Узнать их настоящих

Три дня пролетели незаметно. Сара, все также была подавлена, хоть и старалась не показывать этого, а Джейн была взволнована предстоящей записью. Оказавшись в студии, Джейн поспешила навстречу парням, а Сара, решив, что лучше она не будет мешать, присела на диванчик в фойе. — Итак, — с воодушевлением начала Джейн, — Приступаем! Все начали заходить в небольшое помещение, и Сара, наблюдавшая за воодушевленной подругой, невольно улыбнулась. Она действительно была счастлива за подругу, которая, как отметила девушка, стала улыбаться гораздо чаще. Погрузившись в свои мысли, Сара и не заметила стоящего перед ней Феликса, который кивком головы указал на дверь, в которую недавно вошли все остальные. Оба поспешили войти в помещение и Сара, оказавшись внутри, забилась в самый дальний угол, где стояло небольшое кресло. Она определенно чувствовала себя лишней. В отличии от Джейн, которая была словно рыба в воде. Она взволнованно переговаривалась с мемберами, и, в особенности, с Чаном, Чанбином и Джисоном, хотя с последним все ещё ощущала некую неловкость. — Ну что, — весело спросила она. — Кто хочет быть первым? Джисон, что до этого разговаривал с Минхо, повернулся к девушке и сказал: — У нас по старшинству все записываются, так что Чонини, — ласково позвал он макнэ, — давай. Для Джейн это не было первым опытом работы в студии звукозаписи. Но ещё никогда ей не было так весело. Все шутили, смеялись, и восторженно аплодировали, когда кто-то из мемберов хорошо исполнял свою партию. Джейн ощутила себя в своей тарелке. Ей действительно нравилось работать с этими потрясающими людьми. Она увидела тех, кому нравилось то, чем они занимаются и почувствовала себя счастливой. Все мемберы вышли подышать свежим воздухом и заодно купить обед в ближайшем кафе, а Сара, тоже не пожелав оставаться в душном помещении, пошла бродить по коридорам. Джейн, почувствовав неимоверную усталость, после хронического недосыпа из-за волнений о Саре, работе и, плюс ко всему, ситуацией с Джисоном, плюхнулась на небольшой диванчик и прикрыла глаза. Задремав, она не сразу заметила, что дверь открылась и в студию зашёл Джисон. — Не думаешь, что нам стоит поговорить? — спросил он, приподняв левую бровь. Вот же черт. Джейн понимала, что разговора вряд ли удастся избежать, но все же до последнего надеялась на обратное. Что ж, в любом случае, чем раньше они все прояснят, тем лучше. — Ладно, — кивнула она. — Давай поговорим. Что ты хотел узнать? Хан вздохнул. Он очень много думал в последние несколько дней. Окрылённый взаимной симпатией сначала, он не подумал о последствиях. Но сейчас, спустя некоторое время, его пыл поостыл, и он осознал все риски. Один раз ее уже избили ненормальные фанатки, так почему же этого не может случиться и во второй? Да и подвергать опасности остальных мемберов... Они слишком многое пережили вместе, работали до потери пульса и наконец-то достигли определенного успеха. Разрушить это все скандалом? Нет уж, увольте. — Я хотел спросить. Я тебе нравлюсь? Кажется, у них обоих в этот момент замерло сердце. Джейн застали врасплох, она совершенно не ожидала, что Джисон осмелится задать такой вопрос ей в лоб. Но врать смысла не было. — Да, — тихо, но уверенно произнесла она. — А я тебе? Джисон поджал губы. Он уже все для себя решил, но сомнения все равно прокрадывались в его мысли. Что стоит ответить? Быть эгоистом? Нет, конечно же нет. Он сделает все правильно. — Недостаточно для того, чтобы я подверг свою карьеру риску. Да, он звучит как последний мудак. Да, ему неприятно видеть то, как она поджимает губы, стараясь не выдать своего разочарования. Но он уверен, что сделал все так, как надо. — Что ж, — вздохнула Джейн. — В таком случае прости за беспокойство. Как ни странно, ей не хотелось плакать. По крайней мере, не сейчас. Джейн в глубине души осознавала, что эти отношения принесут много проблем не только ему, но и ей. Быть девушкой известного айдола только звучит круто, а на деле... Ей и вправду не хотелось быть в очередной раз избитой сасэнками. Неловкость прервали зашедшие в студию мемберы. Джейн встряхнула головой и натянула на лицо улыбку. Ей нужно работать, а остальное не важно. — Феликс, идея такая, — начала Джейн. — Здесь ты берёшь на две октавы ниже. Поскольку все фанаты без ума от твоего низкого голоса, мы дадим всем то, чего они так хотят. Феликс недоверчиво прищурился: — На две октавы ниже? Я не уверен, что у меня получится. Джейн ободряюще улыбнулась и похлопала его по плечу: — Не попробуешь, не узнаешь. Феликс зашёл в кабинку с микрофоном и неуверенно глянул на девушку, которая показала два больших пальца вверх, намекая на то, что у него все получится. Когда запись началась, и голос Феликса зазвучал на всю студию, все восхищенно замерли. Этот альбом определенно произведет больший фурор чем остальные. — Ну ты даёшь, чувак, — накинулся на парня Чан, нахваливая своего друга. Джейн тоже не упустила возможность похвалить Феликса, ведь тот действительно этого заслуживал. Эта поддержка и взаимопонимание, что царили среди Stray kids, заставляли Джейн проникнуться к ним уважением и улыбаться каждый раз, когда она наблюдала за ними со стороны. Она перевела взгляд на Сару, что грустно смотрела в свой блокнот, держа в руках простой карандаш и мысленно поблагодарила судьбу за то, что она свела ее с таким замечательным человеком. Сара для неё была кем-то вроде Stray kids для Джисона. И Джейн обязана помочь ей справиться с депрессией, в которую та впала, несмотря ни на что. Она вздохнула и с грустной улыбкой подошла к подруге. — Выглядишь хреново, — протянула Джейн, на что получила подзатыльник от Сары. — Кто бы говорил, мисс «я украду вас в своих мешках под глазами». Обе, спустя десять секунд прожигания друг друга взглядом, не выдержали и взорвались хохотом, чем привлекли внимание остальных. — Эй, больше двух говорят вслух! — наигранно обиженно сказал Чан, на что подруги лишь отмахнулись. Сара и Джейн поговорили минут десять, после чего последняя снова ускакала работать, и Сара, не найдя занятия получше, стала рисовать. Она сама не заметила как рука, держащая карандаш, стала выводить аккуратные линии, которые с каждой секундой больше и больше напоминали парня, сидящего прямо перед ней. Веснушки, губы, глаза... Да, Феликс получился уж очень правдоподобно, словно на черно-белом фото. Не придумав ничего лучше, она стала прорисовывать фон. Слева преисподняя, справа поднебесная... Да, именно так ей представлялся Феликс. Ангел с голосом дьявола. Когда он впервые с ней заговорил, Сара подумала, что у неё галлюцинации. Ну не может же голос настолько сильно контрастировать с образом милого мальчика... Но, кажется, в Феликсе сочеталось несочетаемое, потому что как иначе объяснить то, насколько гармоничным был его образ?.. Поняв, что, в отличии от Джейн, находиться в душной студии ей было отнюдь не в радость, Сара вырвала два недавних рисунка из скетчбука и, оставив их на столе, незаметно встала и покинула помещение. Она грустно прошлась по коридорам здания и вышла на улицу. Вдохнув не очень свежего Сеульского воздуха, она почувствовала себя немного лучше, но плохие мысли никак не хотели покидать голову. Она впервые сталкивалась со смертью родного человека. Получается, если все пойдёт своим чередом, она увидит и смерть своих родителей? Смерти своих тети и дяди? Возможно, смерти друзей..? Сара осознала это настолько резко, что ей стало плохо. Неужели ей придётся все это пережить? Она присела на ближайшую скамейку, чтобы отдышаться. Почему-то внезапно стало трудно дышать. Сердце билось как сумасшедшее, и Сару начало трясти. Страх и паника накрыли ее с головой, и она не представляла, что ей делать. Мысли спутались в один комок и никак не хотели распутываться. Сара впервые оказывалась в подобной ситуации и совершенно не осознавала происходящего. От бессилия она прижала руки к голове и зажмурила глаза в надежде, что все пройдёт само. Однако чувство непонятного страха никак не хотело отступать. И когда первая слеза скатилась по ее щеке, она услышала знакомый голос: — Сара, ты в порядке? Однако ответить на этот вопрос она была не в силах. Поэтому лишь судорожно покачала головой с все так же зажмуренными глазами. — Успокойся и сосредоточься на моем голосе... И именно в этот момент Сара почувствовала, что этот голос единственное, что может ей помочь.