Black Soul

      Вода шумела, ударяясь плотной теплой струей о дно раковины. За окном щебетали зимние птицы, что никак не могли угомониться даже в наступивший злой мороз. Лезвие попало под поток воды, и та побежала по нему сверкающими струйками, чтобы позднее стечь общим массивом в слив. Билл Сайфер опустил нижнюю челюсть и слегка втянул щеки, чтобы в следующем мгновении бритва срезала едва заметную щетину над верхней губой. Он не смотрел в свои собственные глаза в отражении — все его внимание было направлено только лишь на приведение себя в порядок. За окошком ванной комнаты послышался шум заведенной машины, но босс на это даже не отреагировал: успел привыкнуть, что его мафиози уезжали на рэкет ни свет ни заря…       Юный Мейсон Диппер Пайнс давно уже проснулся и, наскоро умывшись, пошел на поиски своего «супруга», чтобы уговорить его на выезд в город. Ночью шатену пришла идея того, как можно было сделать собственную квартиру чуточку уютнее, поэтому он собирался обсудить это с Сайфером как можно быстрее и либо получить согласие, либо попытаться уговорить на такую мелочь. Правда, Билл пока не явился, поэтому Пайнс решил сам направиться на его поиски. И все было бы весьма хорошо, если бы у юноши не была слегка девичья память, потому что он забыл, где находилась квартира Уильяма. В огромном здании было так много мест для проживания, а все двери были настолько одинаковы, что шатен буквально потерялся в длинных коридорах и закутках. Он спустился вниз по лестнице, завернул в новый коридор.       До ушей Диппера донесся низкий стон, из-за чего тот и остановился. Комната для пыток и допросов была в подвале, чтобы никто в округе не мог слышать надрывные крики жертв мафии. Самым логичным выводом, который сделал Пайнс, было предположение, что кому-то плохо и не помешало бы оказать помощь. В подтверждение его мыслям вскоре что-то с шумом упало на пол, и судя по звуку, это были какие-то ящики. Стон повторился — Мейсон ускорил шаг. Он оказался перед приоткрытой дверью и уже было потянул за ручку, как заметил в полупустом помещении, больше похожем на каморку для швабр и ведер, две фигуры. Пылинки летали в воздухе в своеобразном танце, задерживались в бледных солнечных зимних лучах… Зрачки в карих глазах сузились, пальцы замерли на дверной ручке.       Два темноволосых мафиози нетерпеливо прижимались к губам друг друга, беспорядочно шаря по разгоряченным телам. Один сидел на грубо сколоченном столе и обнимал ногами второго, пока тот порывисто расстегивал чужую рубашку и громко дышал. Диппер хотел тихонько прикрыть дверь и тихо уйти, но застыл на месте. Казалось, что он даже не дышал несколько секунд. Юноша слишком рано потерял своих родителей, чтобы увидеть даже самые невинные поцелуи, и слишком занят был разгребанием своих проблем, чтобы у него хоть кто-то появился для приобретения своего опыта. После войны с образованием не задалось, хоть шатен и любил читать книги, сверстников на улицах начала депрессии было мало, да и желания общаться с маргиналами не было… — Веди себя тише, — шикнул один из мужчин, — ты вопишь на все логово. Если сюда на твои крики придет Криптос или, не дай Бог, Сайфер, нам обоим головы отрубят. — Здесь тихо… — жарко выдохнули в ответ. — Никто сюда не заходит… Да и почти все еще спят… Не тормози уже, сладкий, иначе я сам тебя прикончу.       По щекам Диппера расползся предательский румянец. Уши запекло со страшной силой, и в них отчетливо слышался стук беспокойного сердца. Внизу живота начало тянуть… В эту небольшую щелку было видно, как раскрасневшиеся губы одного мафиози припадали к доверительно подставленной шее; как они собирали капельки пота и с глухим звуком оставляли свои собственные красноватые следы. Пальцы другого же зарывались в темные волосы, перебирали прядки и ласково гладили кожу головы. Диппер готов был поспорить, что от таких прикосновений по телу должны были пробежать мурашки. Поцелуи спустились к плечам, затронули ключицы… В тишине раздался громкий выдох сквозь зубы, и тот, который сидел на столе, слепо уткнулся губами в чужую макушку, не переставая перебирать пряди. Руки первого скользнули под выпущенную из-под брюк рубашку, а после задрали ее повыше, оголяя подрагивающие в предвкушении бока. Пайнс кусал свои собственные губы, хмурил брови… Разве люди должны были целовать друг друга куда-то, кроме как в губы или щеки?.. Один мужчина опустился на колени, задрал чужую рубашку повыше, чтобы поцеловать подтянутый живот, посмотрел вверх, распахивая свои черные ресницы, и чужие ласковые ладони обняли его лицо. Сидящий на столе быстро склонился ниже, снова поцеловал опухшие губы, тихо простонал. Этот поцелуй был не таким, какие видел на улицах Пайнс. Мафиози целовались глубоко и отчаянно, постоянно подаваясь навстречу друг другу и скользя губами по губам. В одно мгновение в свете солнца и блеске пылинок мелькнули сплетенные языки, и щеки шатена побагровели и запекли так, что стало невыносимо. — Милый, я больше не могу, — снова раздался поспешный шепот. От такого шепота должен был валить густой пар, как от горячей воды. — Пожалуйста… Сокровище мое…       Мейсон сделал шаг назад и все же прикрыл дверь тихо-тихо, чтобы никто не заметил. Он прижимал ладони к своему лицу, но сам был в полной растерянности. Люди ведь так себя не ведут… То, что делали те мафиози — разве это правильно? Даже если нет, то выглядело все слишком хорошо. Пайнс по-настоящему растерялся. Он был в расстроенных чувствах, а сердце его продолжало колотиться, словно небольшой колокольчик в ураганный ветер. Его так никогда и никто не целовал. И не поцелует. Он шел по коридору, не видя, куда направлялся, пока не столкнулся с Арнольдом. Он буквально врезался в чужую спину, о чем сразу же пожалел, потому что Криптос явно был не в духе. — Хей! Ты о чем думаешь? Смотри, куда тебя ноги несут, — фыркнул Криптос, смотря на свою чашку с кофе. Благо, та была уже наполовину опустошена. Диппер посмотрел на него с сожалением, но промолчал. — Чего опять зажимаешься? Я тебе не Билл, по лестнице не спущу. — Извини. Я просто… — шатен перевел дыхание, отвел взгляд к заснеженному окну. — Я задумался. — И о чем ты таком думаешь, что у тебя щеки краснее наших ковров? — усмехнулся Арнольд. Пайнс покраснел еще сильнее — хотя куда уже больше? — Понятно, — продолжил Криптос. Он хлопнул Диппера по плечу, а после поплелся по своим делам, не выпуская из рук любимую чашку.       Юноша от его выходки тоже слегка опешил. Он привалился бедрами к широкому подоконнику, скрестил руки на груди и только глубже ушел в свои мысли…

***

      Билл тяжело дышал, по его лицу скользила надломанная ухмылка. Его пальцы обтягивал крепкий металл, пока по коже стекали струи крови. Звон раздался на весь подвал, и он предвещал звук глухих ударов. Кровь брызнула на стены, упала на пол. Сайфер склонился ниже к чужому изуродованному лицу, слегка приподнял его за подбородок и заглянул в заплывшие глаза. Иногда ему нужно было спускать пар, а специально для этого у него были должники и предатели. Не стоит таить, что Уильям был откровенным садистом и ни капли этого не стеснялся. Он любил, когда кастет ощущался на его костяшках, любил тепло чужой крови на своих пальцах, когда металл попадал по чужим зубам и смешивал хруст со звоном. Любил, когда люди плевались сгустками крови и молили разбитыми в мясо губами о пощаде. Светлые пряди упали вперед, намокли от выступившего пота. Сайфер в кои то веки оставил свою фетровую шляпу висеть на спинке стула. — Ты меня расстроил, Салли, — утробно проговаривал каждую буковку блондин, склонившись над чужим порванным ухом. — Я тебе давал отсрочку… Позволял вешать мне лапшу, — он провел кончиками пальцев по разбитому хрящу, — на уши. Ты меня слышишь? Я ведь предупреждал тебя… Где сейчас твоя семья? Знаешь? А я знаю…       Билл отступил, широко улыбнулся. Он сполоснул руки и свое оружие в специально стоящей рядом раковине, вытер все полотенцем и вышел за дверь, оставляя свою жертву наедине с мигающим светом.       Сайфер через пару минут направлялся уже к своему кабинету, когда заметил задумчивого Пайнса возле окошка. Тот искусал себе все губы почти в кровь. Блондин остановился как раз напротив шатена, перехватил его за подбородок и надавил большим пальцем на нижнюю губу, чтобы освободить ее из плена зубов. Диппер обратил на него свое внимание, снова густо покраснел… — Что с твоим лицом, Сосновое Деревце? Тебя кто-то обидел?       Взгляд Пайнса скользнул по брызгам крови на рубашке… Рукава Сайфера были закатаны до локтей, ткань измялась и окрасилась в алый. Этот цвет был ужасен, противен. От этого цвета пахло металлом и чужой болью. — Нет… Задумался. Я как раз искал тебя, — Диппер тряхнул головой, его кудряшки подпрыгнули. Сайфер же выгнул одну бровь в вопросе. — Я хотел попросить тебя о выезде в город. Вместе. Я хочу прикупить чего-нибудь для квартиры. В ней неуютно. — Хорошо, я поговорю с Арни, — пожал плечами Уильям, — он с тобой поедет. Развеешься, а он по делам заскочит. — Нет, Билл, я… — начал было шатен, но блондин уже заметил проходящих мимо мафиози и подозвал их к себе ладонью. Пайнс закатил глаза, скрестил руки на груди и надул свои покрасневшие губки. — Билл, ну послушай ты меня. Я хотел провести хоть пару часов в твоей компании. Мы ведь должны друг друга хоть немного узнать… — Для чего? — фыркнул Сайфер. — Слушай, Сосна, у меня дел по горло. Ты обо мне знаешь уже достаточно, так что успокойся. — Ладно. — Диппер подождал, пока Билл не прикажет позвать Арнольда, а затем продолжил: — Ты придешь вечером поменять шторы? Я один не дотягиваюсь до карниза.       Билл вытянул из-за уха сигарету, легко достал из кармана «Zippo» и запрыгнул на подоконник. Он сделал одну долгую затяжку, прикрыл веки и совсем расслабился. — Зачем мне приходить, если у тебя уже все заменили? Я буквально десять минут назад отправил туда пару человек, чтобы шторы сменили. Постельное белье, кстати, тоже поменяли. — Пайнс снова начал кусать свои губы от недовольства, и опять Билл потянул за нижнюю. — Перестань их портить, Сосна. Как думаешь, я заслужил немного благодарности? — на тонкие губы легла ухмылка, и Диппер нехотя потянулся к гладко выбритой щеке, но остановился.       Все тот же запах лосьона и пены для бритья, тот же запах одеколона — он был гораздо сильнее, ведь его использовали недавно. Шатен был недоволен, ему не было хорошо. Он не должен был сейчас целовать Билла. Тот уже прикрыл веки в ожидании, но не почувствовал ничего — Диппер отстранился, поджав губки. Сайфер нахмурился, не получив ожидаемого. Он только открыл рот, как рядом нарисовался Арнольд. — Звал? — коротко спросил тот.       Билл прищурился, окинул Пайнса холодным взглядом, а затем заговорил: — Сосна изъявил желание приобрести что-то для своего горшка. Сгоняешь с ним в магазин или куда он там хочет…       Сайфер дал отмашку, спрыгнул с подоконника и направился куда-то дальше по коридору. Даже Арнольд выгнул брови в удивлении. И он был уверен, что где-нибудь его друг что-то разнесет в щепки. Либо же вернется в подвал и там превратит кого-то в отбивную. — Чур я на переднем сидении, — устало выдохнул юноша. Криптос теперь уже с удивлением глянул на шатена. — Тогда я за рулём.

***

— Итак, тебя явно что-то гнетет, — расслабленно произнес Арнольд, выворачивая руль на повороте. — Не поделишься со мной? Обещаю, твоему «возлюбленному» я ничего не расскажу. На тебя просто смотреть больно, малыш.       Диппер подпирал голову рукой, что лежала на выступе двери автомобиля. Он перевел усталый взгляд на блондина, свел брови на переносице. И что ему было делать? Врать? Скрывать все до последнего? Видимо, так и нужно было делать, но шатен ответил: — На словах у меня есть муж. Все мафиози и правда считают меня его супругом. А он со мной почти не общается, игнорирует, всячески наказывает и посылает других делать его чертову работу. Я выиграл в карты у него новые шторы, ты это знаешь. Думал, сходим вместе, он даст мне выбрать все самому и поможет повесить их у меня в спальне, но вместо этого он отправил людей в магазин за этими чертовыми тряпками и затем приказал им их повесить. Я попросил у него съездить за всякой мелочевкой — он отправил тебя. — Пайнс совсем по-наглому закинул ноги на торпедо и поудобнее устроился в кресле. — Я на всю жизнь останусь одиноким, потому что мне даже смотреть ни на кого нельзя. Я не узнаю любви и буду вечным заложником мафии. — А что ты ждешь от Сайфера? Ответных действий? — засмеялся Арнольд. Он начал потихоньку сбавлять скорость, остановился возле мебельного магазина. — Я тебе такого не говорил, но Билл умеет только морды другим разбивать и руководить кучей народа. У него опыта в любовных делах столько же, сколько у тебя половых партнеров. — Эм-м-м… — Пайнс замялся от такого откровения. — Я думал, что у него за спиной миллионы разбитых сердец. — Только если ты говоришь о сломанных грудинах, — пожал плечами Криптос. Он вытянул ключи, склонил голову набок. — Выходи из машины. Или тебе ручку подать?       Юноша быстро оказался на улице, дождался Арнольда и ухватил того за локоть, заглядывая в голубые глаза. — Расскажи мне больше о нем. Пожалуйста. Он молчит, будто воды в рот набрал.       Билл в это время подбрасывал нож для писем в воздух и ловил его открытой обожженной ладонью. Перед ним лежали нераскрытые письма; просьбы о продлении займа или мольбы о предоставлении новой партии психотропных веществ. Взор Сайфера был направлен на цветы на подоконнике, грудь вздымалась в спокойном дыхании. Брови нахмурились, и глубокий шрам исказился, становясь только темнее, будто только недавно провели острым ножом эти русла для рек буйной огненной души. Светлые ресницы прикрылись, металл воткнулся в дерево пола…       Арнольд с Диппером рассматривали совершенно нелепые часы в форме ели: Криптос настаивал, чтобы они взяли эту безделушку. Он обязан был посмотреть на лицо Сайфера в момент, когда он увидит такие часы. Они слонялись меж рядов с резными фигурками, цветочными горшками и различными светильниками. Можно было повесить новые полочки, заменить шкафы и даже кровать. — … У него просто не было времени. Когда он был таким же, как ты, ему перепал этот семейный бизнес. Отец и мать отправились к предкам в одну несчастную ночь, на плечи Билла упали дела мафии. Не то, чтобы он был против, просто случилось неожиданно. — Криптос закинул в корзину мешочек с ракушками и разноцветными камешками. — Ему нужно, чтобы было интересно. Дольше пяти минут он обычно ни с кем не общался. Не говори ему, что я разрушаю его авторитет альфа-самца, — послышался тихий смех блондина. — Так какого черта он не найдет себе кого-нибудь получше и не отпустит меня? — проворчал Пайнс, осторожно складывая в корзинку разноцветные коробочки для одежды. — Он тратит время впустую, держа меня возле себя. — Если он найдет кого-то лучше тебя, ты вылетишь на улицу, птенчик, — улыбнулся Арнольд. Диппер сразу же поджал губы. — Молись, чтобы Сайфер оказался лебедем преступного мира и тоже выбирал себе партнера раз на всю жизнь, потому что иначе твоя жизнь оборвется быстрее, чем ты успеешь пикнуть. Ты сам сказал, что ты его супруг только на словах. Зная наше законодательство, браки между мужчинами у нас разрешат не так скоро. Предлагаю тебе отрезать все причиндалы и начать косить под девчонку, Мейси, чтобы ваш брак зарегистрировали.

***

      Диппер пересыпал разноцветные стеклянные камешки в купленный аквариум и следил за тем, как цвета переливались. Он поглаживал их нежными подушечками пальцев, рассматривал молочные линии в некоторых из них. Скоро ему должны были принести ужин — вместе со всеми в холле есть пока не хотелось. Точнее, кто-то ел в холле в компании и как-никак шутил, а кто-то прятался в своих конурах и там обгладывал кости.       В голове вертелись мысли о тех самых поцелуях других мафиози. Кончики пальцев коснулись розоватых уст, огладили их медленно и осторожно. В тепле губы больше не шелушились, поэтому казались на ощупь самым настоящим бархатом. Ладонь легла на собственную шею, и шатен подошел к высокому зеркалу. Он гладил свою кожу, представляя чьи-то поцелуи, глаза его наполнились теплыми слезинками. Ему было все равно: мужчина или женщина. Хоть утконос. Он просто хотел, чтобы его любили и он мог ощущать эту любовь. Он хотел слышать ласковый шепот с признаниями и милыми прозвищами. Не надменное «Сосна» или «растение», а что-то вроде «милый» или «дорогой». Один мафиози назвал другого сокровищем, и Диппер вспоминал это, кусая изнутри щеки. Он хотел, чтобы его пальцы скользили по чужим волосам, закручивали их в кудри и распрямляли.

***

      Громкий шлепок прозвучал на всю комнату, а за ним и неприятное шипение. Билл Сайфер потирал свой затылок, скалился и чуть ли не рычал злым цепным псом, пока Криптос смотрел на него с укором и указывал пальцем на выход из кабинета.

***

      В дверь тихо постучали. Диппер коротко крикнул «Войдите!», а сам продолжал смотреть на свои губы в отражении. Что в них так нравилось Сайферу, что он с них не сводил глаз?.. Неужели они никогда не узнают настоящих чувств и не ответят кому-то взаимностью? Фигура Мейсона выделялась среди желтоватого света ламп, его кудри забирали в себя большую часть теней… В отражении мелькнуло что-то до боли знакомое. Шатен обернулся, оставив руки покоиться на своей шее. Чужие разноцветные омуты сверлили его будто бы насквозь. — Не составишь мне компанию? — тихо сказал Сайфер, скрестив пальцы за спиной. — Составлю, — улыбнулся Пайнс.       Юноша вышел в гостиную, куда обычно и приносили еду. У стола стояло два стула, и накрыто было на двоих. Билл достал из кармана зажигалку, прокрутил ее в пальцах, а после зажег две высокие свечи — и их Диппер точно не покупал в магазине днем. Вино разлилось по бокалам, пламя свечей дрогнуло… Уильям флегматично резал стейк, не отвлекаясь от своей тарелки. Все воодушевление шатена начинало падать в бездну Марианской впадины. Видимо, на этом все и должно было закончиться: они поужинают, а затем разойдутся спать. Пайнс гонял мясо по своей тарелке, иногда вместе с ним под одну гребенку попадали и запеченные овощи. Вдруг Билл поднял бокал, слегка покашлял в кулак, чтобы на него обратили внимание. — Я хотел бы выпить за сегодняшнюю прекрасную погоду, — быстро произнёс блондин. Диппер в непонимании похлопал ресницами. Он из вежливости чокнулся с бокалом Уильяма и даже немного отпил, но так ничего и не понял. — Не хочешь ли прогуляться? Посмотреть на луну, птичек послушать… — На улице метель, — осторожно ответил Пайнс. — Да, — уверенно выдал Сайфер. — Понятно… Эм-м-м… Много ты выпил перед тем, как сюда придти? Или, может быть, эм-м… Принял чего? — Юноша склонил голову набок, слегка прищурился. — В любом случае, я сегодня хотел лечь спать пораньше. Спасибо за ужин, и… — Он поднялся на ноги, но Билл тут же перехватил его за руку. — Сядь.       И Диппер решил послушаться. С Сайфером явно было что-то не так. Он прикурил сигарету прямо от свечи и за одну затяжку выдул почти треть сигареты. Шатен нервно сглотнул, сложил руки у себя на коленях. Он сидел так ровно, будто ему вместо позвоночника вставили палку для пугала. Билл стряхнул пепел прямо в свою тарелку, а пальцами свободной руки зажал собственную переносицу до побеления. Пока он собирался мыслями, Диппер уже продумывал план отступления в случае чего. Его ладошку перехватили, огладили костяшки, из-за чего зрачки в карих глазах сузились. — Ты сегодня ни разу меня не поцеловал. Я делаю что-то не так? Скажи, я исправлю, если тебе что-то не нравится. Не те шторы? Не на той машине ехали? Плохо в квартире убрали? — Уильям, — смягчился Пайнс, — иногда я хочу, чтобы что-то делал ты сам. Шторы мне нашли и повесили твои подчиненные — мне целовать их за работу? По магазинам со мной несколько часов ходил Арнольд. Мне теперь и его целовать? — Юноша накрыл чужую ладонь своей, перевернул ее и посмотрел на обожженные линии. — Я уже говорил тебе: ты объявил нас супругами, но игнорируешь мое существование. Чем я лучше цветка у окошка? Ты и без того меня растением обзываешь. — Зачем тебе что-то знать обо мне, если у тебя и без того все хорошо? Я даю тебе все, что ты требуешь. У тебя даже есть время капризничать, хотя ты тут без году неделю сидишь. Тебе плохо? Мерзнешь, голодаешь, ходишь в тряпье? — Уильям громко фыркнул, подпер двумя пальцами висок, пока от сигареты шел дым. — Да на тебе сейчас трусы стоимостью выше дома в пригороде, блять. Что тебе не нравится?! — Ты меня не слушаешь! — не выдержал шатен, вскакивая с места. — Я тебе уже раз десять сказал, что меня не устраивает! Ты не слушаешь меня никогда! У тебя все упирается в деньги и в количество людей, Сайфер! Сам сказал мне целовать тебя только тогда, когда мне хорошо. Так вот, мне плохо! — Да от чего тебе плохо?! — перешел на крик блондин. — Тебя тут бьют?! Унижают?! — Да! — выкрикнул Пайнс. — И делаешь это ты сам! Ты лишаешь меня счастливой жизни с кем-то! Ты мог бы подарить мне свою любовь в обмен на мою, но ты и этого не делаешь! — Не устраивает мое отношение — собирай свои манатки и вали ко всем чертям отсюда! Ах, да! — Билл приложил ладонь к своему лицу, приподнял в наигранном сочувствии брови. — У тебя же нет ничего… Как печально…       Диппер залпом выпил свой бокал вина, дернулся в сторону выхода, но его запястье крепко стиснули и потянули обратно. Ошибкой было попытаться вырваться, потому что именно такое обычно и злило Сайфера. Пайнса чуть ли не кинули на стул — зубцы от вилки больно прошлись по нежной коже предплечья. Шатен с ужасом смотрел на блондина, в чьих омутах разгоралось пламя — или же это было пламя свечей?.. — Ты должен мне поцелуй, — прошипел Уильям, скалясь. — И сегодня я его у тебя заберу.       Он слишком резко подался вперед, из-за чего Диппер отшатнулся. Их зубы столкнулись, тонкие губы смяли розовые уста. Это совсем не было похоже на то, что юноша видел с утра. На его глазах появились слезы, сердце ударилось о грудь и задело легкие. Билл прикрыл ресницы, чуть ослабил хватку… Собрав последние силы, шатен сильно укусил его за губы, оттолкнул от себя и пулей вылетел за дверь. Он бежал по длинным коридорам, перепрыгивал ступеньки, дабы через всего несколько секунд оказаться у двери, ведущей в сад. Белые хлопья мирно сыпались с неба, укрывали землю новыми слоями покрывала. Юноша добежал до самой дальней скамейки, смахнул снег и забрался на нее с ногами. Он утыкался носом в собственные колени, тяжело дышал… Холод потихоньку забирался под тонкую рубашку…

***

— Я говорил тебе, что ты полнейший идиот? — недовольно бурчал Арнольд.       Белая ватка со спиртом касалась глубоких красных отметин на тонких губах, налитых красной кровью. Билл почти злобно шипел каждый раз, когда вата проходилась по свежим ранам. — Это ты сказал мне идти к нему. Ты видишь, чем это закончилось?! — Сайфер осторожно коснулся своих губ и сразу же получил по рукам от Криптоса. — Выкину его на помойку, предварительно распилив на части и расфасовав по мешочкам. Пусть там о своем поведении подумает, засранец чертов. — Да-да. Перед этим всем не забудь приползти к нему на коленях, потому что ты повел себя как свинья, Сайфер. Нравится тебе мальчик — ухаживай за ним. Не надо заваливать его бесполезными вещами и разбрасываться деньгами. Сыграй с ним снова в карты, посиди с ним в холле вместе со всеми, своди в ресторан, сделай что-то своими руками. Не нужно, блять, постоянно запугивать его, если ты действительно хочешь с ним всю жизнь прожить. Тебя всему учить надо?! Побегай за ним пару месяцев, а потом уже целоваться лезь, идиота кусок! — Пф-ф-ф, буду я еще за кем-то бегать, — буркнул Билл, а затем снова зашипел от прижавшейся к губам ваты.