Ночной Отдых

      Вечер наступил быстрее, чем она ожидала, но Сакура необходимо было сделать ещё много дел, несмотря на усталость. Ей не хотелось ложиться спать, потому что Мадара будет ждать её там, а она всё ещё была слишком зла, чтобы просто лечь рядом с ним, как будто ничего не случилось.       Она зевнула и сонно потерла глаза. Даже не глядя, знала, что под ними образовались большие мешки. Она подумала, не заснуть ли ей прямо на столе, но здравый смысл взял верх. Женщина медленно встала и вышла из кабинета, едва не врезавшись головой в обнаженную мужскую грудь, и только рука на плече удержала её от болезненного удара по носу.       — Неуклюжая, — поддразнил Учиха и отпустил её, когда та успокоилась. На мгновение розоволосая окинула взглядом четко очерченный торс и мускулистый пресс, небрежно выставленные напоказ развязанным верхом его любимой полосатой пижамы. От него пахло потрясающе — должно быть, он только что вышел из ванны. Когда Сакура подняла глаза, то заметила в ониксовых глазах блеск самодовольства и поняла, что он именно такой реакции и добивался.       Сакура вздохнула. Он делал это нарочно, а у неё не было сил на сопротивление.       — Почему ты здесь? — спросила она, не впечатлившись.       Мадара нахмурился.       — Я как раз за тобой пришел. Мы же договорились насчет сегодняшнего вечера, помнишь?       — Я же сказала, что устала, — сказала она. — Я просто хочу принять ванну и лечь спать.       — Я уже приготовил для тебя ванну, — сказал он ей. — Я подожду в постели. Не задерживайся слишком долго.       Брюнет уже собирался уходить, когда она легонько схватила его за рубашку, останавливая. Подошла к нему поближе и ловко завязала пижаму.       — Чтобы ты не простудился, — сказала, когда он искоса взглянул на неё.       Прежде чем Учиха успел сказать что-то неловкое, она быстро прошла мимо него, направляясь в ванную комнату. Не спеша вымыла голову и тело, а затем погрузилась в теплую ванну, лениво думая о том, что же будет дальше. Может быть, если она будет тянуть достаточно долго, он просто заснет, и она сможет спокойно заснуть в своей комнате?       Сакура отбросила эту возможность. Кого она обманывает? Скорее всего, он снова придет за ней, если она не появится вовремя — или, скорее, когда ему надоест ждать. Вздохнув, она встала, вытерлась и надела длинную пижаму и халат.       Подойдя к двери его спальни, она заколебалась и снова подумала о том, чтобы лечь спать в своей комнате. Однако её кровать была всего лишь одноместной, но Мадара мог просто прийти и лечь рядом с ней. С другой стороны, в его двуспальной кровати было достаточно места, чтобы они оба могли удобно разместиться.       Девушка знала, что из этой попытки ничего не выйдет. Но у него тоже был свой метод воздействия, и это была её единственная защита, даже если она была в лучшем случае слабой. Однако Мадара, как правило, был не из тех, кто лжет или отказывается от своего слова.       Наконец Сакура вошла в спальню. Единственным источником света была лампа на ночном столике. Брюнет уже лежал в постели. Когда она вошла, он закрыл книгу, которую читал, и убрал её.       — Я думал, ты никогда не придешь, — сказал он, медленно изучая её черными глазами.       — Я сдержала своё слово. Теперь твоя очередь, — ровным голосом ответила она, подходя к левой стороне кровати. Она не упустила из виду, как он смотрел с нескрываемым интересом, когда она сняла халат и повесила его на спинку стула.       Мадара откинул для неё одеяло, и она забралась в постель рядом. Он накрыл девушку материальной теплотой, затем выключил свет, погрузив их обоих в темноту. Не видя его, Сакура стала гиперактивной из-за горячего тела, лежащего на спине так близко от неё. Его чистый запах окружал её, и она слышала его ровное дыхание и шорох простыней, когда кто-то из них шевелился.       Харуно повернулась на бок, спиной к нему, и пожалела, что не может заснуть прямо на месте. Секунды тянулись мучительно медленно, но сон, в котором она так нуждалась, не приходил. Она была слишком взвинчена.       Чья-то рука коснулась её плеча.       — Мадара? — прошептала она, пораженная внезапным прикосновением. Его рука скользнула вниз по её руке до локтя и обратно.       — Ш-ш-ш, — прошипел он, повторяя движение. — Если хочешь спать, сначала расслабься. Позвольте мне помочь с этим.       Он говорил так размеренно, так непритягательно, что она в изнеможении приняла его помощь. Медленно позволила себе расслабиться и наслаждаться спокойным движением его руки по своему телу. Легкие прикосновения ограничивались безопасными участками её руки, а затем спины. Его пальцы мягко скользили вверх и вниз, ни разу не нарушая невысказанных границ. Он даже не дотронулся до её подмышек.       Сакура услышала тихий шорох, а затем Мадара оказался прямо позади неё и обнял за талию. Она тут же напряглась.       — Что ты делаешь? Ты дал слово, что мы будем только спать, — прошипела она. Её рука крепко сжала его запястье, прижимая его к своему животу.       Мужчина уткнулся носом в место чуть ниже затылка, прямо в чувствительную кожу.       — Ммм, я знаю. Просто… позволь мне обнять тебя вот так. Разве это не запрещено? — пробормотал он, и его выдохи, дующие на нежную мочку уха, вызвали мурашки, даже когда она обдумывала его слова.       Ей не следовало так легко доверять ему, и предполагалось, что она всё еще злится, но так устала, и его большой палец нежно гладил круги на плоском животе, и ему было так приятно прислониться, так что…       Сакура вздохнула.       — Всё в порядке… только не пытайся ничего сделать, — прошептала она и отпустила его запястье.       Учиха промурлыкал что-то в знак согласия и просунул под неё другую руку. Скользнул по боку и занял позицию на талии. Теперь она была в его объятиях, его тепло прижималось к её спине, и, несмотря на разрешение, она всё ещё чувствовала себя немного неуверенно и противоречиво, позволяя этому мужчине быть так близко.       — Сакура, успокойся… Я ничего не буду делать… — тихо сказал он, уткнувшись в шею. — Этого ты от меня не хочешь.       — Мадара, — сказала она с явным предупреждением. — Сон.       Брюнет слегка усмехнулся и коснулся губами острого подбородка. Его руки так и остались лежать на её животе, не дрогнув. Казалось, ему действительно нравилось просто обниматься, и она была более чем довольна этим. Его хватка была надежной и удобной, но не жесткой. Веки непроизвольно опустились, и вскоре она погрузилась в сон…       …сон, в котором две большие руки нежно гладили её живот, прежде чем одна скользнула под рубашку, чтобы продолжить движение, в то время как другая скользнула вниз к внешней стороне бедра. Он прошелся по её ноге до колена, туда-сюда, потом стянул пояс пижамных штанов и забрался под них. После короткой остановки, чтобы поиграть с резинкой от нижнего белья на её бедре, рука возобновила своё «путешествие».       Другая ладонь обхватила пупок, постепенно уменьшая расстояние до ребер. Вскоре он начал исследовать область прямо под её грудью, наконец очень нерешительно коснулся чувствительной кожи на нижней стороне. Сакура тихо выдохнула, но не открыла глаз, погрузившись в приятные ощущения.       С вновь обретенной уверенностью руки работали над её телом, становясь всё смелее. Одна нежно поглаживала и обхватывала грудь, в то время как другая исследовала уже внутреннюю сторону её бедра. Однако он всегда останавливался, когда достигал кружевных трусиков, задерживаясь на краю, прежде чем уйти.       Тихий стон сорвался с её губ, когда подушечка пальца закружилась над соском, дразня его. Затем он проделал то же самое с другим. Покалывание от ласк пробежало прямо по паху и пробудило дремлющее желание. Бедра Сакуры сжались и потерлись друг о друга, когда немного влаги собралось в трусиках.       Затем рука на её ноге скользнула вверх и накрыла одетую в хлопок женственность, плоская ладонь собственнически накрыла её.       Большой палец щелкал её, посылая больше приятных ощущений сердцевине, разжигая пробудившийся огонь. Харуно не шевелилась, ожидая его следующего шага, и только учащенное дыхание говорило о том, как сильно она была взволнована. Когда рука на её промежности не шевельнулась, её бедра дернулись от нарастающего разочарования.       — Нг, — она издала нуждающийся звук из-за отсутствия стимуляции. — Мадара, — пробормотала она.       — Да? — прошептал он, забавляясь её затруднительным положением.       — Сделай это, — неопределенно сказала она и слегка раздвинула ноги, чтобы дать ему больше пространства.       — Вот так? — спросил он и потер сквозь влажную ткань.       — Да, — прошипела она. Девушка схватила его за запястье, чтобы направить туда, где он был больше всего нужен. — Ещё, — потребовала она.       Он лизнул её шею, когда рука скользнула под трусики и легла на пылающую горячую плоть. Он неторопливо погладил влажные складки, затем положил палец на жемчужину и начал так же тщательно ласкать соски.       Сакура напряглась в его объятиях, её бедра покачивались под его нежное, ленивое трение между ног, но этого было недостаточно. Она заскулила от растущей потребности, и он ущипнул её за сосок, заставляя удовольствие проникнуть в напряженную «сердцевину».       — Мадара, — уже взмолилась.       Брюнет осторожно просунул в неё палец. Он вошел легко благодаря влажности, и девушка тут же издала стон, стенки влагалища плотно сжали его. Он провел языком вокруг её уха, поначалу палец двигался в ней с некоторым трудом, но довольно скоро второй погрузился внутрь, удваивая получаемое удовольствие. Сакура сжала простыни в кулаки и плотно закрыла глаза, сосредоточившись только на горячем пульсе, усиливающемся между её ног.       Учиха играл с её телом, как виртуоз, используя все известные слабые места. Он безжалостно засунул свои пальцы внутрь неё, заставляя выгибаться и содрогаться, когда он коснулся сладкого места внутри и одновременно коснулся набухшего клитора. Соски были твердыми как камень и заостренными от всех щипков и пощипываний.       Стоны Харуно стали громче, и вскоре она достигла своего крещендо. Девичье тело вцепилось в его пальцы, намотанные невероятно туго, прежде чем катушка распахнулась и сильные волны освобождения захлестнули её.       Когда напряжение полностью исчезло, она обмякла, тело полностью расслабилось в руках Мадары. Он медленно вышел из неё, а затем обнял, как в начале, когда её хриплое дыхание медленно вернулось в норму. Она уже собиралась заснуть, когда он отодвинулся, снимая тепло со спины.       Сакура застонала в знак протеста и вслепую схватила его сзади, чтобы вернуть на место.       — Я просто собираюсь позаботиться о себе, — пробормотал он и поцеловал ее в щеку. — Спи.       — Не уходи, — пробормотала она и ухитрилась схватить его за бедро. Она небрежно подтащила его к себе и запоздало поняла, что он имеет в виду, когда почувствовала, как его безошибочная твердость уперлась ей в поясницу.       — Сакура, — раздраженно выдохнул Мадара её имя. Он увлекался, чтобы пойти и сделать необходимое, но она что-то мастерила. Конечно, он мог бы просто взять её, не спрашивая, врываться в неё снова и снова, пока не выдохнется, но это означало бы нарушить данное ранее обещание и потерять заслуженное трудом доверие. И он нуждался в этом больше, чем в простом плотском удовлетворении.       — Я должен пойти и позаботиться об этом, — повторил он и снова попытался уйти, но она не позволила ему.       Сакура выставила перед ним свой зад и раздвинула ноги.       — Просто положи его, — сонно пробормотала она.       Что ж… если это так, он не будет жаловаться.       Мадара не спрашивал, чтобы убедиться, что это действительно то, чего она хочет. Это было бы слишком раздражающе для них обоих. Он стянул с девушки тонкую пижаму и промокшее белье до колен, а сам быстро натянул свои спальные штаны. В дальнейшей подготовке не было необходимости. Его член был невероятно твердым от возбуждения, и без барьера одежды он чувствовал её мускусный запах готовности.       Просто приложив кончик ко входу, он застонал. Закрыл глаза и также осторожно вошел внутрь, погружаясь в эти скользкие глубины, которые тут же плотно сомкнулись вокруг плоти. Учиха приподнял одну ногу за колено и медленно вошел. Она сделала нерешительную попытку втиснуться обратно в его толчки, но он видел, как она устала. Лучше поскорее покончить с этим и дать ей спокойно поспать.       Мадара перевернул Сакуру на живот. Он убрал спутанную массу розовых волос с её затылка и поцеловал там, когда его бедра выдвинулись вперед, шлепая по круглому заду. Он ускорился, вонзаясь членом в её сжимающуюся плоть. Одна рука оставалась на матрасе, чтобы удержать его, в то время как другая блуждала под ней. Мадара поиграл с её грудями, наслаждаясь их полнотой в его объятиях, затем нашел набухший бугорок на вершине промежности. Он гладил её в такт своим жестким толчкам и чувствовал ответный пульс внутри, прежде чем её настигло очередное облегчение, хотя и гораздо более слабое, чем первое.       — Сакура! — он застонал, когда её стены, казалось, рухнули и поглотили его. Его член пульсировал от удовольствия, когда он наполнял её своей густой эссенцией.       Учиха неохотно оставил её тепло и потянулся к тумбочке за салфетками, чтобы вытереть их обоих. Сакура не пошевелилась, когда он поправил их пижаму и притянул её обратно в свои объятия, но он увидел удовлетворенную улыбку на розоватом лице.       Утром она, возможно, поймет, что он играл с ней как со скрипкой, пока она добровольно не отказалась от того, что он хотел, но сейчас Мадара закрыл глаза, глубоко вдохнул аромат её волос и крепко заснул.