У любви не всегда красивое лицо

Глава 20. POV Эрик. Я не мог вернуться. Не мог. После того, что мне наговорила Алиша, я бы даже не смог взглянуть ей в глаза. Как? Как она даже подумать могла, что я бы причинил боль ребенку? Маленькому и беззащитному ребенку? Я сжал голову в руках. Она ненавидела меня. Ненавидела и поэтому подумала, что, если у меня лицо чудовища, то в душе я тоже чудовище. Почему? Почему все так сразу думают? Почему они все ненавидят меня и боятся? А я… я всего лишь хочу жить в спокойствии и мире. Я бродил несколько часов по ночному городу, пока случайно не наткнулся на старое кирпичное здание. Было очевидно, что оно заброшено и никому не нужно. В мою голову пришло неожиданное сравнение – это здание такое же, как и я. Я огляделся по сторонам и, убедившись, что никого нет, по пожарной лестнице забрался в разбитое окно. Это был, скорее всего, старый завод. Метровые слои пыли, богом забытый район... Это будет моим новым логовом. Если бы кто-то из тех, кто знал меня раньше Призраком оперы, увидел меня таким, каким я был теперь, он точно бы рассмеялся мне в лицо. Несколько дней ушло на уборку и обследование помещений. Я отремонтировал хлипкую крышу и устроил спальню на втором этаже. Работа помогала забыть все, что случилось со мной, забыть те несправедливые обвинения, которые мне бросила в лицо Алиша. И Надир… Почему он сразу не объяснил ей? Неужели он тоже так подумал? Мой друг подумал, что я могу ударить его ребенка? Нет, я не понимал. Не понимал, почему со мной снова так поступили, почему обвинили в том, что не совершал, почему… Я бродил по старым переулкам, стараясь понять, почему у меня такая судьба, а заодно подыскивал вещи, которые бы пригодились в моем новом доме. Я собрал себе кровать из досок, добыл свечки и старый поломанный стол, который мне удалось починить. Осталось только одно, то, без чего мне не жить. Пианино. В тот вечер я исходил несколько заброшенных кварталов, но так ничего не нашел, поэтому вернулся домой злым и очень усталым. Бросив несколько поленьев в камин, я растянулся на кровати. Сон пришел ко мне быстро, наверное, смилостивившись надо мной, так как я не спал уже несколько ночей подряд. Следующим утром я проснулся рано. Меня разбудил голос, зовущий меня по имени. Я побледнел, почти сразу узнав его. Это был Надир. Глубоко вздохнув, я натянул маску и поднялся с кровати, медленно подходя к окну. А что, если он сейчас тоже накричит на меня? Вдруг он обвинит меня в том, что я причинил боль Кори?.. Этого я не вынесу. Еще от Алиши я мог стерпеть такие обвинения, но только не от него. Не от моего лучшего друга. - Эрик! Эрик, я знаю, что ты там! Я все-таки подошел к одному из окон и выглянул наружу сквозь разбитое стекло. И впрямь, там стоял Надир, скрестив руки на груди. - Эрик, нам надо поговорить! – Интересно, о чем же? - Как Надир нашел Эрика? - Я искал тебя несколько дней... – Надир устало покачал головой, а затем, опустив голову, промолвил: - Прости нас Эрик. Прости меня и Алишу. Мы сожалеем. Вернись, пожалуйста, домой… - Значит, он все-таки понял меня правильно! Он не подумал, что я бил Кори. Радость вспыхнула в моем сердце, словно только что зажженная свеча, но сразу погасла. Я не мог вернуться. Не после таких слов, что я услышал в свой адрес. - Дом Эрика здесь. Он провел здесь всего несколько дней, но уже успел полюбить его. - Жить, как бездомный, на заброшенном складе? Это смешно, Эрик! Твой дом рядом с нами! Прежде, чем я успел сказать хоть слово, Надир забрался по пожарной лестнице и через минуту уже стоял лицом к лицу со мной. Посмотрев мне в глаза, он заглянул через мое плечо в комнату, обустроенную мной. - Эрик, ты можешь вернуться к нам домой. Тебе не обязательно жить здесь, в одиночестве, если у тебя есть семья. Мы твоя семья, Эрик! - Эрику нравится одиночество. Он останется здесь. Тогда Алише не придется беспокоиться о Кори, не придется думать каждую минуту, что Эрик ему навредит. Надир опустил голову. После моих горьких слов он, кажется, понял, что не в силах меня переубедить. - Что ж, если ты настаиваешь… Но помни - ты всегда можешь вернуться. Я ничего не сказал, даже не кивнул головой ему в ответ. Возникла долгая пауза, прежде чем Надир вздохнул и направился обратно к лестнице. - Я буду приходить и навещать тебя, хорошо? Не в силах больше стоять, словно какой-то истукан, я наконец-то кивнул. Надир просиял и несмело улыбнулся мне, а потом слез по лестнице и скрылся за поворотом. Я устало схватился рукой за стену, чтобы не упасть. Этот разговор вымотал меня сильнее, чем прогулка по десяти кварталам в поисках чего-нибудь полезного. Еле-еле переставляя ноги, я медленно доплелся до кровати, и устало прилег. Вечером, когда я пришел на работу и отправился к пианино, на моё плечо легла рука доктора Гангла. - Я могу поговорить с тобой в моем кабинете? - Конечно. Я был заинтригован. Что ему нужно от меня? Или, может, что-то случилось? Когда мы пришли в его кабинет, он указал мне на кресло, в которое я медленно присел. - Эрик... Для начала я просто хотел сказать, что ты прекрасно справляешься со своей работой, люди в восторге и есть уже много поклонников твоего таланта. - Эрик рад это слышать, - да, мне было очень приятно такое слышать в свой адрес. Раньше, когда единственным чувством ко мне был страх, я даже и не знал, что лишаю себя такой радости – знать, что тобой восхищаются, и что ты всем нравишься. - Ну и вот, мы стали получать хорошую прибыль, и я решил нанять певца. Во многих ресторанах есть пианисты, но мало кто нанимает ещё и певцов... - Доктор Гангл хочет уволить Эрика? - Нет, конечно, нет. Я тебя никогда не уволю. Ты лучший пианист, который когда-либо у меня был. Я хотел известить тебя, что у тебя появится коллега, певица. – Нет, только не это! Да она же сразу упадет в обморок при виде моего лица, а я очень не хотел снова проходить все то, что было в Париже. - Эрик не очень хорошо работает с другими. - Ерунда, Эрик... Наша новая дива изумительно поет, я слушал её вчера. Вы обязательно сработаетесь. А сейчас, Эрик, не будем томить наших посетителей ожиданием. Ты можешь идти. Когда певица прибудет, я вас познакомлю. Мое настроение резко упало. Кто-то будет петь под мою музыку своим бездарным голосом, будет портить и коверкать мои ноты... Сев за пианино, я выплеснул все своё негодование в музыку и играл без остановки, пока не настало время моего перерыва. Я пошел к барной стойке и заказал стакан воды. Глотнув, я направился обратно. Вдруг я запнулся и упал, сильно ударившись о мою больную ногу. Боже, как мне было больно... Я перевернулся на спину и схватился за больное колено. Все вокруг начали смеяться. Все! Никто не пришел на помощь, всем было плевать на меня! В моей душе начала расти обида ко всем этим людям. В ту минуту я возненавидел их еще больше, чем обычно. - Эрик! Через несколько минут ко мне подбежал доктор Гангл, и помог подняться. Держась за него, я медленно доковылял до пианино. - Эрик, ты в порядке? - Эрик не уверен, его нога... Она очень болит... - Вот, выпей ещё воды. Я едва сделал пару глотков, мучась от боли. Затем попробовал подняться со стула, но снова бессильно упал на него. Я весь вспотел от своих усилий, поэтому постарался несколько минут посидеть без движения. - Эй, доктор Гангл, - к нам подошел жирный мужчина с пышными седыми бакенбардами, - вам нужен новый пианист, этот никуда не годится! - С этими словами он рассмеялся и, швырнув пару монет мне в лицо, ушел. Мне стало еще больнее за свою беспомощность, и я опустил голову вниз. Но, к моему удивлению, кто-то тронул меня за плечо. Я оглянулся. Это был доктор Гангл. Как ни странно, в его взгляде я прочел только сочувствие, никакого издевательства или насмешек. - Не обращай внимания, Эрик. Ты не должен так расстраиваться. В прошлом надо мной издевались похуже, но я же привык. Мое сердце стало каменным. Ты тоже должен привыкнуть. - Эрик должен вернуться к работе, - я сейчас совсем не хотел обсуждать с ним эту тему. - Ты уверен? Может, ты все-таки пойдешь домой и немного отдохнешь? - У Эрика остался всего час до конца смены. Он сможет. - Не хочешь выйти и подышать свежим воздухом? - Да, наверное. - Хорошо, - хозяин бросил на меня немного встревоженный взгляд, тем самым он напомнил мне Надира. Тот так же смотрел на меня: без насмешки и без отвращения, словно я обычный человек, которому просто не повезло в жизни. - Вернешься, как только тебе станет лучше. Кивнув головой, я медленно поднялся со стула, и вышел на улицу. Свежий воздух немного привел меня в чувство, так как я все еще помнил тот смех, злорадный и жестокий. Помотав головой, чтобы выбросить из головы все это, я прошелся вдоль ресторана, пока не выбился из сил и не привалился к холодной стене. Нога все еще немного ныла. Интересно, смогу ли я хоть когда-нибудь не ощущать боли при падении?.. - Эрик? Я повернулся и увидел доктора Гангла, стоящего в дверях. - Да? - Дива прибыла. Когда будешь готов, вернись в ресторан. Ты сам убедишься, что она прекрасно подходит для нашего заведения: и внешностью, и голосом. Я уверен, что вы обязательно подружитесь! - Сейчас Эрик придет. Когда дверь за хозяином закрылась, я глубоко вздохнул и взглянул на свое отражение в ближайшей луже. Какой же я отвратительный... Да она сразу же упадет без чувств, как только увидит меня! Я не был достоин работать с женщиной. Смотря на свое отражение, я снова слышал крики и искаженные в ужасе лица. Никто никогда не захочет такого друга, как Эрик. Собравшись с силами, я вернулся в здание, и направился к доктору Ганглу. Уже издалека я увидел женщину, стоящую возле него. Она стояла ко мне спиной, но я вдруг понял, что уже где-то видел ее тонкий силуэт… Женщина рассмеялась и элегантно откинула волосы в сторону. Я замер. Ее волосы рассыпались по плечам, а я все стоял и смотрел, как солнечные лучики играли на ее пышных каштановых кудрях. Вдруг осознав, кто стоит возле доктора Гангла, я пошатнулся и схватился за стену, чтобы не упасть. Сердце забилось сильнее, кровь быстрее побежала по венам, а я… Я снова увидел Кристин. Любовь и боль всей моей жизни. Но ведь это невозможно! Она сейчас должна быть далеко отсюда, В Париже. Что она здесь делает?.. Отбросив эти мысли в сторону, я задался вопросом: а хочу ли я снова ее увидеть? Хочу ли я снова пережить ту боль и тот ужас одиночества, которые испытал тогда? Нет, не хочу. Я развернулся и медленно двинулся прочь. Прочь, уйти, убежать от нее, от ее звонкого смеха и хрустального голоса. Но вдруг на полпути меня остановил голос. Черт! Доктор Гангл меня увидел! - Куда же ты, Эрик? – Я медленно развернулся и подошел к ним. Женщина все еще стояла ко мне спиной, но когда услышала, что хозяин произнес мое имя, вздрогнула и так же медленно повернулась ко мне. И замерла. На ее лице я прочитал разные отрывки чувств: узнавание, шок, радость, обида, а потом… потом появилось равнодушие. - А вот и он, - радостно сообщил хозяин. - Кристин, я хочу познакомить вас с новым партнером, это Эрик. Он, правда, очаровательный, стоит только узнать его получше. Время будто остановилось, я не слышал, что говорил доктор, а видел только ее глаза перед собой. Такие удивленные и такие безразличные. Передо мной промелькнули все эти четыре года. Четыре года страданий и бессонных ночей, четыре года боли и надежды, что я когда-нибудь ее увижу… Приглядевшись несколько внимательнее к ее лицу, когда-то такому красивому, я заметил темные круги под глазами и несколько ранних морщин в уголках глаз. Я был несчастен все это время, и она, кажется, тоже. Та женщина, которую я видел перед собой, не была похожа на богатую и счастливую виконтессу… - Что с вами такое? – Кажется, доктор Гангл все-таки заметил, что с нами что-то не так. - У вас такие лица, будто вы увидели привидение... - Мистер Гангл, - я нервно сглотнул и перевел взгляд на хозяина, так как Кристин все еще пристально смотрела мне в глаза. - Эрик решил принять ваше предложение и пойти домой пораньше. - Хорошо, Эрик, как хочешь. Можешь идти. Прорепетируем завтра. Я развернулся и поковылял к выходу. Перед моими глазами как назло всплыли картины, как я умирал в снегу, весь в крови, а она счастливо растворялась в объятиях этого негодяя... - Эрик! Подожди! - Я был уже на улице, когда доктор догнал меня и схватил за руку. - Что на тебя нашло? - Ничего, - незачем ему это знать. Это наше личное дело. - Что ж, - он явно мне не поверил, но не стал настаивать. – Тогда до завтра. Не забудь, Эрик, мы будем ждать тебя. - Очень сомневаюсь. - Прошу, скажи, что произошло? – Я глубоко вздохнул и сказал: - Всё из-за того, что вы наняли её... Кристин! - Так вы знакомы? Между вами что-то случилось раньше? Ты можешь все мне рассказать! - Почему вас это волнует? Вам все равно! Все равно, что будет со мной и с ней! Вы беспокоитесь только о моей музыке, ведь она приносит вам заработок! Вырвав свою руку из руки доктора, я сердито пошел прочь, оставив его в смятении и растерянности. «И правильно, - буркнул внутренний голос, - нечего совать свой нос в чужие дела!» Но я больше не думал о докторе Гангле. Я думал о Кристин. Как она могла здесь появиться? Как я мог работать с ней после того, что она сделала со мной?.. Как я могу ее простить? Но в то же время её красивый голос жил в моем сердце все это время. Он снился мне по ночам, и тогда я просыпался с бешено бьющимся сердцем и пустыми надеждами в сердце. Но ведь все это осталось в прошлом. И я должен забыть обо всем, что когда-либо было между нами. Ее волшебный голос и моя музыка взорвут Америку! И тогда я принял решение. Оно далось мне очень нелегко, но я был вынужден это сделать. Так и быть, я останусь в ресторане, но ни о какой дружбе не может быть и речи, только рабочие отношения. Я не позволю себе снова полюбить ее так сильно, чтобы потерять голову. Я не дам ей опять разбить мое сердце и растоптать мои мечты! Не дам!