Чао, Антонио!

Приготовить зелье Забвения оказалось не так уж и трудно - из всей той кучи порошков и всевозможных пузырьков, что хранились на столах, а так же на полках, в ящиках и многочисленных саквояжах в комнате Альбуса. Судя по всему, мы намешали просто адски ядовитую смесь - от души надеясь на нужный нам результат. Правда, в начале, меня дико раздражал Фоукс - домашний феникс Дамблдора. Видимо он чувствовал присутствие чупакабры, суматошно копошившейся всё это время в моём кармане При этом Фоукс визгливо и противно кричал. Весьма громко и мерзко - совсем как павлин. — Дьявол! Труба Иерихонская! — я зажал руками уши. Наконец Альбус догадался накинуть кусок тёмной ткани на его клетку. После чего птичка заткнулась. Вскоре зелье было готово и мы трансгрессировали в Йоркшир. На небольшой травянистый островок посреди туманной булькающей трясины с кочками осоки и куртинами сухого вереска до самого горизонта во все стороны. — Это же не слишком жестоко, как ты думаешь? — произнёс я максимально нежно, как обычно шептал Альбусу в ночи, когда он игриво перебирал мои волосы. — Вполне, — так же нежно ответил мне Дамблдор, опасливо косясь на чупакабру, которую я достал из кармана. —Ты её держи, а я волью зелье. Только крепче держи! — добавил он. — Опасаешься за свои пальцы? — не удержался я: — Ты же такой могущественный маг? Отрастишь новые! И вообще, мне плевать на твои пальцы, главное чтобы он тебе другое кое-что не откусил... Я опустил глаза вниз, отчего Альбус немного покраснел. Меня распирал смех. "Ты заставлял огромные горные породы кружиться по ветру, словно это листья. Ты осушал огромные озёра, а потом вновь наполнял их водой. Заставлял реки идти вспять. Только солнце, наверное, не сможешь заставить на западе взойти, а на востоке сесть", — мысленно подначил я Дамблдора. — На меня твоя лесть не сработает, клоп! — ответил он. — Это кто, из нас клоп? — я уже сощурил глаза. — Нет, по тебе ползёт, вот... — Альбус щелчком сбил насекомое с моего плеча и улыбнулся ясной улыбкой. — Ты же сам его и наколдовал, — усмехнулся я: — Не только ты читаешь мои мысли, но и я твои. — Ладно, — откупоривая пузырёк с зельем, вернул меня к происходящему Дамблдор: — Но только я серьёзно - держи эту ящерицу крепче. "Обливиэйт!" — уловил я мысленное заклинание Альбуса, когда он опрокинул зелье в её широкую пасть: "Мне тебя жаль ящерка... Ты не забудешь того, кого полюбил. Я бы так не хотел". У Дамблдора даже выступила при этом слезинка. Чёрт, у меня кажется тоже... Когда всё было закончено, я погладил чупу и попытался наложить ещё и "Иммобилюс" - так, для страховки. Ящерка, растопырив лапки, застыла в моей руке. Воспользовавшись этим я, быстро сунул её в карман заранее снятого пиджака и несколько раз обмотал им. После чего что было силы, зашвырнул в сторону густых зарослей тростника торчащего из воды. — Может, стоило ещё и "Империо" наложить, — сказал Альбус. — Империо надо постоянно удерживать. Да и заклятия на этих созданий почти не действуют. Какой смысл рисковать попасть в Азкабан - ради шутки? — ответил я. — И то верно, — Дамблдор сделал грустные глаза и губки бантиком. "Только бы снова не замечтаться, хотя бы мысленно... Шайсе, я об этом думаю, да? Альбус лукаво покосился на меня. — Всё, давай убираться отсюда,— решительно взял я его за руку: — Вдруг, зараза пучеглазая, оклемается и обломает нам весь кайф. Да и запах здесь, согласись - не амбре! Дамблдор согласно кивнул, крепко сжимая мне ладонь. И мы трансгрессировали прямо в его спальню... — Как думаешь, каково ей одной на болоте? — спросил меня Альбус про чупакабру, когда мы уже тихо лежали в кровати после бурного "разглядывания звёзд". Голос Альбуса задрожал: — Тем более там же собака Баскервиля! Мы про неё совсем забыли... Вдруг эта чумовая псина обидит нашу чупу... — А может они сожрут друг друга, — мечтательно подначил я его: — Или подружатся... и сожрут всех овец в Англии. "Ха! Забавно..." — пришло мне в голову: "Британские маглы завезли овец в Австралию и те поели там почти всю траву - превратив этот зелёный, некогда, континент почти в пустыню. И если чупа съест здесь всех овец - это будет только справедливо..." Альбус приподнялся на локте и, задумчиво посмотрев на меня, покачал головой, отвечая на мои мысленные рассуждения: — Коз Аберфорда пускай жрёт, но всех овец в Англии - это уже перебор. * * * * Геллерт Гриндевальд и Альбус Дамблдор были счастливы этой ночью. И им было совершенно не известно, что хитрая бестия, вовсе не осталась в Йоркширском болоте. Собрав в зоб всё влитое в неё зелье, а затем, выплюнув, чупакабра резво размоталась из плена и кинулась в исчезающую воронку трансгрессии. Оставить человека, хоть однажды нежно почесавшего её пупырышки на брюхе, она уже не могла. Для всех видов чупакабр - это словно наркотик. Плюхнувшись на пол в комнате после подпространственного переноса, зверёк ловко юркнул под кровать. Позднее, убедившись, что существо - "хозяин" находится в покое, обнимая другое себе подобное создание, чупакабрик выпрыгнул в распахнутое окно. После чего, спустившись по стене дома, отправился исследовать ближайшие окрестности. На предмет поиска чего-нибудь съедобного в виде густой горячей, свежей крови. Он был ужасно голоден. Кровь корабельных крыс, в обилии водившихся в трюмах доставившей его через Атлантику бригантины, помогла ему продержаться в дороге, но не могла утолить нагулянный за это время аппетит. А всем известно, что голодные чупакабры весьма агрессивны, как впрочем, и любые другие формы жизни в этом мире.