Sometimes cunning helps us achieve happiness

Поездка обещала быть веселой, особенно на шестом месяце беременности, когда живот уже нельзя было скрыть. На улице стояла сильная жара, от чего Луку иногда укачивало в машине. Раскрыв полностью окно, парень пытался с помощью рук себя немного охладить, все это время тяжело выдыхая. Готье с нежностью наблюдал за своим возлюбленным, бросая короткие взгляды на животик Уилсона. Перед глазами Леруа вставали картины, когда Лука наконец-то согласился жить вместе с альфой. Тогда это было самое счастливое время, они засыпали и просыпались вместе, обедали и завтракали, проводили вечера как настоящая пара. Случались конечно же бытовые ссоры, куда же без них. Так же это время запомнилось тем, как они долгое время не могли отойти от кровати, поддаваясь страсти и любви, что заполонила их тела. То одиночество сошло на нет, а каждый день казался словно раем. Готье нравилось видеть сонного и потрепанного омегу в своей мятой рубашке, ему нравилось подглядывать за Лукой, когда тот во время готовки завтрака, хрумкал морковку и говорил со своим сыном, поглаживая при этом животик. Леруа поверить себе не мог, что смог снова влюбиться, и влюбиться словно в первый раз. Знакомство Луки с родителями Готье прошло на высшем уровне. Папе сразу же понравился омега, они за короткое время так сблизились, что начали уже выбирать имя малышу, не посоветовавшись с отцом ребенка. Отец тоже был рад новой любви Леруа, Уилсон ему сразу же понравился, особенно наблюдая за сыном и его пассией за столом. Уж слишком эти голубки были открыты, от чего и раскрылся секрет о беременности, хотя и запах говорил сам за себя. Сейчас они направлялись в родной город Луки, омега наконец-то решился познакомить свою семью со своей парой. Все это время он скрывал от отца и папы, что вообще состоит в отношениях, да еще и при этом носит в себе ребенка мужчины. Уилсон сильно волновался по поводу реакции со стороны родителей, ведь те предупреждали, чтобы Лука не возвращался к ним потом с пузом. Хоть он и знает, что эти угрозы были не всерьез, но что-то все-таки да напрягало омегу. Всю поездку Готье держал Уилсона за руку, стараясь так показать, что он рядом, что если что он поможет и поддержит Луку. Перед поездкой Леруа узнал о папе и отца омеги, всю серьезность, что это все далеко не шутки, и то, что Уилсон наконец-то собрался с мыслями и решил познакомить альфу с ними. Узнал историю, как Хенк Уилсон, отец Луки, добивался сердца Гарри Уилсона, папы. Альфа считает, что если омега тебе легко дался значит это не твое, а когда ты всеми силами добиваешься его и получаешь, значит это твоя судьба. И действительно, Хенк и Гарри живут уже много лет вместе, ссорятся, но мирятся, и никогда все это не доходило до угроз о разводе. Оба понимали всю серьезность этого слова, так как у обоих были разведены родители. Да еще и на руках маленький омежка, которого они так любят и хотят защитить, подарить родительскую любовь. Лука отзывался о родителях с теплой улыбкой на лице, порой Готье мог просто засмотреться на омегу и пропустить половину слов и потом не понимать, о чем говорит Уилсон. Альфа надеялся, что когда-нибудь Лука будет с такой же улыбкой говорить и о нем, так же будет смеяться, а его глаза будут гореть счастьем и нежностью. Леруа помнит тот день, когда Уилсон рассказал о том, что малыш начал пинаться. Альфа тогда каждые десять минут бегал к омеге, пытаясь поймать тот момент, когда ребенок снова покажет свои способности. Лука тогда хоть и ворчал, так как уставал от такого метания Готье, но все равно поглаживал альфу по волосам, пытаясь немного привести того в чувства. И вот, машина останавливается около маленького домика. Участок не был использован под огород, как делали многие в своих домах, здесь же присутствовал свой сад, беседка и рабочее место Хенка. Папа омеги любил ухаживать и следить за цветами, поэтому вместе с разными фруктовыми деревьями, здесь росли и цветы. Готье обошел машину и открыл дверцу Луки, в этот момент хозяева дома вышли к ним. Хенк сильно изменился за тот период пока не было сына дома, появились морщины на лице и прочие признаки старости. Гарри же хоть и ухаживал за собой и все делал для того, чтобы выглядеть отлично, тоже не избежал этой участи, но еще не в такой степени как у мужа. Заметив их, омега расплакался, взял Готье за руку и медленно вышел из машины. Родители уставились на округлый живот, затем подняв глаза на пару, требуя ответов. Пока альфа пытался все еще отойти от увиденного, Гарри же шмыгнул носом и раскрыл объятия для Луки. Это было знаком, что те очень рады и принимают своего сына даже с такими гостями. — Родной мой… как же ты подрос… какой же ты красивый… — шептал Гарри, обнимая и поглаживая сына по плечу. Готье улыбался им и встал рядом, протягивая Хенку руку. — Я Готье Леруа, — кивнул мужчина и пожал руку альфе, затем повернулся к Гарри, что сильно расчувствовался и теперь Лука его успокаивал. — Я Хенк, а это мой муж Гарри, — кивнул отец Луки и протянул руку к сыну, Уилсон обнял и его, уткнувшись в шею родного человека. Омега очень рад, что родители не стали закатывать истерику и начинать разборки о том, что Лука приехал к ним не один. Нет, о Готье они конечно же знали, Уилсон об этом им сразу же сказал, чтобы потом больше не было вопросов. А вот про беременность… — Лука… как же так получилось? — поинтересовался отец, водя взглядом по округлому животу сына. Хенк был поражен этому, но в каком-то плане этого он и ожидал. Их сына не было около трех-четырех лет, неудивительно, что за этот период он нашел себе альфу, и даже мог обзавестись семьей. — Пап, отец… Готье мой парень, — Уилсон прикусил губу, так как слово парень здесь не подходило, подошло бы лучше муж. Но ведь альфа еще не делал официального предложения, да и омега не настаивал, но уже осталось не так много времени и скоро их малыш появится на свет. И что… и будет их омежке годик, а то и два, и только тогда Леруа решится на этот шаг? Лука конечно же знал причину почему альфа не спешил узаконить их отношения браком, но ведь разве они уже не проверили друг друга благодаря тем проблемам, что были на их пути? Разве Готье еще не убедился в омеге, что тот его не бросит и всегда будет с ним? Да еще теперь у них будет малыш, и он тоже кое-как, но все же связывает их вместе. Как бы сильно не хотелось бы получить кольцо, Лука не затрагивал этой темы, предоставляя выбор альфе, чтобы тот все обдумал и решил для себя. Хенк нахмурился от того, кем его сын представил этого мужчину, но ничего не сказал, так как Гарри вовремя взял мужа за руку. Чтобы не стоять в гнетущей тишине на улице, омега, хозяин дома, пригласил гостей внутрь. Зайдя за порог, Лука не смог сдержать слез, подмечая, что ничего в доме не изменилось. Те же книжные полки со старой классикой, его детское увлечение, собирать игрушки из киндера, тоже стояли на своих местах. Они не убирали вещи своего сына далеко, надеясь, что он скоро вернется, но вернулся он не ребенком, вернулся Лука взрослым парнем, что уже обзавелся своей семьей. Присев за стол, Хенк предложил Готье выпить, разлив алкоголь, пока Гарри наливал сок себе и сыну. Стол был уже накрыт, и только сейчас омега понял, как он скучал по еде приготовленной руками папы. Уилсон все еще не мог поверить, что он в том месте, где вырос, провел половину своей жизни, где воспитывался, получал нагоняи за дело. И сейчас он сидит за одним столом с родителями, знакомит их со своей парой, а внутри пинается его собственный ребенок. — Как вы познакомились? — поинтересовался папа Луки, нежно улыбаясь гостям. Готье взял Уилсона за руку, сжал ее в своей и повернул голову на парня. В глазах изображалась безграничная любовь, забота и трепет. Приподняв руку, альфа поцеловал в костяшки омеги, улыбаясь и давая тому все рассказать своими словами. — Я не смог поступить в университет, — Лука прикусил губу и опустил голову вниз. Родители об этом не знали, и омега тщательно все это скрывал. Готье посильнее сжал руку любимого, показывая, что он рядом и не стоит ничего бояться, ведь Уилсон даже без университета смог достичь многого. — Когда я только приехал, я потерял документы. В течении двух лет я вам врал… простите… Хенк и Гарри были сильно поражены. Все это время они переглядывались друг с другом, не перебивая сына и давая ему возможность все рассказать. — Я работал все то время, жил бедно, но для меня это казалось лучшим вариантом, чем вернуться к вам с пустыми руками. Я не хотел огорчать вас тем, что не смог поступить в университет, не хотел огорчать вас тем, что я ничего не добился. Но однажды… я заметил объявление о предстоящем показе новой коллекции Готье. Я пошел на нее, там мы и познакомились. Он предложил мне работу, и вскоре мы договорились о моем переезде во Францию. В течение нескольких месяцев Готье обучал меня языку, а также моде, я научился многому благодаря ему, а не университету. Гарри внимательно следил за изменения в лице Готье. Когда речь шла о тех двух годах, альфа хмурился и сильнее сжимал руку любимого, он знал больше, чем Лука рассказывал сейчас родителям. Иногда и сам Уилсон бросал взгляды на Леруа, благодарно ему улыбаясь. — Тогда я уже и стал вам рассказывать о своих успехах. За тот период мы влюбились друг в друга, были прочие трудности, что уже остались в прошлом. По неосторожности получилось так, что сейчас во мне развивается наш малыш. Наш первенец, наш омежка… Гарри всхлипнул, Хенк обнял мужа, успокаивающе поглаживал того по плечу. Готье прижал же к себе Луку, целуя того в висок и незаметно шепча на ушко, что он молодец, что справился с тем, чего боялся — рассказать все родителям. После они кушали, а под вечер выбрались в беседку, попивая чай с тортом, который Гарри купил у своего знакомого омеги. Хенк разговаривал с Готье, рассказывая ему о своей работе, спрашивал о работе самого альфы. Папа прижимал сына к себе, положив руку на живот Луки, пытаясь поймать пинок малыша. Ночью омега спал легко, уснул, как только его голова коснулась подушки, свежий воздух хорошо на него подействовал. Уже утром он не обнаружил Готье в постели, по рассказам папы, Хенк решил показать альфе, что такое настоящая рыбалка. От этой новости, Лука чуть не подавился чаем, поражаясь, что Леруа был не против и с радостью согласился на эту авантюру. Альф не было аж до вечера, те вернулись уставшие, но сильно довольные собой. Омеги встречали их на улице, Лука был укутан в теплую шаль, а Гарри же ворчал на мужа, что тот сам будет чистить рыбу и потом убирать за собой. От Готье пахло сыростью, водой и рыбой, на что Уилсон приказал ему сначала принять душ, а потом уже подходить к нему. Уже через час они сидели на веранде, наблюдая как солнце скрывается за горизонтом, и как небо окрасилось в красные, оранжевые и желтые цвета. Леруа уже спокойно мог обнимать Луку, не боясь реакции Хенка и Гарри, ведь альфа заслужил доверия со стороны родителей. Новость о том, что в их маленьком городе находится известный дизайнер Готье Леруа пронеслась быстро. Теперь рядом с домом Уилсонов крутились разные омеги, порой даже альфы, чтобы хоть одним глазком посмотреть на дизайнера. В один из таких дней, в их дверь постучали, это был старый друг Луки. Они разговорились, выпили чаю и тогда уже друг рассказал о своей проблеме. У его брата скоро будет свадьба, но у них проблемы с костюмами, нужна была помощь руки профессионала. Тут Уилсон не думая предложил свою помощь, и уже вечером омега поговорил с альфой. Тот согласился только потому что помощь нужна была другу детства Луки, хотя Готье хотелось отказаться, ведь он приехал сюда отдыхать, а не работать. Шла подготовка, целыми днями альфа проводил в дороге, то украшения не те, то костюм испорчен. Были дни, когда Лука составлял ему компанию, в эти дни Леруа был рад обществу любимого человека, чем незнакомых ему людей. Предстояло большое событие, вся семья жениха благодарили альфу за его помощь, и просили прощения, что тот был вынужден все это делать. Но Готье ни капли не расстраивался, ведь был доволен собой, своей работой. Лука даже иногда обижался на мужчину, потому что тот слишком много внимания уделял событию, чем самому Уилсону. Порой омега грустил на веранде, провожая взглядом закат, ему тоже хотелось так нервничать от предстоящего события, хотелось так же метаться по ресторанам и магазинам. Хотелось надеть свадебный костюм, взять в руки букет красивых папиных цветов и пройтись по дорожке до алтаря. Хотелось ловить на себе завистливые взгляды других омег, хотелось ловить восхищенные взгляды альф на себе. Хотелось видеть, как плачет папа, а отец прикусывает губу и сдерживает свой порыв эмоций, ведь сегодня он официально отдаст своего сына в чужие руки. Хотелось увидеть Готье в костюме, как он водит нежным взглядом по своему омеге, задерживаясь на округлом животе. Но снова и снова Лука возвращался в спальню, умоляя всех на свете, чтобы этот день, когда Готье встанет перед ним на одно колено вскоре наступил. Настал день свадьбы, пришлось сильно потрудиться, ведь тот костюм, что покупали для Уилсона оказался уже маловат, поэтому пришлось немного поколдовать над ним. Поздравляя друга короткими поцелуями в щечку, ведь не каждый день брат будет вступать в брак. Церемония шла отлично, никаких казусов, драк. Лука даже немного завидовал белой завистью тех счастливчиков, что уже сегодня ночью разделят общую кровать, предавшись любви и страсти. Ему тоже хочется разделить кровать с Готье, чтобы альфа сначала был нежным, аккуратным, в каждом своем движении и прикосновении показывал свою любовь. А уже потом показал, кто здесь хозяин, показал себя в постели, свои способности, доводя своего омегу до оргазма. Когда его руки коснулась рука альфы, омега густо покраснел, будто его поймали с поличным. О чем он вообще думает на чужом торжестве? Близилась ночь и Уилсон сильно устал, попрощавшись со всеми, омега и Готье отправились домой. После свадьбы насчет Леруа поступила определенная сумма, и признательность со стороны родителей жениха. Так же получил скидку на тот товар, что они продают. Шли дни, и приближался тот день, когда Готье и Лука уедут к себе домой. На последний день Хенк пообещал сыну и его паре, что накормит их самым вкусным шашлыком, который они еще нигде не пробовали. Пока альфы стояли у мангала и что-то живо обсуждали, омеги же говорили о беременности, пока нарезали салат. Лука дал обещание папе, что хотя бы раз в год будет приезжать к ним, что будет часто звонить им и не будет забывать. Накрыли они в беседке, ночь предстояла быть теплой. Они кушали, разговаривали и смеялись, пока Готье не взял любимого за руку и не попросил выйти к вишневому дереву. Хенк ухмыльнулся и показал кулачок альфе, что он верит в него, что тот сможет. — Лука, мы прошли с тобой много разных трудностей, я совершал ошибки и сейчас хочу попросить за них прощения. Я люблю тебя и нашего сына, любил и буду любить всегда. Я не могу представить ни один день без вас, даже когда ты злишься, орешь на меня, я продолжаю боготворить тебя, ведь ты то, чего мне так не хватало… Уилсон задрожал, закрыв раскрывшийся рот рукой. Готье встал на одно колено перед омегой, а вскоре в его руках оказалась бархатная коробочка. — Я люблю тебя, и хочу, чтобы ты всегда присутствовал в моей жизни, я хочу свою жизнь связать с твоей. Хочу иметь общие цели, будущее и настоящее, хочу воспитывать нашего ребенка. Лука… ты выйдешь за меня? Внутри коробочки было тонкое золотое обручальное кольцо с маленьким камушком. Омега не был из тех парней, кому нужна была роскошь даже в таких деталях, но все равно Готье купил не простое кольцо без украшений. Все затихли, ожидая, когда Лука наконец-то скажет свой ответ. Малыш внутри зашевелился, пытаясь привести папу в чувства, чтобы тот не временил с ответом. — Да… да, я согласен, — улыбнулся Уилсон и крепко обнял альфу, Гарри и Хенк радостно вскрикнули и обнялись. На глазах омеги были слезы, Леруа же их вытирал и пытался успокоить своего жениха. Вскоре на безымянном пальце Луки красовалось кольцо. Теперь Готье точно никуда не денется, и у них будет настоящая семья. И начнется их новая совместная история.