Глупая ошибка

      У Хёнджина и Сынмина все было по шаблону. Лучшие друзья детства, где один из них влюблен в другого. К сожалению, эта доля перепала Мину. И каждый влюбленный взгляд, направленный на Хвана, оставался незамеченным. А может, Хёнджин и видел все, просто не хотел разрушать их многолетнюю дружбу отказом. Но что теперь делать Сынмину? Ведь сердце колотилось при встрече, бабочки в животе летали, а дыхание сбивалось. Что ему делать, когда видит Хёнджина с очередной девушкой и пальцы от ревности сводит? Что Сынмину делать со слезами, которые не прекращают идти по ночам из-за того, что больно в груди от, кажется, не взаимной любви?       Все прямо как в гребанной сопливой мелодраме! И это бесит так сильно, что с крыши хочется спрыгнуть, чтобы титры тут же появились. А еще хочется забиться в угол и спрятаться от всего на свете. — Сынмин, Хёнджин вы сегодня дежурные. Также проверьте журналы, — остановив парней у входа, сообщил учитель.       Мужчина несколько секунд постоял, убедившись, что они все поняли и ушёл. Сынмин лишь спокойно кивнул, а Хван был крайне недоволен. У него на сегодня были планы. Парни вообще на первый взгляд были очень разными. Сынмин не был так популярен среди девушек, не особо любил шумные места и нормально учился. А Хёнджин был очень популярен среди женского пола и считался самым красивым чуть ли не во всей школе, любил вечеринки и учился… Учился не так хорошо, как Сынмин, но не был совсем двоечником. Но это только на первый взгляд они будто из других миров. На самом деле, у них много общего. Настолько, что перечислять можно было бы вечность.       Ким подошел к шкафу с швабрами. Когда две швабры были в руках Мина, он повернулся и столкнулся с грудью Хёнджина. Сынмин тут же покрылся румянцем и отошел на несколько шагов. — Ты чего так близко встал?       Вопрос слетел сам, Сынмин ляпнул его не подумав. Хван ничего не ответил и состроил глаза, как у кота из Шрека. Ким заподозрил, что сейчас парень будет что-то просить. Старые приемы уже настолько старые, что пора бы Хёнджину придумать новые. Хотя Мин считал, что выражение лица Хвана в этот момент очень милое. — Сынминни~       Парень сморщился. Он ненавидит, когда его так называют, просто потому что это звучит глупо. — Ты можешь, пожалуйста, сделать все один.       Сынмин поперхнулся воздухом и посмотрел на Хёнджина взглядом а-ля: «Ты совсем рехнулся, что ли? Здесь работы полно, а ты собираешься меня бросить?!» — У меня есть причина! — воскликнул Хван, когда увидел взгляд Кима.       «Ну, давай, удиви меня, Хван Хёнджин» — подумал Сынмин, сложив руки на груди, предварительно поставив швабры возле шкафа. — Мама сегодня попросила меня помочь с магазином. Она сказала, что сегодня большой заказ и они с Йеджи не справятся вдвоем.       У Миссис Хван был свой кондитерский магазин. В детстве она часто баловала их разными сладостями. У неё самый лучший кондитерский магазин в районе, если не во всем Сеуле! Сынмин вздохнул, нехорошо будет задержать Хвана, ведь Ким знает насколько тяжело готовить выпечку. Он сам готовил, но это было просто хобби. — Ладно, иди. Но ты мне должен мою любимую булочку. — Та, что с корицей или с кремом? — С кремом. — Хорошо. Спасибо тебе, МинМин!       Хёнджин вприпрыжку выбежал из класса. Сынмин снова вздохнул. Одному будет тяжело, но к семи он уже, наверное, закончит. — Что ж, Сынмин, ты сможешь!

***

      Сынмин уставший вышел из школы. Размяв затекшие мышцы, он побрел в сторону супермаркета. Мама попросила купить некоторые продукты. Дорога до супермаркета была не такой уж и длинной, но уставший организм дал о себе знать.       «Может, зайти в кафе попить кофе с тортиком? Как раз неплохая кафешка рядом.»       Пока Сынмин шёл, он задумался. Интересно, как там Хёнджин и Миссис Хван? Успешно ли прошел процесс готовки заказа? Понравилось ли заказчику? Парень настолько задумался, что прошёл дверь в кафе. Ким вздохнул и уже было пошёл к двери, но он взглянул на огромное окно, которое показывало кафе изнутри. Там сидел Хёнджин с какой-то миловидной девушкой. Они о чем-то разговаривали, и эта особа смущенно хихикала, а с лица Хвана не сходила ухмылка. Сынмину резко захотелось вмазать Джину. Хорошенько так, чтобы мозги на место встали. А Хёнджин, почувствовав, что на него пристально смотрят, бросил свой взгляд на окно. Всего лишь на секунду, но после снова вернул его и увидел Мина, который кулаки сжимал и поджал губы в тонкую полоску. Ким развернулся и ушел в противоположную сторону от супермаркета, домой. Хван проводил его своим извиняющимся взглядом, зная, что Сынмин на него даже внимания не обратил. — Оппа, куда ты смотришь?       Девушка повернула голову в сторону окна и после вопросительно посмотрела на парня. Хёнджин оторвался от окна и обворожительно улыбнулся. — Никуда, Хёри, о чем ты говорила?       Перед своим другом он может и потом извинится.

***

      Сынмин хлопнул дверью, тем самым напугав свою маму, которая была на кухне. Миссис Ким вышла из кухни, собираясь забрать пакеты, но руки сына были пусты, лишь рюкзак виднелся из-за спины. — Сынмин, а ты не купил продукты? — удивленно спросила женщина. — Прости, мам, я забыл. Завтра схожу.       Ким сказал это тихо. Конечно, врать нехорошо, но рассказывать правду тоже особо не хотелось. Сынмин быстрым шагом направился в свою комнату и хлопнул дверью, еще больше удивляя Миссис Ким. Как только замок на двери щёлкнул, парень скатился по ней и обнял свои ноги. Голова сама опустилась на колени, а слёзы так и норовились сорваться с карих глаз.       Что он чувствовал? Было неприятно. Даже не неприятно, а больно. Больно от того, что Хёнджин соврал, ради того, чтобы пойти с очередной девчушкой на свидание. Больно от того, что какая-то девушка важнее, чем Сынмин. И наконец, больно от того, что Ким не может быть на месте этой девушки. Может быть, вы скажете, что парень слишком драматизирует. Возможно, так и есть, но пустота внутри пожирает, а собственные слёзы встают поперек горла. — Придурок.       В тишину комнаты сказал Ким и слёзы всё же покатились по мягкой коже щёк. Сегодня так не хотелось плакать, но что ему теперь делать? Он бы мог зайти в ту проклятую кафешку и накричать на этого дурака. Проговорить по пунктам все, что накипело, но проблема в том, что Сынмин не такой.

***

— Привет.       Хёнджин подбежал к Сынмину, когда тот шёл в школу, хотя обычно они всегда идут вместе. Но сейчас не те обстоятельства, чтобы куда-то ходить за ручку. Ким на это приветствие лишь одарил парня недовольным взглядом и не останавливаясь пошёл дальше. Хёнджин почесал затылок и попытался догнать Мина. — Ну, Минни, не обижайся.       Уже возле шкафчиков с сменной обувью произнес Хван. Сынмин вновь проигнорировал и, сменив обувь, ушёл в сторону класса.       Когда Хёнджин появился в дверях кабинета с твердым намерением поговорить с Мином за их партой, он увидел, что парта пустая, а сам Сынмин сидел с их старостой — Чаном. Хван вздохнул и, пройдя на свое место, положил голову на деревянную поверхность. Как же теперь ему быть?

***

— Сынмин и Хёнджин, вы опять остаетесь дежурить. Потому что Дэхви и Айрин сегодня нет.       Учитель вновь прождал несколько секунд, а после удалился. Хёнджин был рад, что у них есть время остаться наедине, а Сынмин, как показалось Хвану, был равнодушен и просто подошёл к шкафу с швабрами. — Слушай, Сынмин, — Хёнджин преодолел расстояние между ними, — прости меня.       «О, сам Хван Хёнджин извинился передо мной! Какая честь!» — фыркнул Ким, но вслух не сказал. А Хван ждал, когда ему что-то скажут в ответ. — Ну, хочешь я сегодня останусь и все сделаю. — Я не такой, как ты, Хёнджин. Я не брошу тебя делать все одного.       А вот это задело гордость Хвана. Да, он оставил его делать работу одного. Да, он виноват. Но, неужели, надо так злится?! Сынмин прошёл к доске и начал ее вытерать. — Почему ты так злишься на меня?! Ну, сходил с Хёри на свидание разок. Это же было один раз. Неужели, так сложно простить?!       Сынмин положил тряпку на место. Он посмотрел на парня. — Ты мог мне не врать, Хван. Я же тоже человек, понял бы и отпустил тебя. Но нет! — Сынмин повысил голос и Хёнджин вздрогнул. Впервые видит Кима таким злым, — тебе надо было соврать мне. И еще тетю с Йеджи сюда приплести! — Да, я соврал. Но я врал всем, не надо чувствовать себя особенным! — крикнул Хёнджин.       Парень сказал это не подумав, на эмоциях. Только после сказанных слов, Хван осознал, что произнес. До Сынмина долетели эти слова и порезы на сердце появлялись с огромной скоростью, заставляя уже и так израненное сердце, кровоточить больше. «Только не плачь, Сынмин. Не плачь». — Не особенный, значит, — Ким усмехнулся.       Сынмин подошел к Хвану и между ними было расстояние вытянутой руки. — Хёнджин, скажи мне, пожалуйста, — тихо проговорил Ким, — неужели, жалкое мимолётное свидание важнее, чем я?       Сынмин взглянул на друга и увидел в его глазах растерянность. Только не понятно одно. Растерянность из-за заданного вопроса или растерянность из-за всей ситуации? Парень ждал несколько минут ответа на свой вопрос, но его так и не последовало. — Вот оно значит как.       Смешок слетел с губ Кима. Стоит ли говорить, что Сынмину больно вдвойне? Парень взял рюкзак. Уже стоя в дверном проёме, он произнёс: — А я был рядом с тобой всегда, Хёнджин. Подумай об этом, пожалуйста.       Сынмин скрылся за дверью и было лишь слышно его тяжелые удаляющиеся шаги. Хван осел на пол и схватился за голову, сжимая свои волосы. Понимание, что он облажался по полной, пришло в ту же секунду. «Почему же ты не ответил обратное, дурак?»

***

      Все изменилось до невозможности. Они больше не обедали вместе в столовой и разошлись по разным углам, хотя первое время Хёнджин сидел за их общим столиком в надежде, что Сынмин придет. В школе они пересекались только в классе, а в остальное время Ким будто испарялся и его нигде не было. Они больше не шли вместе домой и Сынмин будто за три километра обходил кондитерскую Миссис Хван.       Хёнджину было тоскливо и одиноко без своего друга. Он не уверен, ощущал ли тоже самое Сынмин без него. Парень подумал над словами Кима в ту же ночь, в своей комнате, смотря на белый потолок. Сынмин правда был рядом. Когда Хёнджин учился кататься на велосипеде, когда обрабатывал его ранки на коленках, когда он впервые увидел блестящее море, когда они вместе чуть не упали с крыши гаража папы Хёнджина, потому что хотели порезвиться там. Всегда рядом. Хван осознал, в какую ситуацию он попал из-за своей глупой ошибки. Стало стыдно, а после Хёнджин думал, насколько было больно самому Сынмину.       Он причинил боль самому дорогому человеку. Самому дорогому. Настолько дорогому, что Хёнджин… Любит его? Любит не как друга, а как парня. Парня, которого хочется держать за руку при каждом удобном случае, обнимать долго и тепло и целовать нежно и тягуче.       Что делать? Как извинится перед Сынмином? Вопросы мучали Хёнджина ровно до того момента, когда его мама сообщила, что они едут в загородный дом вместе с семьей Ким. Вот он — самый лучший шанс!       Дни пролетели незаметно, и календарь показал день поездки в загородный дом. Там, на окраине города, был дом, который принадлежал семье Хван, но они туда выбирались только по случаю отдыха. В том месте было море. Такое красивое и чистое. А песок там был тёплый и мягкий. Прямо как Сынмин.       Уже в машине Йеджи задала неожиданный вопрос: — А вы с Сынмином поссорились?       Хёнджин удивленно посмотрел на сестру, которая не отрываясь от телефона спросила это. — Нет, нуна, с чего ты взяла? — Обычно, когда мы едем туда, ты всегда просишься в машину к дяде и к нам садят Дахи. А еще вы всегда ходили вместе, а сейчас вас как-будто огромная стена разделяет.       Хван улыбнулся, но эта улыбка была совсем не радостной. — Кое-что случилось. И я- — Дети, мы уже подъезжаем, — предупредил отец. — Хорошо, пап.       Машина остановилась и все вышли из нее. Йеджи сразу подбежала к Дахи с криками: «Я так скучала». Хёнджин бы тоже хотел обнять Сынмина, но он лишь прошёл мимо, будто парень невидимый, и поздоровался с дядей и тетей. Хван младший грустно вздохнул, и они все пошли в дом.

***

      Ужин был просто шикарным. Было много вкусного. Мама Хёнджина взялась за готовку сладостей, а мама Сынмина за первое и второе блюдо. Две семьи смеялись и разговаривали друг с другом, что создавало уютную атмосферу. Море шумело за окном, а солнце садилось за горизонт, освещая каждую поверхность оранжевыми лучами. Хёнджин ковырял вилкой в тарелке. Есть совсем не хотелось. А взгляд был направлен на улыбающегося Сынмина. Оказывается, он красивый, когда улыбается.       Вскоре наступила ночь, и все разошлись по комнатам, предварительно убрав все со стола. Дом погрузился в тишину. Только Хёнджину не спалось, и он ворочался в кровати, пытаясь заснуть. Каждый раз, когда парень закрывал глаза, появлялся силуэт Сынмина, который улыбался. — Чёрт!       Совсем тихо пробубнил Хёнджин и сел на кровать. Зарыв пальцы в волосы, он слегка их оттянул. Вдруг послышался скрип паркета, и Хван посмотрел в приоткрытую дверь. Там был Сынмин, который озирался по сторонам и шёл к входной двери. Ким вышел из дома и тихо прикрыл дверь. Парню стало любопытно. Куда это он идет?       Хёнджин пошел вслед за ним. Сынмин сидел на берегу моря и смотрел вдаль. Луна освещала море и ветер гонял волны. Хёнджин сел рядом и Ким вздрогнул, тут же стирая слёзы. — Ты плакал? — тихо спросил Хёнджин.       Сынмин не ответил и уже встал, но Хван схватил его за руку. — Мы долго будем бегать друг от друга?       Ким обратно сел на мягкий песок и вздохнул. Он сам устал, но обида сидела там где-то внутри и не позволяла простить друга. Они сидели в тишине несколько минут, а после Хёнджин заговорил: — Прости меня, Сынмин. Я знаю, что я совершил глупую ошибку.       Ким слушал и сложил руки на груди. Из его уст вылетело: «И?» — И я ужасный друг. — И~? — И я… Дурашка Хван.       Давно он этого не говорил. Это прозвище придумал Сынмин, когда они были маленькими. Оно старое, как мир, но такое родное. — Прощаю.       Довольно улыбнулся Ким и поднял мизинец вверх. Хёнджин увидел его и, улыбнувшись в ответ, скрепил их мизинцы. Детский жест, но при этом надежный! — И Сынмин…       Парень взглянул на друга, который заметно нервничал. — Ты для меня самый дорогой и особенный человек. Тогда я ляпнул те слова со злости и мне теперь стыдно.       Сынмин покраснел и пробормотал, что все в порядке. Хёнджин накрыл руку Кима своей ладонью и парень удивленно на него посмотрел, думая, что это очередной сон. — МинМин, я не знаю будет ли это взаимно. Но мне кажется… Кажется, ты мне нравишься.       В ушах Сынмина зазвенело и он прикусил щёку изнутри для того, чтобы проснуться, но ничего не произошло. Значит, это не сон? Сынмин правда ему нравится? — А ты не врёшь?       Сынмин приблизился на пару сантиметров. — Не вру.       Хёнджин сократил расстояние в ответ. Их тянуло друг к другу, словно металл к магниту. Сохраняя зрительный контакт, между ними осталось пару сантиметров. — Правда нравлюсь? — шептал в самые губы Ким. — Правда, — выдохнул Хёнджин, деля один воздух на двоих.       Они поддались навстречу друг другу. Поцелуй вышел именно такой, каким себе его представлял Хван. Тягучим и нежным. Соприкоснувшись лбами, парни засмеялись совсем тихо, находясь в своём мирке. — А знаешь, — прошептал Сынмин, улыбаясь, — ты мне тоже.

***

— Наконец-то они поняли друг друга, — произнесла Йеджи, смотря через окно на парней, — хорошо, что ты предложила Сынмину посмотреть на море, Дахи-я~. — Ну, и ты тоже не промах, Мисс Хван. Отличная была идея подкинуть мысль родителям про загородный дом, — прошептала Дахи.       Девушки довольно кивнули друг другу и дали пять. — Пойдем дальше смотреть «Дрянных девчонок» и кушать мороженное? — предложила Хван. — С радостью!       Они удалились в комнату Дахи, теперь уже точно оставляя парней наедине.