Грязнокровная лихорадка и нижнее бельё (Mudblood Fever and Lingerie)

- Лучше бы ты не заставляла меня уничтожать браслет. Мне нравилось, что ты можешь мгновенно призвать меня, - Драко пробормотал себе под нос ту же самую жалобу, которую он произносил бесчисленное количество раз. - И если бы кто-то другой заполучил его, ты был бы в заднице. Добро пожаловать, - в тысячный раз повторила Гермиона, нервно проводя руками по мантии. Она едва чувствовала себя самой собой, вся разодетая, как рождественская елка, ее уши и шея сверкали таким количеством драгоценных камней, что она едва могла дышать, боясь потерять их. - Перестань ерзать, а то они скажут, что ты нервничаешь и передумала, - настаивал Драко, коснувшись руки Гермионы, которая прижимала к коже сверкающее серебро и бриллианты, убеждая себя, что они все еще там. Он сжал ее руку в своей, и она благодарно улыбнулась ему, втайне радуясь тому, что ему уже много месяцев пришлось иметь дело с фотографиями, статьями, интервью. Он точно знал, как вести себя с прессой, и, стоя рядом с ним на ступеньках Малфой-Мэнора, она чувствовала уверенность в его решении одеть ее так неловко. Стоя вместе перед огромным домом, никто не смог бы сказать, что она не выглядела так, как будто принадлежала ему. - Ну что ж, мистер Малфой, если вы с миссис Малфой готовы, я уже настроил камеру, - крикнул фотограф с расстояния в пару метров, готовый сфотографировать новую пару перед их домом. - Мы готовы, - ответила Гермиона, сжимая руку Драко и улыбаясь ему со всей любовью, которую ей больше не нужно было скрывать. - Мы были готовы, - согласился Драко, улыбаясь ей в ответ. Никто из них не был готов к вспышке фотоаппарата, которая поймала их нежно смотрящими друг на друга, а не в камеру.