Мой любимый подонок

Больно… На самом деле это очень больно. Его рука сжимает до синяков мое хрупкое запястье, но я молчу, глотая шипение от боли. Не даря радости этому садисту. Но когда открываю глаза вижу его ослепляющую улыбку. Он всегда такой — красивый, ослепляющий как солнце на первый взгляд, мягкий как пух. Однако за всей этой радужной оболочкой прячется та еще тварь. Король теневого мира, убийца, бабник. Он убивает не моргнув и глазом, с этой самой милейшей улыбкой на лице. Следом дарит свою любовь на одну ночь какой нибудь красотке и те никнут перед его красотой. Хосок любит когда красивые женщины скулят перед ним как текущие суки, молят чтобы он взял их. Они все такие, всегда жадные до денег, власти, но все они испаряются после одной единственной ночи. Он отталкивает их, не запоминая не имен не лиц. Но со мной у него что-то пошло не так. Хотя тут и не разобраться если не начать с самого начала, а было все примерно так. В тот день был наш выпускной в университете. Особенный день, наконец-то закончилась утомительная учеба. В этот день я хотела лишь завершить официальную часть и плюхнуться поспать в мягкой постельке. Гуляния, пьянки никогда не приводили меня в восторг. Мне всегда хотелось покоя и милашных животных рядом. Вот и сейчас дома ждал мой милый Моки, мой морской свин, милый пушистый и такой родной, особенно вдалеке от дома. Но судьба именно в этот день пошла наперекосяк. Меня почти силой одногрупники заволокли в ночной клуб. Это было весьма популярное заведение, и мы здесь оказались по блату. Моя подружка Юнджи была еще той фифой, дочуркой богатых родителей. Клуб «Фегас» принадлежал ее братику и видимо компашка эта всегда тут тусила. Мне же в этом месте было совсем неуютно. Хотя процент дискомфорта рос от того во что я оделась на время праздника. Белая блузка с рукавом до локтя с довольно глубоким декольте, к нему юбка до колена с несколькими слоями, с вырезом что так ужасно расходился когда я садилась, оголяя почти полбедра. Парни одногрупники пялились на это, пытались присесть поближе. Это вызывало ужас и даже тошноту. Поэтому убрав свои белые локоны в хвост, я забилась в самый угол попытавшись не выделяться. Так и проходил мой невеселый выпускной вечер. Я беспокоилась за своего малыша Моки, даже начала медленно продвигаться ко входу, когда почти все звуки в зале стихли. Ведь в него вошел уверенным шагом красивый и высокий мужчина. Черные волосы, искрящиеся смехом глаза и улыбка мягкая как солнце. Но во всем этом было одно но, его лицо было забрызгано кровью, которая уже начала подсыхать. Вид этого незнакомца одновременно завораживал и приводил в ужас. Взгляд было отвести просто нереально, но я отшатнулась, при встрече наших взоров. Он увидел меня, оскалился, я же почувствовав угрозу хаотично рванула к выходу. В голове пульсировала лишь одна разумная мысль! «Бежать! Нужно бежать!» И мне бы наверняка всё удалось если бы не одно но, проход мне перегородили два громили, а один из них сказал угрожающе: — Мисс, притормозите, наш господин хочет вас поприветствовать. — Какой, Мать вашу, господин! — Возмутилась я, и уже замахнулась рукой для удара, как мою руку перехватил тот самый мужчина. Он одарил меня сногсшибательной улыбкой, прежде чем с мягкой бархатом, сказать: — Их господин это я, простите если напугал вас, милая леди. Может выпьете со мной, ведь ночь только началась. — Извините, но меня ждет дома друг. Ропчу в ответ, вырывая свою руку и проскальзывая между бугаями. Паникуя от того что этот странный индивид не отстает. Идет следом до машины такси что я поймала, а когда открываю дверь, закрывает ее ударом с ноги, говоря уже более грозно: — Я не люблю когда мне отказывают, маленькая мисс. Смотрю на него с широко распахнутыми глазами, даже не зная что сказать. Этот тип пугает, но и завораживает своей запредельной яркостью. Глотаю ртом воздух как рыба, а потом просто срываюсь на бег. Жаль он длится недолго, ибо голову пронзает ужасная боль и перед взором все меркнет. Прихожу же в себя от ледяной воды в лицо, и тихого: — Привет, моя беглянка. Вздрагиваю от врезавшегося в память голоса, покрываясь мурашками от страха и озноба. Ощущая то что привязана к стулу в одном нижнем белье. Что же сказать на подобное приветствие даже не знаю, хоть и психиатр по образованию. Просто смотрю в ответ минут пять, прежде чем спросить: — Что вам от меня надо? Мужчина улыбается, замечаю, что его зрачки расширены от наркоты, следом же он говорит напыщенно и самовлюбленно: — Ты отдашься мне, милая. Я буду долго втрахивать тебя в ту постель за моей спиной, а потом мы разбежимся как в море корабли, окей?! Сказать что охреневаю от услышанного это мало, болезненно ощущаю ущемленную гордость. Ну, а следом творю абсолютную глупость или дикость. Беру и плюю этому ублюдку в лицо, после этого довольно улыбаясь. Следом жалея о проступке, так как лицо обжигает острой болью от пощечины. Губа начинает кровоточить, а до слуха доносится слишком резко: — Вот же сучка, ты еще сама будешь умолять взять себя! — Иди ты нахер! Выплевываю свой ответ, снова попадая метко в лицо нахала. Кровь сочится по губам, подбородку, чувствую себя психопаткой в эту секунду. Он же улыбается снова слащаво, приступая к видимо совращению. Выходит у незнакомца почти ничего, если бы не одно но. Мне больно, противно и вообще я хотела домой кормить мою свинку. Прифартило так прифартило. В момент когда этот оболтус исправно вылизывает мой сосок, я говорю ему прямо и честно: — Мужик… Я хочу домой, покормить свою морскую свинку и лечь спать. Так что отлипни от меня и дай мне свалить. Парень явно возбужденный до этого теряется, теряя весь пыл альфа самца, как бы представляясь: — Хосок, меня зовут Чон Хосок, а тебя? Смеюсь с его глупого выражения лица, отвечая даже для себя внезапно: — Чимин Пак, будем знакомы… Ситуация медленно становится абсурдной. Но уже после этот самый парень провожает меня до дома, даже не извинившись. Конечно не показываю ему свой истинный адрес, просто прячась в чужом подъезде. Сразу убегая оттуда когда этот парниша сваливает. Воспоминания напавшие так внезапно расплываются перед внутренним взором. Вздрагиваю от новой порции боли, улыбаясь нахально. Как вообще докатилось до того что я полюбила этого гада. Теперь мне приходится мучится, терпеть свои чувства вкупе с его доставучестью. Ведь Хосок не отвяжется, как он сказал однажды, лишь я одна не кинулась ему в кровать, а значит особенная для него. Ну, а что я? Мне хватит сил сдерживать всё глубоко внутри, ради шанса задержаться в его жизни, хотя бы как сторонний наблюдатель. Вот и сейчас наблюдаю за его улыбкой чеширского кота и наслаждаюсь сладким голоском: — Сегодня моя Минни, я придумал кое что интересное. Улыбаюсь его горящим глазам, задорно отвечая: — Ну показывай, распутник. Убийство или стриптиз? Даже смеюсь, вспоминая все прошлые ошибки то есть попытки плохиша. Он много чего придумывал в попытке соблазнить меня, но промахнулся примерно раз тридцать. Думаю об этом с унынием. Наблюдая как в спальню заходит красивая брюнетка. Длинноногая и голая. Смотрю на то как Хосок начинает медленно раздеваться, отмечая давно ясную истину. Он сексуален, он действительно мечта любой женщины. Горяч и развязан со своими шестью кубиками, с жилистыми руками и мощными бедрами. Бог одарил его всем и даже тем что между ног. Он самец и знает это. Да и пускай внутри, я сейчас тлею от возбуждения, единственное что отражается на моем лице это безразличие. Я просто смотрю порнушку, где два парнокопытных трахаются. Это не приносит мне боли или ненависти к этому человеку или девушке. Она как прекрасный одноразовый пробник духов. Он попробует ее и забудет на утро, но снова вернется ко мне в попытке вскрыть и мой полноформатный бутылек. Но этого не случится, я никогда не стану просто очередной. Не хочу быть девушкой на одну ночь. Поэтому даже отвешиваю комментарий, весьма корректный: — Не так резко, Хосоки, ей же больно. Нежнее. На благодарный же взгляд дамы улыбаюсь даже ласково, говоря: — Не благодари красотка, продолжай стонать, он это любит. Спустя еще часа два, доедаю пачку чипсов, заканчиваю просмотр скачек и уже хочу сходить умыться. Когда Хосок приближается резко, останавливая мою руку и вылизывая соленые после еды пальцы. Его глаза прекрасны в этот момент как и губы. Да и я люблю его, солнечную сторону и ту что скрывается в ночи. Однако не даю замереть дыханию в груди, не даю сердцу неистово колотится. Жмякая волосы на его голове и делая комплимент: — Ты прямо как кастрированный кот моей соседки, всё в рот, всё в рот. Он явно злится на мои слова, но также и бессилен перед моим пофигизмом. Снова пытаюсь уйти, когда его вопрос озадачивает меня: — Чимин, мы знакомы уже три года, неужели за все это время у тебя ни разу не проскочила искра чувств ко мне. Ты меня совсем не хочешь? Умиляюсь его щенячьему взгляду, растерянности, даже страху застрявшему глубоко в угольных глазах, а затем рублю правду матку: — Я никогда не говорила что не хочу тебя. Ты самый желанный мужчина для меня. Но есть одно но, наши с тобой, желаю и хочу, различаются. Хосока мой ответ явно интригует, даже заводит, что видно по реакции ниже пояса. Остужаю его пыл легко, упираясь в грудь ладонью и пресекая домогательство на корню: — Чон Хосок, я никогда, абсолютно никогда не стану девушкой однодневкой для тебя. Ты можешь трахать все что движется и жить как тебе того угодно. Но добровольно без насилия и крови я тебе не дамся. Сказав все это разворачиваюсь. Но попытка уйти номер три тоже проваливается, он прижимается сзади, вдавливаясь в мою любимую юбку своим каменным стояком, обнимая за талию и опаляя ухо соблазнительным: — Чиминни, но я люблю тебя. Ты же знаешь это? «Ложь!» Болезненно пульсирует в моей голове. Это злит, очень злит. Поэтому я поворачиваюсь к нему медленно, совсем не отталкивая. Даже нежно беру его лицо в свои ладони, шепча ему в ответ: — Хосенька, я знаю тебя лучше чем ты себе представляешь. Знаю, с каким удовольствием ты убиваешь, какой тип девушек тебе больше нравится трахать. Знаю, что вообще не вписываюсь в твои стандарты, знаю что ты ненавидишь запах морского бриза и фасоль в десертах. Но еще лучше чем это всё, я знаю, что ты не любишь меня и еще кого либо. Только себя, мой дорогой друг, только себя. Мое касание его горячих губ выходит коротким, скользящим. В отличии от ударя лбом об его нос. Острая боль раздирает мой мозг, а взор услаждает его кровоточащий нос и тихое: — Блять…да сколько можно Чимин. Пожимаю плечами и теперь уже спокойно доходя до двери и берясь за ручку. Напоследок кидая небрежно: — Хосок, я стану твоей только при наличии трех факторов. — Ну и каких же? Сдается этот самец, зажимая нос и сверля мой тонкий стан звереющим взглядом: — Первое — Показываю палец — Брачный контракт. Второе — снова взметнувшийся из положения лежа палец — клятва верности в церкви. Ну и третье — задумчиво колочу третьим пальцем по губе, прежде чем выдать — Колечко вот на этом самом пальчике. Не мой король ночи замирает поражено. Явно с пропавшей способностью говорить, а я цокаю языком задорно. Потираю лоб и уже открывая дверь, прошу по-деловому: — Не беспокой меня хотя бы полгода, друг мой. Может за это время я смогу найти себе мужа и даже лишится девственности. Не хворай, Хосенька! С улыбкой, громко хлопаю дверью за своей спиной, явно будя пол отеля при клубе и забивая на это. Неспешным шагом иду по коридору, с довольным лицом трогая ключ от номера в кармане толстовки. Он не сможет догнать меня и это наверное идеально проработанный план. На самом выходе из клуба мне кланяются те самые два бугая, говоря с почтением: — Хорошей дороги, госпожа. Мы уже вызвали для вас такси! Пожимаю на это плечами, подбрасывая ключ карту от спальни их господина вверх, в шутливом тоне выкрикивая: — Я не ваша госпожа, мальчики. Ваш господин сейчас занят более привлекательной дамой чем я. Не беспокойте их до утра. Аривидерчи! Махаю им на прощание, падая на мягкое заднее сиденье желтой иномарки. Наконец-то прикрывая глаза, и прижимая колени к животу. Моя маска безразличия... спадает. Любить — это действительно больно, особенно такого подонка как он. Ухмыляюсь сквозь слезы, невольно царапая шрам на запястье. Эх, славные деньки всплывают в голове. Тогда я порезала вены чтобы Хосок наконец-то отстал и выпустил меня из своих чертовых покоев. С тех пор он поумерил пыл, а у меня на всю жизнь остались отметины и память. Люблю ли я его? — Да, несомненно Будем ли мы вместе? — Скорее нет, чем да! Жалею ли я о нашей встрече? — Нет, этот мужчина лучшее что было в моей скучной жизни. Хотя да, хэппи-енда у этих чувств не будет лишь скучное зэ энд или еще что похуже.