Сборник драбблов по СвонКвин. Третья волна

Мощный порыв ледяного ветра почти сразу же заставил брюнетку нахмуриться и поплотнее запахнуть полы тёплого пальто, едва спасаясь от холода ноябрьской ночи. Реджина осторожно осмотрелась по сторонам и, не заметив ни единого человека на улице, мягкой поступью спустилась с крыльца собственного особняка, не имея ни малейшего понятия, куда она собиралась пойти в столь поздний или скорее ранний час. Она и сама не знала, что заставило её проснуться. Стрелка часов едва приблизилась к трём часам ночи, но что-то неведомое буквально вытолкнуло мэра из постели, вынуждая наспех одеться и выйти на незапланированную прогулку. Миллс медленно шла по улице, вдыхая морозный воздух и ощущая, как с каждым шагом тяжесть внутри усиливалась. Мысли были спутаннее с каждым шагом, но единственное, что было ясным - это то, что думала Реджина об Эмме Свон. И сколько бы она ни пыталась избавиться от навязчивых мыслей о белокуром шерифе, образ её становился лишь отчётливее. Девушка невольно вздрогнула, когда более сильный порыв хлестнул её по лицу, и она попыталась посильнее закутаться в тёмный вязаный шарф, подаренный Генри на её день рождения. А мысли вновь вернулись к Эмме, которая, теперь уже Миллс была уверена, и была причиной её внезапного пробуждения. Когда Реджина видела её в последний раз в кафе «У Бабушки» вместе с четой Прекрасных, Свон вела себя более чем странно. Была отстранённой, молчаливой. Поза её выдавала нескрываемое напряжение, а улыбка, что обычно украшала лицо блондинки, и вовсе исчезла, словно её никогда и не существовало. Она явно была чем-то озадачена, и страннее всего было то, что Эмма совсем не разговаривала со своими родителями. Как бы ни старались Снежка и Дэвид обратить на себя её внимание, девушка оставалась всё такой же равнодушной, абсолютно игнорируя все их тщетные попытки. Тогда Миллс вовсе не предала этому значения, хотя интерес к такому непривычному поведению шерифа возник мгновенно, однако сейчас Реджина не могла отделаться о размышлений о том, что у Чармингов определённо что-то случилось. Что-то, что могло так сильно повлиять на их дочь. Она почти дошла до пристани, но вдруг резко остановилась, ловя себя на мысли, что выглядит как полная идиотка. Одна посреди улицы в три часа ночи, ни один уважающий своё здоровье человек не заставил бы себя вылезти из кровати в такое время. Она глубоко вдохнула ледяной воздух, намереваясь уже вернуться домой, как что-то необычное привлекло её внимание, заставляя всё же двинуться вперёд. Подойдя ближе, силуэт стал более отчётливым, и по спине Миллс невольно пробежали мурашки от увиденного. На одной из скамеек сидела Эмма Свон в своей отвратительной красной куртке, которая наверняка ни черта не грела. Голова девушки была опущена, а руки сложены на груди так, словно она хотела защититься от всего мира. Плечи слегка подрагивали, и Реджина вмиг осознала, что она плачет. Ужас сковал брюнетку, а желание сбежать, оставшись незамеченной, лишь усилился. Она знала, что явно не была той, с кем бы стала откровенничать Свон. Даже несмотря на то, что в последние несколько месяцев их отношения стали заметно лучше, нежели прежде, между ними всё ещё была огромная пропасть. И лезть в душу Эммы и докапываться до причин её подавленного состояния ей однозначно не хотелось. Реджина аккуратно развернулась на каблуках и сделала маленький шаг, намереваясь убраться прочь, когда до её слуха донёсся знакомый голос. - Ты можешь перестать прятаться, Реджина. Миллс шумно выдохнула и на мгновение прикрыла глаза, но почти сразу же обернулась и подошла немного поближе, всё ещё не видя лица Эммы. - Ты всё это время знала, что я здесь? Короткий смешок слетел с губ Свон. - Сложно было не узнать. Стук твоих каблуков был слышен ещё за версту. Мадам мэр немного нахмурилась и уже собиралась съязвить в ответ, но вовремя себя остановила, понимая, что ничем хорошим сейчас это не закончится. Вместо этого она подошла вплотную к скамье, на которой сидела шериф и, не решаясь присесть, встала рядом и взглянула на девушку. Первое, что бросилось ей в глаза, это бледные искусанные губы блондинки. Она и сама не знала почему, но Реджине почти сразу же захотелось осторожно провести пальцем по ним, ощутить их мягкость, коснуться каждой ранки и исцелить их своей магией. Она не прекращала смотреть, пока голос Эммы не вырвал её из собственных же мыслей. - Я отвратно выгляжу, знаю, - едва слышно произнесла Свон и снова опустила голову вниз, дабы не встречаться с пронзительным карим взглядом. Миллс лишь коротко хмыкнула и, пошевелив слегка заледеневшими пальцами, присела на скамейку, оставляя между ними небольшое расстояние. - Что произошло? - О чём ты? Реджина вздохнула и пристально посмотрела на девушку. Теперь она уже отчётливо могла видеть красные от слёз глаза и слегка опухший нос. - Не нужно притворяться, мисс Свон, - мягче, чем бы ей этого хотелось, сказала Миллс. - Ты плакала минуту назад, а всю прошлую неделю вела себя так, будто кто-то из твоей семьи неожиданно умер. Я не идиотка, чтобы не понять, что с тобой что-то происходит. Она увидела, как бровь Эммы слегка приподнялась в удивлении, а руки стали нервно одёргивать края куртки. - Ты заметила? - лишь тихо спросила она. - Трудно было не заметить, - кивнула мэр. - Думаю, что твою отчуждённость и апатию заметили все в городе. Так что произошло? Очевидно, что никто из Чармингов не умер. Блондинка тихо пробормотала себе под нос, и Реджине пришлось как следует прислушаться. И она могла поклясться, что слышала, как Свон сказала, что лучше бы так и было. Тишина повисла между ними двумя, звенящая и оглушающая. Казалось, что никто не был способен вымолвить ни слова, но когда Эмма вновь всхлипнула и закрыла лицо руками, Миллс не выдержала. - Эмма. - Она беременна, - шёпот слетел с уст девушки, и Реджина почти физически ощутила боль, которой были пропитаны эти слова. Ей сразу же захотелось успокоить её, как делала это с Генри, когда он был совсем крохой. Она придвинулась почти вплотную, едва касаясь плечом плеча Эммы, и осторожно положила ладонь на её бедро. - Эмма, - всё, что она смогла сказать, когда слёзы вновь покатились из глаз шерифа. - Мэри-Маргарет беременна. Казалось, что Эмма сама не верила в то, что говорила, но она продолжала повторять одну и ту же фразу, и тогда неожиданно даже для самой себя Реджина крепко прижала её к себе и обняла. Она сразу ощутила руки Спасительницы у себя на талии, и это было так, будто всё, в чём в этот самый момент нуждалась Свон, была она. Объятия длились совсем недолго, но когда Эмма отстранилась, чтобы смахнуть с лица слёзы, мадам мэр тут же почувствовала, как холод окатил её с новой силой. Она явственно осознала то, что ей вовсе не хотелось отпускать Свон. Потребовалось несколько тягостных минут, чтобы шериф смогла взять себя в руки. Её взгляд вновь опустился вниз, а голос стал слишком хриплым, и когда ей удалось произнести слова, Реджина невольно вздрогнула. Таким безжизненным казался голос блондинки. - Прости за это шоу. Уверена, что успокаивать меня было последним, чего бы тебе хотелось сейчас. - Не извиняйся, - коротко ответила Миллс, - я тебя понимаю. Шумный выдох послышался сбоку, и Реджина искоса взглянула на неё. - Это эгоистично, я знаю. Просто… я не могу поверить в то, что они решили заделать ещё одного ребёнка. - Не рада появлению младшего братика или сестрички? - не смогла удержаться от лёгкого ехидства мэр. - Не издевайся, - тут же огрызнулась Свон. - Я знаю, как это выглядит со стороны. Будто я веду себя как обиженный на весь мир ребёнок. Но я действительно надеялась, что у нас будет побольше времени на то, чтобы стать семьёй. Эмма замолчала так же внезапно, как и начала говорить. Лишь шум ветра и волн нарушал молчание с обеих сторон. - Я не издеваюсь. Твою реакцию можно понять, только не думаю, что Снежка и Дэвид пытаются. Реджине казалось, что Свон пропустила её слова мимо ушей, но она вновь дала о себе знать. - Знаешь, я хотела найти настоящих родителей всю свою жизнь, - кое-как подавляя новый приступ слёз, произнесла девушка. - Мне просто хотелось посмотреть на них, понять, на кого я больше похожа, чей характер мне достался и прочая сопливая чушь. И в глубине души я знала, что этого никогда не произойдёт, потому что информации об этих людях не было абсолютно никакой, а я пыталась накопать, поверь. И в один момент, я просто оставила эту затею. Перестала думать о них, искать хоть какие-то зацепки и стала жить своей жизнью. Она затихла и быстро вытерла глаза тыльной стороной ладони. Миллс, заметив этот жест, вновь положила руку на её бедро, пытаясь хоть как-то успокоить. - Что было дальше? - словно боясь спросить что-то, что могло её задеть, поинтересовалась Реджина. - Всё было нормально, и я практически смирилась с этим, а через полгода в мою дверь неожиданно постучал Генри, и вся моя жизнь в корне изменилась. Я оказалась здесь, встретила тебя, Мэри-Маргарет и остальных, ну а дальше ты знаешь. Брюнетка кивнула, слегка улыбнувшись. - И когда проклятье разрушилось, всё, о чём я могла думать после Генри, были мои родители, которые, как оказалось, были сказочными персонажами. Поначалу было неловко не то что называть их мамой и папой, а даже думать о них в этом ключе, но со временем я вроде как привыкла. Эмма коротко пожала плечами, в то время как мэр не сводила с неё взгляда. - Они странные, но неплохие, и я правда полюбила их по-своему. Потому что мне выпал шанс обрести настоящую семью. И хоть Мэри-Маргарет иногда чересчур перегибает с заботой, абсолютно забывая о том, сколько мне лет, это выглядит мило. - Ты ревнуешь, Эмма, - снова не смогла сдержать улыбки Реджина. - Всё-таки издеваешься. Она скрестила руки и слегка насупилась, пытаясь отвернуться и скрыть своё выражение лица от сидящей рядом женщины, когда услышала её тихий смех. - Я не издеваюсь, дорогая. Я считаю, что это самая нормальная реакция старшего ребёнка, узнавшего, что у его родителей будет ещё один малыш. - И ты не осуждаешь меня? Ну да, хорошая попытка, Реджина. Миллс мягко перехватила её руку и сжала ладонь, давая свою поддержку. - Если бы я тебя осуждала, или мне было всё равно, то я не стала выслушивать твои откровения в половине четвёртого утра. Куда проще было бы вернуться обратно домой, проигнорировав твоё подавленное состояние. Но я этого не сделала. - Но ты хотела. - Да. Но ты меня остановила. Шумно вздохнув, Свон пристально посмотрела в глаза брюнетки. Она до сих пор могла чувствовать тепло, исходящее от её мягкой ладони, и улыбка, что почти всегда была адресована одному лишь Генри, сияла сейчас на губах девушки только лишь для неё. - Что ты делала здесь в такое время, Реджина? - Могу задать тебе тот же вопрос. - На свой я могу ответить. Плакала из-за собственной ничтожности. - Ты не ничтожна, Эмма, - сразу же возразила Миллс. - Ты сильная, независимая, добрая, и хоть мне и не хочется этого признавать, но ты хорошая мать. Шериф мгновенно недовольно шикнула. - Перестань. Я отказалась от Генри, как только он родился. Я ничем не лучше Снежки и Дэвида. - У тебя были причины, как и у них. Но сейчас ты здесь, рядом с ним, и Генри тебя обожает. А твои несносные родители по-настоящему любят тебя. Короткий смешок вырвался из уст Эммы, и она посмотрела на брюнетку в этот раз совсем по-другому. - С каких пор ты решила стать моим личным психологом, мадам мэр? - Я и не собиралась, но не принять во внимание сложившуюся ситуацию просто не могла. - Думаю, мне понадобится время, - немного тише сказала Свон. - Обдумать всё, осознать, что я теперь не единственное дитя Чармингов. Понять, как вести себя дальше. - Разумеется. - Наверное, мне стоит съехать от них. - Не слишком ли радикальные меры, мисс Свон? - усмехнулась Реджина. - Снежка не сможет жить без своей прекрасной дочурки. - Ты просто невыносима, ты знаешь это? - Мне говорили, но немного иначе. Обычно к этой фразе прилагались факелы и вилы. Эмма еле слышно рассмеялась, но почти сразу стала серьёзной. - Извини, я не это имела в виду. На самом деле, я очень тебе благодарна. Я думаю, что мне было это нужно. - Что именно? Пошутить насчёт попыток твоего семейства меня убить? - Нет. Господи, женщина, ты и правда невыносима, - не смогла уже сдержаться от смеха блондинка. - Мне просто нужно было с кем-то поговорить. Я не ожидала, что этим кем-то станешь ты. - Могла бы просто сказать спасибо. - Я и пытаюсь! Реджина Миллс, ты самая несносная из всех женщин, которых я встречала! Теперь уже они обе рассмеялись, совсем не стесняясь своих эмоций. И было в этом нечто интимное, нечто только для них двоих, что они могли разделить этой холодной ноябрьской ночью. Ладонь Эммы чуть сильнее сжала руку Реджины, а затем пальцы мягко скользнули по запястью. - Я серьёзно, Реджина. Спасибо. - Всегда пожалуйста, мисс Свон. Думаю, что мы разобрались с твоим апатичным состоянием и теперь можем пойти домой, потому что лично я уже не чувствую своих ног из-за холода. - Конечно. Шериф ловко подскочила со скамейки, галантно помогая подняться брюнетке и торопливым шагом направляясь обратно. - Знаешь, мне бы не хотелось сегодня возвращаться к Чармингам, - осторожно произнесла Эмма. - Верное решение. Думаю тебе понадобится спокойная ночь, чтобы хорошенько отдохнуть. Переночуешь в «У Бабушки»? - Ну… - неуверенно протянула она. - Боюсь, что если появлюсь у неё на пороге в такой час, то она пустит в ход свой арбалет. Не хотелось бы заработать стрелу в заднице. - Уверена, что мисс Лукас тебя прикроет, - немного недовольно ответила Миллс, что не скрылось от внимания Свон. - У Руби сегодня выходной, так что она мне не помощник. Вообще-то, я думала, что могла бы переночевать у тебя? Фраза, брошенная Эммой, заставила Реджину резко остановиться и удивлённо взглянуть. - Ты же понимаешь, что только что попросила убежища у своего главного врага? - Ты не мой враг. Ты мать моего сына. - Это не отменяет того, что Снежка и я… - Господи, Реджина, это всё давно в прошлом. Пора уже начать жить настоящим. И в настоящем я спрашиваю, могу ли я переночевать у тебя? В гостевой спальне, разумеется. Коварная улыбка появилась на губах женщины, и Свон уже приготовилась к отказу, но он так и не прозвучал. - Разумеется, мисс Свон. Но ты должна быть готова к тому, что наутро твои родители окажутся у меня на пороге с гневными криками, факелами… - И вилами. Да, да, я поняла. Сейчас мне пофиг. Мне просто нужно немного поспать. И я уверена, что лучше, чем у тебя в особняке, мне это нигде больше не удастся. - Твоя мать будет в бешенстве. - Не говори, что тебе это не доставляет удовольствие. Реджина лишь ухмыльнулась, посылая Эмме загадочный взгляд. В тот же самый миг её тёплая ладонь мягко обхватила руку блондинки, и они не торопясь направились к Миффлин-стрит. Они ещё точно ничего не знали, но однозначно чувствовали, что это начало чего-то удивительного.