Salticus scenicus

      Питер был безумно рад, что Мстители наконец-то дали добро на то, чтобы он участвовал в серьёзной миссии. Конечно, разрешение, в основном, исходило от мистера Старка, но Питеру, от радости чуть ли не запрыгнувшему на потолок, это было не столь важно. Его первая серьёзная миссия вместе с Мстителями – величайшими героями Земли!       Правда, радость, восторг и предвкушение распространялись только на сам факт задания, но не на его содержание. Какая-то неизвестная группа безумных учёных, творящих жуткие чудовищные эксперименты, после которых остаются либо обезумевшие, искалеченные существа, когда-то бывшие людьми, либо изуродованные трупы. События достигли таких серьёзных масштабов, что правительство обратилось за помощью к Мстителям. Естественно, команда, увидев ужасные последствия страшных экспериментов, не захотела остаться в стороне.       На общем собрании, проанализировав имеющиеся у них данные, полученные от правительства и добытые Пятницей, герои решили, что навыки и способности Паучка очень пригодятся им в данной миссии. Тони, конечно же, поворчал, что мол, его ребёнок ещё мал для подобного, и вообще, он не Мститель, на что получил аргумент о том, что Питер давно уже не пятнадцатилетний малыш.       Да, Старк порой забывал, что Питеру уже восемнадцать и он давно не ребёнок, но ничего не мог с собой поделать – для него он навсегда останется скромным способным школьником, хранившим большой секрет, которого он впервые встретил в маленькой квартире в Квинсе. С тех пор случилось действительно много вещей, объединивших и подтолкнувших их называть друг друга семьёй. Раскол Мстителей, уход Пеппер, битва со Стервятником, смерть Мэй.       Последнее трагическое событие особенно сплотило их, и теперь Железный человек уже не представлял жизни без этого солнечного ребёнка рядом. И он уверен, что наверняка почти всех Мстителей посещали подобные мысли. Паркер осветил их жизни и исцелил их души своими очаровательными улыбками, оптимизмом, весельем, добротой и просто золотым сердцем. Абсолютно всем это было нужно, особенно теперь, когда они на пути восстановления доверия друг к другу. ***       Миссия прошла весьма удачно и даже на первый взгляд легко. На заброшенном химическом заводе за чертой города, действительно была оборудована лаборатория. У каждого члена команды, согласно плану, было своё задание, и Питер очень ответственно подошёл к своему – пробираясь по вентиляционным трубам, он должен найти комнату или кабинет, где держат людей, которые стали, так сказать «подопытными кроликами» и безопасно вывести их из здания, пока остальные Мстители разбираются с кучей охраны и учеными.       Когда нужный кабинет был найден, Питер увидел пугающую картину – небольшая группка подростков, измученных, бледных, слабых, в грязных одеждах, что жались друг к другу в поисках защиты. Паучок понял, что они испугались не только громких и жутких звуков битвы за стенами, но и звука выбитой им решётки вентиляции. - Эй, ребята, всё хорошо. Я пришёл освободить вас, - медленно приближаясь к детям, которые на вид были не намного младше его самого, спокойно произнёс Питер.       Подростки обернулись на его голос, их глаза расширились в удивлении. Конечно же, они его узнали. - Человек-паук, - тихо прошептала, кажется, самая младшая среди них. По её лицу тут же покатились слёзы. - Да, это я, - улыбнулся Паркер. Хоть через маску этого и не было видно, но он надеялся, что его улыбку слышно по голосу, как и его уверенность в том, что всё будет хорошо. – Давайте вытащим вас отсюда.       Как только Питер сообщил по общей связи, что он нашёл заложников и готов вывести их наружу, та самая маленькая девочка, вцепившись в его руку, сказала, что совсем недавно злые дяди увели куда-то её брата, и спросила, сможет ли Человек-паук спасти его. Что же ещё Питер мог ответить на это?       Именно так он и оказался в главной лаборатории. Кое-как обезоружив и связав паутиной находившихся там учёных (серьёзно, Питер ожидал найти безумных пугливых ботаников, но никак не безумных, вооруженных и серьёзно настроенных ботаников), он освободил привязанного к операционному столу напуганного паренька.       Уже направляясь к выходу, Паучок почувствовал, как паучье чутьё дало о себе знать лёгким покалыванием в затылке, постепенно усиливаясь. Он развернулся и огляделся – чутьё подсказывало, что опасность находится за запертой дверью, которая была здесь помимо выхода. - Паучок, ты там как? Всё в порядке? – в наушнике прозвучал голос запыхавшегося Тони. - Да, Тони, всё хорошо. Я в главной лаборатории, нашёл ещё одного заложника, но здесь что-то не так. Моё чутьё не даёт мне покоя, -- с беспокойством в голосе сказал Питер, потирая уже ноющий затылок. - Так, ничего не предпринимай, мы уже рядом. Просто выведи заложника и оставайся с ним и другими до приезда скорой. Мы их уже вызвали. - Что? Нет! Я останусь, вдруг понадобится моя помощь. Вы не знаете, что за этой жуткой дверью. - И ты тоже, - прозвучало уже из открывшейся входной двери. Внутрь за Старком прошли Клинт, Сэм и Капитан, осматривая лабораторию. – Так что, парня в охапку и марш на вход. - Но Тони…       Питера, как всех в комнате, отвлёк громкий звук – в зловещую дверь, скрывавшую неизвестное содержимое, стучали, будто кто-то пытается вырваться изнутри. - Что за…, -- начало было Сэм, но тут дверь распахнулась, выпуская человека в белом, но испачканном чем-то халате. На лице мужчины будто застыла какая-то маска, но глаза выдавали в нём безумца – они были широко распахнуты и в них горел странный огонь. Словно он не мог поверить в происходящее, был не здесь, не замечал никого вокруг и смотрел словно сквозь. Его губы растянулись в по-настоящему жуткой улыбке. - Получилось… у меня получилось… получилось, я это сделал, -- как в бреду шептал учёный. - Сэр, вы меня слышите? – Стив попытался воззвать к разуму учёного, не понимая, что уже слишком поздно.       Вдруг взгляд безумца стал чуть осмысленней и сфокусировался на Человеке-пауке. - Это изменит мир, - чётко проговорил он, а после с нечеловеческим криком бросился прямо на Питера.       Никто не успел во время среагировать. Никто не увидел в руках учёного шприц, наполненный ярко-красной светящейся жидкостью. Питер успел лишь почувствовать дикий страх, сильный зуд в затылке и сильную боль в груди. А после была лишь темнота. ***       Вот к чему Питер так и не смог привыкнуть за все те годы, что он был Человеком-пауком, так это к пробуждению после тяжёлых травм. А ведь это, учитывая его никуда не девшуюся неуклюжесть и феноменальное порой невезение, случалось довольно часто.       Сознание медленное возвращалось в его ватное и непослушное тело. В груди всё ещё чувствовалась боль, но уже не такая острая. Вместе с болью приходили и другие чувства. Первым пришёл слух – вместе с противным писком медицинских приборов Паркер услышал голоса совсем рядом. - И ты точно ничего не нашёл, Брюс? – тихий голос Тони заставил Питера мгновенно почувствовать себя в безопасности. За болью и слухом пришло осязание – он почувствовал, что кто-то держит его за руку. Наверняка это Тони. - Нет, ничего, и это меня и беспокоит, - ответил Брюс. В голове парня сразу возник образ Беннера, который, нахмурившись, сосредоточенно смотрит в планшет, и эта картина подтвердилась, когда он, наконец-то, открыл глаза. Его пробуждение не прошло мимо Старка. - С возвращением, малыш, - продолжая держать руку Питера в своей руке, другой мужчина погладил его по голове. – Ты нас всех чертовски сильно напугал. - Я и сам испугался, - это признание удивило даже самого Паркера. - Пока ты был без сознания, он пару раз точно хватался за сердце. Уже хотел бежать за успокоительным, - с усмешкой произнёс Брюс, похлопав миллиардера по плечу. Он всё еще внимательно отслеживал показатели Питера на приборах. - Предатель, - беззлобно проворчал Тони, заставив Питера рассмеяться. - Значит, со мной всё хорошо? – с надеждой спросил парень. - На первый взгляд да, - Брюс подошёл к Питеру, попросив его посмотреть прямо перед собой, стал светить специальным фонариком ему в глаза. – А как ты сам себя чувствуешь? - Всё хорошо. В груди всё ещё больно, - в голове тут же пронеслись последние воспоминания, которые заставили его слегка вздрогнуть, - но я в порядке. - Что ж, хорошо, - мужчина удовлетворённо кивнул, а затем добавил, поворачиваясь к Тони - но мне всё равно нужно будет понаблюдать за его состоянием, на всякий случай. Мы пока не знаем, что было в том шприце и какой будет эффект от его воздействия. Так что, пока я это не выясню, никакой сильной физической активности в ближайшую неделю, во избежание серьёзных травм, - он с намёком посмотрел на Старка. - Слышал, приятель. Никаких патрулей и геройства. Приказ доктора, - сказал Тони с довольной ухмылкой.       Питеру только и оставалось, что обречённо закатить глаза и обиженно надуться. ***       Первые изменения в себе он заметил через три дня после происшествия.       Его слух и зрение стали гораздо острее, лучше, больше.       До этого он слышал звуки, голоса, разговоры, шёпот на расстоянии, примерно, в десяти метрах от себя. Сейчас же эти метры увеличились, казалось, вдвое. Это происходило постепенно, иначе Питер бы точно свихнулся от громкости и обилия звуков, которые обрушились бы на него разом.       Один раз он даже конкретно завис, когда наблюдал за бабочкой, летающей в парке от цветка к цветку. Питер слушал каждый лёгкий взмах её крылышек, видел, как яркая золотая пыльца осыпается с них. Слышал и видел так, словно она была прямо здесь, летала прямо возле него. Возле него, сидящего на паре в институте и находящегося от этой прекрасной представительницы чешуекрылых на довольно большом расстоянии. И этим дело не ограничилось.       Что-то странное начало происходить с его рефлексами и, наверное, Питер назвал бы это инстинктами.       Паркер сидел на паре по английской литературе, которую он бы с радостью пропустил и которая, тем не менее, была обязательной частью курса, когда это произошло. Он уже почти чувствовал, как его, Нэда и всех студентов в аудитории затягивает в царство Морфея безумно длинная лекция мисс Блейк, но тут его уха достиг звук. Жужжание, быстро приближающееся к нему. Питер поднял взгляд от тетради и увидел маленькую муху, нарезающую круги в воздухе над их с Нэдом партой. И тут в его голове будто что-то щёлкнуло. «Схватить»       Эта мысль так отчётливо замигала перед глазами, что Паркер, едва успев её осмыслить, резко выставил руку вперёд и ловко поймал добычу. «Добыча?! Он только что подумал о мухе как о добыче?» Внезапно резко стало тихо. Мисс Блейк замерла, в шоке уставившись на Питера и не донеся мел до доски. Краем глаза Паучок видел, что Нэд тоже смотрит на него, широко открыв рот. Студенты позади них начали «просыпаться», не понимая, почему лекция прервалась. - У тебя всё хорошо, Питер? – нервно спросила преподавательница. - Эм, да, мисс Блейк, - неуверенно начал Питер, раскрывая ладонь и выпуская муху на свободу, - всё хорошо. Простите.       Всё ещё продолжая испуганно посматривать на Паркера, мисс Блейк продолжила занятие. Питер посмотрел на Нэда, который шёпотом произнёс «Чуваак?», взглядом и мимикой показывая, что ему нужны объяснения. Но Питер не мог объяснить это даже самому себе. ***       Через неделю всё стало ещё хуже. Всё вышло из-под контроля. Брюс пока так ничего и не обнаружил, состав вещества из шприца определить так и не удалось, а Питеру становилось всё хуже. Он сам не понимал, почему никому не рассказал. Что-то внутри него заставляло его скрывать изменения в себе, и у него это получалось. Мстители часто отсутствовали, оставляя Питера под присмотром Хэппи и Пятницы, что ему было на руку.       Он не понимал почему. Каждый раз, сидя с Тони в мастерской, бегая со Стивом и Сэмом, проверяясь у Брюса, тренируясь с Баки и Наташей, играя в приставку с Клинтом, завтракая вместе со всеми, Паучок очень хотел рассказать. Нет, даже прокричать «Помогите мне!», но что-то сильное, глубокое, животное, подавляло его. «Защитить» всплывало в подсознании, и Питер подчинялся, старательно изображая бодрость, веселье и улыбки.       Возможно, если бы он знал, что его ждёт, он пересилил бы это. Переборол бы себя, но всё равно рассказал, облегчил душу, сбросив с неё часть тяжёлого болезненного груза.       Всё случилось, когда он был совершенно один. Не считая Пятницы, на Базе не было никого, кроме Питера. Он просто сидел на диване в общей гостиной, одновременно переключая каналы и делая домашнюю работу, как неожиданно ему стало очень жарко. Сначала Паркер просто снял свитер, оставшись просто в футболке, но и это не помогло. Казалось, что ему было душно в собственной коже. Тело мгновенно покрылось потом, дышать стало тяжело. - Питер, я зафиксировала резкое повышение температуры твоего тела. Она стремительно приближается к критической отметке. По протоколу я должна связаться с Боссом и доложить об ухудшении твоего состояния, - с потолка раздался взволнованный голос искусственного интеллекта, но Питер уже её не слышал.       Кровь кипела внутри него, и её пульсация заглушала все звуки, создавая вокруг него вакуум. Всё внутри словно выгорало под натиском этой горячей лавы. Боль подкралась незаметно, острыми иголками впиваясь по всему телу. Такого Питер раньше никогда не испытывал – это была настоящая пытка. Ему было очень больно, очень жарко, и очень страшно. Он плакал, кричал и скулил, обхватив себя руками и свернувшись калачиком на диване. Из сильно зажмуренных глаз текли слёзы, не впитываясь в искусственную светлую кожу.       Паучку показалось, что прошла целая вечность до того момента, пока ещё одна, более сильная вспышка боли не заставила его распахнуть глаза. Из-за пелены слёз он ничего не видел, но зато очень хорошо почувствовал – его резко будто подбросило на диване, заставив слететь с него прямо на стеклянный журнальный столик, разбивая его на множество осколков.       Находясь на краю сознания, Питер чувствовал, как его тело ломается, крошится, выворачивается, сжимается, превращаясь во что-то новое, другое. Всё вокруг словно становится больше, а сам он наоборот, уменьшается и уменьшается… Не выдержав больше, Питер снова проваливается в темноту. ***       Никогда ещё в жизни Тони Старк не испытывал такого страха.       Прямо посреди миссии ему пришло срочное сообщение от Пятницы, что состояние Питера стало резко ухудшаться. Приземлившись на крышу ближайшего здания, Старк запросил у ИИ видео с камер на Базе, где сейчас находился Паучок. Его сердце остановилось, когда он с ужасом смотрел на то, что начало происходит с его ребёнком. Предупредив Мстителей, Железный Человек рванул в направлении Базы, не дожидаясь ответа от Кэпа. Сейчас его не волнует никто, только Питер и спасение его жизни. Попросив Пятницу, чтобы срочно вызывала Брюса, Тони отчаянно надеялся, что не опоздает и что ещё не поздно. Чтобы ни произошло, они с этим справятся…       Влетая в открытое окно гостиной на Базе, Тони увидел, как открываются створки лифта – Брюс прибыл как раз вовремя. - Питер! – выйдя из костюма, Тони начал в панике осматривать комнату взглядом. – Питер, где ты!? - Тони, я видел записи с камер, - Брюс старался оставаться спокойным как мог. – Это было что-то странное. Питер как будто… исчез. - Нет, этого не может быть, - твёрдо произнёс Старк, подходя к дивану. – Это невозможно. - Это что, его одежда? – удивлённо спросил Беннер, подходя к бесформенной куче, которой были футболка, джинсы, бельё и носки Паркера.       Брюс только хотел прикоснуться к ней, как эта самая куча неожиданно шевельнулась. С громким криком оба, и Брюс и Тони, отскочили подальше, спрятавшись за диван. Они переглянулись. - Нужно проверить, что под ней, - всё ещё смотря на одежду, медленно сказал учёный. - Ага, - так же медленно ответил Тони. – Пятница? - Объект, которым стал Питер, можно определить как Salticus scenicus - Пёстрый скакунчик или Обыкновенный паук-скакун (1). Тип – членистоногие, класс – паукообразные, семейство – пауки-скакуны. – вещала Пятница. Перед мужчинами появилась голограмма с открытыми интернет-ссылками. - Что? – в неверии спросил Старк и подошёл к всё ещё двигающейся одежде, резко поднимая футболку.       На джинсах сидел небольшой паучок, который, увидев Тони, стал тянуть к нему свои пушистые лапки. В четырёх чёрных глазках, казалось, читались радость и облегчение. - О. Мой. Бог, - проговорив каждое слово, Тони резко побледнел. Кажется, кое-кто собирается свалиться без сознания вслед за Паучком. ***       Снова знакомое чувство пробуждения накрыло Питера тяжёлым одеялом, сквозь которое с трудом, но прорывались какие-то звуки. Писк приборов, шаги, беспокойные голоса. И снова ощущение чужой руки в своей. Ощущение безопасности стало перебивать тяжесть и боль. - Папа? – Питеру совершенно не хочется думать, почему он так назвал Тони, но он не чувствует, что это неправильно, как раз наоборот. Его руку легонько сжали. - Я здесь, Пит, - сказал Тони, и от нежности в его голосе, Питеру вдруг захотелось плакать. Потому что папа рядом, он защитит его от всего на свете. И от боли, и от его страхов, и от того, что не так давно стало его частью. - Мне было так больно и страшно, пап, - слёзы всё не останавливались, и вот Питер уже плачет навзрыд, чувствуя, как его обнимают любящие руки. - Всё будет хорошо, малыш, я обещаю тебе. Мы со всем разберёмся. – в голосе Тони только уверенность вперемешку с нежностью и любовью. И Питер ему верит. Они разберутся с этим.