Отдых по-королевски

       Чонгук выглянул в окно, осматриваясь в округе, убеждаясь, что Лисы и Дженни рядом нет. Ему очень не хотелось попадаться им на глаза, особенно после того, как не мог вспомнить прошлую ночь и даже то, как оказался на их вилле. Его воспоминания заканчиваются на том моменте, когда они с Лисой начали очень хорошо пить в баре прошлой ночью, после чего она начала танцевать на столе, а он снимать ее оттуда. Но после того случая все как в тумане и нет даже никаких представлений о продолжении.        Гук очень хотел бы знать, как оказался на вилле девочек, но не хотел задавать вопрос именно им. Уж лучше он выловит Джесси и спросит у нее, чем узнает от Лисы или Дженни. Они все еще враждуют, хотя внутри него и просыпались очень странные чувства, которые он никак не мог объяснить себе и как-то пресечь, потому что ему они совершенно точно не нравились. Внутри него было предчувствие, что весь этот отдых в итоге обернется тем, что они с Лисой в итоге снова поженятся, и ему это совсем не нравилось.        Они развелись не для того, чтобы снова сыграть свадьбу и стать мужем и женой, но сколько бы Гук не пытался это отрицать, но все же смотрит на нее совершенно другими глазами. Она начинала ему и правда нравиться, а все мужчины вокруг нее раздражали настолько, что хотелось поубивать их и уничтожить на месте, чтобы они даже не пытались смотреть в ее сторону, посягая на нее. Чонгуку хотелось присвоить Лису себе и показать все, что эта девушка уже занята.        Он неожиданно начал противоречить сам себе в своих же чувствах к Лисе, из-за чего жизнь становилась только сложнее, а мысли запутаннее. Чонгук мог бы остаться и поговорить с ней, но все еще был не уверен в том, что не ошибается в себе и своих чувствах. Что если он просто не так сам себя понимает, и всего лишь привязался к Лисе за все годы брака, а сейчас это отражалось на нем и его восприятии. Гук хотел просто сойти с ума и больше не переживать из-за того, что мысли настолько сильно противоречат друг другу.        Он осторожно вылез из окна, говоря огромное «спасибо» за то, что оказался в комнате на первом этаже, и еще раз осмотрелся по сторонам, убеждаясь в том, что Лисы и Дженни нет рядом. Гук молился на то, чтобы у них с самого утра было настолько много дел, что у него хватит времени на побег к Тэхену, который точно поможет разобраться во всем этом и принять правильное решение. И ведь до Чонгука только сейчас дошло, что он не видел друга со вчерашнего дня и на пляже его не было, когда они с Лисой вышли из воды.        Гук быстро побежал к их вилле, прячась в кустах каждый раз, когда где-то рядом раздавался хотя бы один шорох. Он боялся попасться Лисе или Дженни и полностью сдать себя, ведь наверняка, первая помнит, что они добрались до дома вместе. И она, возможно, будет в ярости, когда узнает, что он так нагло сбежал от нее, не оставив даже записку об этом. Гук как-то даже не подумал об этом, потому что первая мысль была именно сбежать, а вот сейчас, когда он сидел в кустах и пугался каждого шороха, до него дошло, что нужно было хотя бы как-то предупредить ее, что уходит.        Он кое-как добрался до их с Тэ виллы и вошел, закрывая за собой дверь. Наконец-то Гук мог спокойно выдохнуть и перестать беспокоиться о том, что в любую секунду может оказаться замечен. К тому же Кукки прекрасно знает его запах и вполне мог залаять на него, но благо такого не произошло и он добрался без происшествий. Чонгук закрыл дверь на замок, чтобы никто не мог к ним войти и снял шлепки, направляясь к себе в комнату.        Но стоило ему сделать несколько шагов, как он случайно чуть не споткнулся о женские сланцы. Чонгук опустил на них взгляд, удивленно рассматривая и замечая, что они очень даже знакомы ему, вот только никак не мог вспомнить почему. Он будто видел их много раз, особенно в последнее время, но сколько бы не пытался, а никак не мог вспомнить кому они принадлежали. В голову приходила Джесси, но он вроде бы вообще не видел ее в шлепках, потому что обычно они виделись на пляже, где она ходила босиком.        Гук махнул рукой и выпрямился, продолжая путь в свою комнату, но уже через несколько шагов наткнулся на платье и лифчик, которые валялись в прихожей. И тут он не на шутку напрягся, наконец осознавая, что на их вилле сейчас находилась какая-то девушка, с которой время проводил Тэхен. И ведь самое ужасное было то, что Чонгук в это время сидел разбираясь со своей влюбленностью в Лису, а друг уже успел кого-то подцепить и избавиться от мыслей о Дженни.        Он поднял лифчик, крутя его в руках и пошел в комнату Тэхена, чтобы задать самый главный вопрос. Тут уже Лиса уходила на второй план, как и их разборки, потому что Чонгуку было интересно посмотреть на девушку, которую привел Тэ. Но стоило ему подойти к двери комнаты, как появились воспоминания о том, что вчера он уходил к Дженни и что-то обсуждал с ней. Гук повернул лифчик, читая название марки, которой он принадлежал, и из всех их знакомых, ее носила именно одна единственная девушка. Все его опасения подтвердились.        Гук открыл дверь в комнату друга и быстро пошел туда, видя на полу валяющийся купальник. Он даже не хотел знать, почему на их вилле так много вещей Дженни и как они сюда попали, дабы сохранить свою психику целой и невредимой. Пускай Лиса и поиздевалась над ней так сильно, как только могла, а вот Тэхен еще точно этого не делал и Чонгук не хотел, чтобы начинал. Он поднял с пола верхнюю часть купальника Дженни и уставился на кровать, на которой видно было только одного Тэ.        Тэхен подскочил на месте, улавливая непонятные звуки, которые доносились откуда-то из двери. Он сонными глазами осматривал комнату, сидя на кровати, и пытаясь понять, кто ворвался в его личное пространство. Они с Дженни уснули всего полчаса назад, решив немного отдохнуть после такого длинного секс марафона, но кто-то сейчас активно нарушал их сон, не позволяя нормально расслабиться. В комнате все еще было очень душно, потому что кондиционер они так и не включили, зато Чонгук взял пульт от него и нажал на кнопку, из-за чего тот начал шуршать.        Дженни тихо простонала, зарываясь в подушки и одеяло все дальше, в попытках спрятаться от солнечного света, который попадал ей в глаза. На улице было невероятно душно из-за жаркой погоды и неожиданного повышения температуры. Чонгук сложил руки на груди, все еще держа лифчик и купальник Дженни, ожидая, пока Тэхен наконец откроет нормально глаза и рассмотрит все происходящее, давая ответы на все вопросы. Тэ потирал глаза, все еще приходя в себя и пытаясь сфокусировать взгляд, чтобы понять, кто именно стоит около входа.        — Чонгук? Это ты пришел? — Он зевнул и посмотрел на Чонгука, наконец видя его силуэт, а не какое-то размытое пятно. — О, и правда пришел…        До Тэхена наконец начало доходить, что Чонгук и правда стоял в его комнате, держа в руках купальник Дженни. Он моргнул несколько раз, убеждаясь в том, что ему не мерещится и пора уже начинать придумывать отговорки по поводу всего происходящего. Ведь они просто взяли и забили на оправдание для Лисы и Чонгука, обещая подумать потом, однако Гук решил не давать им этого времени на раздумья и с самого раннего утра пришел что-то спрашивать с них.        — Лифчик Дженни? — Чонгук изогнул бровь, поднимая руку с лифчиком и смотря на Тэхена, который пытался придумать объяснение всему происходящему.        — Ну, да, прикинь, я ношу лифчики. — Дженни вылезла из вороха одеял, поднимая голову, но не открывая глаза и шокируя Чонгука еще больше, и подтверждая все догадки.        Тэхен быстро повернулся к ней, запихивая ее обратно в одеяла, закидывая подушками и чувствуя, что она сильно сопротивлялась. Он пытался игнорировать это, продолжая попытки запихнуть ее подальше от Чонгука, чтобы тот им обоим не снял голову раньше, чем они успеют сказать хотя бы что-то. Она отбивалась от него, желая получить хотя бы немного свежего воздуха, а он все продолжал запихивать ее обратно в одеяла. Тэ взял ее за макушку и все-таки запихнул ее в одеяла, накрывая с головой, несмотря на все возмущения, которые она высказывала.        — Сиди тихо, блин, я сам разберусь. — Он повернулся обратно к Чонгуку, нервно хихикая. — Что тебя привело ко мне так рано утром?        — Это. — Он поднял лифчик, а затем и купальник. — И это. Объяснишь? — Он подошел ближе к другу, наклоняясь над его лицом, снижая голос, чтобы Дженни не услышала его. — Хочешь, чтобы Лиса опять пришла сюда и пизды всем раздала? Мне хватает того, что ее и так каждый день вижу.        — Да, что ты начинаешь? Ну, придет она. Мы с Дженни по обоюдному согласию пришли сюда и занялись сексом. Мы помирились и действительно влюбились. Так что и тебе советую подумать об этом. — Тэхен тыкал в грудь друга одной рукой, второй забирая одежду, теперь уже, своей девушки, не совсем понимая, когда в доме успел появиться лифчик.        Неожиданно из-под кровати начал выбираться Кума, таща за собой плавки Тэхена, которые он как раз никак не мог найти взглядом, пока разговаривал с Чонгуком. Они оба перевели взгляд на собаку, смотря на то, как он вытаскивал из-под кровати все вещи, которые там были спрятаны. Причем Тэ даже не подозревал об этом, и все время считал, что этих вещей у него и не было. А оказывается, они завалились под кровать и лежали все это время там. Вот только, он мог объяснить лифчик, однако платья тут и быть никогда не могло.        Кума подошел к двери, неся в зубах плавки Тэхена и начал одной лапой царапать ее, прося, чтобы его выпустили на волю и позволили запрятать вещь в другое место. Гук в шоке смотрел на друга, пытаясь сформулировать вопрос, но никак не мог подобрать слов, чтобы звучать максимально правильно. Если Дженни еще можно было понять, то Куму нет, у него просто на просто закончились слова на этом моменте, и Гук не знал, как правильно задать вопрос, который его интересовал.        — Кума, твою мать, ложись спать. — Дженни высунула голову из одеял, злобно смотря на собаку, а потом поняла, что его тут быть не должно. — Кума, ты что тут делаешь?        Собака повернула к ней голову, выпуская из зубов плавки. Он гавкнул, давая понять, что рад видеть ее и побежал к ней, несмотря на парней, которые вообще не понимали, как он тут оказался. Кума запрыгнул на кровать, прошелся по Тэхену своими маленькими лапками и запрыгнул к Дженни, начиная облизывать ее лицо. Он показывал, как сильно любит ее и давал понять, что не намеревается оставаться там, где ее нет. Кума обещал найти ее в любом месте, где бы она не оказалась и спать вместе с ней, даже если там будет и Тэхен, которого он так сильно не любит.        Тэ положил лифчик и купальник на кровать и протянул руку к Куме, собираясь погладить его по голове. Но Кума рыкнул на него и нырнул под руку Дженни, показывая, что не собирается поддавать ему и позволять ласкать себя, даже несмотря на то, что он и его хозяйка делали ночью. Дженни громко рассмеялась, пряча собаку под одеялом, успокаивая его таким образом и показывая, что Тэхен больше не тронет его. Она привыкла к такому поведению Кумы, который вечно ревновал ее ко всем мужчинам, которые появлялись в ее жизни.        Тэ надул губы, и сложил руки на груди, отворачиваясь от Кумы и Дженни обратно к Чонгуку, который вообще потерял дар речи от всего происходящего. Он был не готов увидеть здесь собаку Дженни, которая буллит Тэхена настолько, что не собирается подпускать к его девушке. Гук все еще не понимал, как переварить всю полученную информацию и принять факт их отношений, которые казались невероятно неожиданными.        — В следующий раз удовлетворять тебя будет Кума. — Тэхен буркнул себе под нос и накрылся с головой одеялом, показывая, что сильно обижен ее увлеченностью собакой. — Не приходи ко мне, когда захочешь секса.        Кума гавкнул на него, а Дженни потрепала собаку за ушком, успокаивая. Они совершенно перестали замечать Чонгука, который все еще не мог прийти в себя, смотря на всю эту картину. Он не понимал, как его утро от состояния «спрятаться от Лисы» превратилось в «стал свидетелем милований Тэхена и Дженни». Ему совсем не хотелось наблюдать за всем этим, но ноги не шевелились и не хотели идти к выходу из комнаты. И хотя ему очень хотелось спать, Гук все еще не задал все вопросы, которые его так интересовали.        — Кума~а, ты должен извиниться перед Тэхеном. Он теперь часть нашей семьи, поэтому, пожалуйста, уважай его. — Дженни подтолкнула собаку к одеяло, под которым спрятался Тэ и немного приподняла его, заставляя Куму войти туда. — Теперь он тоже твой хозяин.        Тэхен выглянул из-под одеяла и заинтересованно посмотрел на Дженни, которая продолжала подталкивать к нему Куму, чтобы тот извинился и показал, что рад новому хозяину. Но у собаки были совершенно другие планы, поэтому он гавкнул на Дженни и побежал прочь, не желая принимать Тэ, как ее парня. Ему совсем не нравилась эта задумка, поэтому он собирался до последнего отстаивать свою хозяйку и не пропускать к ней никакого Ким Тэхена.        Она выдохнула и упала в ворох одеял, оказываясь рядом с Тэхеном. По итогу они поспали всего лишь полчаса, забыли про Чонгука и не имели никакого представления о том, где сейчас Лиса и Джесси. Она залезла в его объятия и поудобнее устроилась на груди, пытаясь снова уснуть. Ее совсем не волновало то, что Чонгук стоял в комнате в полном шоке от происходящего, а Кума царапал дверь, пытаясь выйти. Тэ и Джен совершенно не заботились о том, что происходило вокруг них, погружаясь в сон. Он крепко обнимал ее, вспоминая, как трахал ее всю прошлую ночь и заставлял стонать, а сейчас еще и удивлялся тому, что у нее не сел голос.        — Джесси, твою мать, отдай мне ключи от холодильника! — За окном послышались мужские крики, из-за чего Тэхен и Дженни открыли глаза, Чонгук посмотрел на окно, а Кума перестал царапать дверь. — Джесси остановись!        — Нет! — Она скрывалась в кустах, убегая от бармена, у которого утащила не только ключи, но и корону, правда пока что он этого не заметил.        Она старалась быть быстрее него, чтобы он точно не смог догнать и отобрать ключи. Джесси пообещала ему, что не позволит сегодня поработать и старательно выполняла свое обещание, не собираясь брать слова назад. Она очень хотела услышать его имя и не собиралась сдаваться, поэтому бежала куда глаза глядят, перепрыгивая через кусты. Они игнорировали солнце, которое палило и обжигало, а Джесси так вообще делала вид, что на улице сегодня холодно.        Он на секунду остановился и покачал головой, смотря на то, как Джесси перепрыгивает через кусты, чтобы убежать, как можно дальше. Она и правда не хотела, чтобы он поймал ее и отобрал ключи, ведь тогда у нее точно не будет повода шантажировать его, чтобы узнать имя. Он удивлялся такому рвению и упорству, какое она показывала, стоило коснуться темы имени. Еще ни одна девушка не старалась настолько сильно, чтобы узнать его, и всем было интересно только почувствовать член внутри.        Он так привык к девушкам, для кого являлся только курортным романом, про который забываешь сразу же, как прилетаешь домой. Но Джесси почему пыталась поставить себя иначе и заставляла подумать, что между ними может быть что-то серьезное. Ему даже на секунду захотелось попытать счастье и начать с ней нормальные отношения, как она и хотела. Но ведь совсем скоро конфликты между Чонгук, Тэхеном, Дженни и Лисой решаться, и тогда и Джесси уедет обратно в Сеул, продолжать работать. Все просто вернется на круги своя и каждый останется в своей стране, работая в собственном направлении.        Он выдохнул и побежал по другой дороге, чтобы сократить тот путь, который проделала Джесси. Ему в какой-то степени даже нравилось за ней гоняться, правда не тогда, когда от ее поимки зависела его работа. И все же это было весело, ведь Джесси первая, кто так издевался над ним, не позволяя работать. Обычно все девушки дожидались пока его смена закончится и он спокойно закроет бар, однако эта делала все совершенно наоборот.        — Джесси, если я поймаю тебя, будет очень плохо! — Он крикнул, хватая с куста ее шляпку, которая упала во время побега. — Лучше сдайся добровольно.        Он уже видел ее макушку, предупреждая обо всех последствиях, какие могут быть. А Джесси все равно продолжала убегать, игнорируя все предупреждения и громко смеялась, как маленький ребенок, который убегал от мамы. Она почти снесла Лису, которая вышла с виллы, как раз в ее поисках, правда не успела даже сказать этого, как Джесси пробежала мимо нее. За ней пробежал и бармен с ее шляпой, шокируя Лису еще больше. У нее итак выдалось сложное утро, а тут еще игры этих двоих, в которые вникать сил совсем не было.        Джесси прекрасно видела, как он нагонял ее, вообще не давая никакой возможности оторваться или заиметь в запасе хотя бы какое-то время, чтобы спрятать ключи там, где он не сможет их найти. Она не думала над тем, что ему известны все места в этом отеле, куда можно спрятать хотя бы что-то, а тем более ключи. Ей не хотелось, чтобы он возвращался к работе и отвлекался от нее, потому что тогда у нее точно не будет возможности узнать его имя.        Джесси все никак не могла понять, почему он так отчаянно пытается его скрыть, что даже некоторые сотрудники говорят, что не знают его. И ведь из-за этого интерес только возрастал, как и желание докопаться до истины. Она даже подумывала над тем, чтобы взять его в плен и устроить самый настоящий допрос, в надежде, что хотя бы так выяснит правду. Хотя и понимала, что это мало может помочь ей в достижении своей цели.        Неожиданно Джесси схватили за руку и потянули в кусты. Она успела только ойкнуть перед тем, как оказалась прижала к земле тяжестью мужского тела. Бармен нависал над ней, поставив руки по обе стороны от ее головы, внимательно изучая шокированный взгляд. В кустах их никто не сможет увидеть, и даже если сегодня кто-то и захочет выйти из своего номера, точно не подумают над тем, чтобы сходить с дорожки и искать что-то в кустах, поэтому он не беспокоился о том, что их кто-то может заметить.        — Я же предупреждал, что поймаю. — Он усмехнулся, краем глаза смотря за тем, как она закинула ключи под себя, прижимая их своей спиной к земле. — Ты продолжаешь играть с огнем, Джесси. Не маленькая девочка, должна понимать, о чем я.        — А мне так интереснее жить. И я же сказала тебе, что добьюсь своего. — Она залезла руками под его футболку, нагло шарясь там, продолжая прижимать своей спиной его ключи от холодильника.        Он цикнул на нее, не понимая, откуда столько желания поиграть, но просто не мог не поддержать его. Парень медленно наклонился к ее уху, проводя языком по раковинке, а затем прикусывая ее. Он прекрасно чувствовал на своем торсе горячие руки Джесси, которые исследовали там каждую впадинку, оценивая все его старания. Она нагло наслаждалась тем, что он с ней делал, совершенно не скрывая того, что очень хотела продолжения. Его рука медленно пробиралась к ее спине, в надежде все-таки вытащить оттуда ключи, но Джесси чувствовала все его намерения, поэтому уперлась в его грудь руками и сильнее прижалась спиной к земле.        Парень снова цикнул, понимая, что с ней привычные уловки не прокатят, поэтому решил действовать немного иначе. Ему очень хотелось наказать ее и дать понять, что совершенно не с тем человеком она сейчас пытается играть в игры. Он положил одну руку на ее грудь, проникая пальцами под серебристую лямку купальника. Его пальцы все ближе подбирались к плечу Джесси, и к шее, где и были завязаны верхние лямки. Его губы нежно целовали ее смуглую кожу, подбираясь к ключицам, который так и манили укусить.        Джесси закрыла глаза от наслаждения, но старалась держаться изо всех сил, чтобы не выгнуться в спине и не позволить ему забрать ключи. Это была чисто его проблема в том, что он решил закрыть холодильник и оставил ключи на барной стойке. А Джесси всего лишь воспользовалась случаем и нашла новый способ, как заставить его не открыть бар сегодня. На улице все равно стояла ужасная жара, поэтому никто ничего не потеряет, если вдруг один день она будет своевольничать и не позволит поработать.        Джесси ведь не просила слишком многого, а всего лишь хотела услышать его имя, и активно давала понять, что добьется этого несмотря ни на что. И все же его шаловливые руки добрались до верхних завязок, начиная осторожно развязывать их, чтобы она ничего не заметила. Уже через секунду они были в его руках и оставалось добраться только до нижних завязок, чем он активно и занимался. Он щекотал ребра Джесси, продолжая выцеловывать ее ключицы, отвлекая от своих действий, чтобы она точно ничего не заметила, а сам медленно подбирался к спине.        Бармен наклонил голову ниже, целуя между грудей, заставляя наконец ее выгнуться и дать хотя бы малейший доступ к ключам и завязкам. Он осторожно целовал ее грудь, доставая оттуда ключи, но ему было мало забрать только их, и хотелось заполучить еще один трофей. Поэтому его пальцы подбирались к нижним завязкам, ведь верхние давно были развязаны и сейчас просто лежали на плечах Джесси. Он осторожно развязывал завязки, оставляя засосы на ее груди, смачно причмокивая губами. Она была самым сладким, что он когда-либо пробовал в своей жизни и честно говоря, от нее было очень тяжело оторваться.        Но это необходимо было сделать, поэтому он зацепил зубами веревочку, что соединяли обе чаши купальника и потянул за нее, параллельно доставая из-под спины Джесси ключи. Ему хотелось еще немного понаслаждаться ею, но раз обязанность была выполнена, то ему нужно было вернуться к работе и наконец открыть сегодня бар. Парень быстро стянул с себя футболку, не выпуская из зуб верхнюю часть ее купальника.        Он усмехнулся и кинул на нее футболку, а сам быстро встал и помахал рукой, показывая ключи и ее купальник. Джесси приподнялась на локтях, в шоке смотря на наглого бармена, который все-таки обхитрил ее, но хотя бы оставил футболку, которой можно было прикрыться. Она села, надевая его футболку и с ненавистью смотрела на то, как он пошел в сторону пляжа, чтобы наконец открыть бар. В итоге ее маленький план не удался и пошел крахом по ее же глупости. Не позволь она ему поймать себя, скорее всего пробегали так до самого вечера и у него бы просто не получилось открыть сегодня бар.        Джесси обиженно хмыкнула, завязывая футболку под грудью, чтобы не мешалась и встала с земли, медленно направляясь к пляжу. Ей совсем не хотелось признавать свое поражение в этой маленькой схватке, из-за чего выглядела очень обиженной и расстроенной. Она даже забыла про то, что видела Лису пока бегала от бармена с ключами и сейчас шла за ним к бару, бесить его там своим обиженным лицом. Джесси не собиралась отступать просто так своей цели, поэтому намеревалась придумать новый план.        Она пробиралась через кусты, пытаясь найти тот самый короткий путь, которым воспользовался тот наглый парень и догнал ее. Джесси сложила руки на груди, выходя на пляж. Она смотрела на то, как бармен уже добрался до своего бара и открывал его, собираясь принимать посетителей. У нее и сомнений не было в том, что он сразу же побежит заниматься работой, как только достанет ключи. И хотя он понимал, что клиентов сегодня почти не будет, все же собирался работать и ждать когда кто-нибудь придет сделать заказ.        Она дошла до бара и села за стойку, демонстративно отворачиваясь от бармена. У него на шее висела верхняя часть ее купальника, доказывающая его победу над ней, а сама Джесси сидела в его футболке. Хотя бы корона осталась при ней и это уже маленькая победа. Она надела ее себе на голову и сдвинула так, чтобы выглядела устрашающе и намеренно не смотрела в его сторону. Бармен усмехался, принимая первый заказ, и не мог не нарадоваться с реакции Джесси, еле сдерживаясь, чтобы не рассмеяться.        Лиса показалась на дорожке, вся бледная и не сводила взгляда с Джесси, хотя ей лучше бы найти Дженни и поговорить с ней. Она думала над всем, что произошло утром и на секунду задумалась, что лучше было бы поговорить со старшей и попросить у нее совета, поэтому все же направилась к бару. Лиса заметила, что бармен готов в любую секунду рассмеяться, а на его шее висела верхняя часть купальника Джесси. Она снималась в этом купальнике для одной из летних рекламных кампаний, поэтому его было просто невозможно не узнать.        — И почему ты сидишь в его футболке? — Лиса изогнула бровь, усаживаясь рядом с Джесси за барной стойкой. — Добегалась?        — Ага. Да, так, что он мой купальник спиздил. — Она подперла рукой подбородок, хмыкая в сторону бармена, который сейчас стоял в ее шляпе и улыбался, готовя какой-то коктейль для посетителя.        — Как только вернешь мне ключи — я сразу же верну твой лиф, а пока что, сиди в моей футболке, а-то и ее заберу. — Он поставил бокал с коктейлем перед посетителем, и бутылку воды перед Лисой. — Ты выглядишь очень бледной. Похмелье берет верх?        — Хотела бы я верить, что это похмелье. — Лиса отставила от себя бутылку воды, чувствуя очередной приступ тошноты за сегодняшнее утро.        Ее тошнило от одной только мысли о том, что в ее рот может попасть хотя бы какая-то крупица еды или жидкости. И ее очень сильно беспокоило это состояние, которое с самого утра не давало ей спокойно выдохнуть и насладиться жизнью. И хуже всего то, что ее подозрения медленно подтверждались, а что с этим делать, она так и не придумала. Лиса облокотилась на плечо Джесси, прикрывая рот рукой, в надежде, что это поможет и заставила беспокоиться ее и бармена.        Джесси положила руку на плечо Лисы, не понимая, что с той происходит. Бармен облокотился о стойку и протянул к Лисе руку, трогая ее лоб. Он еще вчера заметил, что она выглядела слишком бледной, но все равно пошла пить с Чонгуком, несмотря на свое состояние. Она несколько дней игнорировала странности в своем теле, и только сейчас обратила на это внимание. А ведь он еще и не понимал, как она может так много пить в своем состоянии, а все явно показывает на то, что она просто делала вид, что не замечает ничего.        — Температуры нет. Так что с тобой? Похоже на отравление. — Он открыл бутылку воды и вылил ее в стакан, пододвигая ближе к Лисе, настаивая на то, чтобы она ее выпила. — Выпей и станет легче.        — И мне дай, пожалуйста. — Чонгук сел рядом с ними, желая оставаться от Дженни и Тэхена, как можно дальше, чтобы не видеть всего того, что они творили на вилле.        Лиса посмотрела на Чонгук злым взглядом, понимая, что это именно он является причиной всех проблем, которые на нее свалились в последнее время. Она безумно хотела швырнуть в его что-нибудь тяжелое, но еще пока что сдерживалась, потому что они находились в достаточно людном месте. Она выпрямила спину, стараясь не показывать Гуку свое плохое самочувствие, чтобы он ничего не напридумывал себе. Лиса взяла в руки стакан с водой и залпом выпила ее, стараясь игнорировать чувства тошноты.        Гук удивленно посмотрел на нее, не понимая, почему она вела себя еще агрессивнее, чем обычно. Бармен поставил на стойку пепельницу, для двух парней, что подошли к бару и закурили. Лиса села подальше, снова чувствуя тошноту, а Чонгук нахмурился, чувствуя неладное в ее поведении. И ведь он еще вчера заметил это, когда она отказывалась пить и первое время игнорировала алкоголь, будто ее от него воротило. А сейчас он видел собственными глазами, как она пыталась отказаться и от воды, у которой даже вкуса не было.        — Если тебе плохо, то иди отдыхать на виллу. Сегодня жарче обычного, можешь и удар подхватить. — Джесси похлопала ее по плечу, надеясь избавиться от лишних глаз, которые мешают придумывать план по возвращению купальника.        — Что на тебя нашло? Возраст наконец взял свое и ты чувствуешь похмелье? — Гук усмехнулся, забывая про то, что совсем недавно сбежал от нее и прятался по кустам, чтобы она не нашла его.        — Сказал человек, который сбежал ранним утром от девушки после пьянки с ней. — Лиса посмотрела на него убийственным взглядом, подмечая, что пепельница может оказаться очень хорошим оружием.        Чонгук посмотрел на нее ответным взглядом, полностью копируя ее манеру. И все же, как бы он не задумывался о чувствах к ней, но стоило посмотреть в ее глаза, как тут же появлялась ненависть. Он не понимал, почему все происходило именно так, но и не хотел об этом задумываться, желая снова уйти от Лисы подальше. Гук только сейчас заметил, что Лиса выглядела очень злой, и возможно, дело действительно было именно в его побеге, который он совершил утром с их виллы.        — И кто сказал, что я сбежал? Может я тихо ушел. — Он хмыкнул, беря в руки стакан с водой, который поставил бармен. — И вообще, утихомирь свое эго. Кому надо будет сбегать от такой, как ты.        — Чего ляпнул? — Лиса встала со своего места, чувствуя невероятную злость, с которой больше не могла спокойно совладать. — Это я-то никому не нужна? Чон Чонгук, а ты не слишком много о себе возомнил?        — Это я-то о себе слишком много возомнил? — Гук встал, направляясь к ней, а два парня за его спиной, решили уйти, чувствуя, намечающуюся драку. — Между прочем, это ты тут всех в страхе пытаешься держать.        Лиса стояла перед ним, держась за стойку, и даже забыла о том, что плохо себя чувствовала совсем недавно. Он безумно раздражал ее, хотя она и не могла понять, чем именно, но из-за этого его очень хотелось ударить. Крайне редко кто-то мог вызвать у нее подобные чувства, но Чонгуку достаточно было только появиться, чтобы заставить беситься.        — Тебе лучше начать просить у меня прощение. Какой нормальный мужчина будет вести себя с девушкой подобным образом?        — Да, я не нормальный мужчина. И что с того? — Гук устал слушать ее обвинения и заявление о том, что с ним вечно что-то не так. — Ты уже достала во всем обвинять меня. На себя посмотри. У самой будто одни только плюсы.        Лиса схватила пепельницу и хорошенько ударила Чонгука по щеке. Она не жалела сил, но ей было очень тяжело из-за самочувствия, поэтому он отделался очень легко и всего лишь легкой болью в челюсти. За это Гук вполне мог бы сказать ей спасибо, но мог только сидеть на песке и в шоке смотреть на нее. Теперь он снова вернулся в то состояние, в котором боялся ее, а уж тем более получить от нее. Конечно, он сказал ей не мало гадостей, но это же ведь не повод для того, чтобы браться за пепельницу и ударять.        Она поставила пепельницу на место и сложив руки на груди пошла обратно на виллу, не желая оставаться на пляже. Джесси смотрела на все происходящее скучающим взглядом, не видя ничего нового. Это было обычное поведение Лисы, к которому все уже давно привыкли, поэтому не было никакого смысла переживать. Однако бармена все же что-то заставляло волноваться и смотреть на Лису с подозрением.        — Может она все-таки беременна? — Парень за барной стойкой посмотрел на Джесси, разводя руками в стороны. — Это было мое второе предположение после отравления.        — Эй, Чонгук, вы с Лисой спали? — Джесси смотрела на то, как Гук потирал щеку, по которой прилетело пепельницей. — Где-то месяца два-три назад?        Чонгук посмотрел на нее, изгибая бровь от удивления. Ему только что заехали по щеке, причем не рукой, а пепельницей, а Джесси задает такие странные вопросы, еще и сидит такая спокойная, будто ничего и не произошло. Он сел обратно за барную стойку и немного задумался над ее вопросом, правда совсем не понимал, к чему он был задан. Вроде как то, что она ударила его пепельницей и то, спали они или нет, не может быть взаимосвязано.        — Ну…вроде да. — Гук шевелил челюстью из стороны в сторону, разминая ее, не понимая, что именно так сильно разозлило ее, что она взялась за пепельницу. — А что? Это как-то связано с тем, что она меня ударила?        — Думаю да.