Стальной стержень

* * *

Поздним вечером Себастьян сидел в своей комнате Уэстонского колледжа, ожидая прихода Сиэля. Интересно, какими словами поприветствует его граф? Наверняка опять будет ехидничать — как идёт ему эта чёрная сутана, крест на длинной цепочке и изящные очки без оправы. «Все студенты Синего дортуара говорят о вас, профессор Михаэлис, — на днях сказал он ему с ноткой насмешки. — Какой замечательный у нас новый методист! А уж как вы в два счёта «раскололи» в исповедальне Йохана Харкурта, заставив его рассказать всё, что нам было нужно! Или… ты покорил его какими-то демоническими чарами, Себастьян?!» «Нет, Ваша Светлость, — пожал он тогда плечами. — Просто я очень много лет жил на земле. Научился понимать людей и то, что ими движет…» «Так может, ты неправильно призвание выбрал? — продолжал подкалывать его юный Фантомхайв. — Тебе бы священником быть, а не демоном». «А когда я стал циркачом Блэком — вас это не удивляло, милорд? Вы же знаете — чтобы помочь вам достичь своей цели, я приму любой облик, надену любую маску…» Ничего. Скоро они закончат расследование этого запутанного дела в Уэстоне, и тогда можно будет вернуться в поместье и облачиться в привычную униформу дворецкого. Поскорей бы уже. А то эта троица бестолковых слуг, под чьим присмотром поместье осталось — камня на камне от него не оставит… А ведь, пожалуй, о Уэстоне он будет жалеть, когда покинет его, — неожиданно подумал Себастьян. В кои–то веки пригодилось ему отличное знание двух «мёртвых» языков — здесь он преподаёт студентам латынь и греческий, и уже многому успел научить их. В поместье же у него будет всего один ученик — Сиэль, и занимается он только, когда у него есть время и настроение. А сколько тайн выслушал в исповедальне колледжа методист Себастьян Михаэлис! Но вот завершат они поиски пропавшего Дерека Ардена, вернутся домой — и тогда уже открывать тайны сердца будет он сам, ибо в их договоре с Сиэлем закреплено: «Никогда не лгать контрактору»… Себастьян поднялся, закрыл том «Диалогов» Платона — недавно он помогал готовить по нему домашнее задание одному из учащихся дортуара «Сапфировый филин». Поставил книгу на полку. Мысли его снова вернулись к контракту с Сиэлем Фантомхайвом. Почему они никогда не оставляют его? Сколько контрактов доводилось ему заключать за его долгую жизнь — но подобный оказался у него впервые… Десятилетний мальчишка, худющий — в чём только душа держалась? Одни глазищи — огромные, синие, в пол–лица. Измождённый, избитый, испуганный — но полный такой всесокрушающей ненависти к своим обидчикам и такого безысходного отчаяния, что мощь их оказалась сильнее желаний тех, кто пытался призвать его, демона. Сквозь их низменные призывы лучше всего Себастьян расслышал его зов. И потому, не колеблясь, именно ему предложил свои услуги. Казалось так просто заполучить эту яркую, юную, совсем неиспорченную ещё жестоким земным миром душу… И тут мальчишка удивил его. Сначала — когда, не поморщившись, приказал ему убить всех, кто держал его в плену. А потом — когда, едва стоя на ногах среди этого ужаса, стал бесстрашно выторговывать у демона наилучшие условия сделки. И в конце концов, поставил такие, что Себастьян сам не заметил, как затянул поводок у себя на шее и оказался в кабале у ребёнка, равнодушного к тому, чего жаждут все люди. А месть свою тот хотел совершить сам. Тогда-то демон и понял, что имеет дело с очень сильным игроком, и что хрупкая его ангельская внешность — очень обманчива. Внутри у него оказался несгибаемый стальной стержень. И ещё один раз Сиэль удивил его — когда Себастьян спросил: куда ему поставить печать контракта? Имея дело со многими людьми, он знал, что те, заключая с ним договор, очень боятся это афишировать. Желая получить всё, не любят показывать, каким образом оно им досталось. Потому отметку демона они соглашаются принять при условии, чтоб та была скрыта от взглядов окружающих. Юный граф Фантомхайв был совсем другим. Он согласился поставить печать на самом видном месте, лишь бы ближе и крепче была его связь с демоном. Сцепив зубы, крича, но не отшатываясь, он выдержал эту адскую боль, когда рука Себастьяна легла на его глаз, выжигая печать. Какая же сила духа, упорство и решимость были в этом мальчишке!  — Я последую за вами повсюду, мой бесстрашный лорд, — тихо проговорил Себастьян, — как верный пёс, чьей кличкой вы меня назвали, хоть я и ненавижу собак. И в конце, когда вы отдадите мне свою душу, мы по ступенькам спустимся с вами в Ад — рука об руку…