Исповедь

- Я вызвал вас сюда, чтобы исповедаться, падре, - Гавриил сидел у себя на кровати и смотрел на, вошедшего в комнату, священника. Отец Сэмюэль выглядел довольно молодо, в сутане еще и очень красиво. Она ему и вправду шла, в отличии от многих его «коллег». Падре медленно прошел вглубь комнаты и сел рядом с Гейбом. - Как же так? На вид вы невиннейший ангел, сын мой, - Сэм по отечески улыбнулся, посмотрев исповедующемуся прямо в глаза. «Архангел» - исправил Гавриил про себя и продолжил свою речь. Но для начала он вздохнул, отвел взгляд, а после снова посмотрел на священника. - Я стал слишком грешен для такого нежного существа, как человек. Я, - Гейб перевел дыхание и снова продолжил говорить, - я влюбился, падре. Влюбился безоговорочно и сильно. Священник приподнял бровь, чуть улыбнувшись: - И что же тут грешного, сын мой? Мы все влюбляемся и это прекрасно. - Я люблю вас, отец. И мечтаю согрешить с вами, искупляя все свои грехи, - архангел услышал, что его голос стал более хриплым. Он провел рукой по коленке святого отца. - Согрешив, искупить грехи никак нельзя, дитя мое, - Сэмюэль положил руку на плечо грешнику, слегка покраснев. – Да и я дал обет безбрачия. - Но, падре… Согрешив с вами, я смогу спокойно умереть, зная, что почувствовал высшее наслаждение, - архангел стал дышать чуть чаще и тяжелее, а его рука пошла вверх, накрыв пах святого отца. – Спросите ли вы, не против ли мой.. наш Отец Всевышний? Я могу ответить за него. Он не против. Я молился ему, думая о вас. Последнюю фразу Гавриил прошептал прямо на ухо Сэму. Член уже болезненно упирался в ширинку джинсов. Гейб сам себе удивлялся. Простой разговор, а он уже готов кончить в штаны, как подросток, что впервые увидел голую грудь. - Но как же мой обет? Если я согрешу, то не смогу больше называться священником, - падре прикрыл глаза. Он чувствовал, что такие речи заводят его. И, хоть он и пытался остыть, но руки Гавриила сильно мешали этому. - Я дарую вам новый обет. И Бог простит вас, я уверен, - архангел шептал Сэмюэлю прямо в губы, не торопясь его целовать. Он провел рукой по ощущаемому под одеждой члену, чувствуя как тот пульсирует. Гавриил понимал, что мужчина хочет его так же, как и он его. - Как же я могу верить тебе, сын мой? Может ты демон, посланный проверить меня? – Сэм еле держался, чтобы не застонать. - Вы абсолютно правы, отец. Но я ангел, посланный сорвать с вас эту сутану и дать вам волю. Отец разрешил, - может падре и мог терпеть, а вот Гавриил привык получать все и сразу. Он шептал все это прямо в губы священнику, кладя вторую руку ему на грудь и проводя ею вверх. – Вы не чувствуете, как рядом летают амуры и готовятся нанести последний удар в мое израненное сердце? - Я даже слышу их крылья, - Сэм чувствовал, как сердце бешено бьется в груди, а член пульсирует в трусах. - Господь восславит наш союз. Так прошу, дайте мне разрешение стянуть с вас эту сутану и ввергнуть в пучину наслаждения, - Гейб уже касался своими губами губ падре. После он легко провел языком по ним, прося раскрыться. - Я позволяю тебе, сын мой, - Сэм сглотнул. Было просто невозможно терпеть весь этот соблазн, когда вот он, перед ним. - Отец, вы так щедры… Гавриил нежно и мягко начал целовать уста священника и медленно, так же тягуче, углублять поцелуй. Архангел почувствовал, как падре обнимает его за шею и услышал, как он тихо простонал в поцелуй. Это сводило с ума, но Гейб продолжал делать все медленно и нерешительно, ведь это все же священник. Это была страсть, смешанная с робостью. Два таких несовместимых понятия, но они так прекрасно взаимодействовали. Когда падре выгнулся, Гейб поймал момент и прильнул к небольшому месту на шее, что не закрывал воротничок. Он еле касался губами Сэма, но это все еще сильнее возбуждало святого отца, что чувствовалось по его легкой дрожи слегка прикрытым глазам. Архангел медленно поднял руку с груди и расстегнул у своего священника воротничок, тихо прошептав: - Он мешается, святой отец, - теперь было больше места для легких поцелуев. Гавриил провел языком от кадыка до уха Сэма и легонько прикусил его за мочку. Падре громко простонал и снова выгнулся. Его дыхание стало тяжелым и рваным. Похоже, архангел нашел эрогенную зону святого отца. - Ничего, сын мой, продолжай…. Гавриилу показалось, что через него электрический заряд пустили, когда Сэм заговорил. Голос был таким сексуальным, слегка хриплым от возбуждения. Опомнившись, архангел медленно начал расстегивать сутану и целовать такого податливого священника туда, где секунду назад была пуговица. Избавившись от столь ненужной сейчас одежды, Гавриил уложил Сэмюэля на спину и прильнул к его груди, посасывая один сосок, а пальцем он играл со вторым. - Молю, не томи так, - по тяжелому дыханию Сэма и потому, как он слегка выгибался навстречу ласкам архангел, можно было понять, насколько он возбужден. - Вы не молите, - хитро произнес Гавриил, отвлекшись от груди мужчины. Он взял его руку и положил на свой пах. Даже через одежду можно было почувствовать, как член архангела пульсирует от крови, что наполнила его. – Чувствуете, я же ожидаю. Будьте терпимее, отец Сэмюэль. Гейб слегка подался вперед, в руку Сэма, и тут же убрал ее, заводя ее за голову вместе с другой его рукой. Да, он был жесток по отношению к Сэму, не давая его возбуждению вырваться наружу. Но разве не был жесток к нему этот священник, что был настолько податливым и сексуальным в данный момент? Гавриил, наконец, и сам избавился от своей одежды, оставшись в одних боксерах. Он наклонился к ногам Сэмюэля и начал целовать чувствительную зону на внутренней стороне бедра, посасывая и оставляя красные отметины. Гейб абсолютно игнорировал самый возбужденный орган мужчин. На его трусах уже было пятно от смазки, что так и сочилась от возбуждения. Вдоволь назабавившись с ногами падре, Гавриил все-таки стянул с Сэма трусы. - Отец… Вы позволите? – тихо прошептал на ухо Сэмюэлю Гейб и поцеловал прямо за мочкой. - Делай то, что считаешь нужным, сын мой, - Сэм не совсем понимал, что именно собирался делать Гавриил, но мешать ему он точно не собирался. Сейчас падре хотел только того, чтобы их тела соединились в более порочном смысле, чем поцелуи. Священник почувствовал, как архангел смазанным заранее припрятанной смазкой пальцем вошел в него. Мужчина прикусил губу. В этом плане он был девственником и ему было совершенно неприятно. Когда Гавриил наклонился и поцеловал его, то падре тут же ответил на поцелуй, обняв его за плечи и стараясь отвлечься от пальца внутри него. Вскоре Сэм почувствовал, как добавился еще один палец и то, как Гавриил начал двигать ими в нем, растягивая его анус. Святой отец прикусил губу Гавриила, не в силах отвлечься от дискомфорта внутри него. И вот, Сэма тоже будто ударило током, только намного сильнее и приятнее – Гавриил нашел простату и нажал на нее, слегка массируя. Священник выгнулся, прижимаясь к Гавриилу, и застонал. - Вы так красиво стонете, падре, - Сэм услышал этот голос будто через туман. Он ощутил, как в него вошел еще и третий палец. Неприятные ощущения начали понемногу исчезать и вскоре мужчина и сам начал немного насаживаться на эти пальцы, двигая бедрами. Но пальцы исчезли, а вместо них к анусу мужчины Гавриил приставил свой член, что тоже смазал тем любрикантом. Когда Гейб начал входить в него, Сэм подался бедрами назад, вцепившись ногтями в плечи архангела. Падре прикусил губу, чтобы не чертыхнуться. Гавриил остановился, и Сэм сразу же это ощутил. Он постарался расслабиться и, как ни странно, у него это получилось. Падре глубоко дышал. Он кивнул Гавриилу, чтобы тот продолжал. Гейб начал двигаться, почти сразу ускоряясь. Сэмюэль вначале не стонал, он почти кричал от того, как больно это было. Но в то же время это было и безумно приятно – при каждом толчке член Гейб задевал заветный клубочек нервов, от чего у Сэма перед глазами мигали огоньки. Вскоре все же привыкнув к заполненности внутри, Сэм начал постанывать в такт толчкам Гейба. Видимо, того заводило это еще сильнее и он резче начал входить в священника. Но все это время член падре оставался без внимания. Поэтому святой отец старался приподнять бедра, чтобы хотя бы потереться им о живот архангела, так как тот снова завел его руки за голову и придерживал своей. Но даже этого у бедняги не получилось – Гейб упирался второй рукой Сэму в бедро. Но мучался Сэм недолго. Гавриил наклонился к нему и прошептал прямо на ухо, продолжая двигаться в нем: - Вы такой горячий, падре. Такой тугой и узкий… Гейб наконец терся животом о член Сэмюэля, а потому священник выгнулся и кончил с громким стоном. Гавриил кончил буквально сразу же после падре, так как больше не было сил держаться дальше. Он излился в Сэма, после выйдя из него и ложась рядом, тяжело дыша. - Чтобы. Я. Еще раз. Согласился. На ролевые игры с тобой, Гавриил Стивенсон! – Винчестер перевернулся на живот, так как задницу нещадно саднило.