Не обязательны

      Первым об их отношениях начинает догадываться Коннор. Он детектив, и это его работа — подмечать детали. Кроме того, он андроид, и подмечать детали у него получается лучше, чем у любого другого детектива в участке, кроме разве что РК900 — но только лишь потому что девятисотый улучшенная модель, и, человеческим языком, он соображает чуть быстрее. РК900, скорее всего, заметил, что РК800 заметил — но оба ничем не показывают этого факта. Факта отношений Девятисотого и детектива Рида. Коннор слегка приподнимает брови в первые секунды осознания — но молчит и собирается молчать дальше, потому что Ричард точно знает, что отношения с коллегами запрещены уставом. Наверняка он просчитал риски и решил что это того стоит. Коннор не собирается спорить. Как бы сказал детектив Рид, это не его собачье дело. Следующей факт отношений замечает офицер Чень. Возможно, кто-то ещё заметил — но все остальные так же держат своё мнение при себе. И Коннор не хотел подслушивать, совсем нет. Он совершенно случайно оказался рядом, правда. — Больше не ненавидишь андроидов? — с добродушным смешком спрашивает Тина. — Не всех, — расплывчато отвечает Рид, отхлёбывает кофе и продолжает, — Но некоторые бывают полезными. — Я вижу, — кивает Чень на непонимающее лицо Гэвина, — Выглядишь сытым и выспавшимся. Рид кивает, не пытаясь ничего утаивать или отнекиваться, криво улыбается и отпивает ещё кофе, опуская взгляд в стол. — Меня быстро взяли в оборот. Думаю, Девятка этого от братца своего пластикового понахватался, я теперь бегаю по утрам и жру сбалансированные завтраки. Видела, как Андерсон схуднул? Ведроиды до добра не доводят, — зловеще усмехается он. Дальше Коннор не слушал, он понёс разогретый сбалансированный обед Хэнку. Офицер Чень была права — девятисотый приносил в жизнь детектива Рида пользу и удовлетворение. Физические и психические показатели медленно, но верно улучшались, и Гэвин даже вёл себя чуть менее уебански, чем всегда. К вечеру, однако, Коннор решил что поторопился с выводами, потому что Хэнк, задумчиво глядя в бубнящий на переферии телевизор, внезапно спросил «Ты не в курсе, что у Рида с Ричардом происходит?» и вопрос был с некой беспокойной интоннацией. Мораль Хэнка была в сером спектре, он не был «идеально-правильным копом», не с его алкогольным прошлым — так что вряд ли его заботило нарушение устава и следующие за этим проблемы. — Я думаю, они в отношениях, — честно ответил Коннор и приподнял брови от любопытства — зачем бы Хэнку так беспокоиться? Андерсон неопределённо промычал, помолчал немного, глядя перед собой, и вдруг ответил. — А мне Рид сказал, что нет. Они лизались на парковке, я поздравил их и посоветовал убираться домой. И Рид сказал что они не в отношениях. — Хэнк повернул лицо к Коннору и с ещё большим беспокойством уточнил: — Мне кажется, он использует Ричарда. — РК900 взрослый мальчик и девиант, — ответил Коннор успокаивающе, — И даже если его используют, он об этом наверняка знает и не против. А ещё через пару дней произошло то, что открыло восьмисотому глаза: они действительно не были в отношениях. То есть, Рид действительно считал, что они не в отношениях, хотя все факты говорили об обратном — они занимались сексом, они жили вместе в квартире Гэвина, искали внимания друг друга, заботились друг о друге. В основном Ричард заботился. Девятисотый готовил Риду, в целом следил за состоянием здоровья — и даже был записан в медкарте детектива, на случай, если с человеком что-то случится. Что-то произошло, свидетелем чего Коннор не стал — но улышал «ну наконец-то» от Коллинза, Гэвин недоумённо переспросил «что», и тогда восьмисотый подошёл ближе и увидел всё своими глазами. — Наконец и на тебя нашлась управа, — беззлобно улыбнулся Бэн, — Я уж думал ты никогда ни с кем не сойдёшься. Ну, — повернулся он к Миллеру, — И где мой полтинник? Гэвин слегка нахмурился, наблюдая, как Крис шлёпает на стол Коллинза пятьдесят долларов. — На что вы спорили? — На то, встречаетесь вы или нет, — продолжал улыбаться Бэн, складывая купюру в карман брюк. — Верни деньги, — фыркнул Рид, — Мы не встречаемся. И да — он не врал. Сердечный ритм не сбился, взгляд не дрогнул. Девятисотый стоял рядом с безмятежным лицом и синим диодом. Ещё два дня Коннор бился над этой загадкой, потом случилась перестрелка с подозреваемым и девятисотому пулей оцарапало челюсть — не критично, но детектив Рид всё равно был бледным и нервным, потому что скин не сходился, тириумом залило белый Киберлайфовский пиджак, а девятисотый оказался с временно перекошенной челюстью, потому что задело крепление. Коннор никогда до этого не видел детектива Рида таким нервным, даже когда сам человек был ранен. Коннор снова случайно оказался рядом, когда Ричард проходил в кабинет техника при ДПД — и Гэвин ломанулся за ним следом. Восьмисотый успел услышать Ридово «да что я там не видел» и поспешил уйти подальше чтобы не знать, что детектив Рид там не видел. Потом, немного позже, Коннор лично увидел то, что Хэнк назвал словом «лизались». Краем глаза, на долю секунды — но пошлое и просторечное «лизаться» к этой ситуации явно не подходило. Поцелуй был преисполнен мягкости, любви и того наслаждения, когда партнёры никуда не торопятся и не напирают. Рид кончиками пальцев придерживал девятисотого под челюстью и наклонял голову для удобства. Они сидели в машине Гэвина на стоянке при ДПД и являли собой образец нежной влюблённости. Коннору даже стало немного стыдно, что он увидел такой интимный момент. «Вы до сих пор не в отношениях?» послал Коннор, подкрепляя сообщение дружелюбной эмоцией. Ричард ответил весёлым «Ты решил принять участие в споре?» «Я тщательно планирую бюджет и не собираюсь делать ставки. Но я в замешательстве.» Девятисотый и Рид отлепились друг от друга, Гэвин что-то тихо спросил, Ричард ответил и кивнул. Машина завелась и выехала со стоянки. «С чем связано твоё замешательство?» уточнил Ричард, и Коннор уловил в эмоции, подкреплённой к сообщению, ехидное удовольствие. Ричард знал что-то, до чего Коннор никак не мог додуматься — и это, видимо, было поводом для некой гордости. «Вы в свободных отношениях?» уточнил Коннор, решив подыграть и не гадать больше, молчаливо признаваясь в неспособности раскрыть это дело — но Девятисотый ответил коротким «Нет.» Возможно, Гэвин заразил своей уебанистостью Ричарда — хотя такое вряд ли передаётся половым путём. «Факты и статистики говорят об обратном» написал Коннор и вдруг озарился мыслью. «Или ты не хочешь признавать, что вы в отношениях?» «Гэвин. У него непереносимость всего, что связано с этим.» «Но, формально, вы любите друг друга? Хэнк беспокоился, он думает что Гэвин использует тебя.» «Мне поговорить с ним или сам заверишь, что со мной всё хорошо?» «А с тобой всё хорошо?» «Лучше, чем когда-либо. Но прошу пресекать любые разговоры об отношениях и любви при детективе.» «Это несерьёзно, Ричард. Похоже на детское нежелание видеть правду.» «Ты ничего не знаешь», как-то колюче ответил Девятисотый и тут же, уже мягче, добавил: «Я сказал ему однажды. Сказал, что люблю его, и у него случилась паническая атака.» Машина скрылась за поворотом, а Коннор так и стоял, слегка нахмурившись. Паническая атака? У детектива Рида? Из-за слов о любви? Прикреплённый к сообщению пакет эмоций был мягким и покровительственным, в некотором роде поучающим — но восьмисотый не обиделся, слишком удивлённый раскрытием этой загадки. «Для некоторых вещей слова не обязательны.»