Не бойся, милый, страха своего...

— Всё меняется. Меняется жизнь. Меняются люди. И вроде всё хорошо. Но иногда так не хватает старого. Той жизни. Тех людей...

Спустя месяц Поздний вечер 10:46 p.m. Здание Детективного Агентства Моко сидела за столом в одной из комнат Агентства, задумавшись о чём то своём. Акико тоже сидела здесь, от скуки читая старую газету. Мидзуку задержалась, писала отчёты допоздна, а после ей позвонил Дазай и попросил её остаться на важное совещание. Она лишь пожала плечами, ладно. И вот в комнату зашёл Куникида, немного раздражённый, за ним в помещение вошли Джуничиро и Дазай. — Здравствуйте. — поприветствовала пришедших девушка, широко улыбаясь. — Приветик, Моко. Давно не виделись. — произнес Осаму, расплываясь в блаженной улыбке. — Здравствуйте, Моко, доктор Ёсано. — на последнем приветствии Танидзаки слегка передёрнулся. — Ну надо же, троица мужиков с кислыми рожами пожаловала. Что это с вами? Добровольцев на вскрытие спешу разочаровать — рабочие часы на сегодня окончены. — Акико подняла на них взгляд, отвлекаясь от газеты. — Что вы тут делаете, в кабинете для совещаний? — А что, не видно? — тряхнула газетой в руках доктор Ёсано. — Сегодня столько дел навалилось, некогда было даже газету почитать. — опустив взгляд на страницу, она добавила. — А сегодня на диво чудесная статья. — По вам не скажешь, что вы любите периодику. — сказал Танидзаки, заглядывая ей через плечо. — И что за статья вас так заинтересовала? — В любых газетах самые лучшие статьи — это некрологи. — ухмыльнулась она. — Лишь в них все люди оказываются равны. — И не поспоришь. — улыбнулся Дазай. — Так что вы здесь забыли? — оторвав от газеты взгляд, спросила Ёсано. — Хе-хе-хе. У нас мозговой штурм. — с улыбкой ответил Дазай. — Помните вчерашнего тигроюношу? Мы подумали собрать идеи насчет предстоящего ему квалификационного экзамена и выбрать демократическим путем какую-то одну. — Демократическим путем? — переспросила Акико, приподняв темные брови. — А нельзя просто повторить, как было с Танидзаки? Она повернулась к нему. Тот, резко побледнев, решительно замотал головой. — Я… Я даже вспоминать об этом не хочу! «Интересно, и почему же Танидзаки-кун не хочет вспоминать об этом?» — подумала Моко, всё это время молчавши. — Оставим эту тему. — Джуничиро наклонился вперёд. — Давайте в этот раз подготовим что-нибудь скромное. — Вы только послушайте, что тут пишут! — перебила его Ёсано. — «Пожар на незарегистрированной ферме по разведению китайского мохнаторукого краба привел к многочисленным жертвам»! Аппетитное во всех смыслах происшествие, вам так не кажется? Заглянуть туда, что ли, по дороге домой? Она облизнулась. — Ну, знаете… Это уже совсем бестактно, так говорить… — осуждающе протянул Танидзаки. — Кроме того, Ёсано-сан, эта газета датирована двумя месяцами назад. Она старая. Запах жареных крабов там уже давно выветрился. — Ой, и правда. — Ёсано посмотрела на дату и нахмурилась. — Кому пришло в голову оставить здесь старую газету? Ну вот… Только я обрадовалась происшествию с многочисленными жертвами, собралась под предлогом помощи полицейским патологоанатомам от души повскрывать как трупы, так и недотрупы — и на тебе! Ёсано в расстройстве отшвырнула от себя газету. — Ладно трупы, но вскрывать еще живых… — от души посочувствовал несостоявшимся жертвам Танидзаки, которого самого регулярно таким образом вскрывают. — Жареный краб — одно из величайших достоинств нашего мира. — вставил свои пять копеек Осаму. — Эй, Дазай. — глухо произнес до того момента также молчавший Куникида. — Мы тут не крабов пришли обсуждать. Ты сказал, что позвал всех сыщиков в кабинет для совещаний, или я что-то не так понял? Тогда почему здесь только Ёсано-сэнсэй и Моко? — Хм-м... — Дазай посмотрел на часы и наклонил голову на плечевой сустав. — Позвать-то я позвал, но наши сыщики вечно на своей волне, так что, думаю, на то, чтобы всем собраться, понадобится еще немного времени. Идеалист скрестил на груди руки и посмотрел на мумию. — Уж кому-кому, а не тебе говорить о ком-то, что он на своей волне. — скривился он. — Ты продумал хотя бы план совещания? — Конечно! Продумал до мелочей, чтобы даже премьер-министр страны планирования Куникида-кун не нашел, к чему подкопаться! Суицидник встал из-за стола, подошел к стоящей в углу кабинета белой доске и начал записывать. — Первое: подумаем над содержанием экзамена. Второе: из предложенных вариантов выберем наиболее подходящий. Третье: на основе этого распределим между собой роли. Ну, как тебе мой план? — постучал по доске Дазай. — Признаю, выглядит действительно как план, хотя из-за этой несвойственной тебе обычно расторопности меня теперь не покидает дурное предчувствие. — поморщился Доппо. — И особенно мне не нравится третий пункт про «распределение ролей». Зная тебя, ты наверняка уже придумал, как все так ловко организовать, чтобы тебе самому не пришлось ничего делать. — Как тебе не стыдно, чтобы такой честный человек, как я, имел за душой столь грязные намерения? Неужели ты не доверяешь мне, своему коллеге, Куникида-кун? — Осаму сделал самое невинное выражение на лице. — Нет. — Не особо… — Не доверяла и не собираюсь. Дадзай в восторге подпрыгнул на месте: — Вы все такие злые! — Вполне доверяю. — прошелестела Мидзуку, закрывая глаза. Все, кто находились в комнате, замерли, включая Осаму. Она говорила правду, даже не смотря на то, что Дазай немного подбешивал, Моко доверяла ему. — Так что там у нас? — Ну, в этом отношении мы как-нибудь за тобой присмотрим. Все равно до третьего пункта надо еще дойти. Может, пока займемся первым? — выйдя из ступора и посмотрев на часы, предложил Куникида. Не хватает только Рампо и Кенджи. Для итогового голосования они необходимы, но начать совещание можно и без них, ибо Эдогаве просто напросто будет скучно. А Миядзава... Он просто не поймёт. — Смотрю, кому-то не терпится. — улыбнулся суицидник. — Что не может не радовать: если бы ты был не в настроении участвовать, все совещание пошло бы коту под хвост. Но раз такое дело, приступим к обсуждению! Итак, у кого какие идеи? — он вернулся за стол. Все переглянулись. «Хммм, нужно подумать. Так, допустим, парень имеет неконтролируемую способность. Скорее всего нужно проводить экзамен где нибудь в помещении, или как проводили его у меня. — по телу побежали мурашки от воспоминаний. — Кхм. Ладно.» Но её мысли прервал звонкий голос Дазая. — О, Танидзаки-кун, у тебя прямо на лице написано: «Пожалуйста, спросите меня»! — У кого, у м-м-меня? — указав на себя пальцем, рыжик не сдержал удивления. — Я вижу, вижу в твоих глазах свет тех остроумных идей, что переполняют твой разум! Так говори же, выложи нам припрятанный козырь, чтобы мы все встали и встретили бурными аплодисментами сей гениальный план! Мы готовы восхищаться и преклоняться! — Давайте не будем так резко задирать планку ожиданий! — торопливо запротестовал Танидзаки и слегка покраснел. — Но вообще, я думаю, что экзамен в принципе не предполагает ничего такого особенного. Пусть все пройдет тихо-мирно. Выберем из тех заданий, что есть сейчас, какое-нибудь достаточно сложное и поручим ему, как вам такая идея? Если я правильно помню, вас, Дазай-сан, именно так и принимали в агентство. — О-о, хороший план! Спасибо, Танидзаки-кун. — Дазай вывел на доске «Поручить провести расследование». — Есть возражения? — Надеюсь, ты понимаешь, Дазай. — начал Куникида. — Что для любого другого среднестатистического претендента этого было бы достаточно. Но в данном случае речь идет о потенциально опасном диком звере, за которым охотится военная полиция. Другими словами, о разыскиваемом преступнике. Предположим, нам не составит особого труда изменить его личные данные, но будет крайне безответственно отправлять на дело человека, который еще не является официальным сотрудником агентства, и от которого не знаешь, чего ожидать. Разве директор тебя об этом не предупреждал? — Сразу видно первого ученика нашего директора. — протянул Осаму. — Почти слово в слово! Ну что ж, план сам по себе хороший, но нам нужен такой, который позволил бы избежать внимания посторонних. Мне жаль, Танидзаки-кун. — Ничего не поделаешь. — с грустью откликнулся тот. — Тогда… если нельзя выпускать его на улицу, пусть он решит какую-нибудь проблему внутри агентства? — Например? — Ну… Починит шредер, в котором застряла бумага, или прочистит забившийся водосток… Моко сдержала тихий смешок. — Мы же не водопроводчика экзаменуем. — нахмурился Доппо. — В любом случае, странно ожидать, что Агентство именно завтра столкнется с серьезной проблемой, которая позволит «проверить истинный характер и моральные устои» нашего претендента. — Значит, пока отложим эту идею. — подытожил Дазай, выписывая на доске «Доверить решение некой проблемы внутри агентства» и добавляя сбоку вопросительный знак. — Только и знаете, что критиковать, так мы далеко не уедем. — Акико, подперла щеку рукой, и указала на суицидника пальцем. — Дазай, ты это начал, вот и выдвигай идеи. Наверняка же у тебя что-то припасено? Осаму немного помолчал, а потом довольно улыбнулся и хихикнул, будто только и ждал этого момента. После чего достал из пакета стопку бумаги и положил на середину стола, чтобы всем было видно. Листочки исписанные каким то мелким почерком, что хрен разберёшь что там написано, или написано ли вообще. — Разумеется, припасено! Взгляните сами на мои совершенные, без единого изъяна планы квалификационного экзамена! Моко слегка улыбнулась, посмотрев на Дазая. Она уже немного увидела несколько планов, разумеется, гениальных, но некоторые пункты были не особо хорошими. Куникида, предполагавший нечто подобное, поморщился, будто лимон проглотил. — План первый. Его основная цель — проверка физических возможностей и выносливости претендента. Согласно нему, ночью мы тайно проникнем в городской зоопарк Йокогамы, что в получасе езды отсюда на электричке, и бросим нашего новенького в клетку с гималайским медведем. Экзамен будет засчитан, если он его одолеет или сможет сбежать. — Эй. — глухо выдохнул идеалист, бросив на Дазая тяжелый взгляд. — Если наладит контакт с медведем — вопрос о сдаче потребует дополнительного обсуждения. — Эй. — Но согласно этому плану гималайский медведь выступает в роли невинной жертвы, что не есть хорошо, поэтому переходим к следующему. Он предполагает проверку умственных способностей и умения решать проблемы. Пусть наш новенький уговорит какого-нибудь ростовщика, страшного скрягу, готового два часа ругаться из-за недо-сдачи в пятьдесят иен, одолжить ему тысячу иен. — Эй. — Если ему удастся месяц придумывать отговорки, чтобы не возвращать деньги — зачет. — Это жестоко! — Это еще не всё! — зашуршал листами Дазай. Но Куникида его остановил: — Стоп-стоп-стоп, у тебя все планы вроде этих? Ты вообще понимаешь, что такое квалификационный экзамен? Не говоря уже о том, что никто бы от такого ростовщика не смог месяц бегать. Быстрее облысеешь и умрешь от нервного истощения. — Тогда пусть одалживает от твоего имени. — предложил Дазай. — Ни за что! — закричал тот, прикрыв обеими руками голову. — Как бы то ни было, мы все-таки об экзамене на детектива говорим. Он должен иметь отношение к работе сыщика! Проверять его способности и умения, знания и моральные принципы! — Да? Тогда как тебе это? Зачет, если сможет съесть за пять минут два килограмма сахара… — Поэтому я и говорю, что от твоих планов никакого толка! Тем более что они у тебя чем дальше, тем сильнее расходятся с самой целью экзамена! У нас тут не кастинг чудиков! Прошу, кто-нибудь, предложите что-нибудь хоть немного разумнее! — в отчаянии лохматя свою шевелюру, взвыл Куникида. — Извините что прерываю вашу беседу, но можете напомнить, пожалуйста, сколько этому юноше лет? Осаму и Доппо прекратили свою «приятную» беседу и посмотрели на сосредоточенную Моко. — М-м-м, ему примерно 18-19 лет. — ответил суицидник, немного подумав. — А, ну ясно. «Бедный парень. Надеюсь, что ты останешься жив.» — А для чего… — Просто уточнить. Мидзуку вновь закрыла глаза, мысленно взвыв от такого ответа. И в этот самый момент… — Простите за опоздание! Резко распахнулась дверь. Петли бедной двери жалобно хрустнули. Все повернулись ко входу. — Работал на поле перед домом, не заметил, как время пролетело. Представляете, во-о-от такой огромный дайкон выдернул — человека убить можно! Я с вами потом обязательно поделюсь! — звонким, жизнерадостным голосом сообщил Миядзава. — О-о, Кенджи-кун. А мы тебя ждали! — с улыбкой поприветствовал его Дазай. — Надеюсь, ты помнишь тему нашего совещания, я ведь буквально совсем недавно тебе сообщал? Мы сейчас как раз в самом разгаре обсуждения! Жду от тебя парочку-другую потрясающих идей! — Я постараюсь! — энергично ответил парень и зашел в кабинет. Прошлепав голыми ногами по полу, он остановился перед доской. — Здравствуй, Кенджи. — поприветствовала спокойно Моко, уставши улыбаясь. — Приветик, сестричка-Моко. — Миядзава широко улыбался, а после посмотрел на доску и начал изучать записи на ней. — Нужно проверить, подходит он для работы в агентстве или нет, да? Подумав несколько секунд, он посмотрел на Дазая и поднял руку. — Можно мне? — Пожалуйста, Кенджи-кун. — суицидник жестом дал ему слово. — Пусть он победит меня в армрестлинге! Остальные участники совещания, сохраняя серьезное выражение лиц, ответили молчанием. Нереально. Способность Кенджи — «Не уступая дождю» — во много раз усиливает его физические возможности. Другими словами, наделяет его нечеловеческой силой. Как помнила Моко, однажды его вызвали на ринг сразу три величайших борца сумо — так он забросил всех троих за раз так далеко, что до сих пор неизвестно, где они упали. И Миядзава предлагает побороться с новеньким на руках… Моко представляла это и поёжилась, представляя как паренёк кричит. — Нет, это немного слишком… — нарушил воцарившуюся тишину Танидзаки и с напряженным выражением лица посмотрел на коллег. — Почему бы и нет… — прошептала сидящая рядом Ёсано и мечтательно улыбнулась. Танидзаки поспешил сменить тему: — А д-другие идеи есть? — Другие? — переспросил Кенджи и вновь задумался, пошлепывая ногой по полу. Вдруг он хлопнул в ладони. — Вот что я подумал! Работа сыщика — это ежедневный тяжелый труд, правильно? Как сказал бы директор, врываться сломя голову во вражеский штаб и разносить там и все в округе в пух и прах — это не по-нашему! А раз так, у меня есть предложение. Рядом с моим полем есть одно незанятое, так пусть он его засадит и работает там изо дня в день, а осенью мы по собранному урожаю решим, сдал он квалификационный экзамен или нет. Разве не чудесная идея? — Ну… это… — не выдержав давления, с трудом выдавил из себя Танидзаки, на которого все смотрели молча. — Думаю, все здесь согласны с первой частью, но насчет самого этого предложения… До осени еще далеко, времени много уйдет… Правильно я говорю, Куникида-сан? — А? Д-да! — подпрыгнул на стуле идеалист. — Понятно. — с сожалением сказал Кенджи. — Тогда как насчет тех стандартных испытаний, что проводят у нас в деревне? — И что же это за испытания? — на этот раз спросила Мидзуку, заинтересованно смотря на Миядзаву. — Для вступления в сообщество молодых земледельцев, чтобы тебе доверили самую элементарную работу в поле, существует несколько проверок. Например… — Кенджи выпрямил один палец, отсчитывая. — Нужно уметь предсказывать погоду. — Интересно. Если подумать, и правда, для земледельцев умение предсказывать погоду — очень важно. То есть вы предсказываете погоду на завтра, не смотря в прогноз погоды? — Нет, не на завтра, а на месяц вперед. — Н-на… На месяц? — Необходимо предсказать, опираясь на состояние почвы, поведение животных. Я тоже это умею: ясно, облачно, ясно, ясно, но с кратковременными дождями утром и вечером… Кенджи говорил быстро и невозмутимо, и никто ничего не запомнил из сказанного. — К… круто, конечно. — Моко слегка заикнулась, а после более твёрдым голосом, продолжив. — А какие еще у вас испытания? — Еще человека принимают, если он умеет говорить с коровами. Или с собаками. — Ничего себе у тебя деревня… — в шоке прошептала Мидзуку. — Или если человек умеет призывать дождь. Или если может за сутки вырастить из побега взрослое дерево. — Да в этой деревне одни уникумы! — Или если сможет за ночь построить дом для собраний. — Тоётоми Хидэёси?! — Или если победит злого духа. — А они на самом деле существуют? — Или… — Стоп, стоп, погоди секунду! — прервала его Моко. — Это уже совсем никакого отношения к экзамену на детектива не имеет, и потом, если ты продолжишь в том же духе, боюсь, мы услышим нечто совсем из ряда вон выходящее. Поэтому, прости, но давай на этом остановимся. — Ну-у, как скажете. — склонив набок голову, с сожалением протянул Кенджи. Танидзаки повернулся к доске и увидел, как Дадзай выводит на ней «Тоётоми Хидэёси».

* * *

Совещание на тему квалификационного экзамена перешло в затяжной спор. Любые планы Дазая отвергались Куникидой, Ёсано спорила со всеми идеями Танидзаки, а тот активно сопротивлялся ее собственным предложениям. Моко в голове прикидывала примерный план, что да как. — Новенький должен быть терпеливым, так? — растянув в зловещей улыбке блестящие губы, сказала Ёсано. — Тогда давайте вот что сделаем. Все, посмотрите на свой левый мизинец. Все посмотрели на свои левые мизинцы. — Вот пусть с него и начнет. Если сможет выдернуть из суставов все десять пальцев — зачет. — Это слишком жестоко! — закричал Танидзаки. — Ну… тогда восемь. — До смешного бессмысленная поблажка! — А почему нет? Все равно с моей способностью потом станет как новенький. — обиженно протянула Ёсано. — Ладно, раз вам так жалко пальцы, предлагаю потереть этому пацану теркой причинное место, засечем, через сколько времени он зарыдает. Вся мужская половина участников совещания, представив на себе это испытание, торопливо прикрыла ладонями область ниже живота. — Давайте как-нибудь без пыток обойдемся! — Тогда пусть посоревнуется со мной, кто больше выпьет. Победит — зачет. — Споить его хотите?! — возмутился Танидзаки. — Куникида-кун, а ты что молчишь? — вмешался Дазай. — Пора бы уже на чем-нибудь остановиться, ты как думаешь? Давай же, как старший товарищ, подобно росчерку метеора на небосводе, осени нас проблеском своей мудрости! — Если учесть, что обычно ты живешь по принципу «похвали один раз — окуни десять раз в грязь», то твои слова ничего, кроме мороза по коже, не вызывают. — сердито посмотрел на Дазая Доппо. — Ну да ладно. Тогда как тебе такая идея: зачет, если он тебя победит. — Поддерживаю. — Танидзаки даже хлопнул в ладони. — Еще предложения? — не отрывая от Куникиды взгляда, прищурился Осаму. — Зачет, если он утрет тебе нос и заставит покаяться во всех своих гадостях. — Определенно поддерживаю. — закивал Джуничиро. — Еще? — Если он… Если он зажмет тебя между двумя досками и будет давить, давить, давить, а потом раскаленными иголками будет тыкать, тыкать, тыкать, а потом пропустит через тебя электрический ток и будет шептать, шептать, шептать тебе на ухо: «Это все ты, ты, все ты виноват», а потом, потом!.. Поддавшись забурлившему внутри него вулкану, Куникида с налившимися кровью глазами еще какое-то время бил, выкручивал и тряс перед собой воздух. Танидзаки, а за ним и остальные участники совещания в легком шоке от него отодвинулись. — Я против. — подняла руку Мидзуку. — Вот это уже реально жестоко, Куникида-сан. Вы конечно простите, но это уже пытка, а не экзамен. Тем паче, что этому пареньку 18 лет. Людоед людоедом, но я как то не верю то что это он пугал жителей. Возможно что это его неконтролируемая способностью. Чтобы 18-ний парень и совершил такое? Не верю. И даже по отношению к Дазаю, это уж слишком. У меня всё. В кабинете повисло молчание. — Э-эм… Ты, это… Извини? — тихо попросил суицидник, но до ушей Куникиды его слова не дошли. — Но вы же ни капельки не раскаиваетесь? — спросил Танидзаки. — Нет. — просто ответил Осаму. В этот момент в дверь постучали. — Прошу прощения! — послышался голос сестры Танидзаки. — Извините, что помешала вашему совещанию, но клиент принес кое-что к чаю, как насчет сделать небольшой перерыв? В кабинет вошла Танидзаки-младшая, держа в руках поднос. — Наоми. — изумленно вскинул голову старший. — Я думал, ты уже ушла домой. — Я ждала тебя, чтобы пойти вместе. — нежно улыбнулась девушка. Наоми привычными движениями расставила на столе перед сыщиками чашки с зеленым чаем и положила перед каждым по никуману. От еще горячих паровых булочек поднимался аппетитный аромат. Проходя мимо Танидзаки, Наоми наклонилась к нему на расстоянии вздоха и шепнула: — Нии-сама, — дыхание девушки слегка обжигало. — ты и сегодня прекрасен. И она провела кончиком пальца по задней части шеи брата. Все в кабинете сделали вид, что ничего не заметили. — Кстати, нии-сама, то, что ты просил, в моем портфеле. Так что можем прямо сегодня ночью… — многозначительно зашептала Наоми. — Что? А!.. А-а, да, хорошо. — выпучив глаза, поспешно ответил Танидзаки. Моко уже хотела спросить о чём идёт речь, ибо «прямолинейность - наше всё», но в последний момент передумала. «Нет уж, лучше не стоит» — Никуман такой вкусный! — с удовольствием уминал угощение сидящий с краю стола Кенджи. У него одного был иммунитет к разлитой в воздухе неловкости. — Наоми-тян, раз ты уже здесь, не хочешь что-нибудь предложить? — с улыбкой обратился к девушке Дазай. — Мы сейчас собираем идеи для квалификационного экзамена. — Ой, как замечательно! — зажав под локотком поднос, очаровательно улыбнулась Наоми. — Но я даже не знаю, смогу ли быть в чем-то полезной… — Мы открыты абсолютно любым идеям. — заверил её Осаму. — К примеру, что тебе самой ближе? — Ты что!.. — попытался взглядом остановить его Куникида. — Раз так!.. Наоми, склонив набок голову, недолго подумала, после чего с порозовевшими щеками сделала три предложения.

***

На белой доске черным маркером было написано: «Поручить провести расследование», «Доверить решение некой проблемы внутри агентства», «Тоётоми Хидэёси», «Выдернуть восемь пальцев», «Споить», «Сдавить Дазая», «Засунуть ХХХ в ZZZ» и «Никуман такой вкусный». Ни у кого не было предложений, как же ещё сделать этот экзамен. У Моко уже был один вариант, но решила его не озвучивать, ибо он был, так скажем, не очень. — Дазай, давай уже остановимся на чем-то конкретном? А то мы застряли на первом пункте, а у нас впереди еще два. Если не поторопимся, утро наступит. Не буду настаивать на выборе из того, что уже есть, но стоит хотя бы выделить общее направление обсуждения. — спросил Куникида. Так, что то подсказывает Мидзуку что это какой то план. И он ей не особо нравился. По крайней мере, его ей не озвучили, что очень странно. — Но как же? Мы так здорово без толку спорим, давайте до самого утра в таком же духе! — Эй. Твои личные ощущения никого не волнуют, мы здесь, чтобы заниматься делом. — сильно нахмурившись, отрезал Доппо. — Не забывай, среди нас несовершеннолетние. Давайте уже ускоримся. Нам осталось только определиться с планом и распределить между собой роли, так? — Но еще ведь не все собрались. — почесал голову Осаму. — Рампо-сана нет. Нельзя же принимать решение не в полном составе. Интересно, где он так поздно пропадает? Задержался на каком-то сложном задании? — Ой, — Наоми прижала ладонь к щеке. — Но ведь Рампо-сан сейчас в офисе. — Что? — Я видела его, когда шла сюда. Он с таким интересом вырезал «катануки» что дали на сдачу к сладостям! — Чего еще было ожидать от Рампо-сана! — восхитился Дазай. «Вы только об этом сейчас додумались?» — спросила Моко саму себя. — Я схожу, позову его. — вызвалась Наоми и выбежала из кабинета. — Ну, теперь не о чем волноваться, — проводив ее взглядом, сказал Дазай. — С Рампо-саном решение тут же найдется. — Так-то оно так, но стоит ли его отвлекать? — с сомнением спросил Куникида. — Его ум должен работать на раскрытие преступлений. Будто у нас мало в работе запутанных дел, чтобы занимать его гениальный мозг подобной ерундой. И вот этот самый Великий детектив, постукивая каблучками, показался в дверном проеме. — Привет всем! Опять ломаете головы на бессмысленном совещании? — с улыбкой спросил он. — И что мне с вами, такими бестолковыми, делать, а? Вот что бы со всем Агентством стало, если бы не я, а? — Мы ждали вас, Рампо-сан! — улыбнулся Дазай. — Как я уже вам говорил, мы обсуждаем квалификационный экзамен. Не желаете предложить что-нибудь? — Не собираюсь расходовать мозги на такие примитивные и скучные задачи. — отрезал Эдогава. — Тем более, подходит ваш новенький для работы или нет — меня ни капельки не заботит. В мире существует лишь два типа людей. Те, кто плачут от счастья, когда я раскрываю дела, и те, кто плачут от горя, когда я раскрываю дела. — Вы совершенно правы. — кивнул суицидник. — Однако, и это бесспорный факт, нет такой Истины, что не откроется моей сверхспособности. Будь это убийство или недостойная внимания ерунда — неважно. В любом случае, завтра я отправляюсь в командировку, поэтому в экзамене принять участия не смогу. Наконец-то в Хокурику случилась серия убийств, я уже заждался! Поэтому, в качестве символического извинения за отсутствие на экзамене, я, так и быть, загляну с помощью моей «супердедукции» в финал этого совещания. С этими словами Рампо достал из кармана очки в черной оправе. — Рампо-сан… вы уверены? — взволнованно спросил Куникида. Способности Эдогавы были не того уровня, чтобы тратить их на что-то, кроме расследований. — Разумеется! Детектив сделал паузу и со смехом в голосе спросил: — Вы всерьез подумали, что я ими воспользуюсь? Все, кроме застывшей в раздумиях Моко, кивнули, признавая его правоту. — Нехорошо же будет вот так прийти и в одну секунду решить проблему, над которой вы, бедняжки, так напрягаете свои жалкие умишки. Но главное… вы ели никуманы, а мне ни слова не сказали! Этого я вам не прощу! — ткнув пальцем в пустую тарелку на столе, возмутился Рампо. — Но вы же съели за своим столом в офисе гору сладостей… — изумился Танидзаки. — Ну, знаешь. Действительно, я люблю сладости, мандзю и прочее! Но на дворе ночь! А теперь представь, каково это, когда посреди ночи твой нос вдруг улавливает аромат никумана, а самих никуманов уже и в помине нет! — Я спрошу у Наоми, может, еще остались. — Джуничиро торопливо вскочил и бросился к двери. Рампо в это время оглядел комнату, и метнул взгляд на Мидзуку. Та уже давно вышла из ступора, и просто молча сидела. — Моко. — А? — девушка посмотрела на детектива, что оглядывал её с головы до ног. — Ну, удачи… После этих слов, Эдогава вышел из кабинета, оставляя всех сидеть в недоумении.

***

— Вернулись к тому, с чего начали. — заметила Ёсано, когда все наконец собрались в кабинете. — Что, ни у кого нет на примете достаточно серьезной проблемы? — Директор у нас до сих пор холост… — Это уже задача уровня ультрасложности! Все задумчиво переглянулись. В конце концов, остановились на том, что «если нет проблемы — ее нужно создать». Подстава. Другими словами — спектакль. Кто-то должен будет что-то натворить, а экзаменуемый, «так удачно» оказавшийся в нужном месте и в нужное время, проявить свои способности и всё исправить. Все сыщики так или иначе пришли к выводу, что иного пути нет. Да и надоело им уже ломать головы. И все же одному из них хватило смелости пойти против общего настроения. — Погодите. — начал Куникида. — Я не против спектакля, но в этом случае мы оказываемся перед фундаментальной проблемой. В лице Дазая. Он посмотрел на напарника. Тот с радостным видом указал на себя пальцем. — В лице меня? — Именно. Если все так пойдет, мы окончательно согласимся на постановку, плюс которой в том, что не придется доставлять неприятности посторонним. Значит, можно будет переключиться на обсуждение подготовки и сценария. Это все прекрасно. Но… — Но? — Для начала я попрошу всех вас вспомнить, почему мы вообще здесь оказались. — идеалист встал и, упершись ладонями в столешницу, наклонился вперед. — Весь этот переполох с внеплановым приемом на работу затеял не кто иной, как Дазай. Вместо того чтобы поймать и изолировать потенциально опасного дикого зверя, в сумасбродную голову этого кретиноида пришла безумная идея взять его к нам детективом! — Ты меня прямо захвалил. — Осаму со смущенной улыбкой почесал голову. — А я тебя не хвалил. Разумеется, я не собираюсь отменять совещание как таковое. Директор уже дал добро. Но. Я знаю Дазая как облупленного и могу с уверенностью предугадать его дальнейшие действия в подобного рода ситуациях. — Доппо взял паузу и обвел взглядом кабинет. — Это совещание он затевал с одной-единственной мыслью: «Пусть все будет по-моему, но всю работу я спихну на других». А теперь скажи, что я не прав, Дазай. Суицидник ухмыльнулся и кивнул: — Ты меня раскусил. Браво, Куникида-кун. — От твоей похвалы мне совсем не радостно. Как бы то ни было, у меня богатый опыт вляпывания в неприятности из-за красноречия этого индивида. Для него взваливать на других свои обязанности, перекладывать вину и ответственность — это как нечего делать. Доверься ему — и он бросит тебя на произвол судьбы. Сколько ни тверди себе, что уж в этот раз он тебя не проведет, но сам не успеешь оглянуться, как начнешь плясать под его дудку. Эти два года, что мы с ним в напарниках, выдались богатыми на воспоминания. Как мне пришлось в мороз очищать водосточную канаву, как я по его милости упал в женскую раздевалку, как он меня напоил до беспамятства, после чего я проснулся в чужой постели… — Ничего себе у вас были приключения. — с сарказмом в голосе протянула Акико. — Вы такой смелый, Куникида-сан! — не к месту и явно не понимая, о чем речь, восхитился Кенджи. — Итого. Дазай наверняка и в этот раз собирается спихнуть на нас всю работу. Что-что, а голова у него варит, нельзя не признать. А значит, ты и во время предстоящего квалификационного экзамена намереваешься валять дурака за чужой счет! — Угу-угу, смотрю, кто-то прямо-таки вжился в образ жертвы, Куникида-кун. — По чьей вине, спрашивается?! Мумия покивал. — Однако, — сказал он. — пусть твоя тревога кажется обоснованной, учитывая, что я на самом деле при каждом удобном случае стараюсь спихнуть на других скучную работу, тебе не кажется, что в этот раз подобное едва ли сойдет мне с рук? Все-таки у нас совещание. Здесь учитываются мнения всех, как ты представляешь, чтобы всё вышло исключительно по-моему? — Неужели? А мне почему-то представляется всё как раз наоборот. — скрестил на груди руки идеалист. — Взять, к примеру, эту идею «постановочной проблемы», к которой мы вроде бы как пришли общими усилиями. Для претворения сценария в жизнь потребуется по сути всего лишь один «козел отпущения». Если принять в расчет, что именно ты созвал нас всех сюда, мне кажется вполне вероятным, что ты так же смог предугадать, к какому именно результату мы придем в ходе обсуждения. А в этом случае будет логично предположить, что ты на основе этого умозаключения сумеешь каким-то образом подвести совещание к такому исходу, где тебе удастся переложить всю ответственность за проведение экзамена на кого-то другого. — Столько лестных слов за один день. — невозмутимо улыбнулся Осаму. — Теперь понятно, чего ты с самого начала был такой напряженный. Что ж, пожалуйста, я внимательно слушаю твое предложение. — Заставлять тебя делать все самому я не стану. Но я требую провести честную лотерею. — заявил Куникида. — Чтобы у всех были равные шансы как крутиться бешеной юлой, так и ничего не делать. — Понятно. Убедительно, ничего не скажешь. — Дазай обвел взглядом присутствующих. — Танидзаки-кун, а ты что думаешь? — Кто, я? Ну… Как бы… — растерялся от неожиданности молодой человек. Джуничиро покосился на Куникиду. Тот смотрел на него так, будто чего-то ждал. «А вот это уже интересно, что они там задумали?» — П… П-почему бы и нет? — запинаясь, в конце концов выдавил он. — Квалификационный экзамен к нам всегда был делом хлопотным, а обсуждать сейчас, кому что придется делать, уже и времени особого нет… — Тогда давайте вот как поступим! — хлопнул в ладони Дазай. — Пусть Танидзаки-кун выберет способ, как нам распределить роли. Будем тянуть жребий, сыграем в карты — не важно, главное, чтобы решение было независимым от чьей-либо воли. Кому что выпадет, тот и будет этим заниматься. Это тебя устроит, Куникида-кун? Доппо посмотрел на рыжика. Тот растерянно молчал. Они оба не ожидали, что все так легко получится. — Раз так… — рыжик сделал вид, что задумался, а сам постарался взять себя в руки. — Тогда давайте тянуть жребий? — навесив на лицо улыбку, предложил парень. — Жребий с числами, кто вытянет наименьшее — тот будет занят больше всех. — Угум. — промычал суицидник. — Слишком просто. — нахмурился идеалист. — Ты что, не знаешь, на что он способен? С его до умопомрачения ловкими пальцами он одним куском проволоки может вскрыть банковский сейф. Ему ничего не стоит смухлевать с жеребьевкой. Осаму хихикнул и запрыгнул на стул. — Столько похвалы от Куникида-куна за один день, с ума сойти! — Хватит ржать, у меня от твоего смеха мурашки по коже. — Тогда, — Джуничиро посмотрел на оставленную на углу стола старую газету, что читала Ёсано. — давайте воспользуемся этой газетой? Ей уже два месяца, вряд ли кому-то могло прийти в голову хранить столько времени другой экземпляр. — А что, это мысль. — доктор взяла в руки газету. — В этом случае смухлевать действительно не получится. Но как именно ты предлагаешь с ее помощью тянуть жребий? Танидзаки недолго помолчал. — Отрежем от страниц те части, где напечатаны номера и дата. — он пролистнул газету. — Всего здесь двадцать листов, то есть сорок страниц с неповторяющимися номерами. Газете уже два месяца, другую такую можно найти разве что у сборщиков макулатуры, то есть подделать вырезки практически невозможно. — Угум. — с улыбкой кивнул Дазай. — Оригинальное и беспроигрышное решение, стоит похвалить тебя за сообразительность. Ну что, Куникида-кун, теперь-то ты доволен? Идеалист смерил его тяжелым взглядом. — В отношении тебя я в принципе не могу быть ничем доволен. Но признаю, в данной ситуации эта идея кажется весьма удачной. — Тогда я займусь газетой. Пока Танидзаки был занят вырезанием полосок, остальные обсуждали сценарий будущего экзамена. — Давайте по старинке, устроим спектакль с налетчиком и заложницей! — И кто будет налетчиком? — Так для того и жребий! — Как интересно! — Не пойдет, наш новенький в одно движение может человеку череп размозжить. — Какая чудесная мысль, будет с чем работать. — Нет-нет-нет, погодите, с налетчиком еще куда ни шло, но кто будет заложницей? Жребий жребием, но это, по идее, должна быть на вид самая обычная беспомощная женщина… — пауза. — Кто? Я? Да я не против, если вы согласны, чтобы в дополнение к размозженному черепу нашего новенького разрезало пополам. — Как-то слишком… — Из огня да в полымя… — Ой, придумал, пусть заложницей будет Куникида-кун! — Совсем сдурел?! Пока Танидзаки отрезал полосы от газетных страниц, Моко внимательным взглядом осматривала Доппо, который спорил с Осаму. «Наверняка какая нибудь подстава. Куникида хочет чтобы Дазай немного поработал сам. – тихая усмешка. – Не получиться.» «Готовься к кое чему» «А?» Танидзаки уже заканчивал возиться с газетой, когда в кабинет со школьным портфелем в руках зашла Наоми. — Я хотела попрощаться… Нии-сама, я тебе больше не нужна? — Наоми, ты вовремя. — Танидзаки изобразил на лице облегчение. Именно изобразил по другому никак не назовёшь. — Мы собираемся тянуть жребий, у тебя не найдется какого-нибудь пакета, куда можно сложить бумажки? — Пакета нет, но… — Наоми достала из портфеля большой коричневый конверт. — Я покупала несколько в школу, один оказался лишний. Если он подойдет… — Готово, — объявил Джуничиро. Его голос заставил коллег прервать очередной раунд спора и обернуться к нему. На столе перед Танидзаки-старшим лежали узкие бумажные полоски с числами от «1» до «40». Всего таких полосок было двадцать. Рыжий собрал все вырезки вместе и осторожно опустил в конверт. — Ну что ж, начнем? В каком порядке будем тянуть? — скрестил на груди руки Куникида. — Танидзаки, раз он все приготовил, пусть тянет последним. — А я? — указал на себя Дазай. — Ты… Пусти тебя одним из последних, и ты наверняка успеешь придумать какую-нибудь пакость. Тяни первым. — Совсем ты мне не доверяешь. — вздохнул Дазай, доставая из конверта полоску. — На числа пока не смотри. — Почему? — Потому что мы пока не решили, как будем распределять роли. Будет нечестно, если мы сначала узнаем, что ты вытащил, а затем скажем, что именно это и будут числа «козла отпущения». — ровным тоном пояснил Доппо. — Резонно. Тогда давайте в конце все вместе и покажем, кто что вытянул. — Дадзай сжал в кулаке бумажку. — Но кстати говоря, Куникида-кун, мне только что пришла в голову идея. Для постановки на экзамен. — Какая? — Куникида забрал у Осаму конверт, перемешал содержимое и достал одну вырезку. — Видишь ту мою очень удачно неразорвавшуюся бомбу? Суицидник указал на бумажный сверток с ненастоящей бомбой, что продемонстрировал Куникиде и Танидзаки в кафе. Ту самую, что должна была, согласно угрозе отправительницы, уничтожить Дазая вместе с рюмочной и всеми ее посетителями. — Давайте ею воспользуемся? — Бомбой?.. — склонил голову набок идеалист. Тем временем Ёсано вытянула свою полоску. — Именно. Агентство захватывает маньяк-подрывник, беря в заложники гражданское лицо. С бухты-барахты идти на прорыв нельзя. Как в таких условиях будет действовать наш новенький? Разумеется, итоговое решение останется за директором, но, думаю, экзамен можно будет засчитать, если он сумеет обезвредить бомбу или договориться с преступником. Как вам? Задание вполне в духе нашего агентства. Конверт перешел к Кенджи. Следующим, по идее, должен был тянуть Рампо, но его не было, поэтому тянула Моко. «Ой, чувствую что сейчас что то будет…» Таким образом, из всех сыщиков без бумажной полоски остался только Танидзаки. — Пожалуйста, нии-сама. — Наоми передала ему конверт. — Тогда пусть у кого окажется наименьшее число, тот и будет подрывником, — предложил Доппо. — Давайте. — беззаботно согласился Осаму. — Ну, начнем с меня. Он показал свою бумажку. «3-4». — Ах ты ж. — огорченно скривился Дазай. — Это тебе воздаяние за твое обычное несносное поведение. — сказал Куникида мумие. Следом раскрыл кулак Куникида. «7-8». Куникида, помахивая своей бумажкой, сказал: — Дазая я обставил, на этот раз с меня и этого довольно. — А мне так хотелось увидеть, как ты в приступе притворного безумия будешь, весь в слезах, прижимать к себе взрывчатку. — с сожалением отозвался парень. Ёсано показала свою полоску — «27-28». Следом Кенджи — «33-34». Настал черед последней вырезки в кулаке Танидзаки. Он торопливо распрямил полоску. «9-10». Настал черёд Мидзуку, та распрямила бумажку. Казалось бы, ничего необычного. Куникида расслабился, наконец то он отомстил этому чёртову переводителю бинтов! Она посмотрела на свой номер и как то по странному улыбнулась. -Похоже, что ты снова всех обхитрил, Дазай. Моко показала свой номер «1-2» Идеалист открыл рот от изумления, как впрочем и остальные. Казалось, что девушка вовсе не была удивлена, наоборот, будто ждала такого поворота событий. — Но…как? — еле выговаривая слова произнёс Куникида. — Вы говорите так, будто вообще не знаете Дазая. А если быть честной, я уже догадывалась о вашем плане. Это было предсказуемо, если учитывать вариант того, что вы, Куникида-сан, тоже хотели заставить Дазая немного поработать. Ну раз у вас получилось так обхитрить Дазая, то это уже прекрасно. Я имею ввиду, что если он не догадывался, то всё шло как по маслу. Хотя, он вполне мог просто притворяться. Дазай встал рядом с Моко. — Ты как всегда права-а-а~ Он положил на её голову руку и потрепал чёрные волосы. — Молодец. — Раз уж так всё сложилось, думаю что лучше действовать по плану. Предложение Дазая хорошее, с бомбой. И раз уж вам так нужно чтобы я сыграла подрывщика, вы этого получите. — глаза не по доброму блеснули. — Обсуждаем план?

* * *

Моко сидела на подоконнике в своей квартире и смотрела в открытое окно. — Как же хорошо. Тихо прошелестела девушка, широко улыбаясь и подставляя лицо навстречу ветру. Он приятно освежал лицо и колыхал волосы. Мидзуку держала глаза открытыми. На улице была глубокая ночь, всего 2 часа. Луна ярко освещала проулки своим сиянием, даже фонари почему то погасли. Редкие облака проплывали по небу, изредка задевая краешек спутника Земли. На городских аллеях ни души, хотя, вполне вероятно, что где то в тёмном переулке Широ была на задании. Или кто то ещё из Портовой Мафии. Как там говорили? Ночь — время Мафии. Это уж точно. Нужно ложиться спать, вот только вообще не хотелось. Завтра нужно было проводить Вступительный Экзамен для Ацуши, как представил его Осаму. Девушка по доброму усмехнулась. Ей что то подсказывало что нужно не переборщить. Иначе будет плохо. А перебарщивать Моко умеет, когда это необходимо. «Через несколько месяцев будет мой день рождения. — вспоминая ненавистную ею дату, она поморщилась. — Ненавижу этот чёртов праздник.» Девушка вздохнула, неожиданный порыв ветра заставил её вздрогнуть. Моко посмотрела на переулки, в один момент она заметила в одном тёмном закоулке чью то фигуру в чёрном плаще. Моргнув, она поняла что её больше нет. — Надеюсь, это была очередная шутка моего сознания. На всякий пожарный Мидзуку закрыла окно. Сейчас нужно спать. Переодевшись, она легла в холодную постель и сразу погрузилась в царство Морфея. Уже уснувшая Моко и не заметила как за окном показалась фигура, посмотрев на спящую девушку, незнакомец усмехнулся: — Я тебе отомщу, чёртова Смерть. Фигура исчезла, оставив после себя лёгкий дымок. Впрочем, Мидзуку и не смогла его почувствовать, так как уже погрузилась в беспокойный сон. Завтра нужно было вставать ровно в 6 утра. И будет новый день и новая встреча с новоиспечённым членом Агентства.