Не бойся, милый, страха своего...

      Высокое здание Мафии, оно окружено вооружёнными охранниками, которые готовы выстрелить по любому подозрительному человеку, что только проходит рядом с ними или машинами мафиози. Сейчас было сложнее управлять всеми этими людьми, хотя бы потому, что Босс был в своеобразной коме от яда. Все готовы защищать его во что бы то ни стало, даже если им грозит смерть.       Сейчас всем было далеко не до игр. Ни Мафии, ни Агентству. Обе эти стороны хотели защитить тех, кем они дорожат; кто дал им крышу над головой; они хотят выполнить свой долг или же, попросту у них не остаётся выбора. Последнее относится больше к Мафии, нежели к другой организации.       Перед огромным окном, расположившееся чуть ли не во всю стену, стоял Хироцу – капитан Чёрных Ящериц, и самый старый член Портовой Мафии, который сумел дожить до своих лет. Он осматривал бойцов с высоты, можно сказать, птичьего полёта, ибо их расположение было на весьма высоком этаже данного здания. Чуть сощурился, в правом глазу поблёскивал монокль на цепочке. И еле-еле сдвинул брови на переносице всё также наблюдая за теми, кто был внизу. Рьюро не обращал внимание на то, что происходит за его спиной, посему, обернулся он не совсем скоро, вдумчиво и напряжённо протягивая:       — Как же давно Мафия не жаждала крови так сильно.. — на минуту осёкся, осматривая теперь и девушку, что сидела на стуле посреди комнаты. Справа от Хироцу стоял Тачихара, что щурил веки, осматривая пленницу; слева стояла Гин, сложившая руки за спиной, молча наблюдавшая за этим всем делом, контролируя уже не только ту, что они схватили всеми одарёнными Мафии, но и посматривала на Тачихару со злостью.       А та, кто сидела на стуле и вовсе сидела мягким местом на крепком стуле, со связанными руками за спиной, однако, вообще не отсвечивала, да и смирно пребывала в своём мирке, будто думая о чём-то совершенно ином, что никак не заботит её о проблемах, происходящих вокруг да около. Сейчас, Моко еле заметно качает черепной коробкой вверх-вниз, внутри себя напевая очередную песню, которую только знала.       После слов старшего, приоткрыла левый глаз, беглым взглядом янтарных глаз пробежавшись по присутствующим в комнате. Беспечно повела плечевым суставом, это отдалось болью в запястье, верёвка больно сдавила. Сейчас, боль терпеть намного труднее, нежели раньше. Однако, здесь воздержалась от лишних выражений других эмоций помимо спокойствия или равнодушия к их действиям.       Рядом с Рьюро возникла фигура. Мидзуку не сразу узнала в фигуре Совесть, хотя бы потому, что её одежда отличалась от той, которой она постоянно появлялась. Сейчас она была похожа на Моко, точь-в-точь списанные черты лица, одежда, расположение на стуле и движения. Единственное, отличались цвет глаз и серая кожа. Также беспечно приподняла уголки губ, без страха поворачивая голову в разные стороны, осматриваясь.       — Знаешь, на твоём бы месте, я бы паниковала. План детективов не сработал. Ты обречена. — не скрывая насмешливой издёвки над обладательницы такой галлюцинации в сознании, сделала свой вывод Совесть, ни капли не боясь. Ну да, она же всего лишь образ в головёшке, чего ей бояться? — Но мне это нравится. Видеть как ты очень тихо паникуешь и сомневаешься в своих действиях. Это забавно. — она откидывает черепную коробку назад, касаясь затылком края спинки кресла. Верёвка на её шее сильнее натянулась, будто заставляя задыхаться, из-за чего иллюзия приняла первоначальную позу, недовольно цыкнув. — Меня только раздражают эти верёвки. Хочется их снять.       — Время пришло. — Хироцу продолжил после паузы, наблюдая за пленницей, что также продолжала еле покачивать головой в такт своей песенке. Теперь уже, он развернул корпус тела полностью в её сторону, отчего она приоткрыла глаза вновь, с недовольством поглядев на старшего и Ящериц. — Видимо, миссия Агентства по поимке эспера с вирусом провалилась. — сердце неприятно сжалось в груди, пропуская удар. Пусть Совесть сообщила об этом первее, тем не менее же, слышать с уст врага было намного тяжелее, и даже страшнее.       — Всегда удивлялась, сколько в Мафии есть ушей, которые первее всех сообщают о событиях. — немного ёрзает на стуле, в попытках присесть удобнее, сидит ведь здесь уже, по меньшей мере, час, наверное. Руки малость затекли от долгого положения и от давления на них верёвок. — Любопытно-любопытно..       — Временное перемирие прекращено. — услышав реплику, вообще не относящуюся к разговору, серьёзно произнёс Рьюро, наблюдая за тем, как Тачихара медленно двинулся с места, расстёгивая кобуру с пистолетом. — Остался лишь путь, запачканный кровью и усыпанными трупами. Этот путь Мафия знает лучше всего. — отвёл глаза в сторону, проговаривая последнее слово, сжимая сцепленные за спиной ладони. Вероятно, он волнуется. Оно и понятно, ведь каждый переживает сейчас за Босса.       — Вот как, — возвела глаза к потолку, скучающе болтая ногами, которые не были привязаны к ножкам стула. Непродуманно с их стороны. И верёвка на шее слегка сдавила горло, дышать чуть сложнее, посему, подалась чуть вперёд, выпрямляясь в позвоночнике. — Я и не ожидала другого выхода Мафии из такой ситуации. Как всегда, у вас всё предсказуемо: перебьёте всех врагов, так и не разобравшись в том, что происходит. Ску-ко-та.       — Я бы не радовался на твоём месте, малявка. Ты знаешь, что делает Мафия с заложниками? — Мичизу приставил пистолет к чужой черепной коробке чуть выше уха, держа фалангу пальца на курке, готовясь выстрелить в любой момент, только дай ему знак.       Наполовину прикрыла веки, ощущая, как внутри начинает паниковать от того, что не знает, как нужно действовать дальше. Ей не особо объясняли, что нужно будет сделать, если начнут угрожать, ибо времени было слишком мало. А сейчас, сидя вот здесь, когда к твоей головёшке приставлен пистолет, особо плана-то и нет, и приходится импровизировать — начинаешь по настоящему паниковать внутри. Это не было заметно сейчас. Возможно, по истечению времени, она бы начала нести только больший несусветный бред, сходя с ума от паники и незнания, что же делать, а заодно, каким образом можно помочь другим. А вот по истечению часа, Моко по немногу, сходила с ума из-за стресса, страха, гнева, отчаяния.

Возможно, именно так люди и сходят с ума.

      — Заложников Мафии жестоко пытают, выведывая любую информацию, которой владеет человек. Затем, добивают, а с телом делают всё что угодно, лишь бы не осталось от него ничего. Начнём с этого. — вполне себе спокойно говорит Мидзуку в стоящей тишине ровным тоном, не обращая внимания на реакции мафиози. — Продолжим тем, что я прекрасно видела как проходят пытки, ну и, хи-хи, чего уж греха таить, сама пару людей пытала. — глядит куда-то в пустоту, из под приоткрытых век. Уголки губ сами собой разъезжаются в широченной, воистину, дьявольской лыбе, как только вспоминает это. — А закончим тем, что Касагами может подтвердить то, что я её тренировала и, поверь на слово, пацан, это далеко не удовольствие.       Тачихара сжал пистолет в ладони сильнее, он точно с ней не был знаком, чтобы знать о таком. Сейчас было понятно, она его напугала, но лишь немного. Жаль, очень жаль, что совсем немного. Очевидно, Моко не так проста, насколько кажется, да и крепкий орешек, раз смеет дерзить Мафии.       — Ах, да, так вы убьёте меня, верно? — словно очнувшись, вопрошает та, как будто и не рассказывала всего того, что она делала с людьми. Всё будто по сценарию какому-то, ей-богу.       — В обычное время, мы бы так и сделали,.. — Хироцу кашлянул в сжатый кулак, пытаясь вернуть ту обстановку, что была до всего этого, выпрямляясь, аки струна. Продолжает более непринуждённым тембром гласа, словно собирается рассказывать какую-то историю: — Но Мафия, которую ты знаешь сейчас, отличается. Мы столкнулись с вами в погоне за семью миллиардами долларов. Но после этого мы объединились против Гильдии. — его взгляд начинал темнеть и даже опустошаться, вероятно, не хотев говорить ничего более, только вот обстоятельства заставляли делать обратное. — Сейчас Мафия сражается не из-за денег или мести. Мы ведём борьбу за право существования, защищая своего Босса. — точно также, детективы хотят спасти своего Директора Фукудзаву. — Многие готовы жертвовать своей жизнью ради этого, и я один из них.       Приподняла бровь, даже жаль становилось их, хотя и похоже на манипуляцию. Ай-яй-яй, дед Хироцу, как не стыдно давить на жалость, знает же, что Моко может повестись. Только вот не сейчас, ибо, если выбирать, чувства Мафии или Агентство, то она выберет второе без разговоров. Мафия не была ей домом, что даже хорошо. Да и не стала бы помогать Мафии только потому, что сестра раньше состояла в ней. Но в его речи был какой-то подвох, причём, весьма хороший, в плохом смысле.       — Мы "другие" не будем тебя убивать, — и? Где же подвох в его словах? Он должен быть! Ведь Чуя сам сказал, что им не до личных чувств сейчас. — А за это ты станешь нашим шпионом.       От этих слов Мидзуку на секунду впала в ступор, сначала, не особо поняв, что ей только что сказали. Засим, она издала смешок, после, последовал истеричный хохот. Именно истеричный. От переизбытка различных эмоций, что накопились всего за один день, — от ненависти, гнева и тревоги, до жуткого страха за всех тех, кто ей дорог, — принялась выплёскивать всё это в истеричный, громкий и невероятно безумный смех.       — Вы что, ха-хах, серьёзно? Да я скорее сдохну, нежели присоединюсь к вашей организации! — еле успокоившись, пробормотала Мидзуку, ей начинало надоедать это всё, ибо было уже неинтересно, вот честно. — Если Ашидо служила здесь, то это вовсе не значит, что и я должна тоже. А предавать тех, кто принял меня как в семью, это ужасно. Не мечтайте.       — Наши "уши" донесли до меня кое-какую информацию. — это насторожило. Если ему известно что-то про совершенно секретную информацию про Моко, то будет очень плохо. Ладони непроизвольно сжались, пусть и пыталась сохранять самообладание, но это было уже сложно. Стресс давал сбой в контроле эмоций. — Кажется, у тебя есть друзья. Одна в полиции, другой юрист, находится ещё в Йокогаме; и ещё один, работает преподавателем. Гин первоклассный убийца и если будешь сопротивляться, то..       — Если вы, ящерицы херовы, только попробуете к ним прийти, — её начало трясти. Эмоции никак нельзя было больше сдержать. Она начала злиться по-настоящему. Чтобы какие-то ящерки тронули тех, кем она дорожит больше всего на свете? Да хрена с два! — Я лично выпотрошу каждого из вас. Вы будете молить о пощаде. Суки, чтоб вы все сдохли! Я вас ненавижу! — шипела она на манеру ядовитой змеи, засим начала активно пытаться выбраться из пут, тем самым, только больше путаясь в них, удушая себя. Злость взяла вверх.       Она вся начинала меняться, помимо того, что добрый и пушистый характер сменился злостью и громкими угрозами вперемешку с матами; глаза начали темнеть, зрачки сужаться, сама радужка глаз поменяла свой размер, один стал намного больше, второй намного уже; казалось, даже кожа потемнела, но, наверняка это игра со светом и это всё кажется. Как бы сильно она не хотела выбраться, без Семирамиды не сможет, а рядом её не было, ибо во время обыска отобрали сумку с клинком внутри. Она шипела что-то нечленораздельное, уже не держа себя в руках.       Пара минут, мафиози пытались понять, что только что произошло, пытаясь скрыть потаённый страх, что образовался в грудной клетке. Мидзуку тяжело дышала, склонив голову и корпус тела чуть вперёд, стараясь, чтобы верёвка не сдавливала горло. Это немного помогало, воздух поступал в лёгкие, чуть-чуть успокаивая. Лица не было видно.       — Ха-ха-ха... Как страшно, — по виску Тачихары пробежала капля пота, выдавая лёгкий страх, после всего того, что он увидел. Всё-таки, не нужно выводить Моко до стадии гнева, иначе.. иначе будет очень-очень плохо всем. Он вновь приставил к голове Моко пистолет, что убрал ранее, держа фалангу пальца на курке, вероятно, выстрелить он точно хотел. — Только мы знаем о твоей способности. Ты превращаешься в монстра, убивая всех вокруг, а потом вся истекаешь кровью. Но сейчас ты не сможешь этого сделать, ты до сих пор восстанавливаешься после последнего использования дара. Убить тебя нам не составит никакого труда. Хотя, знаешь, мне нравится твоя жестокость.       — Жестокость в работниках Детективного Агентства проявляется, когда такие идиоты как вы, делают что-то ужасное. Тогда мы можем и убить. И ты не прав, я могу использовать свой дар. Я узнала то, что мне было нужно, поэтому, вы мне больше не нужны. — более тихим тоном шипит она, быстро бормоча: — Способность: "Не бойся, милый, страха своего.."

Страх, сковать!

      Трое мафиози застыли. Дар подействовал. Она усмехнулась, пальцами найдя в рукаве свитера, наспех пришитый, листочек из блокнота Куникиды-сана. Пригодилось-таки. Потянув за нитки, крепко сжимая в ладони бумагу, подумала о заместителе Директора. Тут же, она почувствовала рукоять раскрытого складного ножа. Как можно скорее перерезала верёвку на запястьях, а заодно и на шее. Еле как сложив нож в карман, поднялась на ноги, разминая запястья и некоторые районы шеи.       — У вас там всё в поряд..       Дверь наполовину приоткрылась, в ней показалась знакомая, цвета розового персика, шевелюра. Увидев Мокото, что стояла средь комнаты на ногах, на пару секунд пребывала в ступоре, далее Мидзуку взмахнула рукой, как можно скорее пробормотав заветные слова, от чего та застыла. Пронесло. А в руке та сжимала лямку красной сумки. Это точно её сумка, ни с какой не спутает. Быстро дойдя до дверей, выхватила сумку из чужих рук, прошла в коридор, который не был наделён охранниками. Глупцы. Приподняла ногу и пнула Широ в спину, та отлетела не так далеко, рухнув на пол. Вставила в замочную скважину остриё складного ножа, захлопнув двери, как можно быстрее поворачивая замок.       Рядом возникла Совесть. Уже в привычном обличие. Только вот, она была недовольной. Ну да, Мидзуку не убили, поэтому и такая безрадостная. Поглядела на собственную галлюцинацию, сведя брови на переносице. Та опередила хозяйку, быстро начав говорить, чтобы её не перебили:       — У тебя есть десять минут. Они очнуться ровно через столько.       — Погоди, в смысле? Я же могу отменить способность только с помощью Семирамиды, только если та коснётся их. — оторопела Моко, шепча осипшим голосом, дабы не привлекать внимания. На возмущение Совесть хитро улыбнулась, приложив указательный палец к губам и подмигнув. В миндальных глазах плясали чертята.       — Я решила, что теперь, ты будешь именно так работать. Раньше, я тебя жалела только потому, что ты не так часто использовала способность. Но сейчас, ты всё делаешь наоборот. Да и вообще, у тебя осталось девять минут, а если будешь возмущаться, то дам одну минуту.       — Р-р, ненавижу. — также тихо рыкнула Моко, разворачиваясь и, как можно незаметнее, побежала по лестнице вверх. К Боссу. Она может его убить, если захочет. Может. Ради того, чтобы Директор был жив.

Раз, два, три, четыре, пять, Я иду тебя искать. Как найду тебя — беги: Вырву сердце и кишки..