мне кажется

      Мне кажется, если бы мы встретились, нам бы очень повезло.       Если бы ты только посмотрел в мою сторону, если бы воспринял иначе, чем сейчас. Всё сложилось бы по-другому. Если бы ты только обернулся.       Возможно, мы бы понимали друг друга. Ты бы выслушивал, как сильно я устал от этих уродливых кислых лиц на работе, как замучили переживания за детей и досаждающий своим тщеславием бывший муж. Я так устал видеть его с этой простодушной улыбкой на лице! И, даже если бы мы с тобой когда-то расстались (чего не случилось бы ни в коем разе), ты не стал бы заваливать меня издёвками. В эти вечера ты бы точно понял это. А я бы понял тебя. Слушал бы, впитывал, запоминал, выжигал на внутренней стороне черепа все те слова, которые ты не сказал бы никому кроме. Если бы ты только обернулся.       Возможно, мы были бы лучшими слушателями друг для друга. Рассказывали бы разные истории из своих жизней: забавные, весёлые, грустные, заставляющие задуматься над всем и ничем, ранящие, милые и красивые. Ты бы рассказывал о первых любви и отношениях. О своём детстве, об отношениях с братьями и сестрами, если таковые были, о родителях. У тебя были бы самые интересные рассказы. Ни у одного человека не нашлось бы интересней. Чтобы так же захватывали, пленили моё внимание, чтобы были так же важны. Если бы ты только обернулся.       Возможно, утро, проведённое с тобой, было бы лучшим началом дня, что возможно представить. Ты бы стоял у плиты, готовя лёгкий завтрак на двоих, рассказывая о планах на день и о том, как не хочется представлять ту или иную презентацию, спорить с коллегами и вести подхалимские дискуссии с начальством. Но потом нежно добавил бы, что всё ничего, так как на работе мы сможем пересечься хотя бы взглядами, хотя бы через прозрачную часть стеллажей, хотя бы через длинный-длинный коридор, хотя бы через окно. А я любовно наблюдал бы за тобой, не смея сдерживать улыбку от переполняющего меня счастья в такие моменты. И было бы совсем всё равно, что снова ты заварил мне этот треклятый кофе вместо чая. Если бы ты только обернулся.       Возможно, я позволял бы себе забыть выпить чашечку чая, если бы была возможность провести с тобой наедине целый день. Хотя бы день. Лишь с тобой. И, клянусь, ничего бы не нужно мне больше было. Лишь ты, согревающий зимними ночами своей горячей грудью и охлаждающий летними днями холодными руками. Но ты бы не позволял забыть, ведь знал бы, как это важно для меня. Хотя, казалось бы, что вообще может быть важнее тебя? Ничего, конечно, что за шутки. Ты был бы чуток, делал бы всё, чтобы я остался счастлив в такие редкие дни. Если бы ты только обернулся.       Возможно, мы могли бы быть хорошими любовниками. Я уверен, ты был бы блестящим. Ты бы был нежен, позволял бы возноситься в небеса от оргазма. Ты бы целовал меня в плечи, шею, щёки и губы, ловил бы стоны, которые вырывались бы с моего рта от нежных, глубоких толчков. А после любви мы бы лежали в обнимку в измятой постели и смотрели в потолок, болтая о чём-то будничном, но очень важном, ведь это ты. Если бы ты только обернулся.       Возможно, эти отношения не приняли бы мои дети. Они бы не поняли, как так, что могло свести меня с таким, как ты. «Таким идеальным, » — добавил бы я и ушёл под руку с тобой. Они давно не маленькие, пусть не принимают, слишком долго я держал рамки приличия, установленные ими. И другими. Никто бы не принял, думаю. Я знаю, что о тебе думают в моём «приличном» обществе. Эти сварливые старпёры, с которыми мне случилось связать свою судьбу, совсем не разделяют моих мыслей. Не то чтобы я высказывал их. Но я высказал бы. Всем: и обществу, и детям, и мужу бывшему с его новым хахалем, и единичным друзьям. Если бы ты только обернулся.       Возможно, мы поддерживали бы занятия и интересы друг друга. Мы бы даже обоюдно пытались привить любовь к собственным увлечениям. Ты не осуждал бы мои пристрастия к сладкому и поздние расписывания пера под натиском нахлынувшего вдохновения и хорошо сложенного слова. Ты бы принял, что я коротаю время за книгами, а я — что ты срываешься по ночам с «братьями» играть в хоккей. И ждал бы тебя хоть до утра, уже предвкушая, как придётся на руках замачивать твою форму и выставлять коньки сушиться на батарею. Ты, уставши, заваливался бы спать оставшиеся пару часов, потом на работе целый день клюя носом от недосыпа. Я бы искренне старался уговорить тебя хотя бы возвращаться пораньше, но ты лишь отшучивался бы, прося заварить чего-нибудь крепкого. Если бы ты только обернулся.       Возможно, мы вспоминали бы, как впервые познакомились, и как закрутился разговор, повязавший наши сердца на последующие многие-многие годы. Если бы ты только обернулся.       Но ты ведь не обернулся тогда. Пусть и было много людей, пусть было шумно, но ты услышал, я знаю. Услышал, но не откликнулся и строптиво пошёл мимо. Даже зрачки твои не дёрнулись в мою сторону. Тебе было всё равно или просто не до меня. Возможно, тебя мучили какие-то свои переживания в этот момент. Возможно, ты жутко устал и не хотел разговаривать с кем-либо. А, возможно, я просто ищу тебе оправдание. Всё же, в любом случае, ты не обернулся.       И лучше так! Лучше так, нежели всю жизнь питаться моей любовью к тебе. Нежели не иметь возможности умереть без переживаний. Я воспитал и вырастил двух сыновей и дочь, моя душа спокойна! И пусть не будет лишних точек соприкосновения с этим миром.       Возможно, я бы ревновал тебя жутко. К каждому, на кого ты обратил бы свой взгляд, будь это твои коллеги, друзья или даже мои дети. Я не позволял бы тебе ходить в клубы, одному точно. Я не мог бы равнодушно смотреть на то, как ты с улыбкой болтаешь с молодыми официантками и сотрудницами магазинов. Я бы не разделял твоих предложений посетить банкет. Мне дико тошно было бы не знать, где ты находишься в настоящий момент. Если бы ты обернулся.       Возможно, я не спал бы ночами, разрываясь изнутри от сомнений и недоверия. Мне, почему-то, казалось бы, будто ты не любишь меня по-настоящему, используешь меня. Я бы выдумывал нелепые ситуации, где ты начинаешь отношения со мной ради шутки или на спор с друзьями. В каждой твоей улыбке я видел бы насмешку над собой, после слов «мне нужно тебе кое-что рассказать» я ожидал бы услышать, что нам нужно расстаться, что страсть угасла. Что перегорело. Я бы умирал от этих мыслей. Если бы ты обернулся.       Возможно, начались бы бытовые ссоры. Ты бы упрекал меня за переложенные с места нужные документы, а я бы злился за накиданную на стул одежду. Ты бы злился за то, что мне не пришло в голову купить тебе кофе, который ты любишь не меньше моего прекрасного заварочного чая, а я — за то что ты пьёшь из моей кружки этот мерзостный напиток. Мы расходились бы во мнениях, что смотреть по телевизору: твои документальные, научные или исторические программы, либо мои чёрно-белые фильмы. Я бы не уступал тебе, потому что смотреть то, что смотришь ты — невозможно без зёва и желания вздремнуть. Ты бы говорил точно так же о моём кинематографе и упрямо переключал на свои каналы. Из этого выходили бы ссоры на почве недопонимания и ничего с этим поделать мы не могли бы. Если бы ты обернулся.       Возможно, были бы проблемы с сексом. Из-за разницы в возрасте мы явно по-разному бы смотрели на подобное времяпровождение. В один день ты хотел бы, а я нет, в другой день — ровно наоборот. Это дало бы без интимную трещину. Если бы ты обернулся.       Возможно, я действительно стал бы прислушиваться к отговаривающим меня детям и знакомым. Перестал бы видеть смысл наших отношений, сомнения и ревность взяли бы верх, мы бы были несчастливы вместе. Но я всё ещё любил бы тебя. Беспрекословно, преданно, болезненно. Любил бы сильнее всего, к чему когда-либо испытывал это чувство. Сердце трепетало бы от каждого взгляда на тебя. Я корил бы себя за каждую ссору, за каждую обиду, за каждый раз, когда отказал тебе. Было бы больно. Если бы ты обернулся.       Но ты не обернулся же! Сколько бы я ни мечтал о тебе, сколько бы ни представлял перед сном, какая бы жизнь ждала нас. Сколько бы я ни любил тебя молча, ты не обернулся!       Но полно. Я устал от этих чувств. Мне так наскучили эти неисполнимые сюжеты. Я смирился. Проходи. Не откликайся, не оборачивайся на мой зов. Иди, куда шёл, думай, о чём думал. Я не зову. Больше не зову…