Бу-бу!

Лето в Нью-Йорке всегда отличалось своей невыносимой жарой. Тут ужасно жарко, солнце припекает так, что горячий воздух с дрожащим маревом висит над раскалёнными тротуарами. От которого все прячутся в уютных кофейнях за углом. Так же как и я. Сегодня в «Ладюре» на удивление не было никого. Изредка забегал кто-нибудь, забрать заказ на вынос, но было ясно: народу не было лишь потому что, сегодня только среда. Разгар сезона у бизнесменов, каникулы у школьников и день выпуска у студентов. Прохладный ветер из кондиционера обдувал мое обгоревшее лицо. Официанты одетые в свои душные униформы, стояли развалившись у прилавка. Скучающе смотря на настенный старенький телевизор. Как и в любой другой кофейне, здесь был включён музыкальный канал. С одними и теми же песнями, которые крутили каждый день.  — Мисс вы не против если я поменяю? — одна из официанток улыбнулась мне, кивком указывая на пульт. Я ослепительно улыбнулась в ответ, показав белоснежные зубы, — результат стараний лучших стоматологов в Верхнем Хэмптоне.  — Конечно нет. Отвернулась в сторону панорамного окна, наблюдая за молодой парой. Слишком сопливой молодой пары. Возможно они сейчас проходят конфетно — букетный период. Перевела взгляд на бегущего бизнесмена. Мужчина средних лет, в руках которого была охапка бумаг и немереное количество папок, бежал через дорогу, разговаривая по телефону. Солнце начало здорово ослеплять, когда мой взгляд остановился на женщине с ребёнком, которая буквально тащила маленького мальчишку за собой. Все они куда-то спешили. Когда вокруг меня, время застыло сидя тут. Если честно, в этом кафе, я впервые. Но сегодня, мне надо тут быть. Осторожно, морщась от яркого солнечного света я отвернулась от окна, удобно устраиваясь на стуле. На круглом, плетёном столике, лежала красная картонка. Результат моих усердных стараний, все эти пять лет. Да, можете меня поздравить. Сегодня, я официально покинула стены Колумбийского университета. Все мои одногруппники в число которых входит Меган, отправились праздновать за город. В их планы посвящаться мне отнюдь не хотелось. Изначально я знала: 6 июля, Кафе «Ладюре», в 16:30 быть там. Можете посчитать меня параноиком, но сейчас время 15:07. Проверила социальные сети, которые были завалены новыми фотографиями моих друзей. И одно смс от Меган. «Надеюсь ты осталась не зря» Немного зависнув, перечитывая это сообщение я просидела минут пять. После чего с грустной миной на лице, напечатала: «Надеюсь» По телевизору начинался прямой эфир обеденных новостей. Ничего нового. В Лос-Анджелесе гроза, а в Нью-Йорке жара продлиться еще неделю. Я собираюсь снова уткнуться носом в свою книгу, если бы не вырезка новостей, с репортажем из Сагара. Конечно, 6 июля. День летнего солнцестояния — праздновался в этой замечательной стране. В репортаже показали главную улицу Хезура, на которой все аристократы с вздернутыми носиками кружились в танце. Рассказали про ежегодный показ от месье Ченуто, который должен состоятся через день, после праздника. На сердце стало тепло, но в тоже время тоска по этой прекрасной стране, одолевала меня. Прекрасно понимаю что не могу больше смотреть, ведь затоскую еще больше. Поэтому с головой ухожу в чтение. Долгие минуты понадобились чтобы сосредоточиться на одной строчке, но все мое сосредоточие что итак висело на последней нитке, рушиться. Где-то в стороне прилавка послышались восхищённые «уханья», совсем отвлекающие от чтения. Во весь рост, при полном параде, на главном новостном канале «CNN», показывали кронпринца Ричарда. Неудивительно, что все девушки пожирали его хищными взглядами. Они бы сочли меня за сумасшедшую, если бы с моих уст прозвучали слова: «Эй, это же Ричард, по имени — королевская задница» Как же я хотела вскочить со стула и с фанатизмом тыкать в экран телевизора, говоря: «А я его знаю. Я даже его королевский зад спасала от похитителей!» Но маленькая доля трезвого ума, приказывала сидеть на месте. Новости закончились радостной речью Короля Генри. И только сейчас меня обуяла настоящая ностальгия по тем временам. Два года назад. Ровно два года назад, я волшебным образом оказалась в Хезуре. Ровно два года назад я познакомилась с Ричем, Эммой, с заносчивой сучкой Джулией и конечно с варваром. Как сегодня помню этот день. Обычные прохожие выглядели и были одеты как знаменитости, которые шли на ковровую дорожку «Met Gala». Но даже я, прилетевшая из мегаполиса, все ещё чувствовала себя провинциалкой в таком маленьком-большом городе, да и как иначе, когда на мне практически были лишь одни джинсы и белая блуза. Которая помялась после долго полёта и выглядела так будто ее только что достали из бака с мусором. С тем же успехом я могла бы нацепить на лоб табличку с надписью «ТУРИСТ» или же «ЧУЖАК» и маленькими буквами приписать внизу «победитель по жизни у которого украли сумочку с деньгами и который только что застал жениха за изменой». Да, день ещё не начался, но что-то мне подсказывало что все будет ужасно. До тех пор, пока не появился — Адам Хьюз. Он, конечно, не сдержался, чтобы не окинуть меня оценивающим взглядом. Как же я его хотела убить после этого: в помятой блузе и в джинсах я выглядела ужасно. По крайней мере мне так казалось. Как казалось Адаму, я так и не узнала и возможно больше не узнаю. Очень симпатичный незнакомец продолжал водить взглядом по очертаниям моего истеричного на тот момент лица. И едва его взгляд задержался на моих глазах, он улыбнулся. И эта улыбка дала мне хоть маленькую надежду что все будет хорошо.  — У вас все в порядке?  — Что?  — У вас что-то случилось? Едва я попыталась что-то сказать, но горло свело судорогой. Это надо быть в каком ужасном состоянии, чтобы горло свело судорогой?  — Все будет хорошо. Мерзавцы получат по заслугам, добро восторжествует. А меня зовут Адам. А тебя? А не хочешь чаю? Ни разу за последние два года я не ворошила эти приятные воспоминания. С этого все и началось. Я была на нервах, а он предлагает чай. Чертов Хьюз! Официантка обновляет мой, уже остывший чай, подливая кипятка. Ну улице невыносимая жара, а я пью чай. Ничего не могу с собой поделать.  — Спасибо. Девушка кивает, и медленными шагами отходит от моего столика. А я утопаю в приятном забвении своих воспоминаний.  — Позволь я украду тебя с этого занудного бала, — не дождавшись моего ненужного ответа Адам нежно взял мое запястье и увёл прочь. Чёрный мотоцикл аккуратно был припаркован возле величественных ворот дворца. Сверху лежало два шлема. По коже пробежался табун мурашек, что конечно не осталось незамеченным.  — Боишься? Я сглотнула застрявший ком в горле. Улыбаясь Адаму своей самой решительной улыбкой.  — А ты хорошо водишь?  — Можешь даже и не волноваться, — его руки легли мне на плечи, несильно сжимая.  — Я доверяю тебе Адам, на все сто процентов. Очень милая улыбка расцвела у него на лице. Варвар утвердительно кивнул, не отрывая от меня глаз.  — Хьюз, хватит пожирать меня взглядом, — фыркнула я, шуточно ударяя его в плечо. — Постыдился бы хоть.  — Я варвар Джесс. Если ты только захочешь, я готов смотреть на тебя всю вечность не отрывая глаз. В тот вечер я узнала и поняла три вещи: 1. Варвары умеют делать комплименты. 2. Я до безумия обожаю кататься на байке. 3. У меня есть чувства к Адаму. Адам Хьюз никогда не видел океан при полной луне. И был уверен что никогда не увидит. Безопасность Ричарда, безопасность гостей, непонятная бумажная волокита. Все это буквально удушало Адама, если бы не появилась она. Совершенно невыносимая маленькая ведьма, перевернувшая его жизнь с ног на голову. Теперь, как в своих беззаботных мечтах, Адам Хьюз летит на байке, по пустой трассе. Слева под обрывом бушует океан, накрывая все белой пеленой. Справа вырисовываются холмы, над которыми далеко в небе сияли яркие звёзды. Адам Хьюз никогда не чувствовал себя настолько счастливым прежде, ровно как и я. Как и следовало ожидать, Джессика Браун неразборчиво что-то кричит и крепко вжимается в его спину, изредка поглядывая на дорогу. Его удивительная и неповторимая — Джессика Браун. Я разочарованно разглядела чертовы часы, стрелки которых стремительно ползли к отметке 15:58. Одним жестом руки подозвала к себе официантку, попросив продублировать свой заказ. Чай и сладкое пирожное.  — Смотри Адам! Почти готово. — восклицаю я, хлопая в свои маленькие ладошки.  — Красиво? Тебе нравиться? — поднимаю свои светящиеся от детского восторга глаза на Адама, который отнюдь не разделяет моего настроя. Но несмотря на это, улыбка на его лице начинает расцветать при виде этой красоты. Теперь над кроватью Хьюза, висит длинная гирлянда, украшенная моими фотографиями. Я с большим бургером, обмазанная кетчупом. Я сижу в кресле Ричарда, пока он не видит и делаю вид что закуриваю сигарету. Мы с Эммой на конной прогулке, я падаю с лошади которая решила именно во время съемки встать на дыбы. Я и Ричард, позируем для воображаемой обложки «Vogue». Я и король Генри за чашечкой чая. Я на байке Адама, еле пытаюсь удержать равновесие.  — Очень красиво. Восхитительно! — улыбается Адам. Так ещё бы он не улыбался. Ведь я заставляла его перефотографировать каждый раз когда я моргала. И поверьте, моргала я часто.  — Почти восхитительно Адам. Почти. Не хватает нашей совместной фотографии.  — Нет, нет, нет, — вскидывает ладони вверх, пытаясь отделаться от меня.  — Адам, пожалуйста. Без нашей совместной фотографии эта гирлянда, даже не имеет смысл. Как он может мне отказать, после моих «щенячий глаз». Я нежно целую его в висок. И только тогда, его напряжённое лицо принимает более расслабленный вид.  — Твоя главная задача не моргать Джесс. Во второй раз ты меня вряд ли уговоришь.  — Я очень постараюсь, варвар. Расплываясь в очень глупой улыбке, придвинулась ближе к Адаму, в руках которого был фотоаппарат. Яркая вспышка, на несколько мгновений ослепляет нас. Тем временем потирая глаза, Адам пытается рассмотреть маленькую карточку, результат своей проделанной работы. Я обнимаю его сзади, всматриваясь в кадр. И застываю в полном ужасе. Моргнула, снова. Хьюз смотрит на фотографию с тёплой улыбкой на лице. Теперь это его любимая фотография, в ее коллекции. Волосы растрепаны, глаза зажмурены, я ужасно глупо улыбаюсь.  — Это ужасно, — я обиженно села на кровать, надув губки. Пытаясь поправить уже свившееся гнездо на своей голове. — Может переснимем?  — Знаешь Джесс, это самая лучшая фотография. Немного укутавшись в одеяло, еле понятно что-то говоря, я хотела всё-таки постараться переубедить Адама переснять.  — Джесс, это мой самый любимый кадр. Теперь, — все также завернувшись в одеяло я бубнила, даже еле понятное себе. — Что ты там бубнишь, а? Бу-бу, что ты там говоришь? И с того самого дня Адам называет меня Бу-бу. Как по его словам «потому-то я слишком часто, непонятно, что-то бубню».  — Я там страшная получилась.  — Очаровательная улыбка. Вьющиеся волосы. Зажмуренные глаза. Разве это не самая удавшаяся фотография.  — Правда?  — Конечно правда, — Адам улыбнулся, но тоска в его янтарных глазах читалась издалека. — Только вот… Ай, ладно ничего.  — Что случилось? — он замотал головой будто отнекиваясь от ненужных мыслей. — Адам Хьюз я спрашиваю что случилось. Немного поёжившись он стоял словно вкопанный.  — Просто хотел сказать, что тебе не обязательно уезжать. Может останешься ещё на месяц, неделю. Как же я боялась затрагивать эту тему. Мой отъезд для всех был больной темой. А особенно для Адама.  — Ты из-за этого грустишь?! У нас ещё впереди два дня. — я радостно улыбнулась скрывая за этой улыбкой море грусти. Как обычно, как и всегда я перевела тему не давая призрачную надежду на что-либо. Он слабо улыбнулся притягивая меня в свои объятия.  — Значит эти два дня я тебя ни на секунду ни-ку-да не отпущу моя маленькая. Тёплые воспоминания греют мою душу. Я в блаженстве закачиваю ещё одну чашку чая, чувствуя терпкий вкус бергамота. Знаете, когда я была маленькая мне нравилось спрашивать себя: «А что если». Это у меня была такая игра. «А что если я не буду спать когда мама заглянет ко мне?». Она споёт мне колыбельную и чмокнет в лоб. «А что если я потеряю свои новые туфельки в школе?» Папа погладит меня по головке и втайне от мамы мы купим новые. «А что если я напишу маленькую статью в школьную газету, хоть я и не уверена в своих силах?». Малышка Джесс стала главным школьным журналистом, имеющая свою собственную колонку в журнале «Средняя Школа Твайлайта». Но чем старше ты становишься, тем выше ставки в игре «А что если?». «А что если я не написала бы то сочинение на конкурс?». Не поехала бы в Сагар. «А что если бы Марк не изменил мне с официанткой и у меня не украли бы деньги?». В моей жизни никогда бы не появился Адам. «А что если бы Ричарда не похитили?». Мы с Адамом так бы и остались боевыми друзьями. А что если бы тогда, два года назад я не отказала ему? Багровый закат обливал последними лучами зеленый луг. Это был мой последний день в Сагаре, поэтому Адам в последний раз решил сводить меня в наше «секретное местечко». В двадцати милях от Хезура располагался огромный зеленый луг, с видом на живописные горы. Верхушки которых были усеяны снежинками. Я сидела в его объятиях оставляя невесомые поцелуи на шее. Он нервно моргал глазами, поглаживая меня по головке.  — Джессика.  — М? Одним легким движением он поднял меня за подмышки. Поцеловал в лоб, притянул за талию к себе и начал медленно рассматривать черты моего лица. Сначала поцеловал в нос, в обе щечки, подбородок, а потом губы. Поцелуй был нежным, словно прощальным.  — Джессика ты самая волшебная девушка которую я когда-либо встречал. Смелая как дьявол, смешная, добрая, самая тёплая на свете. А я Адам, просто Адам Хьюз. С кучей тараканов в голове. Я полюбил тебя, тогда ещё на площади и я знаю больше всего в своей жизни я хотел чтобы ты была моей. Он встал на одно колено. При лунном свете, его янтарные глаза сверкали особенно ярко. Белая бархатная коробочка распахнулась, открывая взор на брильянтовое кольцо с гравировкой «in the end it’s you and me». Я не могла произнести ни одного слова, в доказательство того, что я вообще жива.  — Джессика будь моей женой… Я резко схватила воздух ртом, закашляла, пытаясь собраться с мыслями.  — Адам… женой?! Вот так сразу, с порога? Мы же знакомы всего ничего! Всего лишь месяц.  — Я абсолютно уверен в своём решении. Я знаю что не передумаю и через десять лет. Это любовь с первого взгляда Джессика.  — Мы познакомились всего пару недель назад. Любви не бывает… с первого взгляда. Я… я не могу так. Прости меня, я не могу. Ещё несколько мучительных секунд он смотрел прямо в мои глаза и тот свет что блистал в его янтарном омуте, потух. После чего нервно встал с колена, потрепав свои волосы.  — Я… эм. Ну да… Разумеется. Неловко получилось. Предлагаю забыть последние минуты три минуты как страшный сон. Он отвернулся от меня скрещивая руки на груди, шумно выдохнул и уставился на горы. Было несколько причин отказать. Я училась лишь на третьем курсе. С ним мы были знакомы всего тридцать дней. Я его едва знаю. На самом деле я вру. Если же быть с собой честной, то я заперла свои самые искренние чувства к Адаму. Зачем? Потому что боюсь. Чего боюсь? Я не знаю. А что если бы не уехала оставив несчастное письмо? Утро 4:54 Посадка на самолёт начнётся только в 6:30. Я сижу в комнате на своих собранных чемоданах и в сотый раз переписываю письмо, адресованное Адаму. А все потому что слёзы капали на лист, растворяя все написанное. Через полчаса я стояла одетая, готовая к выходу, письмо было написано. С трудом и болью, но написано. Эмма стояла в дверях, тихонько пуская слезу. Дворецкий вынес мои два чемодана. В коридоре стояла кромешная тьма, все спали и должны были спать. Ни Адам, ни Ричард, ни сама я не выдержу долгие прощания. С моей стороны это трусость, ужасная трусость. Но все же, ноги ведут меня привычным маршрутом в его комнату. В комнате Адама был разгром и бутылка виски свидетельствовала о том что он в непробудном сне. Произошедшее не выходило у меня из головы. Он ко мне со всем сердцем, а я… Я просто сидела возле него и рассматривала его лицо, стараясь запомнить, каждую морщинку, каждую родинку, каждый волосок. Я аккуратно достала ненавистное письмо и положила на самое видное место — возле бутылки с виски. И в последний раз поцеловав его лоб, вышла из комнаты.  — Николас отвезёшь меня в аэропорт? Ну что Эмс, пришло время прощаться. На глаза наворачиваются слёзы, которые я нервно протираю краем своей футболки. В кафе по прежнему никого нет. Время 16:19. Все ещё есть маленькая надежда. Я утираю слёзы и наконец обращаю внимание на корешок книги, но котором мелким шрифтом написано посвящение: «Мой дорогой Микаэль.К». Ещё одно воспоминание всплывает на поверхность. Унося меня вихрем событий в свою голову. «Мой дорогой Адам.Х Ты знаешь. Я ещё никогда не писала писем любимому человеку. Но я попробую. Только пожалуйста дочитай до конца. Даже не знаю с чего начать. Прошёл месяц с нашего знакомства. А я помню тот день 06.07.2017. Его невозможно забыть, ведь он положил начало в наших с тобой отношениях. Пусть даже они и длились недолго. Но зато они были самыми удивительными для меня. Ведь я была самой счастливой девушкой на свете, даже несмотря на то что мы ссорились, ругались, обижались друг на друга из-за всяких мелочей. Это был мой самый лучший один месяц счастья! Помню как я влюбилась в тебя. Это была наша вторая встреча. И за эту встречу я поняла, что она не станет последней. У меня перехватило дыхание, сердце замерло и в груди стало как-то неестественно тепло. Хочу признаться, я никогда никого так не любила как тебя. Конечно сначала я пыталась закрывать на это глаза. Но потом поняла, что закрыть глаза можно на то, что видишь, но не на то, что чувствуешь! Ты мой смысл, моя цель, моя зависимость. В моём сердце все еще горит тот огонек, который ты разжег во мне. Я никогда не смогу тебя забыть Адам. Даже пытаться не буду. Пусть лучше для всех остальных я стану бессердечной. Потому что для них никогда не будет места в моём сердце. Ты стал первым и единственным, кому я позволила войти в свое сердце. Я улыбнусь ради тебя, чтобы у тебя на душе не было грусти, чтобы ты не расстраивался. Как бы больно мне не было, я не перестаю благодарить судьбу, что она подарила мне тебя. Тебе желаю только счастья. Хочу чтобы у тебя все было хорошо, от этого и мне будет спокойнее. Хочу чтобы ты наконец встретил свою одну настоящую любовь и был с ней счастлив. Хочу чтобы ты никогда не испытал той боли, которую испытываю я. Запомни, ты навсегда в моём сердце. Если же твоя любовь не угаснет как ты и говорил мне вчера на лугу. Нью-Йорк. Кафе «Ладюре». В 16:30. 06.07.2019. Я буду тебя ждать» Стрелки на часах издевательски показывали 16:45. На что я так глупо надеюсь? Сегодня День Летнего Солнцестояния в Хезуре. Ричард на параде, если Ричард там, значит и Адам тоже. Он, черт возьми, его телохранитель, конечно он будет там. Я последний раз взглянула на часы 17:11. Прошло два года. Конечно он встретил свою настоящую любовь. Положила диплом и книжку в сумку, в последний раз посматривая на дверь. Его нет и не будет.  — Можно счёт, — официантка улыбчиво кивает, распечатывая чек. В горле пересохло, ноги медленно дошли до двери. Я вышла из кафе последний раз смотря на часы и оглядывая улицу. Его нет и не будет. Я медленно начинаю шагать в сторону своей квартиры. Все ещё думая, какая же я дура.  — Бу-бу! Смешно, очень смешно. Кто-то тоже называет свою девушку бу-бу. Я рассеянно переступила с ноги на ногу.  — Черт тебя подери. Джессика Браун остановись. Немой ужас одолевает меня когда я оборачиваюсь назад и вижу огромный букет розовых пионов и человека который их держит.  — Адам! Он стоял словно прибитый к этому месту. Глаза его светятся также ярко как тогда два года назад. Я подбегаю к нему, останавливаясь в нескольких сантиметрах от его лица. Он самозабвенно рассматривает мои глаза, из которых безостановочно текли слёзы. На минуту мне кажется, что это не Адам. Но все вопросы отпадают, когда он вжимает меня в свои объятия. Я обвила руками его шею, заставляя пригнуться в три погибели. Вдохнула аромат уже родного терпкого парфюма. Прядь его волос пощекотала мою щеку, когда закрыв глаза я легонько коснулась губами его губ.  — Джесс, помнишь кто-то очень глупенький сказал, что любви с первого взгляда не бывает?  — Угу, — моя голова покоилась на его груди, оставляя мокрые дорожки на одежде.  — Мы же не верим им.  — Не верим. Вообще не верим. Адам мягко отстранился, вручая букет мне в руки.  — Я смотрю на тебя, и мне хочется то ли рыдать от счастья, то ли танцевать. Какая же ты красивая. Джессика, я хочу и буду работать над нашими отношениями как проклятый. И знаешь, может быть даже побреюсь. За два года разлуки я понял одно, иногда люди расходятся на время, чтобы потом сойтись на всю жизнь. Давай начнём с вечности. Он опустился на одно колено. Та самая белая бархатная коробочка закрутилась в его руках.  — Джессика, я люблю тебя и никогда не переставал это делать. Ты выйдешь за меня? — глаза его волнительно блуждали по моему лицу.  — ДА! Да, да и в тысячу раз да! Мы сидели в парке, обнимаясь, робко целуясь и обсуждали всякую ерунду. Словно не было стены и обиды накопившейся за эти два года. На самом деле, ее не было.  — Адам, когда у тебя обратный билет в Сагар?  — Я его не брал моя малышка. Так и началась наша с Адамом бесконечная история любви.

***

 — Мама! Я закрыла свой ноутбук на котором печатала новую книгу. Про наше с Адамом знакомство.  — Молли, малышка. Ты чего не спишь?  — Говорит что хочет с мамой и папой вместе. — Адам стоял в дверях с тёплой улыбкой на лице наблюдая за нами. Маленькая девочка сидевшая у меня на коленках, заболтала своими ножками и по-доброму улыбнулась.  — Плосто я вас люблю ма, па.  — И мы тебя любим наша маленькая принцесса. — Адам потрепал Молли по головке, поцеловал в лоб, после чего нежно погладил пальцами мое лицо и мягко прикоснулся к моим губам своими. И тихо прошептал.  — Прошло восемь лет любимая. А я также околдован тобой и твоей красотой на вечно, моя ведьма. Адам оставил невесомый поцелуй на губах, и мы оба прошептали: «Я тебя люблю!»