Тайна Лале-хатун

      — Что это значит «Мы уезжаем»? — Милли была готова разносить всё в пух и прах, благо она пока сдерживала себя, но ещё немного и придётся расплачиваться за разрушенный номер отеля. –Я никуда не поеду! Мы только начали отдыхать и ты сразу уезжаешь работать! — девочка топнула ногой, повышая при этом голос. –Если ты уедешь, я больше не смогу простить тебя! — подлый приём, а из-за слов сестры сердце кровью обливалось. –Выбирай: либо я, либо работа.       Этот выбор девушка всегда ненавидела, как когда-то её первый молодой человек поставил перед выбором: «Либо твоя подружка, либо я.». В тот день слишком долго размышляла о том, что же выбрать, но в итоге пришла к выводу, что человек, который любит, никогда не поставит перед таким выбором. Но тут абсолютно другая ситуация. Девочку вполне можно понять, она уже второй раз получает надежду на отдых в любимой стране, и беспощадно эту надежду Лайя разрывает вдребезги.       — Милли, — Бёрнелл взяла сестру за руку, но та отдёрнула ладонь, пряча её за спиной. –Я обещаю, что как только смогу разобраться со всеми проблемами, то мы с тобой вновь съездим в Румынию и полноценно отдохнём, — она говорила искренне, но это чувство никак не доходило до разгневанного подростка.       — Не верю, ты уже много раз обещаешь-обещаешь, а ничего не выполняешь!       — Прошу, поверь мне, — самая сложная часть «игры» состояла в том, что надо как-то уговорить сестру отказаться от отдыха ради разгадывания тайн. Выходило пока что плохо.       — Я с тобой никуда не поеду! Мне хватило в замке Влада вот столько, — она провела ладонью около своей шеи. Хаотично раздумывая над словами сестры, в голову приходила только одна идея решения этой проблемы.       — Эти картины очень важны для меня, — созналась Лайя. –Ты можешь погостить у Сандры, пока я буду работать, только не подумай я… — ей не дали договорить.       — Правда?! — восхищённо спросила подросток, при этом её глаза заискрились. –Я могу пожить там? Ты разрешаешь? — девчушка будто бы только и ждала этого предложения.       — Разрешаю, — кивнула Лайя, при этом осознавая, что у самой Сандры не спросила о том, не против ли та.       — Ура! — сестра радостно обняла старшую и поцеловала в щёчку. Эта реакция была словно успокаивающий глоток свежей и чистой воды, который так необходим тому, кто только вышел из пустыни. Она ожидала чего угодно: пущей истерики, игры в обиженки или манипуляции со стороны младшей, но то, каким образом разрешился вопрос — верх благодати.       Дело осталось за малым — оповестить о нежданных гостях саму Сандру. Но что-то в глубине души подсказывало, что девушка не откажется.       — Да без проблем, красотка. А что случилось-то? — весёлый голос Александры вырвался из динамика телефона.       — Я вновь ухожу с головой в работу, картины, которые ещё не отреставрированы ждут меня, — она невесело усмехнулась.       — Трудяга ты моя, я заеду к вашему отелю и отвезу Милли в село завтра утром, пойдёт?       — Спасибо тебе, — Лайя смогла свободно выдохнуть. Согласилась. –А ты сама сейчас где?       — Я в Брашове, тоже работа не ждёт, — она тихо рассмеялась и только сейчас Лайя поняла, что не знает кем работает Сандра. На заднем плане послышался чей-то недовольный голос. –Всё, Лайя, не могу больше говорить. Босс сейчас взбесится, — последнее она прошептала. –До завтра, я приеду примерно в 11, вышлешь адрес отеля.       — Хорошо, Сандра. Спасибо за всё, до встречи, — конец предложение не был услышан собеседницей — послышались протяжные гудки. Скинула трубку.       — Ну, что она сказала? — всё это время Милли с интересом наблюдала за своей сестрой, сев в позу лотоса на диване. –Разрешила? — старшая Бёрнелл быстро кивнула и положила телефон в карман. Крик радости разнёсся по всему отелю. Девочка вновь обняла свою сестру и убежала в комнату собирать вещи, оставляя старшую в одиночестве. Вернее, наедине со своими тараканами в голове. Что ж, теперь полоса препятствий прямо перед глазами, осталось решиться и ступить на неё. И никто пока не знает, что будет в конце.       Первая часть плана осуществилась, Милли теперь под опекой Сандры. Теперь второе задание. Надо выбить встречу с Грэдишем, хотя, не было сомнений в том, что он с радостью и лукавой ухмылкой встретит её. А ещё скажет: «Я же говорил!».       На звонок Грэдишу ответил его дворецкий Доминик. Он без вопросов принял её своеобразную заявку на встречу с графом, обозначив встречу в четверг на этой неделе, то есть, завтра. Прикинув, насколько насыщенный день предстоит, девушка понурила голову.       И зачем ввязалась в это? Хотя, нет. Этот вопрос она попыталась поскорее подавить в голове, ведь ответ теперь лежал на поверхности.       Ну, что же, теперь официально девушка вошла в игру. И теперь из неё не выйти.

***

      Ко входу в отель подъехало чёрное такси из которого сразу же выпорхнула Сандра, и весело замахала рукой, когда заметила своих друзей. Такси всё также стояло у обочины и не собиралось уезжать.       — Давно не виделись, красотка, — девушка игриво подмигнула и обняла Бёрнелл, при этом похлопывая ту по спине.       — Привет, Сандра, — Лайя слабо улыбнулась, в то время как Милли накинулась на знакомую к которой поедет отдыхать.       — У меня не так много времени, — девушка кивнула в сторону шофёра, который вышел покурить. –Можно тебя только на пару слов, Лайя?       Подросток недовольно надулась, обделённая вниманием. Две девушки отошли подальше от ребёнка, который всё ещё прожигал их озлобленным взглядом.       — Всё хорошо? — шатенка заглянула в глаза Бёрнелл. –Ты так резко позвонила, что-то серьёзное случилось?       И как теперь отвечать на этот вопрос? Лайя понимала, что ответить правду не выйдет. Ох, как бы это величественно звучало! Я затеяла игру с человеком, которого знаю от силы четыре дня, чтобы разобраться в жизни девушки, которой, возможно, является сама Лайя, а ещё узнать все тайны Влада. От этого на лице застыла ироничная ухмылка. Звучит как бред сумасшедшего.       — Да, всё хорошо, — звучит неубедительно, но подруга больше не задавала ни одного вопроса, а лишь взъерошила распущенные волосы Бёрнелл.       — Если что, ты знаешь мой номер, — сказала напоследок Сандра, перед тем, как села в чёрный автомобиль. Ох, Сандра. Как жаль, что со своими проблемами Лайя не сможет к тебе обратиться, ведь ты элементарно не поймёшь просто.       Прощание с Милли вышло сумбурным. Вроде и было, а вроде и нет. Пронося все эти события, параллельно смотря в окошко машины, Лая нахмурилась. Сестра её обняла на прощание, даже пожелала удачи, но это выглядело настолько неискренне, что хотелось от этого взвыть. Похоже, не до конца простила девушку.       Но теперь, следует отбросить все прошлые сомнения и сосредоточиться лишь на одном. На игре. Хотя, странно называть то, что задумал Локид «игрой». Но раз уж ему так угодно, то пожалуйста. Адрес особняка сообщён водителю такси, словив его недоумевавший взгляд, девушка усмехнулась, но лишь внутри. Понять его можно, имя Грэдиша, очевидно, у всех на слуху. Не сказав ни слова, водитель проложил маршрут на карте в телефоне. Девушка пристегнулась, начинается путешествие.       Пейзажи быстро сменялись за окном, вот Брашов, наполненный жизнью, закончился и на его место пришли луга и поля. Зелёные, такие свежие и красивые. Казалось, что даже через закрытое окно автомобиля она чувствовала этот запах природы. Деревья, кустарники, всё это нагоняла волну спокойствия, но жаль, что лишь на время. Невольно девушка провела аналогию с тем путем, по которому она ездила до замка Влада. Путь был тёмный, страшный и пугающий. Хотя бы потому что проезжать приходилось через тот самый лес, от которого о сих пор мурашки по коже. Но сейчас девушка находилась за сотню километров от этого места. И Слава всем Богам.       Путь до особняка Грэдиша был светлым. Солнце ярко светило, по пути встречалось несколько людей и машин, из-за чего ощущение одиночества покидало и весело махало ручкой девушке, прощаясь с ней.       Вдалеке уже виднелся особняк, из-за чего волосы встали дыбом. Сомнений не было — Грэдиш примет её в свои личные реставраторы. А дальше что? Вдруг действительно картины больше не отправят в прошлое? Но ведь Локид явно намекал на то, что она сможет разобраться. И их последняя встреча, точнее то, что он сказал ей перед тем, как она вышла из салона его машины. От воспоминаний на щеках выступил румянец.       — Спасибо за информацию, — Бёрнелл вышла из салона автомобиля, который арендовал Ноэ для путешествий по Румынии. Некие дела заставили его сделать это, на такси стало неудобно ездить.       — Даже не поблагодаришь за проведённый вечер? — он ехидно усмехнулся. –Мисс Бёрнелл, вы бьёте по моему мужскому самолюбию.       Атмосфера разрядилась, и легкий смешок вырвался из груди. Почему то сейчас стало настолько спокойно, что аж дрожь пробегала по телу. Возможно, причиной был отель, в котором она жила. И в случае чего она забежит быстренько в него, ведь вот он, вход. Совсем недалеко. Но интуиция опять говорила, что дело далеко не в помещении.       — И за вечер тоже, — то, что Ноэ в предельно близком расстоянии от неё было незамеченно вплоть до того момента, как он наклонился к лицу девушки и обворожительно ухмыльнувшись, оставил невесомый поцелуй на её щеке.       — Взаимно, мисс Бёрнелл, — с хрипцой прошептал мужчина, его горячее дыхание опаляло кожу шеи. –Взаимно.       Из воспоминаний минувших дней вывел голос шофёра, которые через зеркало в машине внимательно смотрел на пассажира. Пора.       Расплатившись с мужчиной, девушка с опаской вышла из салона, осматриваясь по сторонам. Всё тот же величественный вид особняка заставил миллионы мурашек пробежаться по телу. Хотя, не столько из-за здания, сколько из-за человека, который является владельцем этого дома. Если можно назвать этот чуть ли не музей домом.       Около ворот, которые ограждали территорию графа, девушка заметила знакомого графа. Доминик в упор рассматривал Лайю, при этом хитро прищурив глаза. На нём всё так же был официальный костюм — белая рубашка, застёгнутая на все пуговицы, чёрный пиджак и такого же цвета брюки с ботинками. Дресс-код дворецких иногда выглядит через чур вычурным, но стоит уже привыкать к этому виду. Не в первый раз, так сказать.        — Мисс Бёрнелл, — он слегка поклонился, когда девушка приблизилась ко входу. –Следуйте за мной.       За столь небольшой промежуток времени мало чего поменялось. Всё тот же роскошный сад, те же высокие зелёные деревья, казалось, что это место застыло во времени, только листья деревьев, которые шевелились от порыва ветра, разрушали эту иллюзию.       Вежливо придерживая дверь, дворецкий плавно указал рукой на вход в комнату, в которой прежде не удалось побывать. Внутри всё ещё теплилось желание развернуться и убежать, и это желание росло с геометрической прогрессией, но стоило взять себя в руки. Легко сказать.       Первее всего в глаза бросилась через чур богато украшенная люстра на высоком потолке целиком сделанная из золота. Как и в коридорах на стенах висели портреты, зеркало. Большой дубовый шкаф закрывал полностью одну из стен помещения. Ковёр, постеленный на тёмные половицы, был красного цвета. Эта комната отличалась цветовой гаммой от прежних, она была в более тёмных тонах, но украшения всё те же.       Дверь за спиной захлопнулась, оставляя наедине с ранее незамеченным графом. Тот внимательно рассматривал пришедшую гостью, подперев ладонью подбородок и вальяжно расположившись в бордовом кресле. По коже прошлась волна мурашек, а сердце было готово вырваться из груди и убежать, раз уж хозяйка не может уйти отсюда.       — Мисс Бёрнелл, какая неожиданная встреча, — слащаво протянул мужчина и кинул быстрый взгляд на стоящий перед ним столик, на котором весьма удачно расположились фрукты и два бокала, наполненные чуть ли не до краёв, красной жидкостью, похоже, что вином. Так называемое дежавю электрическим током пронзило всё тело. –Присаживайтесь, что вы стоите.       Словно под гипнозом девушка села на свободное кресло, которое располагалось прямо напротив графа.       — Надеюсь, что Вы не против небольшой закуски, уж чувствую, что разговор будет весьма интересен, — Грэдиш не отрывая взгляд от глаз Бёрнелл взял в руку бокал и отпил из него. –Красное полусладкое, надеюсь, что вы любите.       Встревоженно осмотрев бокал, в голове красным таблоидом пробежала надпись «Алкоголь вредит вашему здоровью, да и вообще вашей жизни, не надо Лайя.». Последние три слова особенно чётко отражались в сознании, но были успешно проигнорированы. Что ж, играем по твоей игре, Грэдиш.       — Люблю, — коротко ответила Лайя, как бы в подтверждение своих слов сделала глоток красного.       — Великолепно, — на лице не было ни грамма усмешки или издевательской улыбки, сущее спокойствие со стороны мужчины. –О чём же Вы хотели поговорить? — только девушка открыла рот, как он спешно положил бокал на столик. –Не надо, не надо, мисс Бёрнелл, за вас скажут ваши глаза.       Столь странное поведение графа… озадачивало?       — И что же вам говорят мои глаза? — поинтересовалась девушка, припоминая о том, что подобные беседы в фильмах никогда ничем хорошим не заканчивались.       — Вы, мисс Бёрнелл, — растягивая имя собеседницы, словно пробуя на вкус, произнёс граф, слегка наклоняясь ближе. –Вы не так просты как кажется, вы пришли сюда за картинами? — неуверенный кивок в ответ. –Но, вы прекрасно знаете, что я вам их не отдам, — его голос просачивался в самую душу, обволакивая изнутри. — Но все мы прекрасно помним о том, что было лишь одно условие, по которому я смогу дать вам… поработать с ними, — на время граф замолчал, намеренно растягивая момент, якобы вспоминал, какое условие было. Глаза сверкнули, -Ах, да, вспомнил, вы работаете на меня и получаете возможность работать с картинами.       Он медленно встал с кресла, при этом продолжая изучающе смотреть на девушку. Стук каблуков его ботинок раздавался в промозглой тишине. Он как хищник, аккуратно, не спеша обошёл кресло на котором сидела девушка и остановился прямо за её спиной. По телу пробежала дрожь, опасность, которая раньше исходила от Грэдиша, увеличилась в сто раз, но для того, чтобы повернуться и взглянуть на графа, не хватало решимости.       На плечи легко опустились руки мужчины, заставляя невольно вздрогнуть.       — Но для чего они вам, мисс Бёрнелл? — слегка массируя плечи, спросил он. –Какой-то секрет, не так ли? — от его слов дыхание замирало. –Не каждый будет бегать за какими-то картинами по Румынии, ставить свою жизнь под угрозу, живя под одной крышей с еле знакомыми людьми, -Лайя была готова возразить.       — Чш-ш-ш, молчание, мисс Бёрнелл. Всё, что вы мне хотели сказать, не более чем оправдание, — с каждым словом всё больше и больше хотелось выбежать как можно скорее из особняка и никогда не возвращаться. Ощущение, что ты находишься в логове у самого закоренелого маньяка, крепчало. -Я чувствую ваш страх, о да, этот страх, который обволакивает с ног до головы, неужели я на вас так влияю? — сильнее надавив на плечи спросил граф, но не получил ответа. -У вас много тайн, моя дорогая, но… — он помедлил, наклоняясь к правому уху.       — Тайны, Лайя, уже давно перестали существовать, — его резкий переход на неформальный стиль общения обескуражил, но не настолько сильно, как то, каким именно тоном он произнёс имя. С капелькой безумства. –Запомните это.       — Вы позволите мне работать с картинами? — собрав всю волю в кулак, девушка старалась придать голосу настолько спокойный тон, насколько позволяла ситуация.       — Позволю, — чужие ладони перестали держать плечи. –Доминик!       В это же мгновение в комнату зашёл дворецкий, который равнодушно смерил взглядом открывшуюся картину.       — Наша гостья задержится здесь на несколько дней, подготовь ей самую лучшую спальню, — слова прозвучали как смертный приговор, на который ты сам подписался.       — А вещи? — нахмурилась Бёрнелл. Слишком быстро развиваются события.       — Завтра утром будут уже в комнате, — дворецкий поклонился и вновь покинул комнату, не слышно закрывая дверь.       Вновь один на один девушка оказалась со своим, теперь уже, главным страхом. Грэдиш уже спокойно сидел в кресле, не обращая внимания на гостью. Смотря куда-то вдаль.       — Договор? — напомнила о себе Лайя, хотя в глубине души была уверена, что он показательно не обращал никакого внимания.       — Нет, — кратко ответил Грэдиш. –Я доверяю вам, мисс Бёрнелл, что вы не будете красть картины или портить их. В любой момент вы сможете уехать отсюда. Вы не в темнице.       Подобные слова за эти каникулы девушка слышала уже во второй раз. И каждый раз — как в новый.       Комната, слишком светлая по сравнению с той, которую ей выделил Влад. Светло-синее постельное бельё на двуспальной кровати, много белых подушечек. Такого же цвета занавески, сцеплённые золотой атласной лентой. Шкаф из светлого дерева, прикроватные тумбочки, на которых тикали настольные часы. Одно голубое кресло, рядом светил торшер. Огромная позолоченная люстра освещала комнату. На полу лежал голубой ковёр с незамысловатым узором.       И, конечно, девушка отметила про себя то, что всё весьма со вкусом обставлено. Но темнота стала роднее. Множество картин в золотых рамах, которые показывали великолепные пейзажи. И одинокая картина, завёрнутая в тубус, стояла в углу комнаты.       Все вещи доставлены в комнату, чемоданы расположились под кроватью — сил разбирать не было. В комнату пробирались лучики солнышка.       — Давай же, Лайя, — пршептала сама себе девушка, сжимая голубые простыни в кулачках. Уже прошло неимоверное количество времени, с тех пор, как привезли вещи, а вместе с ними и инструменты для работы. Со вчерашнего вечера в углу комнаты стоял тубус, который как магнит манил, но в то же время отталкивал. Страх сковывал тело, а неуверенность закралась в глубине души.       А что если не получится попасть в прошлое?       Стараясь не думать об этом, девушка встала с кровати и медленно подошла к полотну. При соприкосновении с немного поржавевшим металлом, по телу прошёлся электрический разряд. То ли от нервов, то ли действительно в этом было что-то паранормальное.       Аккуратно усевшись в кресло, которое показалось гораздо не удобнее, чем кресла в замке Влада, девушка достала полотно. Всё та же строительная краска, которая скрывает чей-то портрет. Та краска, которая скрывает правду.       Вооружившись инструментами, Лайя сначала провела мокрой кисточкой по холсту. Некое взбудораженное чувство расплывалось по всему телу с каждым мазком. Небольшим ножичком, подцепив часть строительной краски, она смогла отделить от холста часть грязи.       С каждой секундой в глазах вспыхивал с новой силой огонёк. Азарта, интереса, страха. Сомнения росли прямо пропорционально радости. Вот, картины здесь, в руках. С ними можно работать и «спасать». Кто скрывается под этим материалом? Чей портрет? Этим вопросом девушка задавалась ежеминутно. Все те люди, которые присутствовали в жизни Лале стали такими… родными?       Да, это именно то слово. Словно теперь Бёрнелл была знакома с каждым лично, все они поселились глубоко в душе и никоим образом их оттуда не уберешь. Они будут всегда с ней. Некоторые станут приятным воспоминанием. Шахи-хатун, Сафие, Димитрис… А из-за некоторых сердце будет раскалываться на несколько частей. Аслан и Влад. Таких людей не встретишь никогда. Это странное чувство некой потери заставило пару слезинок скатиться по разгоряченным щекам.       Эти люди жили множество веков назад. Они не знали о том, что через много-много лет, какая-то девушка узнает об их жизни через глаза Лале. Проникнется к ним, не заметит, как полюбит всех. А затем потеряет. В одно мгновение Лайя почувствовала нерушимую связь с тем миром, словно она была неотъемлемой частью всего происходящего там. На лице расплылась счастливая улыбка…       

…и она провалилась в сон.