Защитник? Том 2

Серый песок бьёт в глаза, воет нагоняющий его на меня сильный ветер, песчинки забиваются в глаза и мешают, мешают мне смотреть. Песчинки выдуваемые ветром, проскальзывают между пальцев, давят на меня, отталкивают. Рука тянется к нему, еще немного, совсем чуть-чуть. Но наши руки несмотря на мои старания всё дальше и дальше. Он падает на колени, а голова без сил склоняется вниз. Меня отталкивает от него всё дальше и дальше, я кричу ему, я его зову срывая горло. Но он не слышит. Густая маслянистая тьма, стоявшая до горизонта, укрывающая землю и небо. Мир мерк и тонул во тьме, а он сидел на её границе, повернувшись к ней спиной. Она раскрывала свои огромные крылья, окружая ими поникшую фигуру. Пепел сыпется с его тела, оно тлеет, медленно сгорая во внутреннем огне, пожирающего его изнутри. Моя рука тянется к нему изо всех сил, но она не достает, а он уже не может. Тело в обожжённых прорехах, тлеющие угольки, и гладкая маска шлема, смотрящая вниз. Я кричу ему, зову. В ответ лишь неразборчивый хриплый шёпот. Тёмные крылья, распахнувшиеся во всю свою необъятную ширину, погребают его во тьме, засасывая в себя. Тьма поглощает его постепенно, даже медленно, но неотвратимо, а из неё смотрят огромные злые глаза, и скалятся острые зубы. Я его зову... - Видок! - прокричала я, вскинув руку к потолку. Сердце бешено стучит, из пересохшего горла вырывается сиплое тяжелое дыхание, одежда из-за пота прилипла к телу, а короткие до плеч намокшие волосы мешаются глазам. Это был лишь кошмар, в которое плавно перетекло возвращение с Пустоши. Рука только тянувшаяся вверх, упала на кровать, и с силой сжав одеяло скинула его в сторону, обнажая растрепанную ночнушку и влажное от пота тело. Приняв сидячее положение, я непонимающе осмотрелась вокруг, лишь через долгие секунды мне пришло понимание что я у себя дома. Поправив слипшиеся волосы, я опустила ноги на пол в поисках своих тапочек. Слегка заторможено одев их, я поднялась на ноги и еще раз осмотрела свою комнату. Большая кровать по центру с тумбочкой с каждого бока у стены, широкое окно справа от меня выходящее прямо на улицу с уже привычным видом с высоты восьмидесятого этажа, шкаф с одеждой, письменный стол, мягкие игрушки, аккуратно сложенные на полках, книги и другие безделушки обеспеченной молодой девушки из богатой семьи. На одной из стен висел плакат со старого сериала, на котором была запечатлена темноволосая воительница в кожаных доспехах и круглым диском шакрамом, держащей в руках. Из глаз потекли редкие слезы, которые не было сил и желания сдерживать, а рот сам собой скривился в гримасе злости. - Сука, дерьмо, твою мать. - взревела я во всё горло, подскочив к столу и со всей силы скинув с него все вещи. - Сука, су-ука. - материлась я, кидая подушку в стену, сдирая с кровати одеяло, опрокидывая стулья и кинув лампу с тумбочки в закрытое окно. Стекло с честью выдержало удар, даже не треснув от такого надругательства. А я даже не обратив на это внимания, ярилась еще больше ломая всё вокруг и с силой разбрасывая вещи. - Бля*ь, сука, сука-а! - кинула я свою любимую косметичку в стену, где она разлетелась на куски, не пережив такого удара. Дверь в мою комнату неуверенно распахнулась и внутрь заглянули две удивленные и немного испуганные молодые женщины, в одежде горничных. - Госпожа Ерлайн, что произошло? - решилась произнести одна из них. - Съе**лись на*уй отсюда. - взревела я, с раскрасневшимся лицом и бутылкой духов Selenion в руках, которую я только собиралась кинуть вслед за косметичкой. Ойкнувших в испуге горничных и след простыл, а я со внезапно появившимся злым спокойствием, тяжело выдохнула. Вся ярость и боль будто приутихла, высвободившись в яростном вопле, но в груди всё так же горела тоска. Аккуратно поставив духи на стол, я села назад на кровать, рядом с разорванной подушкой из которой по всей комнате разлетелся белый пух. Чертов кошмар, он будто всю силу высосал. Я ничего не могла сделать, ничего. Его рука просто рассыпалась пеплом, он велел убегать, Страж Врат в виде гигантского дракона атаковал нас. Я ничего не могла сделать. Но почему же тогда так больно на душе? С трудом сдерживая слезы, я пошла к своему ноутбуку, спрятанному внутри стола, хорошо что мне на волне гнева не пришло в голову и его разбить. Постоянно стряхивая капельки слез, я вспоминала какой этот мир реальный. В Пустоши не плачут. Там легко быть сильной и смелой, легче чем в этом мире. Там никто не увидит твоих слез. Очень хотелось вначале помыться, смыть с себя этот противный пот, постоять под холодным душем и расслабиться. Но мне нужно было поговорить, успокоить себя. А "обсудить" тот мир я могла только с одним человеком. Дождавшись загрузки операционной системы, я открыла программку и ткнула на иконку, с короткой записью "В сети" рядом. Секунду посомневавшись, осмотрев свою растрепанную ночнушку плотно облегающее взмокшее тело, я раздражённо фыркнула, сдувая челку с глаз, и пробежавшись к стулу накинула на тело халат, после чего осторожно подобрав осколок зеркальца, привела своё лицо и волосы в относительный порядок. Только после соответствующих приготовлений, я накинула на голову наушники с микрофоном и нажала кнопку "Видеозвонок". Ждать пришлось недолго, будто он только и ожидая его уже через секунду принял, а из экрана ноутбука на меня уставился молодой парень, с которым я только недавно виделась. - С добрым утром Ксена. - первым поздоровался он, тепло улыбнувшись. - Оно далеко не доброе Кас, а для кого-то уже давно не утро. У вас в Австралии уже полдень, если я правильно помню. - бросила я быстрый взгляд на часы ноутбука. - Чего такая хмурая? - не убирая улыбки, со всё тем же весёлым оптимизмом спросил он. - Жизнь прекрасна и ей нужно радоваться. Хм, - нахмурился он беспокойно. - Или что-то произошло, ты какая-то слишком несчастная. Мысленно цыкнув на этого глазастого, который всё же смог заметить моё не самое лучшее эмоциональное состояние, я перевала тему, пока он не углубился в своих размышлениях дальше необходимого. Иногда он просто как наседка. - Хорошо всё. Давай лучше поговорим о недавнем бое. - Прям так и поговорим. - удивленно вскинул брови он, помня о запрете бесед о Пустоши. - Не придирайся. - прикрыла она глаза в раздражении, её даже этот намек на сарказм начинал бесить, она была явно не в духе. - Ты понял, что я имела ввиду. - Хм, всё что я могу сказать, так это то, что всё закончилось весьма неожиданно. - медленно сказал он, подбирая слова. - Большего ты от меня не услышишь, запрет, все дела. То что я говорю, уже максимум, потому что мы как бы из одной часовой линии. - Неожиданно? - угрожающе зашипела я. - Ви..па..мм, бл*ть. - грохнула она рукой о стол, когда не смогла произнести имя, после чего фактически прошептала в микрофон. - Он погиб. - Бывает. - равнодушно пожал плечами Кас, сразу догадавшийся о ком идет речь. - Но, он погиб неправильно... черт, черт, черт. - разозлившись начала я бить ногой по стене, из-за невозможности сказать еще хоть что-то. Я хотела получить успокоение, но только еще больше злюсь. Почему я вообще о нём начала говорить? Понятно же что из этого ничего путного не выйдет. Но нет, же... - Ерлайн, ты... - Ксена! - вперилась я тяжелым взглядом в Каса. - Не называй меня по имени. - Ладно, ладно. - успокаивающе поднял руки Кас, уже привыкший к таким закидонам. - Я просто хотел сказать, что ты сильно... беспокоишься о нем. И сильно злишься. Перекошенное в ярости личико конечно у тебя тоже милое, но когда ты улыбаешься, намного лучше. - опять он успокаивающе улыбнулся. Ох, Кас, твои комплименты сейчас меньшее что мне нужно, но за попытку спасибо. Хотя я знаю почему ты это делаешь. Трудно скрыть это от Следопыта в Пустоши, не такие сильные чувства. - Просто... ладно. Забьем. - вздохнула я глубоко, прогоняя воздух через легкие, практики в медитации полезны не только для магии. - Поговорим на более отвлеченные темы. - дождавшись пока она успокоиться, улыбнувшись, начал говорить Кас. - Нам нужно больше положительных эмоций. - Хорошо, хорошо. - начала я успокаивать свою буйную натуру, многие спартанцы сильно бы удивились, узнай, что я не только та еще матерщинница, но очень резко распаляюсь эмоционально, хоть и успокаиваюсь так же быстро. Родители называют меня чистокровным холериком, с огоньком в крови. Быстро распаляюсь эмоционально, и так же быстро успокаиваю свой темперамент. В Пустоши почему-то намного проще сдерживать свои порывы, то есть конечно не так уж и "почему-то", причина известна. При Видоке, как-то не хочется, истерить. А если вспомнить как говорят некоторые одноклассники и недоброжелатели, показывать свою натуру бешеной ведьмы. При нем как-то... смутившись от своих мыслей, я переключила внимание на разговор с Касом, он умеет успокоить человека, этого у него не отнять. И терпение у него ангельское, как он еще меня терпит всё это время. Но расслабленный разговор не продлился долго, через двадцать минут пришла расплата за мой яростный темперамент при пробуждении. - Ерлайн. - произнес тяжелый грозный голос от двери в мою комнату. - Всё, потом поговорим. - быстро закруглила я разговор с вдохновенно рассказывающим смешную историю Касом. - Как это понимать? - обвел взглядом разруху в комнате отец. - Ты снова за своё? Сняв наушники, я аккуратно положила их на стол и чинно поднявшись со стула, состроила как можно более невинное и чуть виноватое лицо, повернулась к отцу. - Прости. Мне приснился кошмар. - чистую правду сказала я, из-за него же я так разозлилась. - Кошмар? - вкрадчивым тоном повторил он. - Из-за него ты ругалась как какая-то... безкультурщина. - сдержал он позыв выразиться более ёмко. - Накричала на служанок и превратила свою комнату в настоящее побоище? Невзначай осмотрев свою комнату, я подметила что побоище не сильно то и напоминает, ни тебе воронок от взрывов, ни трупов существ, ни... боже, в кого я превратилась. - Мне казалось, что наша прогулка в развлекательный парк тебе пошла на пользу. Я вырвал время из своего графика для этой поездки, и это твоя благодарность мне. - поднял он с пола разорванную пополам игрушку, купленную им к слову в том же парке. Черт, неудобно получилось, да и когда этот парк был, уже и не упомнить. - Прости, я... кошмар был очень неприятный. В нем..., - я замялась, подбирая слова так, чтобы запрет Калиара не сделал меня временно немой. - умер дорогой мне человек. От собственно сказанных слов самой же стало как-то неуютно. Прозвучали слова больно уж лично, будто это и правда кто-то сильно дорогой мне. Видок конечно важный человек, друг и всё такое, но блин, нашла время думать об этом. - Кошмар. - уже задумчивее повторил он. - Думаешь нам снова стоит сходить к психотерапевту? - Нет, думаю не нужно. - опустила я голову пониже, добавив в голос плаксивости, должно сработать. - Это. - обвел он пальцем комнату. - Ненормально. Мне нужна спокойная и уравновешенная дочь, которая не будет ломать всё вокруг, материться и... бросаться на людей. - добавил он одно из моих последних прегрешений, Спарта в какой-то степени на меня плохо повлияла, научила драться. Привычно подавив вспыхнувшее раздражение на слова "нужна", прекрасно понимая подоплеку этих слов, я продолжила его додавливать. - Я же чистокровный холерик, с огоньком внутри. Ты сам так говорил. - как можно беззащитней помяла я края халата. - Успокоюсь со временем. - Очень надеюсь на это. - покачал он головой. - И так же я очень надеюсь, что мне больше не будут звонить перепуганные горничные на работу со словами что моя дочь сошла с ума. Вот это я старым клушам припомню, всего месяц у нас работают, а уже смеют меня психичкой называть. Я конечно не подарок, но такое. - Такого больше не будет. - подняла я виноватый взгляд на отца. Пару мгновений посмотрев на меня, не меняясь в лице, он тяжело вздохнул и бросив порванную игрушку на пол пошел к двери. - Я возвращаюсь на работу. - закончил он разговор. Как только отец отошел достаточно далеко чтобы звук его шагов утих, я на цыпочках подошла к двери и плотно их закрыла. Вся вина и напускная скромность тут же слетела, явив миру усталую или даже можно сказать несколько замученную последней лекцией девушку. Сдув челку с глаз, что всё это время добавляла моим словам больше драматизма, я рассеяно подумала, что в Пустоши даже живётся свободнее, ни тебе притворства перед кем-то, ни всех этих этикетов-шметикетов. Я конечно не какая-то там дикарка или хулиганка, но строить из себя пай девочку как того требует отец, часто весьма утомительно. И выходит это у меня не всегда, всё этот характер. Побыстрее бы в Пустошь, узнать как идут дела... и что там с Видоком произошло в самом деле. Ну не рядовое же событие. Осмотревшись по комнате, я чуть мстительно улыбнулась и направилась к выходу. Пусть эти предательницы тут всё убирают, чай не первый раз свой темперамент показываю, сразу отцу ябедничать. А я пока пойду душ приму, уже пропиталась этим потом. И одежду в стирку. Весь день насмарку.