Жестокий романс

       Варвара стояла на краю пристани, молча устремляя свой взор в горизонт, за который вот-вот должно было зайти алое солнце. Последние лучи тепла попали на мягкую кожу щеки, согревая и подбадривая. Полы дорогого, с элементами Михайловского кружева, платья, развивались от прохладного бриза. Красивая повязка на голове с тем же орнаментом, что и на платье, почти слетала, обнажая густые, завитые у лба золотисто-каштановые пряди. Ветер подул сильнее, отчего подобие чубчика улетело с головы. Варя резко подалась вперёд, надеясь ухватить подарок от любимого ею парня, но все попытки окончились неудачей: повязка плавно опустилась на гладь воды, оставляя за собой расплывающиеся гипнотические круги. Течение унесло её за бухту. Как же Варе хотелось быть на месте этой несчастной тряпки! Просто взять, не слушая никого, собраться и уйти из этого города, чтобы не терпеть унижений… Но как можно…?        Варвара горько сглотнула, провожая глазами солнце. Тонкая полоска спасительного света исчезла, оставляя девушку в тени.  — До утра, солнышко, — Пролепетала девушка, подбирая полы. — Завтра снова свидимся.        С этими словами она пошла обратно в дом, где её мать собрала всех знатных людей, дабы устроить свою дочь за кого побогаче, а самой поправить бюджет их небольшой семьи. Было их всего двое: Людмила да Варвара. Две сёстры её умерло от рук неблагородных мужей, а отец усоп давно. В память о нём у Варвары был старый лоскут его рубашки, в котором он впервые взял девочку на руки. И в последний.        Как только Варя зашла во двор своего дома, все гости обратили внимание на хозяйку дома.  — Рады Вас видеть, Варвара Викторовна, — Начал, видимо, кто-то из её будущих женихов. Дама сразу же узнала в нём Ветерка — сына самого богатого купца в этом городе. Его Варя откровенно презирала. Она вяло улыбнулась, присела в реверансе. Отойдя от него, она наткнулась на другого.  — Варвара Викторовна, моё почтение! — Попросил её руку другой кандидат — Шикан. Варя понуро опустила голову, позволила ручку. Снова присела в реверансе, ускоряя шаг. Ей было неприятно видеть все эти лица по сто раз. Когда до дома оставалась лишь пара шагов, её за рукав поймала мать.  — Милочка, куда ты?  — Мне тошно тут, мама. Я пойду в дом.        И, вырывая руку, девушка спешно скрылась, оставляя мать вздыхать.        В доме было всё обставлено по моде, дорого. Варвара провела рукой по резному камину, вдыхая аромат горелых берёзовых дров. Она запрокинула голову назад, коротко поднимая уголки губ. Чьи-то шаги и скрип о половицы вывели Варю из состояния блаженства. В темноте появился силуэт, лишь слегка подсвечиваемый свечами. Никто чужой сюда бы не смог пробраться, поэтому она думала, что это новый парень, который решил узнать деву поближе.  — Варя, напугалась?  — Сашенька! — Варя подошла к нему так быстро, на сколько позволяло это чёртово платье. Она рьяно обняла друга детства, прижимаясь щекой о его мускулистую и вкусно пахнущую грудь. — Я думала, что ты оставишь меня здесь одну, среди этих охотников на лёгких девушек! — Голос её погрустнел. Она знала, что не была такой уж богатой невестой: приданого не было, мать всё испустила на вещи да заморские продукты. Куча женихов была разве что из-за славы фамилии, красивого лица и стройного, нетронутого тела девушки. Каждый хотел быть первым, каждый хотел завладеть юной девой, у которой всё молодо, красиво, привлекательно. Варя знала, что её ждёт похожая судьба своих сестёр: Людмила, отчаявшись, решила выдать своих старших дочерей за богатых людей. Сначала всё шло отлично, но потом каждая из них узнала, что была вовсе им не женой, а любовницей. Мужья были не из верных, использовали, содержали, дарили побрякушки, но не более. Просто развлечение. Кому было охото такой судьбы? Ни одной из них. Но жажда денег и былой власти ослепили Людмилу, и она принесла большую жертву за то, чтобы понять, как можно жить. Слишком дорогую цену заплатила она.

***

       Александр был единственным другом Вари, да и всей небольшой династии Ветровых. С ним она часами гуляла по берегу моря, у которого был расположен их городок. Он всегда помогал ей преодолевать невзгоды, урезонивал Людмилу, помогал средствами. Варя знала, что Саша ей — как брат, и в обиду никогда не даст. Она смотрела на него с восхищением.  — Спасибо, что увёл с этого цирка. Каждый раз мать приводит в дом невесть кого, устраивает смотрины. Как же мне душно, тесно в этом мире, Саша! — Стонала Варя, цепляясь руками за горло. — На меня смотрят, оценивают, будто я птичка в клетке на рынке! Я словно товар, за который торгуются! Это же безбожно! — Она уткнулась носом в плечо Саши, горько рыдая. Было темно, они сидели за пару дворов от дома, освещаемые неплохим рыжим фонарём.  — Будто твоя мать не натерпелась. Словно она не поняла, что нельзя выдавать замуж против воли! — Шипел он, водя рукой по гладкой спине девушки. Варя понемногу успокаивалась. — Пора домой, сейчас все эти пьяницы разбредутся. Я тебя провожу.  — Спасибо тебе, Саша! Ты мой единственный смысл жить!        И под новые добрые фразы они пошли к дому Ветровых. Варвара пробралась через окно, зашла к себе на этаж и легла, будто и не покидала свою комнату. На прощанье махнув рукой Саше, она погрузилась в сон.

***

       На следующий день Варвару снова причесали, дорого одели и отвели вниз, где ждал какой-то гость. Мама говорила, что это один из вчерашних гуляк. Варя натянула улыбку и вошла во дворик.        За белым столом сидел Шикан. Варя его немного уважала, но и не любить было не за что. Она была к нему нейтральна. Поклонившись, Варя присела на стул напротив гостя. Мать удалилась.  — Снова здравствуй, свет моих очей.  — Здравствуйте, Шикан. Отчего же Вы решили навестить нас?  — О, моя дорогая, у меня очень веская причина. Помнишь ли ты барина Князева? Владислава? — Начал он, а сердце Вари пропустило удар. Она кивнула. — Так вот, я выкупил у него половину имения и его теплоход. И приглашаю тебя на это торжественное событие. Целую неделю мы будем бороздить море у берегов, совершать прогулки по соседним территориям! — Он мечтательно развёл руками. — Ты согласна, только скажи.        Одна лишь мысль о том, что она сможет свидеться с Владиславом Андреевичем грела её забитую в горе душу. Варя бездумно кивнула.  — Благодарю вас, о милая. Завтра я зайду за вами в это же время, — И Шикан, откланявшись, ушёл. Варя побежала рассказать всё матери и, на удивление, та была в радости оттого, что её дочь в списке приглашённых.

***

       Огромный теплоход «Мария» спустили на воду. Отовсюду послышались громкие крики и восклицания, везде горели на борту свечи, венками распиханы цветы. Варю это радовало, она улыбалась, словно не было всех этих тяжких лет. И вот всех просят пройти на борт, ведь самые сливки этого общества уже сидели внутри, наслаждаясь изысканной пищей и дорогим вином, охлаждённом во льду.        Варвара махнула на прощание матери, тепло обняла Сашу, и, потащив его за собой, поднялась на трап. Этот трап казался ей новой частью в её жизни. Она поняла, что похожа на ту прекрасную повязку, которая так же необратимо уплывала в горизонт.        Внутри был огромный зал, увешанный лентами. Её глаза давно не видели такого шика, величия и света. Она прошла глубже, где была еда. Внезапно на её хрупкие плечи легли сильные руки. Она вздрогнула.  — Не бойся, Варечка, это я.        Этот голос она различит из тысячи похожих. Варя резко развернулась и увидела перед собой его — Влада. Снова те же лохматые чёрные волосы, всё те же дорогие сапфиры вместо обычных глаз человека. Он с порывом поцеловал её в алые губы, которые не успели высохнуть из-за слёз, пролитых ночью. Как же она скучала по нему.  — Мне надо сообщить тебе весть. Меня связывают цепи. Нет, кандалы.  — Я разделю с тобой любую ношу! — Пролепетала Варя, держа в руке его ладони.  — Я обручён, Варя.        Внутренний мирок рухнул, цепи оторвались, сердце замерло, дыхание сбилось. Из глаз брызнули слёзы.  — Как же… Что же вы молчали?! Это же бесчеловечно! Бесчеловечно! — Повторяла и повторяла она, прерывисто ловя губами воздух. Влад же просто ушёл, словно эта игрушка ему и впрямь надоела. Варя же долго содрогалась в рыданиях, а когда её глаза выцвели, она вошла в центральный зал, не подавая виду.        Помимо бывшего владельца этого судна, присутствовал сам Шикан и… Ветерок. Что этот неудачник забыл на борту «Марии» она не знала. Но зато знал он — ему нужна была она.        Варвара сидела в стороне, у окошка. Влад и другие бояре сидели у стола, около которого вились собаки.  — Надо же, впервые я на этом судне в роли гостя, — Мрачно проговорил Владислав, косясь на довольного Шикана, возле которого сидели девушки из цыганского табора и пели на уши песни.  — Вам, как гостю, «Мария» всегда рада, — Шикан не любил конфликты, потому всё свёл на нет.

***

       Гости попросили Варвару спеть. Она выходила и уходила, пела, танцевала на заказ. Её сжимало, давило внутри, но с собой ничего не могла поделать. Нельзя разочаровывать столь влиятельных гостей.        Когда ей стало тяжко, она вышла на палубу, подышать морским воздухом, посмотреть на вольных чаек, что рассекали своими крыльями воздух. И тут ей не было покоя — сзади снова кто-то был.        Этим гостем оказался Ветерок. Он подошёл к ней со спины, прижимаясь всем телом к дрожащей деве. Он сжал кисти её рук, не давая ей шанса на выход.  — Я дам тебе всё, что ты хочешь. Ты будешь счастлива со мной, — Прошептал он ей на ушко, заодно прикусывая мочку. Варя дрогнула сильнее. — Просто скажи мне да, и я избавлю тебя от мук.  — Вы мне противны! — Девушка начала выбиваться, но это выходило слабо.  — Да очнитесь же вы! Они все смотрят на вас, как на вещь! — Выпалил он, разворачивая корпус Вари к себе.  — Вот оно! Найдено мне пристанище! Я не человек, я — вещь ! — Она вырвалась, потирая кисти. — На меня смотрят, как на забаву ! — Варвара сошла на крик, убегая от полоумного Ветерка, что нёсся следом. — Я не нашла любовь, так буду искать золото! — Вопила она, глотая тонны слёз. Пробегая мимо столбом стоящего Саши, она прижалась к его рук грудью, моля о защите. Но он стоял неподвижно.  — Что с тобой, Сашенька? Помоги же мне!  — Я дал слово. Купеческое. Какой же я купец, если слово нарушу, — Он выпутался из рук Вари, печально окидывая её взором боли. — Прощай, — Он оставил влажный поцелуй у неё на щеке, уходя вглубь. Варя уж было пустилась следом, но её вновь поймал Ветерок, повалив на палубу.  — Уйдите! Уйдите! — Стонала она, в то время как Ветерок резко, словно волк, целовал и кусал шею, ключицы девушки.  — Они оскорбляют вас! — Шикан оторвался от искалечивания девушки.  — Самое худшее оскорбление для меня — это ваше покровительство! — Варя столкнула с себя обезумевшего парня, убегая к корме.        Из-за внутреннего кармана Ветерок достал пистоль, заряжая на одну пулю.  — Так не доставайся же ты никому!        Прозвучал выстрел. Чайки, сидевшие на крыше «Марии», взмыли вверх густой тучей. И перед тем, как упасть, оставив на палубе алое парно крови, Варвара вымолвила, глядя в последний раз на голубое вечернее небо:  — Благодарю…