Spring day

Spring day 17 part

***

— Что?! — в один голос воскликнули мы с Тэхёном. — А вы… Разве вы не знали? Но… Как неудобно получилось…— понимая всю неловкость ситуации, переспросил Джун. — Э-э-э… На секунду он задумался, но почти сразу пришел в себя. Резким движением забрав у меня оружие, он направил его на Тэхёна со словами: — ЛиËн, почему ты еще не выполнила задание? Тебе говорили не контактировать с ним?! Почему ты ведешь себя так безответственно?! Скажи мне, ну! — он кричал, слегка жестикулируя руками. Тэхён под его махинациями стоял ни живой, ни мертвый, подняв руки вверх, но все-таки решил спросить. — С чего ты взял, что ЭТО, — он презрительно кивнул в мою сторону, прищурив глаза.— Моя сестра? — Долгая история. Но, проще говоря, просто поверь мне. Вы сводные. Один отец, но разные мамы. Не знаю всю историю ваших родителей, но в том, что вы брат и сестра, я уверен абсолютно точно. — Ты вообще зачем начал искать информацию обо мне? — настороженно и все еще боязливо спросил Тэхён. Джун бросил короткий взгляд на меня, не желая отвечать, но Тэхёну хватило этого, чтобы все понять. — А-а-а, ты типа защитник «этой» несчастной? — ухмылка вновь поселилась на его лице, хотя и не выглядела такой уверенной, как раньше. Мы с Джуном молча переглянулись, а Тэхён продолжил свой монолог: — Ну, раз ты всё знаешь… Давай! Пристрели меня прямо здесь! Давай, говорю, стреляй! — он словно искал спасения в Джуне. Неожиданно для нас Тэхён расплакался, хватая себя за волосы и крича от боли. Никто не понимал, что происходит, но постепенно мы начали догадываться. Подойдя ближе к Джуну, я осторожно заговорила с Тэхёном: — Плачешь, потому что превратил свою жизнь в дерьмо? Уничтожил все хорошее вокруг себя? Растоптал всех, а теперь плачешь от своего одиночества? Он начал кричать сильнее. Его словно раздирали изнутри, пытались разорвать на мелкие кусочки. Боль, что он чувствовал там, в переулке, не описать никакими словами на свете… — Ненавижу… Всех и все… Почему именно я?! — он сорвался и ударил кулаком по бетонной стене. — А-а-а! За что?! Ненавижу… Он разрыдался сильнее прежнего. Опустившись на холодный пол, закрыл лицо руками, крича в ладони. Густые волосы частично закрывали глаза, но было видно, насколько сильно те покраснели. Вдруг он заговорил, так тихо и жалобно. — ЛиËн, пожалуйста, сделай то, что должна была сделать. Я прошу тебя… Пожалуйста… Давай! Я стояла неподвижно, лишь шумно вдыхая влажный воздух и смотря куда-то вдаль. Тэхён тоже молчал, изредка бросая короткие и умоляющие взгляды в мою сторону. В голове была лишь одна мысль: «Неужели ты такой слабак, Тэхён? Неужели такого тебя я могла полюбить? Нет, ты стал слабаком, сдающимся при первых трудностях. Мне жаль тебя и твою жизнь… Ты не мой брат…» Молчание продолжалось бы еще очень долго, но Джун щелкнул пальцем, что лежал на курке. — ЛиËн, ты должна закончить задание. Слышишь меня?! — он крикнул. — ЛиËн, мать твою. Либо это сделаешь ты, либо я. Выбирай… — Нет… Я не буду делать этого, Джун. Пусть он сам разберется со своей жизнью. Это его вина, что сейчас он сидит здесь и жалко просит об этом. Всю жизнь в моей голове были мысли о том, что я слабачка, но теперь, спустя столько лет, понимаю, что настолько жалкого человека, как он, я еще не встречала… Он топтал и разбивал чужие сердца, не думая о последствиях. Видимо, пришло время расплачиваться за свои ошибки, Тэхён… Я не могу убить его… — Я понял, — сказал Джун, а затем последовал хлопок.

***

Дальше все как в тумане… Я разворачиваюсь к источнику звука и от ужаса не могу сказать ни слова. Не думая над своими действиями, я рывком бросаюсь к Тэхёну, отталкивая его. Слезы безжалостно обжигают кожу, скатываясь по щекам. Мгновение, и тело пронзила жуткая боль, перерастающая во что-то очень ужасное. Руки не слушаются, глаза постепенно закрываются. В ушах эхом отдаются все окружающие меня звуки. Лишь некоторые из них доносятся до сознания. Голос Джуна. Убегающий из переулка Тэхён. Оглушающая тишина. Все, что он пытается сказать мне, я слышу лишь обрывками. — ЛиËн, дурочкамоя… Да… Приезжайте сюда скорее, пулевое ранение… Так-так, ЛиËн, смотри на меня! … Не закрывай глаза… Солнышко моё несмышленое, дурочка моя… Его руки отчаянно трясут меня за плечи, пытаясь привести в сознание. Не знаю, как долго мы ждали скорую, этого я уже не помню. Закрыв глаза, я провалилась в неизвестность.

***

Машина скорой помощи. Кто-то нежно держит меня за руку, поглаживая ее своими пальцами. Вокруг слышится писк каких-то приборов. До жути знакомый и родной голос доходит до меня сквозь пелену сна: — Солнышко, держись, пожалуйста… Я так люблю тебя, дурочка моя… За словами слышатся тихие всхлипы и слова врача. — Все будет хорошо, я вам обещаю. Ваша девушка будет жить, ранение не сильное. — Ой, что вы… Это не моя девушка, пока что… — неловкость витала в воздухе. — Держись, ЛиËн, пожалуйста…

***

Очнулась я уже на больничной койке. Рядом на кресле спал Джун, держа в руках какую-то книжку. Воздух в палате насквозь пропитался запахом медикаментов. Умиротворяющая тишина, которую нарушает лишь шум увлажнителя и сопение Джуна. Я попыталась перевернуться на бок, но режущая боль пронзила тело. Пришлось лечь обратно. Повернув голову, я засмотрелась на Джуна. Его ресницы слабо подрагивали, грудь ровно вздымалась при каждом вдохе. В палату зашла медсестра. Она, приветливо улыбнувшись, поинтересовалась моим состоянием: — Как вы? Голова не кружится? Не тошнит? Хотите пить? — Все хорошо, а от воды не откажусь. Она заботливо напоила меня и проверила все приборы, поправила капельницу, но позже ее взгляд переместился на спящего рядом Джуна: — Всю ночь не отходил от вас, через каждый 15 минут спрашивал, все ли в порядке с вами. Вам очень повезло с молодым человеком, — медсестра улыбнулась. — Да… Может, у вас есть какой-нибудь плед? Думаю, он замерз. Здесь достаточно прохладно, а он лишь в футболке. — Конечно, подождите пару минут, — она вышла из палаты. «Всю ночь тут сидел? Ого…» — эти мысли поглотили мой разум. Вскоре вернулась медсестра, держа в руках плед. Укрыв им Джуна, она снова ушла. Подняв больничную пижаму и посмотрев на свой живот, я увидела бинты. В голове пронеслись картинки вчерашнего дня. «Что теперь будет с Тэ? И со мной? Я ведь так и не выполнила задание, еще и правила нарушила, дурочка! Что делать?.. Не думаю, что после этого я смогу быть киллером». Задумавшись, я не заметила увлеченного мной взгляда Джуна. Спустя пару минут его терпение испарилось. Он нежно коснулся моей руки и сказал: — Эй, мать Тереза, ты как? — Кто-кто? Как ты меня назвал? Повтори, быстро! — завозмущалась я. — Если можешь так кричать, значит, идешь на поправку. Эй, ну не я ведь «этого» спас. Помнишь? — А, точно… Джун, что теперь будет? Все совсем плохо? — Все просто ужасно… Тебя под суд, меня туда же. — Эй! — Да шучу я, — он звонко рассмеялся, прикрывая лицо книжкой.— Не рыпайся, шов разойдётся. Я так волновался за тебя, дурочка. Зачем так сделала? А?! — его взгляд резко стал очень серьезным и строгим. — Прости, Джун~и… Я не могла по-другому. Он, как никак, мой брат. Пусть и сводный, — я опустила голову вниз, чтобы не встречаться с ним взглядом. По-детски улыбнувшись, он нежно приподнял мое лицо за подбородок. Его глаза блестели непонятно от чего. Атмосфера в комнате начинала накаляться. — ЛиËн… Спасибо, что ты появилась в моей жизни. От этих слов приятно кольнуло где-то в сердце. Джун, не отводя своего взгляда, продолжил: — Впервые я хочу заботиться о ком-то. Знать, где этот человек и что с ним. Видеть его постоянно, несмотря ни на что… — он снова замолчал, нервно вздыхая. — Ты именно тот лучик света, то тепло и счастье, что я всегда ждал и желал. Смотря на твою улыбку, сверкающие глаза, слыша звонкий смех, мне хочется жить и дальше. Хочу обнимать тебя, целовать. Просто быть с тобой до конца дней, как банально это ни звучало бы… Я люблю тебя, солнышко… Его губы мягко коснулись моих, будто спрашивая разрешения. Сминая поочередно то верхнюю, то нижнюю, он ждал моего ответа. В голове смешались все мысли, путая меня.

***

Неужели это не сон? Я снова чувствую себялюбимой и желанной? Честно-честно? Для него я стала важным человеком, ради которого он сделает все… Неужели во мне снова появится жизнь, свет и тепло, что так безжалостно уничтожили раньше? Постепенно отвечая на поцелуй, я понимала, насколько сильно Джун дорог мне. Обвив чужую шею руками, я притянула его ближе к себе. Горячий язык по-хозяйски действовал во рту, и это приятное чувство поглощало меня с каждой секундой все сильнее и сильнее. От нехватки кислорода кружилась голова, опьяняя разум. Джун, аккуратно придерживая меня и поглаживая спину, отстранился. Заглянув мне в глаза так, что мир перевернулся с ног на голову, он сказал: — Я люблю тебя, мой герой… — А я тебя… Хотелось большего. Почувствовать его в себе; то, как он заполняет изнутри, доводя до экстаза. Но рана дала о себе знать, прерывая фантазию. Джун помог мне снова лечь в кровать. Накрыв меня пледом и поцеловав в лоб, он уже намного серьезнее сказал: — ЛиËн, как только ты выйдешь из больницы, тебя будет ждать трудный разговор с господином Ли.