясь найти футбольный мяч. В душе как-то резко все отпустило, словно не было этих последних месяцев моей странной любви, не было ни-че-го. И в который раз я задаюсь вопросом к своему мозгу — что, черт возьми, ты такое? Почему в одно мгновение вся моя боль уходит, заменяя пустоту какими-то нелепыми вещами? Почему в один миг я забываю обо всем, словно складываю все плохое в небольшую кладовку, надежно запирая дверь, заколачивая ее досками. Как теми, что были на окнах, когда мы въехали. Такими же шершавыми, необработанными, чтобы было ясно, что ничего хорошего не спрятано, незачем отворять эту комнатку. - Стив, тут только волейбольные, - выпрямляюсь, находя взглядом вратаря. Парень недовольно цокает, упирая руки в бока. - Арчи, сбегай в тренерскую, там в шкафу должны быть запасные. Если тебе не сложно! - Без проблем, - киваю, отпихивая ногой мешок с прохода. Иду мимо лавок и сворачиваю в небольшой коридор, увешанный плакатами команды. "Морисон". Что ж, ничего удивительного. Все тот же королевский красный на фоне выцветших стен. Когда Коди впервые заговорил о том, что мечтает быть частью этого клуба, мне, кажется, не было и семи лет. Еще бы, только глухой мог не знать о том, насколько перспективное будущее у любого, кому повезло попасть хотя бы в качестве запаски, не говоря уже об основном составе. Узкая дверь с противным металлическим скрипом впускает меня вовнутрь тренерской комнаты, и я в темноте шарю выключатель, чтобы хоть не убиться, пытаясь достать для парней мяч. Это было бы максимально странно умереть при таких обстоятельствах. Тихо цокаю, доставая мобильник, разворачиваясь лицом к двери, включаю фонарик и только теперь спокойно врубаю мягкое освещение. - Ого, - шепчу, наблюдая справа огромный шкаф с медалями и кубками. Словно ворона, падкая на все блестящее я подхожу к идеально натертому стеклу, за которым без единой пылинки красовались доказательства многолетних побед. Всего каких-то сорок секунд мне понадобилось, чтобы отвлечься на рассматривание всех надписей, и всего каких-то тридцать девять нужно было для того, чтобы за мной защелкнулась дверь. Два поворота ключа. Тихое "прости" с той стороны от Коди. - Привет, - такое же тихое совсем рядом со мной. Мне не нужно было гадать, что происходит, кому принадлежит голос и для чего все это нужно. Я никогда не был глупым, но то, с какой силой это ударило мне по сердцу, сложно было бы даже выразить криком. Враз стало как-то неприятно душно, я даже на мгновение оттянул ворот футболки, словно он душил меня. За моей спиной, нервно барабаня по столу, стоял, а может и сидел, Александро Митчелл Соррено. Как я сразу не уловил легкий запах дорогих духов и его средства после бритья. Мне оставалось только замереть и, возможно, притвориться, что меня здесь нет, что я сейчас, как в фентези-книжках растворяюсь в пространстве. - Мне мяч нужен и все, - все так же, не оборачиваясь говорю, стараясь вложить все свое равнодушие. - А я? - очередной удар под дых. Ну что ты? Ну что, Алекс? Но вместо этого тишину разрывает совсем другой вопрос. - Не я и хата не моя?- мои брови непроизвольно ползут вверх, когда я понимаю, что сморозил дикую чушь. Но продолжение моей любимой колкости позабавило парня, он осторожно засмеялся. - Прости, что вот так приходится объясняться, но другого варианта, как выволочь тебя из комнаты, у меня больше не осталось, - Алекс делает длинный выдох и я слышу, как он поднимается из-за стола. Все же сидел, вот я его сразу и не заметил, когда включился свет. Он просто слился с красной стеной позади. Вот, где на самом деле место королевскому красному. - Мог просто прийти домой, - оборачиваюсь, натыкаясь на уставший взгляд. Парень смотрит на меня, словно это он боится, а не я. Соррено снимает куртку, а я не могу оторвать взгляд от его сильных рук. Как на зло в голову приходят все моменты, когда он прикасался ко мне, гладил по голове, когда мы валялись у него дома и смотрели очередную серию сериала. Сильно зажмуриваюсь до красных пятен, чтобы выкинуть все это, будто это поможет мне стереть воспоминания, забыть это чувство бегущих мурашек. - Я приходил, но Рейчел умело меня спроваживала. А я не хотел вот так, напролом, не хотел все испортить - Алекс очень медленно подходит ко мне. Боится спугнуть? Я не боюсь, я лишь справедливо опасаюсь его. - Зачем? - Да потому что, мать твою, ты сбежал и даже не объяснил ничего, а когда я подошел к Коди спросить в чем дело, он дал мне по роже! Оказывается, я мразь, Арчи, но почему никто не скажет! Немного дергаюсь, когда голос Алекса срывается на крик, а сам он вплотную подходит ко мне, впечатывая мое слабое тело в стеклянный шкаф. Чувствую, как по спине пошел неприятный холодок, смешанный с забитым в глубину ощущением обиды, злости, ненависти и разочарования. - Элизабет тебе ответит на этот вопрос, - усмехаясь, поднимаю глаза на серьезное лицо парня. Его губы сжаты в тонкую полоску, а крепкие руки уже опасно близко по обе стороны от моей головы. - Вулкот? Элизабет Вулкот? При чем здесь… О Боже. Арчи, скажи, что она тебе наплела? - вымученно стонет Соррено. - Ничего нового, я так думаю. И, вообще, этот разговор мне надоел, пропусти я возьму мяч и пойду обратно, - упираюсь в грудь Алекса, чтобы оттолкнуть его, но у меня не получается ничего, кроме как ощутить его бешеное сердцебиение. - Что она сказала? - голос Соррено становится глуше, и я легко улавливаю его мольбу в таком простом вопросе. - Прошу, Арчи. Что мне тебе ответить, Алекс? Ведь Элизабет мне сказала за все это время столько всего, что не хватило бы и дня, пересказывая это. Да, думаю, нет ничего, что не знал бы сам парень. Но моя злость рвется под неподдельно неравнодушным взглядом. - Свадьба, - опускаю глаза, начиная дергать кончик веревки от капюшона, только бы не заметить насмешку в глазах напротив. На несколько минут повисает молчание. Я даже осмеливаюсь бросить несколько коротких взглядов, чтобы понять, что происходит с Алексом. Но он просто стоит и смотрит в одну точку выше моей головы. Снова этот надлом между бровей, а ведь я так ненавидел, когда Соррено хмурился при мне. - И ты молчал? Да нужно было наорать на меня, ударить, не знаю, кинуть в меня чем-нибудь, но не бросать меня, потому что это не так! - выдыхает Алекс, но тут же поднимает руки и добавляет: - Признаю, Вулкот жила в моем доме какое-то время, но не потому что мы с ней помолвлены или собираемся жениться. - Ага, конечно, - ехидно фыркаю, не дослушав парня, снова отводя взгляд. - Арчи, посмотри на меня, - длинные пальцы подцепляют меня за подбородок и Алекс буквально заставляет встретиться с проблемой лицом к лицу. Он изучает меня взглядом, кончиками пальцев, жадно втягивает запах шоколадного геля для душа. Алекс дает мне время подумать, а себе немного эгоистично дать волю прикоснуться ко мне. - Почему, Арчи… - Потому что люблю тебя… *** С легкой опаской вхожу в квартиру Алекса, разуваясь и скидывая куртку. Парень терпеливо ждет, запирая входную дверь и пряча ключи. - Это, чтобы ты не сбежал, не поговорив, - спокойно поясняет Соррено, ощутив, как я занервничал. - Проходи. Слушаюсь, ступая по теплому полу в гостиную. Падаю на мягкий светлый диван, ожидая, когда Алекс присядет где-то неподалеку. Но вместо этого он садится передо мной на полу, доставая телефон. - Что ты… - Исправляю ошибки, Арчи, - серьезно отвечает Соррено, смотря мне в глаза. Парень набирает номер, переключаясь на громкую связь, и мы слышим длинные гудки. Несколько секунд ожидания, за которые в моей голове происходит война. Зачем я согласился пойти с Алексом? Почему Коди запер меня? Для чего это все? - Привет, сладкий, чего-то хотел? - слышится в трубке голос Элизабет, и я захожусь в панике. - Есть разговор, - немного грубо отвечает Соррено, а я впервые вижу его таким сосредоточенным. - Для начала, Вулкот, зачем ты сказала моему мальчику, что мы с тобой женимся? Секундное оцепенение на том конце, и я уверен, что с лица Элизабет стирается ухмылка. - Да ты должен быть мне благодарен, Алекс, - фыркает девушка, а я не могу не уловить фальш в ее словах. - Он тебе не подходил, портил твою репутацию. - Пошла нахер репутация, а заодно и ты вместе с ней, - Соррено злится, отводя взгляд от меня. - Значит так, Вулкот, скажу один раз, Арчи трогать не смей, у меня все с ним серьезно и я его люблю. Поняла? - Ничего не обещаю, сладкий, - смеется Элизабет. Но у меня в голове только его последние слова. Любит… - Тогда будь уверена, что я привлеку к этому конфликту наших отцов, посмотрим, что ты скажешь тогда, - теперь уже Алекс усмехается в трубку, зная, насколько это сбивает спесь с девушки. - Больно мне нужен твой сморчок, - вновь фыркает Вулкот, но сдается. - Ладно, мне некогда, чао. Элизабет сбрасывает звонок, и по комнате уже раздаются короткие гудки. Алекс отключает телефон, отбрасывая его на диван, и смотрит на меня. - Скажи еще раз, - тихо прошу парня, надеясь, что он поймет, чего я жду. Карие глаза приближаются, Соррено обхватывает мою голову руками. - Я люблю тебя, - легко срывается с манящих губ Алекса, и я поддаюсь своим желаниям. Я так соскучился по нему, по его рукам, по его поцелуям. Тянусь к парню, но он набрасывается первый, вжимая меня в мягкий диван, придавливая своим весом. Его губы жадно сминают мои, и я окончательно теряюсь. Он любит меня… *** На ужин никто особо не заморачивался с приготовлением еды, привычно по старинке заказывая кучу напитков, салатов, мяса и пиццу. Коди снова швырнул в меня свой бумажник, разрешая тратить все, что там есть, пока сам собирал разбросанную одежду по дому. Нужно чаще устраивать всякие посиделки, если это так мотивирует брата убираться. Отрываю взгляд от горы грязных тряпок на волосатых ногах и беру в руки телефон, раскрывая кинутый кошелек. Ну да, спасибо, братец, твои десять баксов накормят всех, кто соберется. Закатываю глаза, слушая гудки. - Арчи, убери ее от меня, иначе я за себя не отвечаю, - кричит из гостиной Соррено, пытаясь спрятаться от Рейчел. Уже полчаса он искал место, где на пару минут можно было побыть в тишине, не слушая нравоучений моей подруги. Ехидно смеюсь, получая долю удовольствия, видя мучения Алекса. Это ему за вчерашнее, когда не дал мне спокойно приготовиться к тесту. Мне теперь придется пересдавать его, но, чувствуя легкую усталость в теле после горячей ночи с парнем, я был готов писать этот тест до конца обучения. - Рей-Рей, помоги Коди убрать на кухне, я сделаю заказ и к вам, - все же сдаюсь, намекая девушке, чтобы она отстала от моего любимого. - Арчи, ты слишком добр, пусть этот придурок помнит об этом! - мимо меня проскакивает рыжеволосая, забирая ящик для мусора. Я выдыхаю, наконец, слыша голос оператора в трубке. Быстро диктую заказ, входя в комнату к Алексу. Он лежит на диване, придавив голову подушкой, не желая замечать ничего происходящего вокруг. - Жив? - присаживаюсь рядом с измученным парнем, когда закончил разбираться с доставкой и заказом. - Почти, - он приоткрывает лицо, смотря на меня с хитрым прищуром. - Только поцелуй истинной любви сможет оживить меня. - Вот заноза, - смеюсь, наклоняясь к довольному Алексу. Он подрывается, встречая мои губы на полпути. Сильные руки бесстыдно лезут мне за резинку домашних штанов, сжимая левую ягодицу. Стону в поцелуй, заливаясь краской. - Эй, руки, - хлопаю парня по ладоням, зная, чем может закончиться эта шалость. Соррено недовольно цокает, но отпускает меня, продолжая жадно рассматривать. Что же, ему это дозволено. *** - А ты… - Коди с интересом смотрит на Рей-Рей. - Я по девочкам, так что зеньку не раззевай, - рыжеволосая гогочет, немного пугая брата, продолжая накладывать себе огромную порцию салата и мяса. Я же с легкой улыбкой наблюдаю за своей семьей и попиваю папино вино, которое он очень кстати забыл запереть в сейфе, а мы так удачно его прихватили с собой. Алекс сидит рядом, пытаясь своровать из тарелки Рей-Рей кусочек утки, который она обещала не трогать и оставить ему. Девушка же бьет моего парня по рукам и они оба жалуются мне, перекрикивая друг друга. Коди снимает все это на видео, и я готов поспорить, что это будет одно из лучшего, что он снимал для нашего фильма о семье. - Как я вас люблю, - выдыхаю, отставляя бокал и раскрывая объятия. Алекс очень вовремя перехватывает меня к себе на колени, не давая подруге обняться со мной, и целует. Вновь слышу улюлюканье брата, возмущение Рейчел от несправедливости этого мира, и смеюсь сквозь поцелуй. Да уж, если бы мне только сказали, что тот странный парень в королевском красном всего за полгода станет для меня настолько важным, ценным и любимым, я бы только покрутил у виска. Но теперь мой мир и стал тем самым королевским красным на фоне стен блевотного оттенка. Но не сказать, что это делало меня хоть на миг несчастным. Наоборот, я был благодарен судьбе за ту нашу первую встречу в забегаловке на Роу-стрит. The end.