Ты мой личный сорт подболотника

      Что может чувствовать полковник Жилин, глядя на помятую коробку конфет, знает только полковник Жилин. Но то, что ему приятно, было понятно любому. То, как аккуратно провел мужчина по коробке, как слегка улыбнулся в усы, бережно кладя конфеты в нижний ящик и запирая его на ключ, «потому что, голубчики, там дела сверхсекретной важности», выдавало Жилина с головой. - Игорь, выходи, я домой собираюсь, - полковник стоял около камеры, сурово (с заботой) наблюдая, как заспанно озирается по сторонам Катамаранов. - Серегу потерял, - пробубнил комок из старого покрывала, а после оттуда показалась оранжевая каска, - Подболотника моего.       Жилин лишь мягко хмыкнул, заходя в камеру и садясь рядом. Он знал о проблемах со зрением у Игоря, а также о нелюбви к очкам. - Серега, - Катамаранов наконец-то увидел полковника, а после прижался к нему. - Ну-ну, голубчик, будет тебе. Тут я, опять кошмар снился? – они оба неприятно поморщились. Жилин от мифической боли в районе груди, куда попала пуля, Катамаранов из-за чувства пустоты, которую он испытывал каждую ночь, таскаясь в больницу и пугая своим видом санитарок до жути. Тогда и началась эта странная привычка: просыпаясь, Жилин находил в кровати конфеты, полевые цветы, больше напоминавшие сорняки, даже пару раз апельсин, от которого еще пахло скипидаром. Где Катамаранов умудрялся это доставать, знал только Бог, да и тот не выдал бы его из-за идейных соображений. После выписки, когда Жилин наконец начал работать и снова ловить преступников, традиция не прекратилась. Теперь каждое утро его ждали куски припоя, цветы с клумбы около милиции, конфеты и даже сигареты. Дорогие, надо сказать, импортные. - Говорил тебе, очки надо носить, для зрения полезно, а то ты дальше руки вытянутой не видишь. Хуже Инженера, - Сергей аккуратно снял каску и посмотрел в чуть косые глаза Катамаранова. - Подболотники вижу, тебя вижу, себя тоже порой, - на грязном лице возникла легкая улыбка, а после чумазые руки сняли фуражку. - Не хорошо это, Игорь, - Жилин отстранился и устало вздохнул. Он еще со школы помнил Катамаранова, как умного, но немного странного парня, который точно знал, что сделает открытие нового вида растений. Но увы, у жизни свое видение ситуации. Не та компания, не те люди, да и родители не те. - Пустишь переночевать? – Катамаранов встал, выходя из камеры. - Идем, голубчик. Вчера картошку жарил с грибами, осталась еще, - из отделения вышли они вместе, при этом успев понаблюдать, как Роза-Робот и его вечный друг украшали стену названием своей группы. - Ну, мой рабочий день закончился полчаса назад, - пожал плечами Жилин, направляясь к милицейскому бобику, около которого уже стоял Игорь.

***

      Дом встретил полковника тишиной и спокойствием. Мерно тикали часы, капала на кухне вода из крана. Дома Жилин чувствовал себя уверенно и защищенно, ведь для него дом был по-настоящему крепостью. Игорь закрыл дверь ровно на два оборота, затем задвинул задвижку и прикрыл вторую дверь. Он тоже ощущал себя здесь правильно. - Серег, - мужчина потянулся к полковнику и, чуть слеповато щурясь, поцеловал его. Жилин, успевший снять китель и фуражку, погладил грязные волосы Игоря, отвечая на поцелуй. - Голубчик, в ванную тебе надо. Несет от тебя болотом, - тихо проговорил полковник, отстраняясь и наблюдая за непередаваемым спектром эмоций Игоря. Как будто им снова по семнадцать лет, и они снова первый раз целуются на чердаке старой дачи. Уже после, когда Игорь был вымыт до скрипа и все его родинки на коже вновь создавали карту созвездий, а по кухне плыл запах жареной картошки, смешивавшийся с запахом сигарет, Жилин сам притянул в поцелуй Катамаранова.

***

- Не пропадай надолго, а то придется тебя по болотам искать снова, - негромко проговорил мужчина, прижимая потного и грязного, но такого счастливого Игоря к себе и оставляя очередной засос на шее. - А я уже все, нашел свой подболотник, - Катамаранов потерся бедрами о бедра любовника, - и теперь мне надо лишь о нем заботиться, чтобы никто не трогал. - Бешеный мой, - Жилин хрипло усмехнулся, продолжая целовать Игоря, лежавшего под ним.