—Поцелуй меня.

«—Я. . .я Шуичи Сайхара. . .» Этот тихий паренёк сразу же привлек внимание юной Акамацу, что в это время сидела за последней партой тихого класса, который хвалили многие учителя столь пристижной академии «Пик Надежды». Его тихая манера речи, бегающий взгляд, и чувства страха и нервозности, так как тот, по всему виду, был смущённым олененком, потерявшим свою маму. И как его сюда занесло — единственный вопрос, что крутился в голове Каэде. Шуичи Сайхара. Это имя девушка крутила у себя в голове, облизывая несколько раз губы, покрытые черной помадой, что слава богу не стёрлась, пробуя то на вкус. Вяло. Но пойдет. Интересно, этот паренёк специально рисует эти стрелочки под глазами? Ей нравится, как это выглядит. Взгляд — цвет которого так же привлек Каэде — выразительней. Есть желание вырвать ему глаза, дабы его взгляд был посвящен исключительно блондинке. Поправляя сумку, что висела через плечо, Акамацу лишь ждала Ируму и Кайто, что разговаривали с преподавателем по поводу предстоящего теста, стоя рядом с Амами Рантаро. Она, конечно же, не планировала начинать с тем разговор, ведь он улыбался чему-то в своем смартфоне, да и настроения не было. Только желание поскорее уйти обратно домой, дабы обнять свою сестру, что вернётся из школы. Пусть те и были близняшками, но младшая Каэде отличалась от Акамацу от слова совсем: та любила яркие цвета в одежде, красилась более незаметно — не как Каэде, что любила черную помаду и выразительные стрелки — и была вовсе паинькой для родителей. Но сестру все равно любила. —Тебя привлек этот пацан? —подняв голову, заметил Рантаро, который убрал телефон в карман. —А? —вырвался звук из уст Акамацу, и та только хмыкнула, переварив слова друга, —Забей хуй, пацан связался, вижу, с Омой, поэтому похуй, —закатила глаза девушка, уже ударившись кулаком о кулак Кайто, что подошёл с Миу к ним. —Обсуждаете то, как Бакамацу убивала взглядом новенького, как когда-то нашего Рантаро? —прыснула со смеху Ирума, что после начала хитро улыбаться, положив руку на плечо своей лучшей подруги, лицо которой вновь не выражало ничего, кроме недовольства. Эти расспросы вновь могли довести Акамацу до злости в сторону друзей, но той было откровенно все равно. Не в этот раз. Она не хочет повторений. —О-о-о, нет, Ирума, пове-е-ерь, в этот раз она смотрела на него так, будто хотела выебать, —со смехом произнес Рантаро, за что получил удар в плечо от юной Каэде, и ее злобный фиолетовый взгляд. Он помнил, что это означало и не хотел банально получить ботинком в лицо, как в прошлый раз, когда не следил за своим языком и получил за это наказание. —Тогда, я думаю, что надо будет как-нибудь рассказать Шуичи-куну о тебе, Каэде, если он тебе понравился. Ведь я знаю, как ты знакомишься и какие бывают после этого последствия, —проговорил Момота, вызвав на щеках блондинки смущение и ураган эмоций в глазах. —Ну так мы всё-таки решили, что будем делать на этом тесте? —спросила Миу, присев уже за общий столик с друзьями в библиотеке, взяв с собой четыре стаканчика кофе для лучший друзей. —Типо, вы же понимаете, что у Каэде на носу так же промежуточный? —вопросительно взглянула на Каэде девушка, открывая свой учебник на нужной странице. И как только та получила положительный кивок девушки, что не отрывала своего взгляда от абзаца в учебнике, то продолжила. —Экзамен по игре на пианино, и она не сможет нас подтянуть и по этой теме, а Кайто хуёво объясняет, что пиздец, —сделав глоток напитка и поморщившись от того, насколько тот вновь сделали крепким, Миу оглянула друзей обеспокоенным взглядом. —Может Каэде просто сыграет старику на пианино и пустит его в гипноз, чтобы он просто поставил нам пять или дал ответы? —посмеялся Амами, а после вздохнул, продолжив читать, —Надо готовиться самим, думаю, что это и так понятно, ведь Каэде не всегда же нас вытаскивать из задницы, Ирума. Напишем на четверку, этого достаточно, один тест нихера не сделает, —пожав плечами, зеленоволосый только сделал глоток кофе, а после оглянулся на какие-то звуки позади. —Ни-ши-ши, —этот смех, от которого Акамацу сразу же закатывала глаза, ведь знала кому он принадлежит, и ложь этого человека раздражала его, пусть та и сама не лучше. —Шуичи-сан, Шуичи-са-а-ан, —протянул Кокичи Ома, уже указывая на учебники, которые понадобятся им для учебы в этот день, —А ты ведь правда-правда-правда рад, что я так подошёл к тебе и познакомился? —К-конечно же, Ома-кун, я рад, ведь. . .я бы сам не смог. . .а другим видимо было бы все равно. . .—смущённо сказал Сайхара. Но Рантаро сразу же прервали от столь мерзкой вещи, как подслушивать, как только Каэде заметила это. По его руке прошёлся будто электрический ток от удара Каэде и тот, кажется, вскрикнул что-то, на что библиотекарша злобно шикнула их компании. Прошло, наверное, порядком несколько недель после прихода «эмо-парня», как выразилась Ирума, и он только сильнее трепетал сердце Акамацу, которая за все это время ни разу не решилась подойти к нему, а ведь тот пару раз сталкивался с ней и пытался извиниться, на что Каэде сразу же рычала и посылала того, краснея уже за углом. Ее сердце бешено билось лишь от одного упоминания имени этого парня, лишь от одной фантазии о его янтарных глазах, что смотрели на нее сверху вниз, когда тот прижимал ее к стене, прямо как во влажных фантазиях. Интересно, когда девушка смогла стать такой озабоченной по отношению к Сайхаре Шуичи, что не был каким-то особенным красавчиком, по сравнению с тем же Амами или Кайто или других парней с параллельного класса. —Эй, задрот, —воскликнула Акамацу, нервно сжимая кулаки, но не показывая то, что она волновалась просто потому, что ей нужно было окликнуть предмет ее любви. Паренёк сразу же обернулся на слова юной Акамацу и только был удивлен, что ей что-то понадобилось от него. Такого, как него. Или она хочет избить его? Сделать что-то ужасное? Где он провинился? Ее фиолетовый взгляд был полон какой-то неуверенности, злости и какого непонятного для Шуичи блеска, когда та шла к нему. Колени Шуичи сразу же подкосились, и тот только прижался спиной к стене, что была сзади, словно загнанный в угол щенок. В это же время к нему впритык подошла Каэде, поставив руки по обе стороны его головы, не давая тому возможность выйти из этой, некой ловушки, тяжело дыша. —К-Каэде-сан. . .чт-то ты?. . .—парень только желал спросить, что нашло на его одноклассницу, как вдруг его пересохшие губы накрыла девушка своими, что были все в черной помаде. Ее руки были уже на воротнике парня, за который та держала его, пока старалась целовать как можно уверенней, ведь из-за того, что, весь красный, будто рак Шуичи, ответил на ее неожиданный поцелуй, что произошел в таком неожиданном и, возможно, неприятном месте, как переулок между домами рядом с академией. Девушка провела языком по его дёснам, подметив для себя, что тот был настолько неумелый в этом, что было до тошноты мило. Этот поцелуй был первым для них, для Шуичи, не первым для умелой Каэде Акамацу, что сейчас чересчур агрессивно прижимала парня к стене, вжимаясь в него так же. Но, как только Акамацу поняла, что это уже было слишком долго — пусть и хотелось большего в данный момент — она оторвалась, разрывая нить слюны, не решаясь так же поднять голову, дабы взглянуть в глаза своему предмету обожания. Но ее заставил это сделать дрожащий голос Сайхары: —Акамацу. . .—сипло прошептал Шуичи, и только дернулся в сторону девушки, когда та отошла. Все это, непременно, было безумно, приятно, неожиданно. Он думал, что та минимум убьет его в этом переулке, ведь тот слишком много сталкивался с ней за все это время. А может он уже мертв, и все это просто поцелуй ангела на небесах, куда он попал? —Закрой. . р-рот, блядский задрот, —рыкнула девушка и сразу же взяла его кепку, надев ту на себя, чтобы скрыть свое смущенное личико, но то стало ещё краснее, ведь без кепки, которую парень раньше никогда не снимал, что странно — Кайто даже иногда шутил, что он и спит в ней —никогда не показывал. А зря. —А-Акамацу, —парень до сих пор не мог связать ни двух слов, ведь на губах так же оставался привкус вишни от губ Каэде. Видимо это ее бальзам? Или она недавно ела ее. —Я же попросила закрыть. . . т-тебя рот, ты прид-! —но девушка не успела договорить, как вдруг парень перебил ее, схватив за запястье. —Ещё. . . п-п-пожалуйста, поцелуй меня ещё. . .—на выдохе произнес Шуичи, чем шокировал девушку, что была перед ним. С этого и началось это. Удивительно, что такой смущённый Сайхара, почти каждый день после школы вжимал девушку в стену переулка, искусывая ей все губы во время поцелуя. Это нравилось им обоим. Будто что-то неправильное, незаконное. Их взаимоотношения резко изменились. Частые взгляды, что они бросали друг другу на уроках или в столовой, пока сидели за столиком своей компании. Сердца этих двоих начинали трепетать, и становились будто одним целым, что замечали и друзья. Они молчали, ведь понимали, что когда придет время, то Каэде сразу же сама все расскажет. Все мимолётные касания с каждым днём в коридоре становились чаще и чаще, уже даже они брались за руку на построении во время урока физкультуры, на что Каэде получала усмехающийся взгляд Рантаро — конечно тот потом получал волейбольным мячом по голове. —С-Сайхара-кун, —рыкнула Каэде, как только наступила на плечо сидящего на полу парня, не одобряя взгляд того. —Ох, кто-то по правде зажёгся, да, сучка? —промурлыкал Шуичи, чувствуя то, как на плечо давят сильнее, а у девушки были достаточно массивные ботинки, и начал шипеть из-за неприятного чувства. —Поцелуй меня. —Я разрушу всю твою жизнь, ты ведь знаешь это, —нога перешла на шею парня, но его улыбка ещё ни разу не сошла с его лица, и только становилась более вызывающей. —Поцелуй меня, Акамацу, мне необходимо это, —с хрипотцой в голосе прошептал Шуичи, коснувшись губами ноги девушки, что заставило ее покраснеть, но та сразу же выполнила просьбу своего «оппонента» в этот момент, присев рядом с тем и взяв того за галстук, притянув к себе. Этот поцелуй был вновь отличим от других. Жёстче, чувственнее. Шуичи уже подхватил девушку и ее пыл, только приобняв ту за талию, прижимая к себе. Необходимо. Сайхара окончательно понял, что банально не сможет выжить без губ и присутствия своей Каэде Акамацу, что всего одним поцелуем украла его сердце. —Ты мне нравишься. . .—начал Шуичи в губы девушки, —Я хочу, чтобы ты целовала исключительно меня, всю свою оставшуюся жизнь, Акамацу Каэде.