Стюарт или Стайлз?

Стайлз знал, что ничего хорошего эта встреча не даст. Они не общались четыре месяца, поэтому ему стоило сразу же напрячься, когда позвонил Стюарт и попросил срочно приехать к нему домой. — Нет, — вновь произносит Стайлз, и даже жалостливый взгляд брата не способен изменить его решение. Стюарт выглядит разочарованно, а ещё нездорово. Он укутан двумя одеялами. Бледное лицо, покрасневший нос, темные круги под глазами да спутанные волосы выдают его за больного. — Ты не понимаешь, как это важно! — повышает тон Стюарт, а после начинает громко кашлять, прикрывая рот ладонью. — Извини, — произносит он, когда приступ кашля завершается, и возвращается способность вновь вести диалог, — просто, если я не появлюсь на мат.анализе, то не получу автомат. Мне нужна идеальная посещаемость! А если я не получу автомат, то не буду освобождён от сессии. И тогда я не смогу поехать на ежегодную олимпиаду по физике в Канаду, к которой я так усердно готовлюсь! Я не хочу подвести мистера Хейла, но если он узнает, что я болен — отменит поездку. — Как-то не ебет, — пофигистически заявляет Стайлз на всю эту тираду и вальяжно садится на кресло. Он размышляет о том, что успел бы прорепетировать с группой раз-другой, если бы ему не пришлось ехать в центр, чтобы навестить брата. Полный отстой. — Тебе обязательно быть таким мудаком? — разочарованно глядит старший брат на Стайлза и садится напротив него, плотнее укутываясь в одеяле. Младший Стилински на подобное замечание лишь фыркает. — А тебе обязательно быть таким ботаником? — в тон ему отвечает Стайлз, но после добавляет. — Я понимаю, когда ты шёл сдавать за меня экзамены, но я-то…? — Мне нужна лишь посещаемость, Стайлз, — не теряет надежды Стюарт, — просто посиди четыре пары, никто тебя трогать не будет, а там уже делай, что хочешь, — после небольшой паузы он продолжает: — Я тебя никогда ни о чем не просил раньше и не просил бы и сейчас, если бы дело не было таким важным, — добавляет он с серьезным видом. Стайлз в этом уверен, уж поверьте! Их отношения даже дружескими назвать сложно, куда там братские чувства. Одно лишь то, что Стюарт пересилил себя и позвонил непутевому братцу — говорит о многом. Ещё бы, Стайлз же сплошное разочарование! Куда ему до идеального старшего брата. Их сравнивали с самого детства. Братья-близнецы, что так похожи внешне, но кардинально разные по характеру. Стюарт выделялся всегда. Послушным поведением, стремлением к учебе, добротой и внимательностью. Он был полной противоположностью Стайлза во всем, включая ориентацию, за что его все и любили. «Ты можешь хоть немного быть похожим на своего брата?!» — в разгар ссоры кричал отец на Стайлза. Эти слова задевали больнее, чем лезвие, прорезающее вены. Стайлз может сравнивать, будьте уверены… В подростковые годы он стал ненавидеть всех. Отца, за то, что тот никогда не обращал на него внимания. Стюарта, за его идеальность. И себя, за то, что родился таким неправильным. Тогда-то он и решил исправить себя окончательно. Если не лезвием, то иглой, нанося на своё тело различные рисунки, забивая ими все пространство. Он не хотел быть похожим на Стюарта, поэтому стал носить голубые линзы и сделал себе пирсинг. Вначале на бровь, затем в губу. В самом конце он проткнул себе ухо и был крайне доволен результатом. Он забил на учебу, когда понял, что ему не быть таким выдающимся, как старший брат. Вместо этого он нашёл себе утешение в игре на гитаре. Стоит ли говорить, как сильно был зол отец, когда Стайлз изъявил желание бросить учебу и собрать рок-группу? Устав выносить ежедневные скандалы, на почве своей «безрассудности», Стайлз решил уехать из родного Бейкон Хиллс. В большом городе реализовать себя, как рок-музыканта, намного проще, поэтому Стайлз прервал любую связь с отцом, в очередной раз поступая так, как ему вздумается. После окончания школы для Стюарта были открыты двери в любой университет из Лиги плюща, но он выбрал Нью-Йоркский университет, чтобы быть ближе к младшему брату. Стайлз так и не понял этот поступок, считая его крайне глупым. Тем не менее, два раза в год они встречались и оба старались изо всех сил не закончить данный вечер ссорой. — Мне придётся снимать с себя пирсинг? — после долгой тишины, отданной на раздумья, выдает Стайлз, выражая в тоне своего голоса все своё недовольство. — Естественно! — тут же восклицает Стюарт, — и линзы. Я дам тебе поддельные очки. — Но белую рубашку ты на меня не нацепишь, — предупреждает парень, вставая с кресла, — и это только на завтра. Вечно подменять я тебя не собираюсь. *** В итоге Стайлз надевает на себя чёрную толстовку, пряча под ней свои многочисленные татуировки, того же оттенка узкие брюки, ни разу не рванные, и конверсы. Он причесывается, надевает очки-пустышки и снимает с лица пирсинг, чувствуя себя крайне непривычно. Если он сделает лицо попроще, то станет вылитой копией своего брата. Он смотрит на всех этих суетливых студентов, что мчатся на занятия, и не жалеет, что выбрал для себя другой путь. Он не представлял себя студентом, которого бы парили оценки. Вся эта зубрёжка точно не для него. Совсем другое дело гитара, которая давала ему чувство надежности и успокаивала его нервы. Может, он и не станет вторым Куртом Кобейном, но точно сделает все возможное, чтобы о его группе узнал весь свет. В это трудно поверить, но Стайлзу нравится его жизнь. Дневная работа в закусочной, вечерние репетиции с группой, редкие выступления в клубах. Он ни от кого не зависит, и в этом есть свой кайф. Даже полная лажа в личной жизни дала свои плоды, вдохновляя парня написать пару песен, что заходят залу. В общем, он ничего не потерял в жизни, забив на учебу и отказываясь идти в колледж. Стайлз надевает капюшон толстовки на голову и смотрит на время, указанное в мобильном телефоне. Он молча радуется, заметив пару лишних минут до начала занятий. Их вполне хватит, чтобы скурить одну сигарету. Поэтому зайдя за угол здания, он достаёт из рюкзака полупустую пачку сигарет и зажигалку. Стайлз прислоняется спиной к стене и делает заветную затяжку, наслаждаясь тем спокойствием, что дарит ему никотин. Он прикрывает глаза, поднося сигарету к губам, как слышит сбоку чей-то недовольный голос. — На территории университета курить строго запрещено, юноша, — Стайлз, даже не поворачиваясь к говорящему, поднимает ладонь вверх, демонстрируя во всей красе свой средний палец. Он надеется, что после столь яркого выражения своего мнения касательно данного вопроса от него отстанут, но не тут-то было. Он не успевает опомниться, как некий мужчина врывается в его личное пространство и просто выхватывает с его рук сигарету, бросая ее на землю. — Два раза не повторяю, — произносит незнакомец, и лишь тогда им удаётся встретиться взглядами. Стайлз зависает. Перед ним стоит привлекательный мужчина, который был полностью во вкусе Стилински. Темные волосы, пронзительный взгляд зелёных глаз, небрежная щетина, а чего только стоят эти широкие плечи! Стайлз пожирает его своим взглядом с ног до головы, оставаясь полностью довольным. Признаться честно, то ради таких красавчиков парень готов ходить в университет. — Ладно, я с радостью готов заменить сигарету твоим членом, — облизывается Стайлз, пуская в ход своё обаяние. Но тут весь его настрой летит к черту, когда он замечает полностью обескураженный взгляд красавца. — Да брось, — усмехается Стилински, — я не поверю, что с такими физическими данными, как у тебя, ты ни разу не слышал предложение отсосать. — Стюарт, с тобой все в порядке? — взволнованно интересуется мужчина, игнорируя предыдущие слова парня. Ах, вот в чем дело… Ну, конечно, этот красавец знаком с его братом. По-другому и быть не могло. Не с везением Стайлза. — Вполне, — закрывается Стилински и, толкнув мужчину плечом, обходит его, направляясь в университет. Стайлз резко вздрагивает, почувствовав неожиданное прикосновение к своему предплечью. Мужчина просто хватает его, заставляя остановить шаг. — Если у тебя какие-то проблемы, то ты всегда можешь поделиться ими со мной, — произносит незнакомец, и эта забота выводит Стайлза из себя. Видимо, они близки, раз мужчине не наплевать на Стюарта. Это-то и раздражает! Почему вокруг него всегда находятся такие внимательные и добрые люди? Чем он их цепляет? Чем он, блять, лучше Стайлза? Ах, да… всем. Парень вырывает свою руку из крепкой хватки и делает шаг ближе, нагло заглядывая мужчине в лицо. — Есть у меня одна проблема, — кривит он губы в усмешке, — жесткий недотрах. Поможешь? Мужчина, не ожидав такого, растерянно смотрит на парня, но взяв себя в руки, строго произносит: — Занятия уже начались, поэтому марш в универ! Стайлз разочарованно цокает языком. Он надеялся поиграть чуть подольше, и даже, возможно, рассчитывал на нечто большее. Не став спорить, он разворачивается и молча идёт к дверям университета. Найдя нужную аудиторию, он заходит внутрь, ловя на себе удивлённые взгляды одногруппников. Он движется к последним рядам и, найдя свободное место, приземляется туда, бросив рюкзак себе под ноги. Стайлз снимает капюшон и удобно устраивается на стуле, откинув спину назад. Видимо, профессор опаздывает, раз в аудитории стоит такой гул. Стилински наблюдает, как рыжая девушка встает со своего места и грациозной походкой направляется к нему, не забыв прихватить с собой свои вещи. Она двигает какого-то паренька, заставляя того освободить ей место, и садится прямо напротив Стайлза. Повернувшись корпусом к нему, она оценивающим взглядом проходит по его внешнему виду. — С каких пор у тебя проколото ухо? — спрашивает так, словно Стайлз обязан перед ней отчитываться. Стилински никак не выдаёт себя, лишь мысленно даёт себе оплеуху за то, что забыл снять сережку с уха. — А с каких пор тебе не насрать на меня? — в тон ей отвечает Стайлз, прекрасно осознавая, кто сидит перед ним. Лидия Мартин — девушка, в которую влюблён Стюарт. Стайлз как-то поймал его, просматривающим ее профиль на фейсбуке. Не то чтобы Стюарт сразу же во всем сознался, но после нескольких бутылок пива стал более сговорчивым, делясь с братом проблемами на личном фронте. Мол, красавица Лидия жестоко игнорирует его и совсем ни во что не ставит. Стайлз бы позлорадствовал тогда, если бы на днях его не бросил Тео, никак не аргументируя сие действие. Лидия возмущается таким ответом и обиженно отворачивается. Так-то лучше, нет у него настроения выяснять отношения. Тем более что профессор заявляется на пару, начиная свою монотонную лекцию. <…> Просидев три пары, на которых он отлично поспал, Стайлз заходит в очередную аудиторию. Остается выдержать пару часов, и он свободен. Он вновь садится на задний ряд и в этот раз достаёт из рюкзака свои наушники. Хорошая музыка никогда не будет лишней. Он кладёт голову на свои сложённые на парте руки и прикрывает глаза. Очки безумно мешаются, поэтому он их снимает и откладывает в сторону. *** Дерек заходит в кабинет и первое, что бросается ему в глаза — пустующее место на переднем ряду. Пробежавшись глазами по аудитории, он облегченно выдыхает, заметив знакомую макушку на отдаленной парте. Дерек весь день на взводе, а все из-за утреннего инцидента. Стюарт был сам не свой. Он обращался к нему на «ты», курил, и черт бы его побрал, в открытую предлагал себя! Дерек не мог не беспокоиться, ведь Стюарт был одним из его лучших учеников, и что скрывать — любимчиком. Скоро они должны отправиться на олимпиаду, и у них есть все шансы победить. Если, конечно, парень не решит совершить какую-то глупость. Дерек знает, о чем говорит. В подростковые годы он сам желал стать «не таким, как все». Сделал себе тату на лопатках, замутил с девушкой, что была вдвое старше него и ушёл из дома, разругавшись с мамой. Но то были подростковые заморочки. Стюарту же двадцать два года, поэтому эта резкая смена имиджа и поведения так напрягает Хейла. Есть ещё кое-что… Дерек просто не знает, серьёзен ли был парень сегодня утром. Раньше он не замечал в Стюарте любви к своему полу. Напротив, он был уверен, что тот влюблён в Лидию, если брать в расчёт все те мечтающие взгляды, направленные на Мартин. И не то чтобы это важно, но… да кого он обманывает? Стюарт был привлекательным молодым человеком. А сегодня он был хорош вдвойне. Чёрный ему точно к лицу. И почему он раньше не надевал эти зауженные брюки, что так подчеркивают его длинные ноги и соблазнительную задницу? «Наверное, чтобы извращенцы наподобие тебя не имели в голове пошлые мысли», — одергивает сам себя Дерек, беря мысли под контроль. — Тема сегодняшней лекции… — начинает он, включая проектор. <…> — Всем спасибо, все свободны, — произносит Дерек, выключая свой ноутбук, — мистер Стилински, а вас я попрошу остаться, — успевает сказать он раньше, чем парень выскочит из аудитории. Он ждёт, когда кабинет опустеет, и лишь после говорит: — Вы не слушали лекцию, — придавая голосу строгие нотки, произносит Хейл, внимательно глядя на парня, — и даже больше скажу: вы не обращали никакого внимания к сегодняшнему занятию. Парень пожимает плечами, но не выглядит раскаявшимся. Дерек глядит ему в глаза, что не были скрыты под очками, и невольно думает о том, что так ему идёт больше. — Извините, профессор, — начинает говорить Стайлз, выделяя интонацией обращение к мужчине, — но трудно смотреть на вас и не представлять вас голым. Дерек встаёт из-за стола и, подойдя к двери, запирает ее на ключ. — Если это шутки, то прекращай сейчас же, — произносит Хейл, ослабляя на шее галстук. Стайлз бросает на пол рюкзак и подходит к профессорскому столу. Он двигает все тетради и ноутбук в сторону, чтобы через секунду сесть на освободившееся место. — А если я не шучу? — говорит он и решает добавить. — Знаю, что вам кажется странным мое поведение, но позвольте мне быть таким всего лишь один день. Лишь сегодня давайте выйдем за рамки дозволенного, а завтра, обещаю, я буду делать вид, что ничего не было. Стайлз следит за взглядом профессора и, прикусив нижнюю губу, провоцируя, разводит ноги в сторону. Он опускает ладонь на свой пах, гладя себя через толстый слой брюк и белья, но этого оказывается достаточно, чтобы завести мужчину. Ведь он мгновенно сокращает между ними расстояние, впиваясь поцелуем в желанные губы. *** — Ну, как все прошло? — интересуется Стюарт, выглядя лучше, чем вчера, но все ещё болея. — Никто ничего не заметил? Стайлз закатывает глаза. Он подходит к холодильнику и, открыв его, начинает там возиться, ища что-нибудь вкусное, дабы пополнить запасы энергии. — Я прирождённый актёр, — врет он, умалчивая истинные события дня, — а вообще, ты нахрен никому не сдался, — пожимает он плечами, доставая из холодильника ветчину. Стюарта, кажись, устраивает подобный ответ, потому что дальнейших вопросов он не задаёт. Лишь берет новую упаковку одноразовых салфеток и запирается в спальне. *** Дерек ожидал, что после секса с собственным студентом будет ощущать укоры совести, но ничего подобного не было. Даже наоборот, он бы с радостью все повторил, ведь Стюарт, всегда казавшийся скромным парнем, на деле оказался страстным любовником. Жаль только место и ограниченное время не позволили юноше показать все свои умения. Расправляя кровать и готовясь ко сну, Дерек все так же продолжал анализировать сегодняшний день. Выходит, он всегда нравился Стюарту, а тот просто стеснялся или боялся об этом признаться? Если подумать, то у них не такая уж и большая разница в возрасте, да и Стюарт учился на последнем курсе… Может, у них получится? С этими мыслями он и погрузился в сон. Следующим днём он был немного разочарован, заметив на Стюарте его обычные джинсы и белоснежную рубашку. Но это никак не влияет на его решение. Он ловит парня в коридоре и отводит его в сторону, подальше от любопытных зевак. — Вы хотите поговорить насчёт олимпиады? — интересуется Стюарт и привычным движением поправляет свои очки. — Нет, — улыбается Дерек, — я хотел бы поговорить о том, что было вчера. — А что было вчера? — спрашивает парень и вся уверенность в миг улетучивается. — Я что-то натворил? — испуганно выдаёт он, — Мистер Хейл, вчера я был не в себе, так что, уверяю вас, то, что было — больше никогда не повторится! А сейчас мне нужно бежать, — неловко улыбается он, — Лидия оставила мне десять сообщений, даже не знаю, к добру ли это, — и он уходит, оставив полностью оглушённого Дерека одного. *** Какие только мысли не посещали голову Дерека. Вплоть до того, что Стюарт решил поэкспериментировать с мужчиной и выбрал в качестве жертвы его. Чушь. Каждое касание парня было уверенным и ловким. Полным желания и страсти. Значит, он с кем-то поспорил на то, что сможет затащить в постель профессора. И сейчас, возможно, весь университет говорит о том, каким легкодоступным оказался профессор Хейл. Тоже маловероятно, но других разумных идей у него просто нет. Дерек чувствует себя отвратительно, поэтому срывается на своих студентов, устраивая незапланированные тесты и задавая им огромные проекты. Подло с его стороны, но и они не святые. В частности, один уж точно… Через пару дней у них запланирована поездка в Канаду, с которой Дерек не знает, как справиться. Совместный перелёт, один номер в отеле… звучит как пытка, если учитывать тот факт, что Стюарт продолжает играть в потерю памяти. Дерек выходит из университета и движется к припаркованной машине. День сегодня выдался паршивым, ведь ему пришлось наблюдать, как Стюарт целуется с Лидией. Это конец. Хейл просто чувствовал себя использованным. Ему тридцать два года, он уважаемый профессор, и что он делает в последнее время? Страдает из-за какого-то студента! Уму непостижимо… Так жалко… Дерек достаёт из кармана ключи от автомобиля и, подняв свой взгляд, останавливается, глядя на парня, что сидит на капоте его машины. На парня, который был одет в футболку с коротким рукавом, открывая вид на многочисленные татуировки. На парня, что нагло курил сигарету, стряхивая пепел прямо на его блестящий капот. На парня, лицо которого украшали не очки, а пирсинг. На парня, что был так похож на Стюарта, но им не являлся. Он уверен в этом, ведь Стюарт все ещё находится в университете и выглядит вдвое не так вызывающе, как этот парень. — Меня зовут Стайлз, — первым начинает говорить парень, докурив сигарету и выбросив окурок куда-то в сторону, — и я совсем не такой, как мой брат, — он спрыгивает с капота и неуверенно глядит на Дерека, — я взбалмошный, закрытый и сложный человек. Я играю в рок-группе и честно верю, что нас ждёт успех, — он заламывает себе пальцы от волнения, но взгляда не отводит, — если все это тебе интересно, то как ты смотришь на то, чтобы сходить со мной на свидание? Если же нет, то просто забудь. Дерек все ещё не отошёл от шока, но его губы сами собой расплываются в улыбке. — Прокатимся? — предлагает он, ведь им многое стоит обсудить. — Я уж думал ты не предложишь, — усмехается Стилински, а после, как ни в чем не бывало, интересуется, — а ты когда-нибудь занимался сексом на заднем сидении?