слабости.

Он ненавидел болеть. Тренеру не нравилось чувство слабости, сопровождающееся беспрерывным кашлем, который беспощадно драл горло, а заодно и температурой, которая приковывала к кровати. Карапузы суетились, нервничали, обещали хорошо себя вести и отправляли его на покой, но мужчина, пересиливая себя, упрямо раз за разом возвращался в зал, а спустя мучительные несколько недель — и в строй тоже. С приходом в его жизнь Рэймонда Смита всё несколько видоизменилось, и не в лучшую, как казалось мужчине, сторону. — Ты должен отдохнуть. Тренер поднимает тяжелый взгляд из-под черных бровей, осуждающе сверля спину Смита. Тот, конечно же, взгляд этот чувствует, но никак не реагирует, и Тренер готов поклясться, что ни единый мускул у этой блондинистой рожи не дрогнул. — Я не устал. Рэй мученически вздыхает, со скептицизмом глядя в отражение стекла серванта на то, как Тренер тщетно пытается держать планку. Привычно сильные руки дрожат, вены проступают сильнее обычно, мужчина кряхтит и хрипит, но упрямо не сдаётся. С температурой под тридцать восемь заниматься подобной ебалистикой — худшая из идей, как кажется Смиту. Рэй мягко и бесшумно подходит, приподнимает и насильно усаживает в кресло. Тренер недовольно хрипит, и Рэймонд с улыбкой слышит, как он произносит что-то вроде: «да в пизду». Матерящийся руководитель Карапузов, который запрещает им ругаться — очень ироничное зрелище. — Ненавижу всё это. Тренер устало делает какие-то хаотичные взмахи руками, пока правая рука главного наркобарона Лондона с усмешкой протягивает ему кружку горячего черного чая: крепкой заварки, пять ложек сахара, как он любит. — Ненавидишь заботу? — Слабость ненавижу. Он морщится, делая первый глоток, а потом ворчит как старая бабка, когда Смит, даже для себя непривычно заботливо, накрывает его пледом. Рядом присаживается, снимает очки с запотевшими от жара напитка стеклами, протирает их салфеткой, которая всегда под рукой, и цепляет обратно на нос мужчине. Рука невольно касается его лба, и тыльная сторона ладони горит от жара чужого тела. — Ты как чайник, ей богу. Нужно приковать тебя к кровати, чтобы ты не занимался подобной херней. Тренер устало бухтит, проваливаясь в кресло и подбирая под себя ноги в неизменных трениках, пока Рэй, устало качая головой, шлепает в своих забавных носках с флагом Британии до комнаты и обратно, возвращаясь с градусником. — Не дай бог ещё раз попробуешь хоть чем-то напрячь себя. Клянусь, я сразу же затолкаю тебе эту штуку в задницу. — При всём уважении, но я предпочел бы, чтобы там оказался ты, хотя как скажешь.