Centaurea

Если бы Эмбер Смит спросили, что ей нравится в ее друге больше всего, она бы ответила не задумываясь. Руки. Сухие, горячие и лихорадочно-беспокойные. Постоянно возникало чувство, что его руки жили своей отдельной жизнью - постоянно что-то вертели, крутили, одергивали, поправляли (не всегда на пользу предмету, кстати). Но когда он садился за компьютер, это выглядело воистину прекрасно. Руки Тодда уверенно бегали по клавиатуре, заставляя ту практически непрерывно щелкать, а символы появлялись со скоростью, которая, теоретически, простым смертным недоступна. -Я не простой смертный. Я гик. Эмбер дергается. -Я сказала это вслух? -Именно. Краска медленно залила щеки, а волосы закрыли лицо. -Да ладно, не стестняйся. Мне было приятно, еще никто не считал, что то, что я делаю - это круто. Эмбер ничего не сказала, а лишь издала какие-то невнятно-смущенные звуки,желая просто поскорее провалиться сквозь землю. Земля, на удивление, не разверзлась, зато занавеска из волос приоткрылась. -Эй. Ну всё, я ничего не слышал. Довольна? - Тонкие губы приподнялись в чуть виноватой улыбке -Нет. Все нормально, я и правда считаю, что это круто. -Но каким высокопарным слогом ты можешь порой говорить, я даже не ожидал. Вместо ответа блондинка ударила его подушкой по хитрой физиономии. -Ауч! Все, я заткнулся, заткнулся. -Поздно. Тодду предоставили прекрасную возможность созерцать ее спину, локти сложенных на груди рук и растрепанный затылок. -А?! Ты рассердилась?! -Именно. -Ну прости, я не хотел злить тебя. Эмбер повернулась к нему и практически столкнулась с ним носами. -Ууууупс.... - выдохнул Тодд, замерев от неожиданности. В тот вечер она узнала две вещи: . Первое - глаза у Тодда тоже очень красивые. И второе - он удивительно хорошо целуется.