Юность и Ича-Ича

— Сакура! Сакура! — битый час надрывался Наруто под окнами сокомандницы. — Сакура-а! — Да чего тебе, идиот? — не выдержала искомая. — Давно не получал на орехи? — Ну Сакура, ну спусти-ись, — в очередной раз проскулил Наруто, — знаешь, что я узнал? — Не интересует, — сквозь зубы процедила Сакура и захлопнулп ставни. — Да погоди ты, — завопил Наруто и решился выложить последний козырь: — Какаши-сенсей сегодня женится! — Не интере… Что? — неверяще воскликнула Сакура. — Как это — женится? — А вот так, — хитро прищурился Наруто, — злишься, что не на тебе? Наруто уже давно был осведомлён о влюблённости Сакуры вначале в Саске, а затем — в Какаши, так что реакция Сакуры не стала для него сюрпризом. — Что за бред, — вскипела Сакура, — разумеется, мне всё равно. — Верю-верю, — понимающе усмехнулся Наруто, — и тебе, разумеется, совершенно не интересно, что церемония произойдёт сегодня вечером, в храме Мацумото. — Конечно же, нет, — хмыкнула Сакура. В глубине души она была благодарна Наруто за ненавязчивую — что для него необычно — помощь. Она примерно представляла, где расположена деревушка и храм в ней — один раз они были там на пустяковой миссии по поимке местного воришки, поэтому она до сих пор более-менее помнила дорогу туда. Быстром шагом — часа полтора, не более. На губах Сакуры заиграла недобрая усмешка — кому-то придётся повременить со свадьбой. Она не отдаст Какаши. С такими намерениями Сакура сорвалась с места и отправилась в путь Она уложилась в час и на закате уже стояла перед хлипким частоколом деревни. Солнечные лучи золотили соломенные крыши домов и высвечивали багряные стены единственного на всю округу храма. Скоро должна начаться церемония, поэтому Сакура не стала мешкать и преодолела расстояние от частокола до храмовых ворот в рекордные десять минут. Едкая злость мешала связно мыслить, Сакуре хотелось превратить личико неизвестной соперницы в кровавую кашу, а сенсею — выколоть и Шаринган, и обычный глаз, чтобы не смел заглядываться на кого-то ещё. О том, что Какаши — ни сном, ни духом о её чувствах, Сакура предпочитала не думать. Впереди, наконец, показались ворота храма, стоящие рядом стражники обнажили клинки, но заметив эмблему Листа на протекторе, вложили их в ножны и без вопросов пропустили Сакуру во внутренний двор. Он уже был украшен белыми и жёлтыми пионами, его дорожки — тщательно выскоблены и подметены, но сама церемония ещё не началась, значит, у Сакуры в запасе было несколько минут. «Чёртов Наруто, » — с раздражением подумала Сакура, — он не мог предупредить меня раньше? Сегодня — третий свадебный день, а значит, обе стороны согласны на брак и уже не изменят своего решения». Но какая-то наивная, детская надежда толкала её вперёд, и Сакура одним рывком распахнула двери храма. Прохладно. Пахло свежими цветами и курительными благовониями. Зал был сумрачен и пустынен, в неровном свете свечей выхватилось знакомое скуластое лицо. — Гай-сенсей? — неприятно удивилась Сакура. — Что вы здесь забыли? Её извинила лишь неожиданность встречи — кого, в самом деле, ещё можно было встретить на свадьбе Какаши, как не его извечного соперника? — Как это прекрасно! — громогласно завопил Гай. — Вот какими должны быть настоящие отношения между учителем и учеником! Ты ведь тоже пришла поддержать Какаши, да, Сакура? — Э-э… конечно! — Сакура растянула губы в абсолютно неискренней улыбке. — Всё ради сенсея! — Как это прекрасно! — вновь повторил Гай, и Сакура пожелала, чтобы случайно упавшая черепица проломила ему голову. Чуда не случилось и Гай продолжил заливаться соловьём, в то время как Сакуру интересовал лишь один вопрос: «Где Какаши?»  -Гай-сенсей, — прервала Сакура поток его красноречия, — а где же сам Какаши-сенсей? — Какаши? Он со своей… э-э, невестой, — почему-то повеселел Гай. Сакуре, например, было не смешно совершенно, ей столо большого труда не сорваться в безобразную истерику и удержать на лице всё время ускользающую улыбку. — И кто же… его невеста? — О-о, — усмехнулся Гай, — скоро ты её увидишь. Сакура поймала себя себя на том, что пыталась продумать варианты убийства невесты до вмешательства двух джоунинов. На миг она стала омерзительна сама себе, но вот беда — Сакура легко залечивала ушибы, сращивала сломанные кости и зашивала распоротые животы, однако с сердцем своим справиться была не в состоянии. Не залечивалось оно медицинской чакрой, сколько бы не вливай. — Начинается, — пихнул её в бок Гай, — смотри внимательней. Сакура послушно вгляделась в центр зала, потирая ушибленный бок — силищи у Гая-сенсея было хоть отбавляй. Первым из боковых арок вышел храмовый служка, зачем-то несущий на расписанной журавлями подушке видавшую виды книжонку. Она была обёрнута в матовую обложку с полуголой девицей и никак не вписывалась в свадебный антураж, как, впрочем, и Гай с Сакурой в джоунинской форме. Из противоположной боковой арки появился седовласый священник, одетый в алое и расшитое золотыми нитями кимоно. Он внимательно оглядел присутствующих и, заметив Гая, что-то тихо ему сказал. Гай молча кивнул и скрылся в сумрачной глубине храма, оставив Сакуру в смешанных чувствах. Свадебная церемония разительно отличалась от обычных, поэтому Сакура не знала, чего ей ожидать дальше. Наконец послышались глухие шаги — на этот раз из центральной арки — и в неровном свете свечей обрисовался мужской силуэт. Сердце Сакуры забилось быстрей, лихорадочней — она не могла не узнать эту худощавую, чуть сутулую фигуру. Сегодня её сенсей выглядел непривычно и очень эффектно — тёмное свадебное кимоно с серебряной вышивкой удачно скрывало обоженные и исчерченные шрамами кисти рук и дразняще обнажало линию ключиц и тренированные грудные мышцы. Только вот это зрелище предназначалось совсем не ей, Сакуре, а неизвестной невесте, которая будет трогать её Какаши и может быть, даже родит ему детей. Сакуре хотелось, чтобы у ребёнка Какаши были её глаза. — Ма-а, Сакура? Не думал увидеть тебя здесь, — тягуче, будто бы нараспев произнёс Какаши. — Я попала сюда совершенно случайно, — пожала плечами Сакура. — Вот как? — насмешливо протянул Какаши. — Об этой церемонии было известно только Гаю, а он не из тех, кто выбалтывает чужие секреты. — Мне сказал Наруто, — ни на секунду не задумавшись, сдала товарища Сакура. — Наруто? — неподдельно удивился Какаши. — Но откуда он… — Какаши-сан! — перебил его подбежавший храмовый служка. — Мы не можем больше задерживать церемонию! — Хорошо, иду-иду. Взметнулись полы тёмного кимоно, и Какаши растворился в зыбком полумраке храма. Дрожащий свет свечей в полутьме казался почти алым, и Сакура решила, что это — к большой крови. О, она очень хотела скальпелем сделать один-единственный надрез на горле невесты, и смотреть, как та рухнет на колени и станет бессмысленно зажимать руками горло. Погрузившись в тёмные фантазии, Сакура и не заметила, как из глубины храма полилась нежная чарующая мелодия. Внезапно по всему храму вспыхнули светлые огоньки, разгоняя тревожный полумрак, и звучный голос священника объвил: — Здесь и сейчас, в храме, что стоит на этой земле десятки веков и видел множество влюблённых душ, объединятся в союзе два любящих сердца! Клянётесь ли вы вместе принимать удары от вражеских кунаев, делить последнюю лечебную пилюлю на двоих, сотни раз переписывать отчёты о миссиях и обучать юных чуд… генинов? — Да, — прозвучал негромкий голос Какаши, который всё равно заглушил ответ невесты. — Тогда выпьем за любовь, друзья мои! — прослёзился священник и достал из-под ворота кимоно бутыль рисового вина и пять пиал. Сакура нахмурилась — в храме было шестеро человек. — А что, — поинтересовалась она медовым голоском, — мальчику пока нельзя алкоголь? Упомянутый храмовый служка ломким басом уверил, что можно, уже можно. — Неужели тогда это невеста отказывает своему жениху в такой малости? — Видите ли, — замялся священник, — ей… э-э, нельзя пить. — Какая же это полноценная невеста, если ей нельзя пить? — округлила глаза Сакура. — Вот и мы Какаши-сану весь день пытались об этом втолковать, — печально заметил храмовый служка. — А он? — А он — ни в какую, — погрустнел священник, и спохватившись, добавил: — Какаши-сан, поцелуйте, наконец, невесту! Тот неспешно оторвался от пиалы с рисовым вином и подошёл к расписанной журавлями подушке. «Она наложила на себя хенге?» — решила про себя Сакура. Ответом ей послужил Какаши, горячечно целующий уже знакомую ей книгу с полуголой девицей на обложке. Сенсей был старателен и упорен, но книга ему взаимностью, увы, не отвечала. «Все хвосты Кьюби ему в зад, я ради него была готова на всё. Он что, слепец?» — с тоской подумала Сакура. — Нет, детонька, он не слепец. — ответил ей священник; оказалось, что последгие слова она произнесла вслух. — Он самый что ни на есть обычный извращенец. «Точно-точно. Не везёт же мне на мужчин — то Саске с его нездоровой страстью к помидорам, то Какаши» — мрачно решила она. — Интересно, — как-то задумчиво произнёс храмовый служка, — а как у них… это… того… брачная ночь происходить будет, во! Сакура необдуманно представила этот процесс, икнула и решила, что теперь и ей точно стоит выпить. Бутыли саке в храме ожидаемо не нашлось — скорее всего, её унёс Гай — и Сакура, оставив Какаши с книгой наедине, ушла на поиски Зверя Конохи. Тот, нашедшийся на крыльце храма, вполне оправдывал своё прозвище — саке он глушил с поистине звериной жадностью. — Подвиньтесь, — устало велела Сакура и плюхнулась рядом, позабыв о всякой субординации. Гай не стал заострять на этом внимание, а только блеснул чёрными глазами и налил ей вина в пиалу. — За Какаши и выигранное им соревнование! — провозгласил Гай и лихо опрокинул в себя пиалу. — И что за соревнование? — без любопытства спросила Сакура ради поддержания беседы. — Соревнование в поцелуях! Мы должны были целовать разных девушек, вызывающих у нас… определённые чувства. — О, — мгновенно подобралась Сакура, — и вы позволите Какаши лидировать? — Конечно, нет! — возмутился Гай. — Только вот пока нам не сравнять счёт. Сакура просто не могла бросить его в беде. И то, что он был потрясающе сложен и хорош собой, никак не относилось к делу. — Ох, Гай-сенсей, я с удовольствием помогу вам выиграть это соревнование, — томно выдохнула Сакура. — И как же? — А вот так, — ухмыльнулась Сакура и игриво укусила его за губу. — Кажется, я понял, — с важным видом кивнул Гай, — но нам надо постараться, чтобы наверстать упущенное! Гай определённо нравился Сакуре, а то, что он иногда выглядел идиотом — да кого это волнует? Он был тренирован, силён, полон Силы Юности и — что самое главное — совершенно не любил читать. — Давайте поможем нашей Силе Юности разгореться, — шепнула Сакура и вовлекла его в очередной поцелуй. Теперь они ни за что не проиграют Какаши.