Последняя миссия

      — Северус, прошу… — парень садится на колени перед могилой бывшего профессора. Стирает тыльной стороной ладони слёзы, приподнимая мешающиеся очки. — Прошу, прости меня.       В тишине этого места фраза звучит слишком громко и чётко, срываясь с губ Гарри так отчаянно и резко. На выдохе.       — Северус… — приходится сглотнуть слюну, надеясь, что комок в горле исчезнет. Внутри лишь удушающее чувство боли, вины и бесконечной благодарности.       Гарри слишком долго держался, слишком долго не позволял себе хотя бы тихо всплакнуть. Он сдерживался на похоронах, после того как лично вызвался быть одним из тех, кто произнесёт посмертную речь. И даже тогда, когда повышая голос убеждал членов Визенгамота в чужой невиновности. Его рвало изнутри от несправедливости, от невозможности заткнуть каждого, кто называл его «‎ублюдком» или «гнилым Пожирателем‎», не имея ни малейшего представления о том, как много тот на самом деле сделал.       И только сейчас, в этот пасмурный летний день, когда все показания были даны, награды получены, а виновные заключены, он пришёл сюда. Один. Со своими чувствами и мыслями, которые он держал в себе всё это время.       — Мистер Поттер…       Этот голос невозможно спутать ни с чьим другим. Резко повернув голову вправо, парень заметил бледно-прозрачную версию Северуса Снейпа. Похожего на призрака, но, по всей видимости, им не являющегося.       Неужели Избранный таки сошёл с ума?       — Сэр? — чужие глаза расширяются от удивления, когда «призрак» шевелится и не исчезает, оказываясь не мимолётным образом из головы.       Мужчина вздыхает:       — Поттер, что Вы здесь устроили? — ему не послышалось, тот действительно говорит. Говорит с ним.       — А что? Похоже на очередной поттеровский фарс? — с появившейся улыбкой на лице спрашивает Гарри, решительно утирая слёзы рукавом мантии. Неужели профессор был жив? И правда пришёл сюда, к нему?       Ответа он не получает. А затем чужая рука ложится ему на голову и начинает легко поглаживать по волосам, не оставляя шанса задать очередной бессмысленный вопрос. Призрак не смог бы дотронуться до него.       — Чего же Вы льёте слёзы, Поттер? Живите, радуйтесь, — мужчина произносит фразу привычно строго, однако в его голосе слышатся нотки усталости и… заботы. — В ином случае чужие смерти были напрасны.       — Но, сэр, — парень желает возразить, однако почти сразу же замолкает, осознавая одну важную вещь. До Ужаса Подземелий теперь можно докоснуться, и если Гарри не может достучаться словами, он попробует достучаться иным способом. Рывком поднимаясь с колен, он заключает мужчину в крепкие объятия. Это безумие. Невиданная дерзость. И вместе с тем невероятно счастливый шанс выразить свои чувства к этому человеку. Поблагодарить и попросить прощения лично.       Так они и стоят: Герой Войны и «призрак» Снейпа. Последний не шевелится, держит свои руки на расстоянии, однако позволяет обнимать себя. Вопреки всему.       — Спасибо. За всё, — буркает Поттер куда-то в грудь мужчине, не разрывая объятия. Он не чувствует тепла чужого тела, но может чувствовать самого человека – и этого более чем достаточно.       Снейп, тяжело вздыхая, всё же решает сомкнуть руки на чужой спине.       — Воспользуйся шансом, который мы все тебе дали. Обещаешь?       — Обещаю, — уверенно отвечает Гарри. Всё это время его преследовало множество негативных эмоций, и все они резко исчезают, как по волшебству. — Обещаю, Северус.       Кажется, теперь его миссия была действительно выполнена.