Зима

Мадара лежит на постели, - одеяла сбились к ногам, бледное тело обнажено, по нему нежно скользят смуглые пальцы лежащего рядом Сенджу. Это непривычно и страшно, - вот так подставляться врагу, который в любой момент может сменить милость на эгоизм, особенно страшно потому что то, что Хаширама Сенджу запросил в качестве платы, у Мадары впервые, - нет у него опыта в делах постельных. Мадара дрожит в руках врага, не зная чего ждать. Пока удаётся сдерживать рвущиеся из горла, позорные, недостойные шиноби всхлипы, но то пока. Дальше будет хуже. Мадара знает, как это происходит между мужчинами, и что за роль уготована ему. Хаширама засунет в него эти длинные красивые пальцы, причиняя боль и дискомфорт, а затем, наигравшись пальцами с его телом, их сменит член, причиняя ещё больше боли и неприятных ощущений. Мадара думает про клан, про любимого отото, только поэтому не сдвигает колени. Красивые смуглые пальцы оглаживают коленную чашечку, скользят по внутренней стороне бедра вверх, костяшки пальцев невесомо поглаживают острое бедро. Почему Сенджу медлит? Почему ласкает Мадару уже несколько часов легко-легко? Что не так? Недостаточно хорош? Не нравится таким? Похудевшим? Захваченным в плен только потому, что свалился в обморок от истощения во время боя? Почему не возьмет своё? То, за что он честно и щедро заплатил. Всхип таки срывается с губ Мадары. Сенджу шарахается с футона, как от огня. - На сегодня всё, я доволен. Отдыхай. - мягко говорит Хаширама, подбирая верхнюю часть одежды, спешно накидывая на плечи и оставляя Мадару наедине с собственными мыслями. ~~~~ Два с половиной месяца до окончания зимы в наложниках в обмен на сытый клан. Личная сделка, о которой никто не узнает. Выбор Мадары очевиден. Раз даже он, сильнейший в клане, не евши две недели, упал от истощения прямо в руки Сенджу, другие без еды не проживут, не смогут ходить на миссии или отбиться от врагов, не смогут защитить свои уникальные глаза,… обречены. Хорошо, если с таким раскладом до лета из клана доживёт половина. Потеряв отца и вместе с тем получив на плечи бремя заботы о клане, Мадара пытался найти выход после диверсии неизвестного врага, которая уничтожила больше девяноста процентов клановых запасов продовольствия. Мадара совсем отчаялся. Закупки продовольствия традиционно проходили в конце лета - самом начале осени, сейчас все урожаи уже распроданы, а если и удастся чего закупить, то по десятикратной цене. Миссий не было, - в холодный сезон всегда меньше миссий, - денег в клановой казне тоже. Что делать? Как выжить? Не гражданских же грабить - Учиха до такого не опустятся; а отбить чего у Сенджу или альянса десятка мелких кланов сил уже не хватит. ~~~~ Подставная, пустяковая миссия по сопровождению торговцев, за которую несоразмерно щедро заплатят едой. Разумеется, оголодалые Учиха повелись. Торговцы настоящие, еда из кладовых Сенджу, торговцам приплатили Сенджу - и за лишнее путешествие и за стресс. Хитро, Хаширама, хитро. Напрямую от Сенджу клан Учиха ничего бы не принял, а так взяли - и липовую плёвую миссию и оплату, которую предлагали авансом. Клан больше не голодает, Мадаре дают переписываться с братом. Мадаре отрадно знать, что клан переживет зиму полным составом и отото не страдает от голода. Одно только беспокоит Мадару. Идёт время, а плату с него всё никак не берут и не берут. Мадара знает, что такое секс и то, что творит с ним по ночам чудной Хаширама Сенджу - отнюдь не секс. Хаширама приходит по вечерам и трогает Мадару так, будто это не Мадара здесь в плену с заблокированной чакрой, так, будто Мадара - юный неопытный господин, а Хаширама - его ласковый наложник. Первую неделю Мадара боялся, что что-то изменится. Что Сенджу, сочтя, что достаточно приласкал, жадно на него набросится. Но шло время, жадности не последовало и Мадара привык, и ласка начала смущать, разливаться невидимым пожаром на скулах. Скулы горели, сердце частило в груди... На третью неделю добровольного плена, видимо, достаточно восстановившись после голода на хороших харчах и в тепле, тело отозвалось на красивые ласковые ручки Сенджу вполне однозачно. В тот вечер Мадара узнал, что между мужчинами тоже бывает по-разному. Хаширама, заметив его реакцию, улыбнулся нежно-нежно, утешительно поцеловал Мадару в нос и сполз вниз, и Мадара стонал от его ласки так, как в жизни не стонал от боли. ~~~~ Под конец зимы возвращаться в привычное русло не хотелось совсем. Брата и сокланов увидеть снова? - да. Воевать? - нисколько. Не плен, а ёкаи знают что... в плену было лучше, чем на свободе, - кормят, гладят, ласкают... а в клане три горы бумажек, накопившиееся за время отсутствия главы на «долгой миссии», толпа сокланов с премерзким характером и никакого «кормят, гладят, ласкают». «Ты глава - ты клану и должен.» В первый день весны Хаширама сам лично его одел в вычищенные до блеска доспехи, накормил завтраком, впервые поцеловал в губы, проводил до границ територий Сенджу и отпустил. Через два дня Мадара вернулся с предложением о мире и проектом общей деревни. Помнится они мечтали... теперь Мадара был согласен, дозрел. Спать одному на футоне оказалось совсем не то, эгоистично хотелось привычной ласки, смуглых ласковых рук, скользящих по телу, - чтобы Сенджу всегда был рядом и всячески ублажал. Быть ублажаемым Мадаре понравилось. Да и на роль главы клана Мадара не подходил, - слишком много бумажек, слишком болит от них голова, слишком мерзкие характеры чего-то постоянно хотят от главы... Решено. Пусть будет общее селение, тогда и бумажки общие - и Мадара с радостью их делегирует Хашираме Сенджу. Силой младший братец Хаширамы пошел не в Сенджу, внешностью - в болотную поганку, а степенью мерзости характера не уступал трети самых противных шиноби из Учиха - вот их-то Мадара и сплавит на Тобираму. Предложению мира Хаширама настолько обрадовался, что сгрёб Мадару в объятия, не стесняясь сокланов. Мрачная рожа Тобирамы маячила за плечом у брата, предчувствуя проблемы.