Одержимые

— В чем дело, Мисс Миллс? Ваш ход, — уступчиво сказала Эмма, внимательно разглядывая угрюмое выражение карих глаз. Реджина сердилась все больше, не понимая, на кого больше. На себя или на Свон. Она принуждённо взяла карточку, отрывая взгляд от чарующего тела девушки и начала зачитывать следующий вопрос:  — Оцени внешность игрока напротив, — она покосилась на Свон, которая так и жаждала продолжить глушить шоты, — на пятерку из десяти потянешь, — высказалась она, препарируя блондинку критичным взором, и отложила карточку. Реджина взяла напиток со своей части стола и полностью выпила, снова не чувствуя ни капли спиртного, и огорчённо хмыкнула.  — На пятерку? — Эмма недоверчиво сузила глаза, а затем подняла гордо голову, начиная прессовать девушку напротив: — Тебе стоит не дать, и ты сразу дуешься. Ты как ребёнок!  — Я не дуюсь.  — А что же ты делаешь?  — Кого ты из себя возомнила, Свон? Ты одна из многих, кто привлёк меня в сексуальном плане, это не достижение.  — Я один из твоих экспериментов в постели?  — Именно, — резко вставила Реджина, не подумав, и сразу возненавидела себя за раннее сказанное.  — Эксперимент сорвался, — пробурчала Эмма, беря со стола бумажку. Реджина не понимала, что ею двигало в тот момент. Но быть влюблённой в кого-то для неё было тем же самым, что и слабым.  — Есть ли желание поцеловать игрока напротив? Кто придумывал эти вопросы? — блондинка раздраженно взяла в руку шот и полностью залила в горло, чувствуя, как в глазах начало темнеть, что не скрылось также от взора Миллс.  — Решила не отвечать?  — Нет, я с удовольствием отвечу. Ты мне противна, — Эмма не давала отчёт в своих словах, — не хочу любить тебя… точнее, целовать, — алкоголь стремительно туманил разум. Но такой исход событий нравился Реджине. Она слегка усмехнулась оговорке «по Фрейду».  — Моя очередь. Миллс взяла в руку шот, а в другую карточку, читая:  — Самое ужасное воспоминание, — медленно проговорила она, обращая внимание на блондинку, которая под действием алкоголя уже начала засыпать. « Да что с тобой такое, Свон? Почему ты вечно засыпаешь после капли спиртного?» Сразу в голову приходил день их первого поцелуя. Тот же день, когда они играли в игру «правда или действие», где Эмма также спала после нескольких бокалов. Реджина никогда не чувствовала такую любовь к другому человеку, просто смотря на то, как он спит. Одержимость — худшее из всего, что существует в мире, и она с этим столкнулась.  — Мое самое ужасное воспоминание, — повторно протянула Миллс, — это мой шестнадцатый день рождения. Она не стала договаривать и просто передала бумажку Эмме, которая уже полностью спокойно разглядывала девушку напротив.  — Самое сексуальное в игроке напротив, — блондинка незамедлительно ответила, — да в тебе ВСЕ сексуально, — прозвучало слегка раздраженно, — это твоё проклятие.  — Меня это не колышет, скорее, это проклятье других.  — Не соглашусь. Наступила недолгая пауза, дающая Реджине возможность подумать, прежде чем кое-что спросить.  — Что было на той бумажке в первый день нашей встречи?  — Вы о чем?  — Вы знаете.  — Мы опять перешли на «вы», — усмехнулась брюнетка.  — Именно.  — Что было на той карточке?  — Миллс, с какой стати тебя должен волновать этот вопрос? — Эмма абсурдно посмотрела на Реджину, после чего та промолчала и решила дождаться момента, когда Эмма не сможет выкрутиться и будет слишком влиятельна под действием виски и точно расскажет.  — Ты не выпила. Ты ответила на вопрос и должна выпить, — сказала Реджина, пододвигая к блондинке ещё один шот. Та принуждённо вылила напиток себе в горло, после чего уже не могла контролировать свои движения, мысли и речь. Они продолжали отвечать на вопросы до того момента, пока Свон не ответила на последний вопрос, что-то еле пробурчав, и сонно разложилась на диване. Реджина была трезва. Она даже сожалела, что дала девушке выпить все. Та выглядела невероятно притягательно. Ее полузакрытые глаза, полуоткрытые губы, красивая грудь и тело. Брюнетка бы наплевала на все рамки морали и поимела бы ее в эту же секунду на этом же диване, если бы не их цель. Нужно было выбраться отсюда. Реджина начала искать ключ.  — Что ты делаешь? — тяжело проговаривая чётко все слова, оторвавшись ото сна, промямлила Свон.  — Ищу ключ.  — Как тебя держат ноги? Реджина не хотела раскрыть карты раньше времени.  — Я выпила пару таблеток от похмелья. Действенная вещь, — она саркастично улыбнулась, чего не увидела блондинка. Миллс обшаривала всю комнату. Ключа нигде не было. Она заглянула во все места, полностью проверила шерстяной ковёр, отодвинула всю мебель.  — Черт возьми, да где же он? Реджина злилась все больше.  — Ты не выпила, — еле говорила Эмма.  — Ты тоже. Никто не будет проверять, выпиты ли все напитки. Эмма уснула. Реджина минут 20 искала способ выбраться, пока не смирилась с проигрышем. Она присела к Эмме, наблюдая за тем, как та сладко спит. Реджину саму начало клонить в сон.  — Давай разденемся? У брюнетки округлились глаза.  — Ты совсем мозги пропила?  — Мне жарко.  — Эмма, кто-то недавно мне говорил, что здесь холодно, — Реджина раздраженно посмотрела на Эмму, которая уже не могла нормально мыслить. Сама идея о том, чтобы потрахаться с Эммой прямо здесь и сейчас была как всегда очень заманчива, но это будет почти, как насилие.  — Не хочешь… ну… может займёмся сексом, — соблазнительно протянула Свон. Реджина буквально задыхалась от возмущения.  — Да что с тобой не так, Свон? Ты ненавидишь меня.  — Я хочу…  — Нет, ты под действием виски. Эмма не ответила, она слишком много выпила, чтобы выиграть в споре с Реджиной. Прошло ещё какое-то время. Миллс совсем отчаялась. Оставалось лишь надеяться на то, что никто пока не вышел из комнаты. Реджина расслаблено потянулась за последний шотом со стороны Эммы, чтобы почувствовать то же, что и она. Но тут она ощутила, что стакан слишком тяжелый, чтобы иметь из содержимого только напиток. Тогда она немедля вылила всю жидкость в пустой бокал из-под выпитого блондинкой. И раздался восторженный крик.  — Я нашла! Эмма слегка дернулась. Никто из игроков не собирался выпивать все алкогольные напитки. Это практически невозможно, ведь сил поднять самый последний стакан после всего не хватает ни у кого. А мозгов посмотреть, что же там такое тяжелое, тоже. Краситель напитка удачно скрывал содержимое в нем.  — Вставай! Эмма! — Реджина пыталась ее разбудить, но это было очень сложно. Блондинка никак не реагировала на ее прикосновения. Тогда Миллс подбежала к двери и начала открывать ее. Она счастливо взвизгнула, когда раздался щелчок.  — Выйти из двери может только один, — раздался незнакомый голос.  — Черт. Внезапно раздался тот же голос:  — 10…9…8… Времени думать не было. Реджина, недолго думав, подскочила к кровати и осторожно взяла Эмму на руки. Та спала, и никакие звуки не могли помешать ее сну.  — 7…6…5… За такое короткое время, брюнетка осмыслила свои чувства и не могла больше им перечить. Реджина резко выскочила из двери вместе с блондинкой на руках. Она еле успела вбежать, как дверь захлопнулась.  — Вы проиграли…

***

 — Не могла же я ее там оставить!  — Суть игры в том, чтобы принять сложное решение, а ты… ты… меня поразила! Ты никогда не заботилась о других!  — Спасибо, Эмили, — тошно пробурчала Реджина.  — Правда. Ты ее напоила и спасла. Зачем?  — Не знаю.  — Ладно. Игра продолжается, но без вас. Отнеси ее домой, сама не дойдёт. Я потом расскажу результаты. Реджина вышла из помещения, чувствуя, как становится невыносимо холодно. Была ночь. На улице темно, и мертвая тишина заполняла улицы. Реджина несла Эмму, делая перерывы на тяжёлые вздохи. Наконец они приблизились к дому брюнетки, и та не смогла отказать в желании оставить девушку у себя. Сил нести ее домой не было. Тем более, ключи от дома были у Сабрины, которая наверняка сейчас застряла с кем-нибудь в такой же ситуации. (подробнее в следующей главе)) Как только дверь закрылась, Реджина донесла девушку до дивана в гостиной и кинула прямо на него. Та оказалась в весьма возбуждающей позе.  — Бесишь! — пробурчала брюнетка и пошла за одеялом. Эмма в тот момент начала просыпаться. Она тряслась так, что можно подумать, что ее зарядили сильным зарядом тока. Реджина мигом вернулась к спящей, увидев ее состояние.  — Я не могу оставить тебя в гостевой. Она поняла, что сил нести девушку нет, нужно будить. Миллс присела на коленки и начала ее трясти.  — Эмма, пошли в спальню. Здесь слишком холодно. Та что-то невнятно пробурчала.  — Ты решила все-таки изнасиловать меня в таком беспомощном состоянии?  — Нет. Пошли.  — Ну блин. Реджина начала поднимать ее, но все бесполезно. Тогда, пришла другая идея. Брюнетка сходила за стаканом с водой и пролила прямо на девушку, после чего та подскочила.  — Наконец-то! Пошли, Свон. Блондинку не держали ноги, но идти, держась за Миллс, было гораздо проще.  — Мы что у тебя дома? — запинаясь, проговорила Эмма, — Куда мы идём?  — Под душ. Эмма начала упираться.  — Мне будет гораздо легче тебя вести, если ты перестанешь упираться. У блондинки совсем не было сил противостоять, и она поддалась Реджине. Они дошли до ванной комнаты, преодолев длинную лестницу на второй этаж. Эмма легла в стеклянную кабинку, подогнув ноги.  — Ты решила продолжить спать у меня в душе?  — Ты не такая ужасная, чтобы включить воду, — пробурчала Свон. К сожалению, ее слова только пробудили в брюнетке действия. Она тут же включила воду, комнатной температуры. Раздался недовольный стон.  — Ты все таки ужасная, — уже бодрее сказала Эмма, выходя из душа вся мокрая. Реджина подала той полотенце и вышла из ванной, закрывая за собой дверь.  — Я вся мокрая, Миллс.  — Для этого существует полотенце.  — У меня нет другой одежды.  — Как разденешься, иди в комнату напротив и ложись под одеяло. Там тепло.  — Решила меня соблазнить?  — Всегда. Но сегодня ты должна поспать. Эмма сняла с себя мокрое платье и повесила на батарею у раковины. Светлая комната рябила в глазах. Легкое головокружение не давало сосредоточиться и снять одежду, не падая каждый раз на пол.  — Ты там жива? Эмма обтерлась полотенцем и посмотрела в зеркало. Она увидела в себе слегка растрёпанный вид и безумно сексуальное кружевное белье в сочетании с гольфами. Блондинка не была в состоянии мыслить разумно. Реджина к этому моменту переоделась в шёлковую пижаму и ждала девушку. Та все же вошла в комнату слегка пьяной походкой и кинулась на кровать, ложась на спину.  — Спасибо, что донесла меня. Эмма добралась до подушки и улеглась, накрывшись одеялом. Она дрожала, словно находилась не в кровати, а в зимнем сугробе.  — Тебе холодно?  — Очень. Ложись ко мне.  — Я не буду тебя тра…  — Я разве это прошу? Реджина подошла к кровати, затем залезла под одеяло, чувствуя дрожь блондинки сквозь легкую ткань. Эмма тряслась от холода, чувствовался озноб.  — Я хочу к тебе прикоснуться.  — Свон, если мы будем полуголые лежать в кровати, я за себя не отвечаю.  — Я согласна лежать не полуголыми, — серьезно вставила блондинка.  — Тебе что ли куртку принести? Эмма, сама того не ожидая, притянула своё тело к Реджине. Та невольно вздрогнула.  — Я не умею контролировать инстинкты, Эмма. Ты слишком возбуждаешь. Та, не слушая, пододвинулась ближе, закидывая ногу на талию брюнетки, оказавшись совсем вплотную к ней. Холодно уже не было. Им обеим становилось все жарче. Миллс чувствовала, как внизу все совсем намокло, ощущая тело Эммы так близко.  — Думаю, тебе недостаточно тепло. Реджина сняла шёлковую накидку с груди, оказавшись в чёрном лифчике. Она притянула девушку так, что их тела были на опасном близком расстоянии, а груди прижались так, что слышимое сердцебиение слилось в одно. Брюнетка еле сдерживала себя, чтобы не запустить руки в кружевные трусики девушки. Ее тело было прекрасно. Светлые локоны вились и спадали на кровать. Легкая дрожь лишь воспаляла желание. Эмма была самой невероятной из всех девушек в мире для Миллс. Но сдерживаться было невыносимо. Она не может ее поиметь здесь и сейчас, когда алкоголь затуманил рассудок. Нужно терпеть. Жар между телами усиливался. Живот Реджины нагревался от горячего паха блондинки. Это было чудовищно приятное чувство. Свон обхватила руками шею брюнетки и ещё сильнее прижалась, за что получила в благодарность от Реджины чарующий стон. Секунды длились вечность. Им было тепло и до неприличия хорошо. Как только Реджина поняла, что Эмма уснула, ее руки залезли в роскошные волосы, а тело уже вибрировало от передозировки адреналина. В глазах темнело от переизбытка чувств.  — На мне лежит голая девушка мечты, а я служу ей обычный обогревателем, — простонала брюнетка, все также поглаживая спину очаровательной Эммы. Она выглядела не такой уверенной сучкой, как раньше. Она беззащитна, невинна, чиста. Реджина понимала, что не сможет ее взять силой в таком состоянии. Что-то ее останавливало…