Janitor of the Wild's (Шальной уборщик)

Учитель физкультуры некоторое время отстранённо смотрел в одну точку, казавшейся ему в это мгновение самой бесконечностью, и даже не заметил, что вот уже пару минут зажёвывает свою гордость, кудрявый тощий ус над правым уголком рта. Снова опустив взгляд в бумагу, подписанную знакомым почерком и даже заверенную печатью "Отвязной", он недоверчиво изогнул бровь, рассматривая косматого посланца. - Значит, ты. - глубокомысленно заключил он. - Я. - Не менее глубокомысленно подтвердил Лин Сунг, которому было не занимать терпения. - Наш новый уборщик. - Уточнил учитель, словно проверял память, подглядывая в медленно комкающийся листок с распоряжением. - Да, аджосси. - На этот раз Лин Сунг отвесил вежливый поклон. От содрогнувшегося вокруг головы молодого человека застоявшегося воздуха отделилась изрядная часть затхлой «ауры», повеявшей в сторону учителя. Тот, прикрыв нос ладонью, сделал шаг назад, выдавливая из себя улыбку. - Я еще не настолько стар, юнец! Зови меня сонбэ-ним, - великодушно махнув ладонью, учитель сделал еще один осторожный шаг назад, порылся в кармане и бросил в руки подопечному несколько ключей. - Форму и инвентарь возьмешь в подсобке на первом этаже, третья дверь по правой стороне после боксерского клуба. И ты это... помойся, - громко зашептал учитель, прежде чем быстрым шагом удалиться в сторону школы, оставляя Лин Сунга наедине с недоумением: - Я уже мылся в этом месяце, - пробурчал парень себе под нос, подняв согнутую в локте руку, и потянул ноздрями воздух под мышкой. Пожав плечами и не замечая завалившуюся неподалеку в обморок ученицу, он двинулся на экскурсию.

***

- Господин управляющий, ученик Сон Чхегу сегодня пришел в школу, - почесывая лысую макушку, директор Ли Пал Бонг занял привычное место на мягком диване. - Замечательно, - Уайльдс сосредоточенно склонился над упитанным кустиком спатифиллума, который только что опрыскал из пульверизатора. Куст совсем недавно гордо «выплюнул» единственное соцветие — длинную зеленую палку, увенчанную единственным белоснежным цветком, ничем не отличающимся по форме от остальных листов. - Директор Ли, Вы знаете, как называют это растение в простонародье? Директор не знал, поэтому управляющий продолжил: - «Белый парус». Я уверен, это знак свыше, что он распустился именно в это время, словно раскрывая новый, свежий парус в жизни наших прекрасных учениц. Быть сильными они научились, пришло время раскрыться их истинной красоте. Ли Пал Бонг ничего не ответил, он был уверен, что цветам просто положено цвести в тёплое время года, иначе - когда же еще? Вчерашний разговор всю ночь не давал покоя старику: под глазами нависли мешки, обычно чистые, белки глаз покрылись сетью напряженных капилляров, выдавая беспокойство директора Ли. Ученик являлся в школу за знаниями (и за стипендией, конечно!), и был прозрачен, невинен и подконтролен, а как можно было контролировать этого «дикаря»? Несколько минут назад он было попытался вновь поднять вчерашнюю тему, но управляющий только поджал губы, давая понять, что решение принято окончательно и бесповоротно. Когда раздался стук в дверь, директор Ли от неожиданности вздрогнул, а когда вслед за тем в дверном проеме возникла уже известная ему фигура, старческие глаза и затуманенный от недостатка сна разум дорисовали у Лин Сунга демонические рога и хвост. - Ай! Прочь, демон! - Ядерный кулак, показав чудеса проворства, сорвался с места и на чистом рефлексе за доли секунды сократил приличное расстояние, отделявшее его от Сунга, и, отвесив юноше лихой джеб слева, скрылся в коридоре, провожаемый удивленными взглядами управлящего и потерявшего от неожиданности равновесие новоиспеченного уборщика. Поздно было объяснять, что «рогами» оказалась форменная фуражка, а торчащий «хвост» - рукоять швабры, с которой Лин Сунг передвигался с раннего утра неразлучно. - Вы просили зайти, Уайльдс-ним, - потирая ушибленный подбородок, Лин Сунг остановился напротив стола управляющего, которому пришлось потрясти головой, чтобы избавиться от потрясения. Разрядив обстановку легким смешком, Уайльдс кивнул в ответ: - Спасибо за пунктуальность, Лин Сунг. Присядь, - он указал на кресло перед столом, на котором была подготовлена тоненькая папка с документами. Молодой человек, хорошо понимая разницу в своём положении между «вчера» и «сегодня» без пререканий оставил швабру стоять у стены и повиновался. - Эти молодые люди в ближайшее время окажутся в стенах «Отвязной», - коротко пояснял Уайльдс, через плечо поглядывая на личные дела, которые перебирал его новый уборщик. - Просить от тебя большего, как от уборщика, я не могу, но поскольку твоя должность в этом качестве более чем символическая, прошу тебя об одолжении. Присмотри за ними. Лин Сунг молча просмотрел фотографии еще раз, запоминая лица, после чего молча поднялся и с поклоном вышел из кабинета управляющего.

***

Работа дворника или «наседки» - Лин Сунг не ощущал разницы, да и искать её не собирался. Он монотонно подметал дорожку кампуса, стараясь не обращать внимания на обращенные в его сторону взгляды. В какой-то момент со всех сторон на его уши обрушился перезвон разномастных рингтонов — новостная рассылка «Отвязной» не замедлила оповестить учениц о нововведениях. Лин Сунг поежился от внезапно нахлынувшего чувства — такое случалось прежде, подобным эффектом обладала «жажда крови», когда в поединке сталкивались мастера боевых искусств. Что же творилось в головах девушек, которым так не терпелось встретиться с новым учеником. Сам ученик, Сон Чхегу (Лин Сунг без труда узнал его непримечательное лицо), обнаружил себя сам, ошалело остановившись напротив окна в одном из коридоров школы, прикованный к полу сотней взглядов. Казалось, стекло спасает его от испепеления, однако, к удивлению Сунга, застекление не остановило одну из учениц: она просто выпрыгнула из окна второго этажа, женственно выбила локтем стекло на первом этаже и схватила Чхегу за галстук, чтобы привлечь к себе. Уборщик не планировал спешить, новенькому явно не грозила опасность — вряд ли мелкая девчонка так сразу собиралась навредить ему, но когда послышался шум битого стекла, Лин Сунг поморщился и нехотя поплелся к месту стычки исполнять свою основную обязанность. - Да ты сдохнешь, если дойдешь до Отвязной Лиги, я тебе обещаю! - благим матом орала Далдал. - Да что может такая крохотная кукла, как ты? - огрызнулась Ли Мун Ён, уже успевшая сообщить, что "конфискует" Чхегу. Еще один повод поморщиться — девчачья перепалка. И пусть одна из участниц уже показала свои акробатические таланты, а вторая была на голову выше и явно обладала тяжелым кулаком, - девушки оставались девушками в любое время, самозабвенно прочищая глотки громогласным скандалом. Лин Сунг уже успел пожалеть, что не прихватил из подсобки пару плотных перчаток, неумолимо приближаясь к кучке битого стекла по прямой, игнорируя то, что теперь он оказался между спорщицами. - Пошли за мной Чхегу, Королева велела привести тебя, - Мун Ён поглубже сунула руки в карманы спортивных штанов и уже повернулась, чтобы уйти. - Что ты сказала? Только и можешь — бегать у Королевы на побегушках, - выкрикнула в бессильной злобе мелкая, делая шаг вперед и чуть не упираясь лбом во внезапно возникший перед ней мужской локоть. Ее соперница, не желая спускать этот выпад на тормозах, мгновенно рванула назад, собираясь проучить задиру показным ударом кулака, и едва остановила удар, с таким же удивлением обнаружив фигуру уборщика, который лениво постучал черенком метлы по костяшкам кулака. - Пораниться можно, - вздохнул он, увлеченный исключительно уборкой территории, поправил фуражку и, игнорируя скандалисток, опустился на корточки, чтобы собрать стекла. У Далдал от подобной близости заслезились глаза — совет помыться Лин Сунг благополучно посчитал необязательной рекомендацией, Мун Ён оказалась более крепким орешком: девушка только фыркнула, раздраженно проводив взглядом широкоплечее недоразумение, и добавила. - Будешь нарываться — не доживешь до Лиги. Можно ли считать, что конфликт исчерпан? В школе для девушек, куда официально перевелся только один ученик-парень, конфликт открывал врата в бесконечность, вызывая в девичьих сердцах непримиримое стремление растоптать соперниц (подчас в прямом смысле, учитывая таланты девушек). Остаток для для Лин Сунга прошел без приключений; не считая огромного количества уборки, которое, как оказалось, способны создать нежные юные создания: рваные перчатки и маты, разбитые деревянные доски и бетонные блоки после тренировок. Несмотря на то, что сегодня предстояла только церемония открытия нового учебного года, некоторые спортивные секции всерьез приступили к подготовке, и немудрено - к участию в обеих Отвязных Лигах в этом году подали заявки сразу несколько школ, а это означало только увеличившуюся конкуренцию, ну а сдавать позиции никто не собирался. *** В поисках ночлега Лин Сунг несколько часов бродил по пустым вечерним коридорам: управляющий Уайльдс недвусмысленно дал ему понять, что школа может ненадолго послужить ему приютом, но позабыл рассказать, где этот приют найти. Большинство дверей были заперты на ключ, и только спустя полчаса безуспешных поисков Сунгу посчастливилось наткнуться на помещение, за дверьми которого горел свет. Мун-Ён, которую Инги вызвонила в разгаре тренировки, спешила к подруге и оставила зал открытым, решив по привычке, что еще вернется сюда до полуночи. К ее удивлению Королева была не в духе после разговора с Чхегу, и потребовала спарринг, и зал остался открытым до утра. Лин Сунг молча поднял глаза к потолку, благодаря богов за благоволение: в зале было просторно, у одной из стен лежали стопкой тонкие тренировочные матрацы, на которые он повалился навзничь и тут же уснул. Пробуждение было не таким ласковым, как он ожидал - вместо восхода солнца его разбудила увесистая пощечина, а открыв глаза, он встретил сердитый взгляд главы боксерского клуба. - Снова ты? Ты что тут делаешь? - девушка нахмурилась, толкнула матрацы ногой и скрестила руки на груди, - Тут тебе не ночлежка. Сваливай. Лин Сунг снова закрыл глаза. Быть такого не могло - чтобы смертная женщина выдержала естественный аромат его тела, бережно охраняемого хозяином от воды и мыла. Это сон, наваждение. Перевернувшись на бок спиной к Мун-Ён, Сунг намеревался продолжить отдых, чем вызвал у девушки еще больший приступ ярости: - Эй! - на этот раз она с размаху треснула кулаком по широкому плечу и от неожиданности ойкнула - обычно люди были мягче, и это не ей приходилось страдать от собственных кулаков. Парень напротив не шевельнулся, только слегка поежился, шумно вздыхая и, кажется, проваливаясь в более глубокую фазу сна. - Ты издеваешься? Драки захотел? - взорвалась Мун-Ён, теряя всякие остатки самообладания, наклонилась, схватила верхний матрац за край и силой рванула на себя. На этот раз ей повезло больше - крупное тело Лин Сунга сдвинулось, подчиняясь законам физики, и парень рухнул на пол, тут же ловко вывернувшись и сделав перекат в сторону. - С ума сошла? - негромко забурчал он, растирая сонное лицо ладонями и медленно поднимаясь, - Кто так будит доброго человека? - А кто сказал, что добрый человек будет использовать чужой зал в качестве ночлежки? - Мун-Ён "разгоралась" всё сильнее, размашисто жестикулируя и делая шаг навстречу незваному гостю. - Ты новый уборщик? - она коротко осмотрела рабочую форму, которая тесновато сидела на Лин Сунге, - И думаешь, что в праве так вести себя? Да у тебя чести ни на грамм. Всякому терпению приходит конец. Чего нельзя было сказать о терпении Лин Сунга. Он зевнул и завязал длинные лохмы узлом на затылке, выискивая блуждающим взглядом фуражку. Мун-Ён снова возмущенно фыркнула и ухватила наглеца за рукав, устремляясь к рингу. - Идём! В следующий раз будешь знать, в чей зал вламываться. - Но тут было открыто, - вяло сопротивлялся Лин Сунг, найдя взглядом фуражку, он немало ни сопротивляясь шагнул к ней, без труда протащив Мун-Ён прямо за собой. Надев головной убор, он повернулся к президенту боксёрского клуба и уже серьезнее кивнул. - Что тебе нужно? - Надень перчатки, - прорычала Мун-Ён, одним прыжком оказавшись на ринге, - Я не буду повторять дважды. - Может, я просто пойду работать? - Лин Сунг уже повернулся в сторону выхода, когда слух и натренированное чутье подсказали ему, что пора пригнуться. Ровно на доли секунды опережая кулак Мун-Ён, парень резко наклонился, уходя от удара в висок, а затем сделал пару шагов в сторону, уворачиваясь от серии стремительных "пушечных выстрелов". Мун-Ён не за красивые глаза занимала свой ранг "S", однако после серии атак, не достигших цели, даже на ее лице возникло удивление. Она стояла теперь в более выгодной позиции, преграждая уборщику путь к дверям. - Не знаю, как у тебя это получилось, - выдохнула она, явно становясь серьёзнее, будто перед настоящим боем, - Но теперь ты мимо меня не пройдешь. Лучше надень перчатки, пока я не отправила тебя в больницу. Лин Сунг не ответил, он с изумлением рассматривал хмурое лицо боксёрши. Он встречал прежде много разных людей, среди которых было немало талантливых бойцов. Если бы хоть у кого-то из них была такая же сила духа, помноженная на присущие тому сословию мастеров, таланты, ему вряд ли удалось выйти целым из минувших столкновений. - Чего уставился, - сердито окликнула его Мун-Ён, - Уже сдался? Отделаю тебя и без перчаток, пеняй на себя. - Неуловимо быстрое движение, отработанное тысячу раз, она сокращает дистанцию шагом левой ноги, прикрывая голову левой руки, чтобы вслед за тем нанести решающий выпад правой рукой, вложив вес в удар. Для обычного человека - это нокаут и сотрясение мозга с последующей длительной реабилитацией. Для Лин Сунга - сделать шаг в сторону, подстраиваясь под скорость противника, но только затем, чтобы вновь уклониться, ускользнуть от быстрого сильного джеба. "Что со мной сегодня? Спарринг с Королевой так вымотал меня прошлой ночью? Быть того не может, я могу пробежать десять километров, проспать три часа, и все равно мне не будет равных в стенах этого клуба. Я сильнейшая здесь" - в мозге Мун-Ён, воспаленном идеей надрать зад неотесанному уборщику, проносились одна за другой мысли, и к удивлению девушки закрадывались опаснейшие сомнения в том, что шквал ее ударов возымеет эффект. "Нет же, он просто вынослив, скоро выдохнется и упадет, как старая груша. Знаю таких - он больше, тяжелее, ему наверняка сложнее... чем мне", - Мун-Ён с ужасом осознала, что у нее только что первый раз за схватку сбилось дыхание. Она потеряла счет ударам, которые ушли впустую, распаляя ее гнев тем сильнее; по лбу и спине градом лился пот, шишка волос на макушке потеряла форму, хаотично высыпавшиеся пряди противно липли ко лбу. Сильно хотелось сбросить куртку, которая только усиливала парниковый эффект, но нельзя было остановиться, чтобы снять перчатки, остановка будет значить, что она сдалась. "Как же бесит его самодовольная рожа... Погоди, сейчас доберусь". В этот момент Лин Сунг, который уже несколько минут с нескрываемым наслаждением наблюдал за стремительным "боем с тенью" своей соперницы, сделал шаг вперед, максимально сокращая дистанцию в тот крошечный промежуток, когда Мун-Ён открылась между сменой ног. Шаг был простым, но быстрым и тяжелым: поставив ногу между стопами девушки, Лин Сунг заблокировал их дальнейшие движения; остановившись к ней боком, он поймал ее за запястья и наклонил голову на бок, глядя девушке в глаза. - Мне правда нужно работать. Если меня уволят, мы больше не сможем сразиться, а я бы этого хотел. Как Сунг оказался возле двери, Мун-Ён не помнила, стоило двери закрыться - она обессиленно опустилась на колени, безуспешно стараясь привести дыхание в порядок и ошалело глядя в одну точку перед собой.