I hate this.

— Я люблю тебя, — невинно-детским голосом пропищал младший, расставляя руки по бокам. — Я ненавижу это, — фыркает в ответ старший, картинно закатывая глаза.       Хёнджин повторяет свои слова, уже обиженно дуя губы и пихая рыжего в бок, за что получает жесткий взгляд и моментально успокаивается.       Минхо немного расслабляется, когда младший наконец затихает и сидит тихо до конца эфира, почти не трогая его, лишь изредка кидая обиженные взгляды. Ли не жаль, он прекрасно знает, что Хван обижается ровно полчаса, а после его база данных, встроенная в голову, автоматически обновляется до нуля.       Только Хёнджин не прекращает обижаться и через час, продолжая тяжело вздыхать и избегать любого контакта со старшим. Ли откровенно напрягается, но виду не подаёт; нельзя, это противоречит его концепту жесткого и холодного хёна. — Эй, мы хотим сгонять в кино, кто с нами? — Чан громко хлопнул в ладоши, получая в ответ многочисленные «я», кроме Хвана и Лино, соответсвенно. — Пойдёте? — Я хотел дойти до зала, — вскользь бросает Хван, покидая гостиную. — Без меня. — Что у вас произошло? — Озадаченный реакцией блондина, Крис садится на подлокотник дивана, рядом с Ли, от скуки листающим ленту твиттера. — Чёрт его знает, — рыжий пожимает плечами, переводя взгляд на Бана, всё ясно и без слов. — Хорошо, я поговорю с ним. — Мне нравится, что ты понимаешь молча, — добродушно улыбнувшись, брюнет спрыгивает с подлокотника и оживленно подгоняет парней, чтобы те собирались немного резвее.       Ли тяжело вздыхает, пережимая переносицу и продолжая листать ленту твиттера, но уже абсолютно не обращая внимания на сами записи, пока не натыкается на фанатский эдит. Чёрт его дёрнул всё-таки обратить на него внимание. Музыка из короткого клипа сразу бьет басами по ушам, заставляя парня поморщишься и тяжело вздохнуть, только сюрпризы на этом не заканчиваются. Минхо толком никогда не обращал внимание на телосложение младшего, он как минимум даже был не в его вкусе, слишком высокий, широкие плечи и довольно смазливое личико, Лино бы больше предпочёл того же самого Джисона, который хотя бы был миниатюрным, что импонировало ему больше.       Только, всё видео состояло буквально из коротких, быстро сменяющихся фрагментов, где Хван плавно двигал бёдрами, раздвигал колени, сидя на полу, но что заставило Ли ненадолго забыть о существовании воздуха — так это ладонь, вплотную скользящая от бедра, нарочно замедляясь на уровне паха и довольная ухмылка Хвана прямо в камеру. Минхо, возможно, словил пару сердечных ударов, а в гостиной оказалось на удивление душно. — Блять, — на выдохе произносит старший, чувствуя, что снизу потянуло, а Минхо, по видимому, предстоит еще подумать, кто и почему не в его вкусе. — С меня хватит на сегодня Хван Хёнджинов.       Хо отключает телефон, небрежно кидая его на диван и уверенным шагом направляется в комнату младшего, врываясь в ту без стука и с громким «есть разговор», застаёт младшего в одних лишь спортивных штанах, на его взгляд, бессовестно спущенных ниже тазовых косточек, отрывая вид на то, что он предпочёл бы, в свете недавних событий, забыть вовсе.       Минхо тяжело сглатывает, приоткрывая рот в попытке сказать что-то дельное, но под пристальным взглядом младшего как-то теряется, не в силах связать и двух слов. Хёнджин делает два небольших шага к рыжеволосому, закрывая за ним дверь и подпирая стену плечом. — О чём ты хотел поговорить? — смотря куда-то в потолок, интересуется блондин. — Может оденешься для начала? — Как бы невзначай бросает Ли, всё ещё цепляя взглядом ярковыраженные косые мышцы и немного проглядывающий пресс. — Боишься гей панику словить? — младший ухмыляется самодовольно, отталкиваясь от стены и оказываясь вплотную к старшему, уверенно смотрящему Хвану в глаза. — Ты же всё равно ненавидишь это. — Вот об этом я и хотел поговорить, — Ли собирает все силы, наполняя чакры мужественностью и самообладанием. После увиденного, воспринимать губы младшего нормально не получается, они кажутся в миллион раз мягче, слаще и скорее всего теплее, чем он мог подумать. — Ты ведь обижен, да? — Да, — коротко и уверенно чеканит младший, наблюдая за растерянным лицом старшего. Это даже казалось немного комичным, ведь Ли ожидал услышать немного другой ответ, как было каждый раз, когда Хван ловил обиду на рыжего. — Хочешь извиниться? — Хван нарушает тишину, выгибая бровь и чуть наклоняясь вперёд, надеясь детально рассмотреть реакцию Ли старшего.       А старший был готов взвыть от такой наглости, упираясь ладонью в грудь парня и покрываясь мурашками от того, как резонирует его холодная ладонь с горячей кожей Хвана. Минхо округляет глаза, чувствуя тёплое дыхание около уха, моментально вздрагивая и слыша, как в дребезги разбивается вся его уверенность, мужественность туда же и в целом он чувствует, как сам разлетается на тысячи крошечных осколков. Хван давит на него не только взглядом, но и физически, вынуждая отступить обратно к двери, до тех пор, пока Ли не встречается с ней спиной. Ком застревает в горле, попросту не давая вымолвить и слова, отчего Минхо тихо скулит, молясь, чтобы то осталось незамеченным. — Можешь начинать извиняться, — смеётся младший, приподнимая лицо парня за подбородок и наконец встречаясь с губами Ли своими.       У Минхо чувства смешанные, он откровенно не понимает, ждал ли он этого поцелуя или может ему сейчас вовсе противно? Вероятно, сегодня Минхо придётся взглянуть на Хёнджина не только как на тонсена, потому что его губы непроизвольно приоткрываются, позволяя Хвану углубить поцелуй, проскальзывая языком внутрь. Ли хмурится и тихо стонет, ощущая, как уверенно блондин умещает колено между ног и грубо давит на пах старшего.       Он резко опускает одну ладонь на бедро Хвана, сжимая, пока вторая крепко держит его шею. Внутри буквально всё сжимается, когда младший отстраняется и медленно проводит по губам рыжеволосого языком, пробуя на вкус и выдавая тихое «шоколад, серьёзно?» шёпотом. Он кивает, тихо цокая, и еле слышно матерится, сжимая волосы юноши на загривке: — Какого чёрта ты вообще делаешь? — Минхо собирает последние мысли воедино, смотря куда-то сквозь младшего, на что получает самодовольную ухмылку и попадает под гипноз пухлых хёнджиновских губ, ощущая, как снова теряет рассудок. Добивает то, что Хо опускает взгляд, любуясь мощным бедром, зажатым между его ног, и жалобно всхлипывает, закрывая глаза. — Принимаю твои извинения.       Хван резко подхватывает старшего под ягодицы, размещаясь на краю кровати, а парня размещая на своих бёдрах, отчего фантазия Ли резко даёт сбой и он плавно толкается бёдрами вперёд, вырывая из губ младшего полу-стон, полу-рык.       Лино победно улыбается, окончательно расслабляясь и забивая на все свои трезвые мысли. Резкий и грубый укус в изгиб шеи немного отрезвляет Хо, возвращая к реальности, которая и на реальность уже не особо похожа. Тёплые ладони Хёнджина плавно скользят под свободной футболкой, считая подушечками пальцев каждое ребро, он прекрасно чувствовал, как кожа старшего покрывается мурашками, слышал, как бешено стучало его сердце и особенно томные вздохи, которые он так по-идиотски пытался сдерживать. — Повтори, то ты ненавидишь? — уже задирая футболку рыжеволосого, интересуется парень, отчётливо замечая влажное пятно на серых спортивках. — Тебя, Хёнджин, — хрипит, зарываясь пальцами в пшеничного цвета волосы, грубо оттягивая, когда тот проскальзывает под футболку, покрывая мокрыми поцелуями острые ключицы, очень резво переключаясь на соски, требующие внимания Хвана. Ли не сдерживает первого громкого стона, чувствуя как влажный язык скользит по соску, резко прикусывая и без того чувствительную кожу. Минхо плавно двигает бёдрами, потираясь пахом о пах младшего и ловит краем уха его довольное рычание. Рыжего совсем не устраивает то, как медлит младший, о чем говорит открыто, получая в ответ грубый удар по ягодице. — Не всё сразу, ты же извиняться пришёл. — Хван стягивает футболку старшего и тянется к прикроватной тумбе, доставая почти пустой тюбик лубриканта, встречаясь с недоумевающим взглядом старшего. — Это Феликса, не смотри на меня так.       Блондин проскальзывает под резинку чужих шорт, тонкими пальцами проводя по промежности старшего, получая в ответ нервный вздох. Хёнджин готов поклясться, что старший дрожал как осиновый лист на ветру и сжался до размеров атома, лишь бы спрятаться от нарастающей паники. Хвану он, конечно, доверял не очень сильно. Первый палец проскользнул без трудностей, но Хо крепко вжался в партнера, терзая собственные губы и, пока тот не видит, смахивая подступившую к глазам влагу.       Блондин покрывал шею старшего множеством мокрых поцелуев, мягко скользя языком по набухшей от напряжения венке и проклиная их работу, ведь его не оставляло в покое желание оставить огромный багровый засос на бледной шее Ли. Вместо этого он проталкивает второй палец, свободной рукой стягивая мешающую ткань вместе с нижним бельём, и толкается как можно глубже, до тех пор, пока рыжеволосый не вскрикивает, замирая. — Зови меня кладоискателем, потому что я нашёл золото, — блондин прикусывает губу, улыбаясь уголком и разглядывая пунцовое лицо Хо. — Я возненавижу тебя ещё сильнее, если ты сейчас же не вставишь свой гребенный член в мою задницу, — прорычал Минхо, сжимая плоть блондина поверх домашних штанов, наконец понимая, что тот даже не удосужился надеть на себя белье.       Джин приподнимается, спуская резинку штанов и приподнимая старшего на колени. — Не пожалей потом, — шепчет куда-то в губы, резко насаживая парня на сочащийся предэякулятом член. Минхо поклясться готов, что словил звезду, громко всхлипывая и пытаясь приподняться, ведь чувство дискомфорта было просто ужасным, но Хван крепко сжимал его талию, не давая слезть. — Блять, да больно, Хёнджин! — Старший готов был захныкать, ограничиваясь покусываем опухших губ. — Я предупреждал, — шипит младший, плавно двигая бёдрами и сипло постанывая рыжеволосому на ухо. — Двигайся.       Ли откровенно принимает это за вызов, толкая парня в грудь и нависая сверху. Ему никогда не нравилось оставаться в проигрыше и на вызов Хёнджина он реагирует быстро, прогибаясь в пояснице и делая первый взмах бёдрами; сдержав хриплый стон, Лино уместил обе руки в паре сантиметров от хвановского лица, покрываясь мурашками от того, как руки последнего крепко сжимают его бёдра, помогая двигаться.       Грубый толчок бёдрами выбил из старшего громкий стон, тот опустив голову вниз, начал постепенно набирать темп, привыкая к незнакомому ранее чувству заполненности изнутри. Ладонь Хвана резко переместилась на член старшего, обхватывая истекающую смазкой головку, с пошлым хлюпаньем растирая её вдоль основания, с особым энтузиазмом обводя каждую вену. Минхо был сбит с толку: с одной стороны хотелось толкаться в ладонь, а с другой и член младшего внутри ощущался как-то правильнее.       Чувства и ощущения смешивались между собой слишком быстро, Ли старался не сбавлять темп, чувствуя, что долго он не протянет, а из ниоткуда взявшиеся губы Хвана, обхватившие сосок, добавляли масла в огонь. Минхо жадно хватает воздух губами, пытаясь сказать Джину, что он на грани, но выходят только несвязные звуки, вырывающиеся откуда-то изнутри, за ними следует протяжный стон и крупная дрожь.        Блондин успевает сделать несколько быстрых толчков прежде, чем Ли сожмёт его изнутри настолько, что он пустит скупую мужскую, и кончает даже не выходя, за что старший ещё с неделю будет визжать на парня исключительно матом. — Ненавидишь? — Тяжело дыша, уточняет Хван. — Я, блять, тебя терпеть не могу, — шипит Минхо, — пригрелся? Вытаскивай сейчас же. — Брови парня приобрели свою любимую форму «домика», на что Хван лишь рассмеялся. — Сначала я избавлюсь от твоей ненависти, хён.