Повелитель стихий. Земля

На крыше многоэтажки сидел парень. Еще не мужчина, но уже и не мальчишка. Он сидел, наблюдая за людьми. Не сказать, что ему было до них дело. Впрочем, и они не обращали на него внимания. Даже если они поднимут глаза, то все равно ничего не увидят. Вы бы тоже его не увидели. Ведь вы же не видите призраков, правда? Даже если бы кто-то его увидел, он бы ничего не смог о нем сказать. Толстовка, джинсы и кроссовки, обычная одежда. А ведь только неделю назад он выглядел гораздо хуже. Торчащие кости и пятна крови, таким он появился, таким было его тело на момент смерти. Ну, за эту неделю он смог добиться многого. Нужно было просто убедить свое тело, благо, оно уже нематериальное, что новый вид ему подойдет гораздо больше. Ему не было больно, скорее непривычно. Как я уже сказал, умер он всего неделю назад. Не только он, их было четверо, двое продержались три часа и пять, а после исчезли без следов. Просто растворились в воздухе. Тогда он и голову еле поворачивал, но со временем освоился. Третий продержался два дня. Хорошая была компания. Два дня они изливали друг другу свои прошлые проблемы, незаконченные дела, планы. И вот, уже пять дней он один. Уйти далеко от своего места смерти он не может. И надо же было этому грузовику на пешеходную часть вылететь. И вот что странно, вроде сбил грузовик, но в другой мир что-то не тянет, пришла горькая мысль. Парень встал и, как и много раз до этого, спрыгнул с крыши. Вот только до земли он уже не долетел, растворившись в воздухе. Какая там у него была последняя мысль?

***

— Вставай, ну же. — открываю глаза и вижу какого-то бомжа, склонившегося надо мной. Попытка встать отдается болью во всем теле. Опустив взгляд, вижу темно-зеленую грязную рубашку, порванную в нескольких местах и такие же грязные шорты. Лежал я полусидя, прислоненный к стене в каком-то темном закоулке. Поднимаю рубашку и вижу множество синяков. Еще и чувство голода появилось. Повторив попытку, уже используя как опору стену, поднимаюсь на ноги. Бомж уже успел отойти и увлеченно копался в каком-то мусоре. Наконец, найдя что ему нужно, он повернулся ко мне. В руках он держал дощечку, с какими-то узелками. — На, одевай. — опустив передо мной результат своих поисков, говорит он мне. А ведь действительно, обуви то у меня нет. Одеваю и выжидательно смотрю на него. Он на меня. И кто же не выдержит первым? — Ну ладно, парень, тебя как зовут? — А ведь хороший вопрос. Старым здесь не назовешься, новое я не помню. И что делать? Слегка наклоняю голову, выдавая непонимание своей мимикой. Раз уж не знаю, то что еще делать? — Ты говорить то можешь? — не могу понять по его лицу, он жалеет меня, или считает ущербным. Пытаюсь ответить. Вот только ответ утонул в приступе кашля, еще и синяки разболелись. — Ладно, пошли, отведу кое-куда, там тебе помогут. А пока на, выпей. — Дал он мне кожаный бурдюк с водой. Медленно, не спеша, я следовал за своим провожатым. Пусть я и не понимаю, где оказался, что мне делать и как теперь жить, но одно знаю точно. Я сделаю все, чтобы снова не умереть.