Невыносимо!

Гарри прекрасно понимал, что нельзя так откровенно пялиться. Понимал, что он находится среди сотен людей на званом вечере, и хотя бы Рон с Гермионой что-нибудь, да поймут. Что люди вот-вот начнут его поздравлять и дарить подарки. Но он просто не умел, не хотел, не мог оторвать чертов взгляд от Драко Малфоя, сидящего напротив! Как же давно они не виделись! Как давно Гарри не имел возможности посмотреть в эти глаза! Посмотреть и утонуть. Сейчас казалось, что его геройский «тур» по Британии длился как минимум год, но никак не две недели. Черт бы его побрал! А письма… Каждое слово заставляло Гарри скучать ещё больше, каждая буква отзывалась горькой болью в груди, потому что когда любишь настолько сильно, разлука просто невыносима! И хуже всего, что вместо того, чтобы схватить сейчас своего Малфоя за руку, утянуть его подальше от людей, и впиться со всей дури в губы самым долгим поцелуем, Гарри был вынужден сидеть тут и слушать грёбаную речь Министра! Невыносимо! Гарри рассматривал скулы Малфоя. Ресницы. Губы… Там он позволил себе остаться подольше, отмечая, какие те розовые и красивые. Идеальные, самые любимые. Видимо, заметив пристальный взгляд, Малфой покраснел и прикрыл глаза. Он тоже не выносит! «Поттер…» — в голову Гарри легилимецией прорвался знакомый голос. — «Прекрати так пялиться, они все поймут…» Гарри сосредоточенно скосил брови, пытаясь концентрировать себя только на этом. Но в мыслях он уже вовсю зарывался руками в белые волосы, задыхался, стонал, прижимался всем, чем можно, и целовал, врываясь жадно и сильно. «Не могу, Драко, я… » — Гарри густо покраснел и скрестил ноги. — «Я очень скучал, Драко…» Малфой, не в силах больше устоять, тоже глянул на губы Гарри, зажмурился и согнулся в спине. «Придурок, я же тоже… Тоже скучал. Чертов Поттер, тебя не было две недели!» «Прости, Драко, прости! Я ничего не мог поделать. Я был обязан. Они меня обязали!» «Обязали так редко писать?» Малфой сощурил глаза. «Совы иногда не долетали! Драко, я клянусь, я… Я же люблю тебя!» Гарри выстрелил Малфою в самое сердце. Его тонкие пальцы дернулись и изо всех сил сжали скатерть. «А я, Поттер… Я и дня без тебя не могу. Ты был не рядом, совсем далеко и я…» — он прервался, выразительно окинув Гарри взглядом, и зашептал, словно заколдованный. — «Я же как мальчишка, хотел тебя постоянно. Умирал, как невыносимо было. Каждый чертов вечер думал о тебе и…» «Драко…» «…думал как ты приедешь, а я зароюсь руками тебе в волосы. Медленно сниму очки, как всегда это делаю… А ты посмотришь на меня так голодно, что искры запляшут перед глазами…» Гарри казалось, что он разучился дышать и все, что теперь мог — это смотреть в серые глаза и слушать, как Малфой говорит у него в голове. Слушать и сгорать ярким пламенем. Внезапно, что-то дотронулось до ноги Гарри, слегка приподнимая брюки, и он задохнулся окончательно. «Знаешь, Поттер, что бы я сделал, если бы не все эти люди?» — пылко зашептал голос и Гарри сглотнул, стараясь подавить возбуждение. «Я бы рывком прижал тебя к стене…» Нога под столом не остановилась, поднимаясь уже по бедру. Гарри зажмурил глаза. «Драко… Пожалуйста…» «…чтобы растянуть время, расстегивал бы рубашку по пуговичке…» — Малфой под столом мыском вынул белую рубашку из брюк. — «Смотрел бы на тебя так жадно и жарко, чтобы не смог уйти… Чтобы был со мной всегда. Чтобы был только моим!» «Я и так уже твой, Драко… До конца, насовсем…» — Гарри сжал ноги сильнее. Но желание нарастало, подступало к горлу, заполняло вены, накрывало лавиной, и скручивало пах. «Точно мой?» «Навсегда. Постоянно… Я же тоже… думал о тебе все время. Дни считал, когда приеду и наконец увижу… Я давно уже только для тебя… Драко, пожалуйста.» — Гарри и сам не знал, о чём именно просит. То ли, чтобы Драко прекратил, то ли, чтобы не заканчивал никогда. Зрачки Малфоя хищно расширились и он рвано задышал, заглядывая в зелёные глаза ещё глубже. «А знаешь, Поттер… Плевать, что тут люди. Я так долго ждал. Так ждал. Что меня сейчас не остановит…» «Драко, только… Прошу…» Не успел договорить Гарри, как нога Малфоя потерлась о его ширинку и чуть надавила прямо между ног. И Гарри еле сдержался, чтобы не застонать в голос и от бессилия ударил рукой о стол. «Малфой, пожалуйста…» Нога терлась, и терлась сильнее. Щеки жгло неимоверно, кровь закипала в жилах, устремляясь вниз живота. Хотелось ближе, хотелось больше! В паху пылало костром, горели руки, горело сердце, горело все. Мэрлин, просто невыносимо! «Поттер, я так больше не могу, я хочу… Здесь. Сейчас. Поцелуй меня!» «Здесь люди!..» — Гарри очень хотелось верить, что стонет он у себя в голове, а не вслух. «Гарри, просто… Поцелуй меня!» Нога требовательнее потерлась о пах и Гарри изо всех сил распахнул глаза, сжимая кулаки. Хотелось поддаться вперёд, и поддаться сильно. Потому что мир ушел из-под ног, а перед глазами все поплыло, когда Малфой закусил губу и потянул руку через стол к Гарри. Он так близко… Так непозволительно близко. Так долго его ждал, и сейчас, так же, как и Гарри, умирает. Как невыносимо! «Поцелуй меня, Поттер! Сейчас. Сейчас или никогда!» — и нога со всей дури вжалась в пах. И Гарри сдался. Вскочил со стула, что с грохотом рухнул на пол, опрокинул цветочную вазу на белый стол, и впился что есть силы в любимые губы. Так жарко и голодно, как никогда! И пусть его друзья смотрят, пусть увидят сотни. Да хоть целая Британия – плевать! Пусть все знают о его бесконечной любви к Драко Малфою! О том, как сильно он этого ждал и как сильно хотел! — А теперь, давайте поприветствуем, нашего Героя и Спасителя – Гарри Поттера! — торжественно воскликнул Министр Магии, уводя рукой в глубь столов, и глаза сотен гостей устремились туда, где Герой Гарри Поттер бессовестно высасывал душу из Драко Малфоя. Голоса в зале стихли. Музыканты прекратили. Где-то в дальнем углу ревниво треснул бокал Джинни Уизли, и по залу разнесся вздох потрясенного Рона. Только Гермиона понимающе улыбнулась, посмотрев на Гарри и Малфоя. Поняв, что натворили, те в миг оторвались друг от друга. Гарри был счастлив как никогда! Кровь закипала в венах, а в голове стучали барабаны, ведь красный Малфой стоял рядом с ним и широко улыбался. Мэрлин, просто невыносимо! Огибая стол, хватая Драко под руку, Гарри ринулся к выходу со счастливым детским: «Бежим!», прямо в темные коридоры. Да пошло оно все! На стенах сверкали факелы, в голове взрывались фейерверки. Гарри бежал со всех сил и ему хотелось кричать, а Малфой мчался рядом. И смеялся он так радостно и свободно, что сердце пускалось вскачь сильней, и сильней, неслось все дальше, навстречу светлому будущему. Их будущему, что ждёт впереди.

***

— Нет, ну ты видела? Ты это видела, скажи?! Это невыносимо! — Рон, не унимаясь, скакал у их столика и с ужасом смотрел на Гермиону. Та в свою очередь спокойно отложила приборы в сторону и равнодушно пожала плечами. — Это видели все, Рон. Сядь уже наконец. — И это все, что ты можешь сказать?! Гермиона строго посмотрела в голубые глаза, и Рон моментально сел. Гости разбросанные по залу потрясённо стучали вилками, перебегали от столика к столику и шумно переговаривались. — Нет, ну ответь, Гермиона, — уже спокойнее начал Рон, — Почему он нам ничего не сказал? Девушка выразительно посмотрела в его сторону и отпила из кубка. — Когда Гарри будет готов, он сам к нам придет, Рон. И все-все расскажет. Парень недоверчиво сощурил глаза. — Ты же все знала, так?.. Гермиона загадочно улыбнулась и похлопала ресницами. Глупый вопрос. Конечно она все знала! Все было слишком очевидно ещё со времен школы. А последние две недели ей вообще «посчастливилось» наблюдать столько разных писем, цветов, фотографий, сов, свитков, а потом и глупых улыбок Гарри, что весь день ходил как идиот. И все от Драко Малфоя. И думалось Гермионе, что эта история длится как-то непозволительно долго и неинтересно. Ну сколько ещё можно ото всех скрываться? Однако увидев представление, что сегодня устроили два этих балбеса на важнейшем вечере года, она в миг пересмотрела все свои убеждения. «Они же просто невыносимы!» — думала Гермиона, смотря вслед счастливо убегающим Гарри и Драко.