Вернись.

Пять часов вечера. На улице приятный, прохладный ветер, что играется с прядями волос юноши, шагающему по бордюру вдоль дороги парка. На его плече висит лента с красной выделяющейся надписью «Выпускник». Сегодня закончился последний школьный день для Пак Чимина. Весёлый выпускной, много выпивки, закусок. Прощание с детской жизнью. Теперь парню предстоит поступать в университет, зарабатывать деньги самому. Учиться жить самостоятельно. Выпил Пак немного, ведь знал, что идти до дома будет далековато: через весь парк нужно было пройти юноше, чтобы потом выйти к определенному повороту через дорогу и попасть, наконец, домой. Пьяный мозг парня словно мельком намекает ему, что домой еще рано, ты можешь погулять по городу, натворить что-то, чтобы этот день точно запомнился. Именно в этот момент ему приходит идея: сфотографироваться для своего альбома, в котором еще куча пустых мест: занимать ведь их надо чем-то. Быстро доставая телефон, Чимин фокусирует свой взгляд на экране и печатает запрос: «Номера телефонов фотографов в Сеуле». Голова была теперь забита этой мыслью, а сам Чимин словно помешался на этом сегодня. Так странно, вроде выпил немного, но алкоголь так сильно даёт о себе знать. Листая кучу сайтов, он наугад нажимает куда-то. Ким Тэхен, двадцать один год. Недорогое обслуживание. Сначала на Чимина находят сомнения, но они исчезают именно тогда, когда парень посмотрел работы Тэ. Почему такой труд стоит так мало денег? Листнув страницу вниз, он находит номер телефона и копирует его, собираясь звонить прямо сейчас. — Надеюсь, ещё не слишком поздно, — бормочет пьяно светловолосый и хмурится, пытаясь нормально фокусировать свой взгляд на экране телефона. Долгие гудки, и наконец-то парень берёт трубку. — Алло, здравствуйте, — слышится сухой голос по ту сторону телефона. — Здравствуйте, Ким Тэ... Х... Тэ... — Чимин упирается плечом в дерево. — Тэхён, вот. Вы сегодня свободны? В плане фотографа... — А? Да, конечно. Можете приехать по адресу, я вам его скину смс-кой, — заметно по голосу, что Тэ улыбнулся. Чимин почему-то представил эту улыбку на неизвестном лице, ведь он так и не посмотрел на фотографии этого человека, чтобы хоть как-то представить, куда и к кому он идёт. — Отлично! Подъеду через полчаса, — сообщает он и отключается. Через минуту-две на телефон Чимина приходит смс с адресом. Слегка щурясь, Чимин запоминает его и вызывает себе такси, но сначала ориентируется на местности: где он и какая это улица.

***

Машина едет по длинной улице, погружаясь в ее темноту. Вдалеке виднеются медленно появляющиеся огоньки только зажигающихся фонарей, что не может не радовать Чимина: возвращаться домой, не видя света, понимал тот, — не самая лучшая идея. — С вас триста пятьдесят вон, — сразу говорит водитель, тормозя у дверей какого-то невысокого, побитого временем здания. — Да, спасибо, — Чим отдаёт водителю нужную сумму и поправляет рубашку и ленту выпускника, открывая дверь. Она неприятно тихо заскрипела, пропуская гостя внутрь. — Это вы тот самый вечерний гость? — раздаётся голос из пустоты темноты и свет медленным переходом загорается. Перед ним стоит парень с красиво уложенными кремовыми волосами. У него большие, выразительные черные глаза, в которых ты словно можешь увидеть весь космос, будто побывав там. Чимин зависает. Лицо юноши напротив осветляет лучезарная квадратная улыбка. На парне красивая белая рубашка, что была ему свободна, чёрные брюки и черные, поблескивающие от света туфли. — З-здравствуйте, — уже немного увереннее, чем по телефону, говорит Чимин, делая шаг вперёд. — Проходите туда, — Тэхен махнул рукой в сторону уютной обстановки. Да, именно это может сказать Чимин, только взглянув на минималистически обустроенное место в небольшом помещении. — Вы выпускник, — подмечает он. — Хотите оставить этот день в памяти надолго? — Именно, — улыбается Чимин и проходит куда-то в угол комнаты, садясь на кремовый диван с коричневыми вставками снизу и на перилах. Посередине этой "локации" лежит небольшой круглый ковёрчик с такими же пастельными цветами коричневых, бежевых и кремовых тонов. По другую сторону от дивана стоит мини-столик, на нём какой-то старый телевизор, в углу — шкаф. На столе стоит ваза, в которой стоит небольшой букетик душистой сирени. Комната пропахла этим сладким запахом: кажется, что она стояла здесь уже несколько дней. Тэхён возвращается к Паку с фотоаппаратом. Его волосы зафиксированы чёрной резинкой в хвостике, но несколько непослушных коротких прядей выпали оттуда, эстетично свисая на лицо парня. Чимин встаёт с дивана и ленивым шагом подходит. — Что мне нужно делать? Я впервые в таком месте, в школе всё по-другому, — пьяно говорит Чим. — Просто проходи, — Тэхён указывает на какой-то угол. Чимин послушно плетётся туда, усаживаясь на диване. Ему хотелось чего-то спокойного, эстетичного, о чем он хотел попросить фотографа. Но тот словно умеет читать мысли. Пару минут Тэхён возится с камерой, что-то настраивая там, и наводит фокус на человека, усаженного на диване. Чим закинул ногу на ногу, облокачиваясь одним локтём о перило приятной на ощупь вещи. — Вот так, — фотограф начинает делать снимки, ворочая камеру в разные стороны. Он подходит то ближе, то дальше, позволяя прядкам волос окончательно свисать на лицо: Тэхён отвлекается на пару секунд, чтобы убрать надоедливые волосы за ухо, и продолжает излюбленное дело. Его костлявые руки прекрасно смотрятся на фотоаппарате: можно рассмотреть каждую костяшку, венки эстетично выступают из-под загорелой кожи. Парень закатывает рукава своей белой рубашки, позволяя смотреть на продолжение своей руки. У Чимина явно фетиш на эти костлявые руки с изящными линиями синеватых выступающих вен. Лицо сосредоточено, веки слегка опущены: это немного прерывает разглядывание черных глубоких глаз, в которых, кажется, собралась вся Вселенная. Чимин видит там отблески звёзд, луны, планеты. Это так действует красота человека или он все-таки перебрал с алкоголем и ему всё это сейчас снится? Пьяный мозг склоняется ко второму варианту. Но ведь всё так реально, разве такие реальные сны могут быть настолько правдоподобными? Материальными? Пак встаёт с дивана и, слегка пошатываясь, подходит к окну, укладывая одну руку на подоконник, а сам боком стоит и смотрит в окно. Его чёлка падает на глаза, во взгляде отражается вид из окна: тёмная дорога и яркие точки от света фонарей. Затем он опускает веки, полностью поворачивается к Тэхёну и опускает взгляд вниз. Смотрит на ботинки. Сам упирается поясницей в подоконник. — Вы пробовали фотографировать себя? — поправляет светлые волосы и смотрит на фотографа, — Вы такой красивый. — Я работаю фотографом... Но себя фотографировать не пробовал, — Тэхён опускает фотоаппарат вниз, удивлённо смотря на Пака, — А что? А... — он грустно усмехнулся. — Спасибо, вы не первый, кто мне так говорит. — Это хорошо, — Чимин сходит с места. — Можно я пофотографирую вас? — с надеждой в глазах спрашивает гость. — Ну... Что же, ладно, — протягивает камеру незнакомцу и отходит к окну. — Давайте выйдем на улицу, и я сделаю фотографии там? — выпусник кивает в сторону выхода и делает шаг туда. — Ладно, — Тэхён следует за ним на выход из своей студии. Ему столько раз предлагали пофотографироваться, но этим людям всегда следовал отказ. А что сейчас не так? Это парень такой же, как и все те, кто приходил к нему для недорогого обслуживания фотографа. Тэхёну просто надоело отказывать и он решился? Или этот Пак Чимин как-то подтолкнул его к разрешению на эти снимки? Не понятно. Чёрное-чёрное полотно над их головами усыпано звёздами. Кажется, что вот-вот они сорвутся вниз, разобьются на мелкие яркие осколки, а затем в один момент потухнут. Фонари на улице оставляют приятное послевкусие в памяти от взгляда на них. Лёгкий ветер развивает ветви деревьев, тихо завывает где-то в трубах домов. Оба парня решают пойти в парк, где будет как можно больше света для фотографий. — Вот здесь, — останавливается Чимин напротив лавочки, где на заднем плане стоит огромное дерево, а вокруг всё усыпано мелкими цветочками. — Это место... Будет дополнять вас. Сядьте на лавочку, — он указывает на лавку, сделанную из светлого дерева, а ножки и перила сделаны из покрашеного в тёмно-коричневый цвет железа. Тэхён покорно выполняет просьбу Чимин: шмыгая вперёд незнакомца, он садится на лавочку, изящно закидывая ногу на ногу. Чимин преподносит фотоаппарат к глазу, нажимает на кнопку на верхнем боку фотика, запечатляя каждую черту лица на фотоплёнке, в уме. Словно он фотографирует не аппаратом, а своими глазами. Запоминает каждую мелкую деталь, словно видит его в последний раз. Хотя, возможно, так и будет. Кто они друг другу, чтобы видеться каждый день? Правильно. Незнакомцы.

***

Небо светлеет. Оно обливается жёлтыми, оранжевыми красками, когда на горизонте далеко-далеко виднеется поднимающееся солнце. Фонари постепенно выключаются: один за одним они гаснут, оставляя после себя лишь память на фотографиях. Парни забыли о времени. Их телефоны, кажется, уже давно отключились. Возможно, у них уже куча пропущенных от родных, которые всё задаются вопросами: «Где он?», «Что с ним?», «Почему не подходит к телефону?», «Что-то случилось?» Они заняты друг другом. Чимин останавливается, когда чувствует лёгкую боль в районе виска. Похоже на начало похмелья. Видимо, они гуляли настолько долго, что алкоголь успел выветриться из организма Пака и привести к колючей пульсации в голове. — Я могу оставить эти фотографии себе? — спрашивает выпускник и протягивает фотоаппарат теперь уже своему другу. — Мне нужно идти. Голова болит... — Понимаю. Да, конечно, — Тэхён берет вещь из рук друга. Уголки губ незримо поднимаются — и лёгкая улыбка одолевает лицо фотографа. — Я буду приходить к тебе. Чаще, — обещает Чимин и делает пару шагов назад, кланяясь. — Спасибо тебе за сегодняшнюю ночь. Это было самое лучшее событие. Спасибо, — глупо улыбается Пак и разворачивается к нему спиной. — До встречи, Тэхён, — он машет ему рукой и, подняв голову вверх, улыбается, ловя на себе первые лучики солнца. Тэхён наблюдает за ним и в который раз убеждается, что таких посетителей у него ещё не было. Обычно все давили на свои чувства, заставляли себя улыбнуться для фотографии, словно никто этого и не хотел вовсе. А тут всё по-другому. Так искренне.

***

В очередной раз Чимин шагает по уже запомнившейся ему аллее. Длинная дорога к незаметному зданию, где работает Тэхён. Его лучший друг, к которому Пак, кажется, привязался. Привязался сильнее, чем к другу. Но в чувствах разбираться ему было некогда: он занимался документами, что нужно было сдать в определённый университет. Несмотря на возгласы матери о том, что тот должен быть врачом, Чимин вместе с поддержкой Тэхёна решился пойти на работу своей мечты. Офицер полиции. Оглядев неприметное здание, он заметил несколько людей, похожих на строителей, рабочих. Что они тут забыли? — Здравствуйте... Извините, что тут происходит? — на душе становится неспокойно. И не зря. — Здесь... Была фотостудия. — Пожар, — говорит мужчина с седыми волосами и густой бородой. — Здание сгорело вместе с хозяином, нам очень жаль... — Ч-что? — Чимин делает шаг назад и смотрит то на рабочего, то на здание, что действительно сгорело, оставив после себя обломки и пепел. Почему другие здания рядом так сильно не задело? Почему именно эта студия? Почему именно с Тэхёном внутри? — Этого не может быть, в-вы что-то путаете! Тэхён не мог сгореть! Он же... Сказал... Что собирается домой... — Нам правда очень жаль. Вам стоит уйти отсюда, здесь небезопасно находиться, — строгим голосом проговаривает офицер полиции, что подходит сзади. — Я... Поверить не могу... — Чимин оборачивается к двум мужчинам. Глаза наполняются слезами. Сердце так быстро колотится внутри: кажется, оно выпрыгнет из грудной клетки и убежит далеко-далеко. Парень чувствует удар ножом в спину. Так больно, неприятно. Дрожь пробирает до костей, ноги подкашиваются, а тело трясётся от нахлынувших разом чувств. Он срывается с места и бежит домой, не обращая внимания на возгласы позади него, что кричат что-то вроде: «Осторожнее!», «Эй, вообще-то я тут иду!» Ему плевать на то, что он задел кого-то плечом, рукой, возможно, даже заставил упасть. Сейчас у него умер единственный и неповторимый друг, которого, где бы ты не захотел, ты уже не найдёшь. Не увидишь столько преданности и привязанности в глазах, сколько было у Тэхёна. Мир Чимина рухнул в один миг, как только он услышал: «Здание сгорело вместе с хозяином».

***

Чёрный капюшон закрывает лицо юноши, стоящего у зарытой могилы друга. По щекам стекают крупные капли слёз, сам парень дрожит от холода и промокшей насквозь одежды: на улице шёл проливной дождь. — Ты ведь сказал мне, что собираешься уходить... Ты ведь обещал не сидеть до поздна... — рыдает Чимин и вытирает глаза рукавами чёрной толстовки, падая на колени. На кладбище пусто, все разбежались по домам, как только дождь начал срываться с неба. У Чимина это ассоциируется с тем, что где-то наверху плачет Тэхён. Подросток стоит на коленях и смотрит на друга, улыбающегося с фотографии могилы своей фирменной квадратной улыбкой, которую Чимин так полюбил за всё время их встреч, прогулок. — Пак Чимин, вставайте! Промокли уже! — крикнула пожилая женщина: мать Тэхёна. Она осторожно помогает парню встать на ноги и отрусить штаны, доставая зонт. — Мой сын много говорил о вас... — вздыхает мать и выходит за пределы кладбища, утирая свои слёзы платочком. — Он ведь единственное, что осталось у меня... И того потеряла... — старшая достаёт фотографию сына и капли дождя в перемешку с солёными слезами намачивают бумагу. — Идите домой, Пак Чимин, вы промокли, ещё заболеете. Молчание со стороны Чимина продлевается на две минуты. Потом тихий всхлип и быстрые шаги в сторону автобусной остановки. Сердце ноет не по-детски. Как будто в него выстрелили, перевязали, снова выстрелили и насыпали соли на итак болевшую издавна рану. Именно это чувствует сейчас Чимин, преодолевая расстояние от кладбища до остановки всего за три минуты, хотя шёл сюда он минут десять. Он словно бежит от своих мыслей: «Вернись».

***

Чимин сидит у окна с железной баночкой пива, фотографиями друга с той самой фотосессии в парке и смотрит в окно. По стеклу стекают капли «слёз» Тэхёна, о котором парень никак не может перестать думать. Небо затянуто тучами, вокруг темно, даже несмотря на то, что сейчас всего-лишь три часа вечера. А может, уже и больше. Чимин не следит за временем. Телефон уже давно валяется где-то в рюкзаке: у него нет сил встать и посмотреть время, позвонить кому-то или ответить на звонок. Ему не хочется говорить с кем-либо сейчас. Да и какой смысл? Что он скажет? «Простите, у вас не найдётся времени выслушать мои беды»? Вряд ли. Внутри всё так сильно болит. Из него словно вырвали что-то до ужаса родное и близкое. Его лишили возможности нормально дышать, не думая о произошедшем. В тело Чимина словно залили кипяток, который обжигает все органы внутри, заставляя гореть. Пак закрывает глаза и тяжело выдыхает, жмурится, не даёт слезам снова пробраться наружу, снова заставить его всхлипывать. Камень скребет сердце. Плохие мысли давят на мозг и делают только хуже. Парень сжимает одну фотографию в руках и допивает остаток пива в банке, кидая железяку на пол. Там уже валяется около шести таких. Сопьётся? В голове всё ещё слышатся отголоски звонких фраз Тэхёна, шуток, серьезных высказываний. А перед глазами эта милая квадратная улыбка. Как жаль, что он больше не увидит её... Закрывает глаза и по щекам медленно стекают капли слёз, осколками разбиваясь о подоконник.

//***//

— Ну, так не честно! — Чимин врезается в стену, и Тэхён наконец-то ловит его, натягивая на аккуратную голову парнишки кепку. — Честно! Там солнце, и ты обязан надеть это. Ещё солнечный удар получишь, — как та самая заботливая мамочка говорит Ким, складывая рука на груди. — И только попробуй её снять. — Ладно, ладно... — улыбается младший и чешет затылок. Руки так и тянутся к кепке, чтобы снять. Но на лице фотографа расплывается лёгкая улыбка, и он медленно прикрывает глаза. Снова эта эстетичность, красота и строгость в одном человеке. Чимин всегда удивлялся этим лёгким непослушным волосам, этим слегка подрагивающим ресничкам. А когда Тэхён сосредоточен, то он обязательно сводит брови в одну точку и внимательно следит за работой. Кажется, этот человек действительно ходячая эстетика, а не бред пьяного мозга.

//***//

Светлые волосы развеваются на летнем ветерке. Он освежает миловидное личико парня, который сложил руки крестом на перилах широкого моста прямо над бескрайним морем. Тэхён прикрывает глаза и слабо улыбается, вдыхая свежий воздух, и чувствует, как тот пробирается под одежду, задевая каждую частичку тела, заставляя прочувствовать весь момент. Сзади подходит Чимин. Он набрасывает свою курточку на старшего и становится рядом, протягивая миндальное мороженое. — Это тебе, — улыбнулся и посмотрел в глубокие глаза друга. В них отражался красивый закат и блистало солнышко, уходящее за горы. — Спасибо, — благодарно кивает тот и берет мороженое, один раз лизнув. — Ты угадал со вкусом. — Это было легко, — поворачивает голову к небу и закрывает глаза: наслаждается. — Тебе не холодно? — Теперь нет, — Ким поправляет прическу и кутается в куртёшку, слабо подрагивая. — Но мне отсюда уходить не хочется... — Тут красиво, — добавляет Чимин. «Ты читаешь мои мысли?» — проносится в голове, а улыбка не сползает с лица старшего. Заинтересованный взгляд рассматривает человека рядом с собой. Маленькие ручки, короткие пальчики-сосисочки, в которые Тэхён, кажется, успел влюбиться. Его друг ниже него на пол головы, поэтому шутки про рост со стороны Кима почти всегда прилетали Чимину. Он долго дулся и обижался, мог нагрубить. Но потом сам же и просил прощения, чуть ли не плача перед старшим. Этот малый успел привязать к себе всего за какие-то несколько дней. Рядом с ним спокойно, уютно и хорошо. Пак заботлив и внимателен по отношению к Тэхёну. Всегда замечает всякие мелочи, любит делать комплименты, а старший в свою очередь отплачивает тем же. Эти уже рыжие волосы придают ему миловидность, некую загадочность. Заставляют смотреть и любоваться. Тело парня кажется неким хрусталём, до которого дотронься — и оно вот-вот надломится, расколется. Именно такие ощущения у Тэхёна при взгляде на своего друга.

//***//

Тихий всхлип на всю комнату. Чимин не выдержал и разрыдался. Он укладывает свою голову на подоконник и шмыгает носом, характерно взвывая. Он влюбился. Влюбился, как тот самый школьник-идиот в ту самую красавицу школы. Только здесь совсем другая ситуация. Искренняя любовь юноши была забросана камнями с названием «смерть любимого человека». И теперь только улыбка Тэхёна с фотографий, сделанных в самый первый день их знакомства, скрасит дни Пак Чимина...