Одержимые

Эмма глубоко вздохнула и, повернувшись, продемонстрировала дверную ручку. Эмоции были смешанными. Она наконец-то смогла найти причину уйти, а здесь такая подстава. Реджина сразу приметила то, что у блондинки не хватает смелости даже поднять глаза. Брюнетка бесшумно выдохнула, продолжив намыливать пятно.  — Я забыла сказать, что здесь дверь неисправна. Ее нужно закрывать особенным способом и сильно не дёргать, — пробурчала Реджина.  — Замечательно! И как нам теперь отсюда выбраться?! Лицо Эммы четко выражало недоверие. Странно это как-то.  — Никак. Придётся ждать подмогу, — нейтрально ответила Миллс, поглядывая на реакцию блондинки. Та лишь эмоционально держалась руками за голову, тяжело смотря в пол.  — А мы можем что-нибудь сделать? Эмма топталась на месте. Она не знала, куда себя девать. А факт того, что с этим ничего нельзя сделать, усугублял положение. Блондинка начала метаться из одного угла в другой, а ее голова слегка кружилась. Наверное, это один из явных симптомов клаустрофобии.  — Увы, но нет, — безразлично ответила Реджина, рассматривая внимательно ткань.  — Черт! — не выдержала Эмма, — что нам просто ждать до того, пока кто-нибудь не захочет в туалет?!  — Нет, мы можем перебегать из угла в угол туалета и вопить, обсуждая неисправность ситуации, — закатила глаза брюнетка. Реджина прекрасно знала, что так случится. Никто не в состоянии первый раз правильно закрыть эту дверь, и этим Миллс всегда пользуется. Время шло. С момента их разговора прошло около пяти минут тишины. Реджина торжественно встряхнула платье, которое ей все же удалось спасти от злосчастного пятна.  — Не волнуйся, Свон. Долго ждать не придётся. У Эмили отменные напитки, — усмехнулась Миллс.  — Откуда такое спокойствие? Мы заперты в туалете в разгар вечеринки. Ты вообще в белье. А из-за громкой музыки нас никто не услышит. Сами открыть никак не можем?  — Если тебя так смущает мое белье, я могу его…- начала Реджина, а когда словила серьёзный взгляд Свон, добавила: — прикрыть полотенцем.  — И сколько же раз ты здесь застревала? — загадочно спросила блондинка.  — Раз пять. А может шесть… Точно не помню.  — Неужели все случайно?  — Нет конечно. Я застревала не одна, — приподняла брови Миллс, но тут же продолжила, заметив подозрение, написанное на лице Свон, — но в этой ситуации я правда забыла сказать. Эмма все же подняла глаза на брюнетку, когда та придерживала платье так, что ее тела не было видно.  — Нужен фен.  — Знаешь, я думаю, мы можем хорошо провести время здесь, — неожиданно выдала Реджина, поднимая взгляд на Свон. Она все ещё придерживала красную ткань, прикрывающую взор. Эмма не успела ответить, как что-то загудело в кармане ее куртки. Она незамедлительно достала телефон и ответила на звонок.  — Сабрина, — устало протянула Свон.  — Неужели? Ты все ещё помнишь мое имя.  — В чем дело?  — Я на выходные переезжаю к тебе, ты же не против? Родители уезжают на какую-то экскурсию.  — А одна пожить не можешь? Ты же у нас такая ответственная.  — Увы, они не дали мне выбора. И тебе тоже кстати.  — Просто замечательно.  — А ты где сейчас?  — В туалете, — безразлично ответила Эмма.  — Я не вовремя? — усмехнулась Сабрина.  — Я не одна.  — Настолько не вовремя?! Ты там с кем?  — С женщиной, — хмуро продолжила Свон. В трубке повисло недолгое молчание.  — Ого, а я не знала, что ты у нас с женщинами.  — Я не с женщинами. Мы заперты в туалете. Она полуголая сушит платье, а я страдаю припадками боязни замкнутых пространств, — не выдержала Свон.  — Когда ты успеваешь попадать в неприятности? — иронично протянула сестра. — Ладно, если что, звони. Сабрина бросила трубку.  — Твоя сестра? — заинтересовалась Миллс, поднося платье к автоматическому фену на стене.  — Да, — сухо ответила Свон. На ее лице считывалось уныние высшей степени.  — Да ладно тебе, — Миллс в поддержку улыбнулась, а затем натянула на себя уже сухое платье.  — Как ты так быстро его высушила?  — Я уже не раз здесь сушу платье, — улыбнулась брюнетка. Миллс медленно начала подходить к Свон на близкое расстояние, пока между ними не осталось каких-то десять сантиметров. Воспользовавшись тяжёлым состоянием блондинки, она максимально нежно положила руки на талию, отводя Эмму к стене.  — Что ты делаешь? — Эмма смотрела с серьёзным лицом, пока не почувствовала сильный жар между ног, когда рука Миллс прошлась ниже, останавливаясь на бёдрах блондинки. Эмма взяла ее теплые руки в свои, отведя в сторону, но не прерывая контакт глаз. Она держала руки Миллс в своих ладонях, не давая той возможности прикоснуться. Реджина азартно заулыбалась, ее глаза опустились на сладкие губы блондинки, и она жарко облизнула свои в предвкушении. Внезапно послышался звук открывания двери. Девушки шелохнулись, отходя друг от друга на безопасное расстояние. Тогда, из двери вышла Эмили.  — Все нормально? — она обеспокоено посмотрела на Эмму, которая быстрым шагом направилась к двери, а в ответ на вопрос коротко кивнула.  — У неё клаустрофобия, — выдала Реджина, когда след блондинки уже простыл.  — Ты ее не тронула? — выразив предупредительный взгляд, спросила Эмили. Реджина строгим шагом направилась на выход.  — А это уже не имеет значение, — недовольно кинула Миллс, оказавшись совсем рядом с Эмили, а после чего и вовсе скрылась вслед за Свон. Эмма быстро нашла Мэделин, которая стояла у напитков за барным столиком. Та сразу же приметила блондинку, вяло садящуюся на табурет.  — Можно виски. Ее тяжелый взгляд, наполненный разными мыслями, тут же заметила Мэд. Она достала с полки шотландский виски и поставила рядом с Эммой, подставляя к напитку два бокала.  — Поговорим? — заботливо предложила девушка, присев на соседний табурет.  — Давай просто выпьем, — сухо ответила Свон.  — Дело в Реджине?  — Она заставляет меня испытывать странные чувства, это настораживает. Мэделин прекрасно понимала, о чем говорит Эмма. Она знала всех, кто связывался с Реджиной Миллс, но она также хорошо знала, что Миллс никогда не изменится. Свон не будет очередной ее марионеткой, и они обе уже это поняли.  — И что же вы делали, — довольно спокойно спросила Мэд.  — Ничего. Мы там много времени не провели, — пробурчала Свон. Мэделин понимающе кивнула. Любой человек, которого хочет Миллс, всегда оказывался в ее руках, полностью в ее владениях. Вряд ли это допустит Эмма. Слишком гордая для такого.  — Их было много?  — Ты про кого?  — Ее любовниц.  — Если женского пола, то где-то пятнадцать минимум.  — И неужели никто… ?  — Никто не мог устоять. И ты не сможешь. Но времени потребуется больше, — задумчиво протянула Мэд.  — Ты не вселяешь уверенность, — иронично пробурчала Свон.  — Это правда, Эмма. Ты может и гордая, но инстинкты… никто не устоит.  — А ты?  — А у меня отец ее начальник, — усмехнулась та. К столу подошёл Филл Миллер. Он деловито сел за стол, повернувшись к дамам и выдал:  — С Днюхой, Мэдди! — его ямочки сразу показались на лице, а глаза весело блеснули.  — Спасибо, Филл, — она любезно улыбнулась.  — Почему вы здесь сидите? В гостевой все собираются играть в «правда или действие». Вы будете?  — А почему бы и нет? — Эмма беззаботно встала из-за барной стойки и вместе с Филлом и Мэд направилась в сторону гостевой. Вход в гостевую обеспечивался аркой. Огромная комната, включающая в себя много игровых зон, находилась за лестницей, ведущей на второй этаж. Светодиодный фиолетовый свет и пара настенных ламп являлись единственным освещением в комнате. Но, к удивлению, в помещении было довольно светло и пахло корицей. За огромным овальным столом разместилось пять человек. (Эмили, Лили, Реджина, Лео и Макс) Остальные гости не так близки, а скорее и вовсе пришли ради выпивки по объявлению «вечеринка для всех!»  — У нас новые игроки! — обрадовалась Эмили, указывая на пару кресел возле стола. Мэделин села между Филлом и Эммой. Реджину и Эмму разделял Макс. А справа от Реджины разместились Лили, Эмили и Лео.  — У каждого из вас есть свой номерок на кресле. Это вместо вашего имени, — начала руководить Лили.  — Также у нас есть карточки. Каждый по очереди вытягивает правду или действие. Задания придумывает игра, — продолжила Эмили.  — Отказываться выполнять нельзя! Если же вы отказываетесь, вам придётся выполнить невероятно сложное задание из специальной колоды.  — А какие там есть задания? Ничего же запредельного? — спросила Мэдди.  — Ничего сверхъестественного, — иронично протянула Лили. -Вопросов нет? — услышав в ответ одно молчание, Эмили добавила, — Начнём! Первую карту тяну я. Она вытянула карту из колоды «Правда».  — Кто из игроков тебя больше всех привлекает в сексуальном характере. Не отвечаешь — выпиваешь бокал шампанского, — прочитала Эмили. Она взяла в руки бутылку шампанского, стоящего на игровом столе и налила в пустой бокал под номером «1».  — Не такой уж и сложный вопрос на самом деле. Просто хотела пить, — протянула Фаркастер, заливая напиток в горло. Игрок под номером «2» следующий тянул карту из той же колоды, что и предыдущий. Игрок «2» — Лили Фаркастер.  — Сколько партнёров у тебя было в сексе, — читала Лили, — всего три. Она положила эту карточку поближе к себе, как и сделала Эмили. Реджина смотрела на Эмму в упор. Непонятно отчего. Может просто не могла отвести взгляд, а может ждала ответного. Никто не может этого знать. Но Эмма прекрасно его видела и чувствовала на себе. Следующая очередь Реджины. Миллс деликатно вытянула карту из колоды с действиями.  — Поцелуйте игрока под номером «2». Как только она дочитала, в тот же миг схватила Лили (игрока «2») за куртку, притянула к себе и впилась страстным поцелуем в губы. Та сразу же ответила, углубляя поцелуй, зарываясь руками в волосы брюнетки. Когда Реджина оторвалась от губ рыжей, победно улыбнулась, облизывая зацелованные до красноты губы. У Эмили расширились глаза. Она прекрасно знала Реджину и ее характер, но это было слишком неожиданно для всех. Эмма скривилась и отвернулась, как только увидела действия Миллс. Ей было неприятно смотреть на то, как она целует другую, но буквально пару минут назад приставала к ней в туалете.  — Это было слишком жарко, — тяжело выдохнул Макс, размахивая блокнотом на себя.  — Вы бы предупредили, я бы глаза закрыла, — вставила Мэделин, заправляя за ухо прядь волос.  — В следующий раз обязательно скажу перед тем, как буду целовать кого-нибудь, — съязвила брюнетка. Мэделин почувствовала ладонь Свон на своём плече, дающую ей понять, что не стоит продолжать.  — Следующий Макс, — объявила Эмили. Макс вытянул карту из той же колоды, что и Миллс, запрокидывая ноги на стол.  — Кто из игроков самый привлекательный, а кто наоборот, — читал он, — мне легче выпить. Он притянул к себе банку пива и открыл, заливая содержимое себе в рот. Он никогда не отличался галантностью, но было в этом что-то, что придавало ему определённый стиль. И дело не в дурном поведении, а в характере.  — Следующая Эмма, — улыбнулась Эмили. Эмма притянулась к столу, беря карту из колоды «правда». Ее глаза расширились, когда она прочитала карточку с вопросом.