Сущность ярости.

Наступил вечер. Територии ордена Цинхэ Не стремительно покрывались темнотой, сумерки чёрным разорванным покрывалом медленно устилали небо, готовясь явить миру всю красоту и опасность ночи. В крепости Буцин-Ши в главной зале сидели старейшины четырёх великих кланов, а во главе восседал человек лет двадцати пяти-двадцати семи с чёрными волосами собранными в высокий пучок золотой заколкой, в одеждах тёмного с золотым цвета и грозным взглядом, которому не смел перечить никто. Рядом с ним, на небольшом возвышении и подобрав под себя ноги сидел юноша: на вид ему было не больше шестнадцати лет, волосы частью были аккуратно собраны в пучок из мелких косичек и скреплены серебряной заколкой, частью рассыпались по плечам, а две тонкие пряди обрамляли красивое, доброе и почти девичье лицо. В отличие от главы его одежды были приятного серого оттенка с узором чернильных пёрышек, в руке был зажат искусно расписанный веер, а лицо выражало глубокие тоску и грусть. Эти двое были ни кто иные как сыновья почившего главы ордена Цинхэ Не - Не Минцзюэ и Не Хуайсан. Многие кланы знали суровом характере Не Минцзюэ и его отношении к оружию, а потому слегка побаивались его. Не Хуайсан же, как по духу, так и по силе был полной противоположностью брату, имея мягкий характер и лишь иногда используя на деле суровость. Из оружия у него были лишь меч и веер, которыми он дорожил не меньше, чем собственной жизнью, а иногда, по Цинхе шли слухи, что он обходил силой старшего брата. Наконец, Не Минцзюэ поднялся, обратив взгляд на присутствующих. — Глава ордена Не приветствует старейшин - он сложил руки в приветственном жесте и поклонился. — Старейшины великих орденов приветствуют главу ордена Не - Лань Цижэнь поднялся и также поклонился, сложив руки. — Я собрал вас, чтобы положить конец ордену Вэнь и остановить наконец поток смертей, приносимый их адептами - сказал старший Не, отчеканивая каждое слово. — Все вы знаете насколько жесток этот орден и насколько они ценят свои территории не щадя остальные кланы и всем вам доводилось столкнуться с принесёнными ими бедами. Пока остальные старейшины внимательно слушали Не Минцзюэ взгляд Лань Цижэня перенёсся на младшего Не, сидящего всё на том же месте с прямой спиной, сложив ноги и медленно стучащего по ладони веером. Грустный взгляд юноши был направлен в сторону храма предков, где не так давно появилась новая золотая табличка с именем предыдущего главы ордена. Старейшина клана Лань невольно вспомнил о кровопролитной битве, когда адепты клана Вэнь под командованием Вэнь Жоханя ворвались в Буцин-Ши, убивая всех на своем пути, как главу лишили золотого ядра и как жестоко он был убит на глазах своих сыновей. Признаться, он был несколько поражён, узнав от помощника главы Мэн Яо, что их молодой господин после пережитого сохранил духовные силы и золотое ядро, однако поверить в это, зная силу телохранителя семьи Вэнь было невозможно. Едва Не Минцзюэ объявил об окончании совета Лань Цижэнь поднялся с места и подошёл к младшему Не, бледное лицо которого пугало его не меньше чем само состояние юноши. — Глава клана Не - обратился он к юноше. — Что с вами? — Всё хорошо, господин Лань - ответил Не Хуайсан, сложив веер и подвесив его к поясу. — Я просто устал - он обратил на мужчину свой взгляд, от которого у того ёкнуло сердце: старейшине вдруг показалось будто глаза юноши были белые с кровавыми подтёками и он закрыл свои собственные глаза, пытаясь взять себя в руки. — Господин Лань? - Не Хуайсан мягко тронул мужчину за плечо, но тот резко очнулся. — Всё в порядке, глава клана Не - поспешил успокоить его Лань Цижэнь. Не Хуайсан не понимал, что произошло, однако отбросил плохие мысли прочь и взяв свой меч пошёл провожать старейшин до границы, как ранее делал отец. Едва из виду скрылся последний старейшина и едва молодой наследник убедился, что всё в порядке он спустился со скал направившись обратно в крепость. Уже начинало темнеть и юноша предпочел поспешить, дабы за время его отсутствия ничего не случилось. Уже почти стемнело, а юноша всё шёл в полной тишине по окружённой лесом тропе и неожиданный хруст громко ломающихся веток заставил невольно вздрогнуть. Немного присмотревшись Не Хуайсан разглядел среди ветвей и стволов длинную мечущуюся тень. Сердце и душу молодого главы клана наполнило волнение, сильный страх сковал всё тело и юноша застыл, одной рукой нервно перебирая сцепленную с поясом подвеску в форме головы мифического зверя, а другой сжав рукоять меча. Подумав, что ему показалось Не Хуайсан быстро пошёл по дороге, однако путь ему преградила длинная, острая сабля с необычайно тонким, но прочным лезвием и узорчатой золотой рукоятью, в которой юноша сразу признал саблю своего брата - Ба-Ся. Обезумевшее оружие яростно вертелось вокруг младшего Не, нанося удары, которые ловко и умело блокировались мечом. Наконец, Ба-Ся загнала юношу к скале и нанесла два удара в глаза, которые отдались резкой болью, пронизывающей всё тело. Юноша прислонился к стволу, откашливаясь, как вдруг в рот проникло нечто острое и появился привкус крови, а по телу прошлась волна боли от нанесённых саблей ран и ссадин. Покончив с делом, Ба-Ся ещё раз облетела тело младшего Не и убедившись в том, что тот не двигается скрылась в тени ветвей, а юноша остался лежать на холодной дороге в луже собственной крови с широко раскрытыми белыми глазами, также залитыми кровью. Через некоторое время Не Хуайсан с трудом поднялся на ноги, из-за чего тело вновь сковала боль, одежды его были покрыты дырами и в некоторых местах порваны, а глаза, белые и безжизненные были покрыты кровавыми подтёками. С трудом отыскав на ощупь крепкий бамбуковый шест младший Не поспешил уйти подальше от Цинхе.