Отдых по-королевски

       — Что планируешь делать? — Бармен стоял с планшетом, оформляя заказ для бара и постоянно кидал взгляд на Джесси, которая крутила в руках тест Лисы. — Когда будешь звонить их родителям?        — Будем решать все по мере времени. Посмотрим, что скажет гинеколог, а потом уже подумаю, как рассказать об этом родителям Лисы и Чонгука. — Она повернулась спиной к барной стойке и облокотилась на нее, закидывая голову назад. — Они явно не обрадуются этому…        — Да? И почему же? — Он положил планшет и облокотился о стойку, внимательно изучая спину Джесси, что так и манила прикоснуться к ней, но он пока что старался сдерживаться и не переходить границы. — Дети — это всегда такая радость.        Он протянул осторожно руку к ее спине, стараясь делать все так, чтобы не привлечь к себе внимание и прикоснулся к позвоночнику. Его пальцы аккуратно постукивали по выпирающим косточкам, будто бы чего-то добиваясь, но в тоже время никакого намека в действиях не наблюдалось. Джесси расслабленно выдохнула, поддаваясь его прикосновениям и закрыла глаза, чтобы еще лучше испытать весь спектр чувств и эмоций, которые вызывал в ней этот бармен.        — Ты даже не представляешь, как родители Лисы и Чонгука хотели, что они нашли общий язык и начали дружно уживаться, а уже потом думали о детях. — Она наслаждалась его прикосновениями, почти тая от такой нежности. — Но с другой стороны, беременность Лисы может считаться поводом для их воссоединения?        — А почему нет? — Он выпрямился и положил руки на ее плечи, начиная массировать их круговыми движениями, чтобы она окончательно расслабилась. — Главное ведь, что желание их родителей будет выполнено. А там и до взаимной любви недалеко.        — Мне кажется, они быстрее друг друга поубивают, чем найдут общий язык. — Она пододвинулась ближе к нему, наконец чувствуя, как усталость медленно сходит на нет. — Кстати, что ты делал?        — Делал заказ для предстоящей двойной свадьбы. — Он наклонился ниже, понижая голос, и прикусил раковинку уха. — Или ты хочешь тройную?        Джесси ничего не стеснялась и вела себя очень открыто с мужчинами, будто могла предугадать ход их мыслей и действия наперед. Однако его иногда забавляло то, как от некоторых действий краснели кончики ее ушей, будто к такому повороту событий жизнь ее совершенно не готовила. Вот и сейчас также, она вроде привыкла к тому, что он просто флиртует с ней, но иногда его высказывания будто проходились по ее желаниям, из-за чего появлялось легкое смущение.        Жара еще не спала, а наоборот только усиливалась, и Джесси стояла возле бара в том же купальнике, что и вчера, из-за чего у него безумно чесались руки, чтобы развязать завязки снова и повесить себе на шею, как трофей. Но понимал, что это будет совершенно неэтично с его стороны, второй день подряд повторять один и тот же трюк. Да, и Джесси наверняка сильно разозлиться, хотя сейчас и плавилась под его умелыми руками, что делали прекрасный массаж.        — Какая еще свадьба? Разве мы что-то планируем? — Она слушала краем уха его хрипловатый голос, но прекрасно уловила нотки очередного флирта, который он и не пытался скрывать. — Ты слишком рано об этом думаешь. А ниже помассируй, пожалуйста.        Он начал опускаться ниже, пальцами нажимая на нужные точки, чтобы сделать еще приятнее по ее просьбе. Он думал, что она все же придет к нему на ночное свидание, но в итоге не получил ничего в ответ, поэтому решил немного поиздеваться над ней сегодня. Правда, когда увидел то насколько Джесси выглядела уставшей, пересмотрел свои планы и просто решил помочь расслабиться. Она будто не спала целую ночь и все это время пыталась придумать речь, которую скажет родителям девочек, объясняя всю ситуацию.        Джесси поддавалась его движениям, уже готовая просто лечь на стойку и плевать, что он там пытается что-то сказать и на что-то очень явно намекает. Она абсолютно все пропускала мимо ушей, совершенно не готовая вести диалоги, и хотела только хорошенько поспать. Бармен резко убрал руки с ее плеч и перестал делать массаж, направляясь куда-то за пределы бара. Джесси выдохнула, разочарованно открывая глаза, уже готовая к тому, что увидит, как он пошел обслуживать своих посетителей. Но неожиданно он оказался над ней, серьезно смотря сверху вниз в ее шокированные глаза.        Этот мужчина и правда приводил ее в состояние ступора, заставлял постоянно недоумевать и строить догадки по поводу своих действий, но при этом, складывалось ощущение, что он дает все ответы, которые она так желает услышать. Джесси недоуменно посмотрела на него, а он молча поднял ее на руки и пошел в неизвестном направлении. Она не успела и слова сказать, как они уже проходили мимо небольшого строения, которое использовалось как склад, где хранился инвентарь для плавания, а также была комната, оборудованная для хранения продуктов.        — И почему ты заставляешь меня беспокоиться о тебе? — Он многозначительно хмыкнул, унося ее прочь с пляжа.        Она смотрела на него в полном недоумении и не знала, что лучше сказать, а главное, как отреагировать на этот выпад. Еще вчера этот черт отбирал у нее купальник и носил его на шее словно трофей, а уже сегодня несет куда-то на руках, шокируя своим поведением. Джесси до этого не особо его понимала, а сейчас так вообще перестала улавливать грань между простыми издевательствами и истинными намерениями.        — Ты куда меня несешь? Поставь на землю! — Джесси наконец поняла, что ее буквально похищают и начала попытки вырваться, не желая становиться заложницей бармена, пускай и сексуального.        Она извивалась как могла, стараясь вырваться, но его хватка становилась только сильнее от каждого удара, и с каждый разом у нее становилось все меньше и меньше свободы действий. Он перехватывал ее так, чтобы она не шевелилась, потому что боялся уронить из-за любого неверного движения. Ему хотелось донести ее до пункта назначения в целости и сохранности, однако Джесси не разделяла такого рвения и предпочитала игнорировать.        Она дергала руками и ногами в воздухе, требовала поставить ее на землю и не переставала бить его в грудь, хотя прекрасно видела, что ничего из этого не помогает и совершенно не приближает ее к намеченной цели. Как он нес ее на руках, так и не думал отпускать ее, показывая те дороги, которыми до этого Джесси сама никуда не ходила. Он жил в этом же отеле, правда в зоне для персонала и именно туда держал свой путь, не раскрывая причин данного поступка.        — Будешь дергаться — уроню, — Он приблизился к ее уху, с усмешкой шепча, — или ты не хочешь узнать, куда я тебя несу? В том месте то тебя не было ни одной девушки. — Он усмехнулся, замечая, что Джесси перестала дергаться и наконец спокойно устроилась на его руках.        Она уставилась на него большими глазами, пытаясь найти подвох, которого и не было, ведь бармен всего лишь пытался позаботиться о ней и дать время для отдыха, который она заслуживала. И сейчас он решил наплевать на свое табу, и все же отвести ее к себе в дом, ведь там ее точно не найдут и не будут трогать хотя бы какое-то время. Раньше он клялся себе, что никогда не будет водить в свой домик девушек, чтобы они не могли в любое время приходить туда и донимать его.        Он сильно рискует, показывая ей дорогу, но почему-то уверен, что именно Джесси не будет донимать его, к тому же у нее сейчас куча других проблем, с которыми надо что-то делать. Для нее это будет местом, куда можно прийти отдохнуть, и он хотел подарить ей такое место, чтобы там они могли остаться наедине. Неожиданно он понял для себя, что именно с ней пытается проводить свободное время и беспокоится, когда она игнорирует его попытки соблазна.        Она обняла его за шею, окончательно успокаиваясь и устраиваясь поудобнее на его руках, больше не желая вырываться. Джесси решила, что разумнее будет оставить все, как есть, сдаться в заложники и предложить надеть на себя наручники, может быть наконец добьется своего и узнает его имя. Она не могла упустить эту возможность, что сама шла к ней в руки и буквально преподносилась на блюдичке. Никогда еще такая возможность не была так близко к ней, к тому же младшие сейчас были заняты и не нуждались в ее присмотре.        — А ты быстро успокоилась. — Он улыбнулся, усиливая хватку, в случае, если она случайно передумает.        — Еще бы я отказалась после таких слов. — Она ехидно усмехнулась, чувствуя неожиданный прилив сил от всех предложений, что получила, к тому же уточнения тоже имели огромный вес, ведь теперь она точно могла стать особенной на деле, а не на словах.        Бармен усмехнулся, подходя ближе к небольшому домику, который был спрятан среди кустов и пальм, будто специально, скрытый от людских глаз, чтобы никто не мог туда пробраться. Это было очевидно, ведь почти каждая девушка мечтала посмотреть на то место, где он живет и оказаться в его постели, но он предпочитал трахать их за пределами своего жилья. Ни одна девушка не приходила сюда и даже не имела предпочтения, что он тут живет, и только Джесси сейчас открывалась эта маленькая истина, которую она точно никому не расскажет.        Он открыл дверь, занося ее в дом, показывая чисто убранное помещение, в котором будто никто и не бывал никогда. Словно это место использовалось всего лишь для каких-то встреч или переговоров, но никак не для проживания, что наводило ее на сомнения в словах бармена. Однако он прекрасно знал куда идти и без замедлений понес ее в спальню, не спрашивая ни слова. Мужчина внес ее в комнату, аккуратно укладывая на чисто убранную кровать.        — Думаю, тут будет удобнее. — Он усмехнулся, залезая на кровать и устраиваясь рядом с ней, однако уже в следующую секунду легким движением руки перевернул ее на живот и залез сверху. — Вот тааак, — наклонился вниз к ее уху и понизил голос до шепота, — а теперь, продолжим сеанс массажа.        Он положил руки на плечи Джесси, начиная аккуратно массировать их, почти также как делал на пляже, только более нежно и невесомо, стараясь не нажимать на затекшие мышцы. Большие пальцы его рук сводились на позвонках, расслабляя натянутые и напряженные мышцы, которые нуждались в любом способе, который помог бы Джесси забыть про боль в них.        Она не успела даже перевернуться, как полностью угодила в его плен и стала заложницей, правда пытка была настолько прекрасной, что ее не хотелось избегать или пытаться вывернуться из-под цепких рук. У нее еще со вчерашнего вечера было невероятное желание записаться на массаж и уйти от всех проблем, как можно дальше в мир грез. И вот ее молитвы были услышаны, раз этот мужчина бросил все свои дела и активно помогал ей, хотя мог бы просто сделать вид, что ничего не заметил, ведь его это никак не касается.        Он нежно массировал плечи Джесси, показывая, что способен не только умело смешивать коктейли за барной стойкой, но еще и искусно знает другие профессии. Ему прекрасно было известно о мыслях Джесси на счет сказанного вчера и ее особенности, но даже не представляла какое именно значение он предает всему этого. Ни одна девушка не бывала в этом доме, не лежала на этой кровати и уж тем более, не получала от него услуги массажиста, но ей пока что не хотелось рассказывать всего этого и раскрывать козыри.        Джесси тихо постанывала, расслабленно опустила голову на подушку и решила плыть по течению, предоставляя все в его умелые руки, лишь бы это блаженство не прекращалось. Когда еще у нее будет возможность так спокойно отдохнуть не только от девочек, но и от работы. В последнее время ей совсем не давали выходных и если бы не влияние отца Дженни, мало вероятно, что ее отпустили бы в небольшой отпуск на Гавайи. Поэтому Джесси выжимала все, что только могла и совсем не хотела возвращаться в душный Сеул к работе, съемкам и всей остальной суете.        Ей нравились тишина и комфорт Гавайев, где никто не трогал ее и не донимал с самого утра звонками по поводу подготовки к новой фотосессии. Здесь полная свобода действий и красивый бармен, что сейчас делает массаж, постепенно усиливая хватку. Его указательные пальцы опустились на ее позвоночник, аккуратно чертя линию, ведущую куда-то вниз, а она совсем и не сопротивлялась, позволяя сейчас делать со своим делать абсолютно все, что только душе угодно.        — Ах…как же хорошо… — Он надавил кулаками на поясницу, улыбаясь мысли, что смог помочь ей и продолжил в том же духе нажимать на нужные точки для большего расслабления.        Стоны Джесси разносились по всей комнате, так, будто они занимались самым непристойным сексом, а не невинным массажем, и будь сейчас окна дома открыты, скорее всего их бы поняли неправильно. Но это совершенно никого не волновало, ведь бармен начал понимать, что ему и правда будет очень тяжело отпустить эту девушку, впервые в своей жизни. Раньше он жил от посетителя к посетителю и ни о чем не задумывался, но вот пришла она и за ставили пересмотреть абсолютно все свое мировоззрение. Джесси своими выходками удивляла его изо дня в день и заставляла улыбаться, из-за чего сердце предательски пропускало удар и постепенно привязывалось к ней.        Еще немного времени вместе и у нее точно не будет возможности уехать отсюда, потому что он привяжет ее к этой самой кровати и никуда не отпустит. Такая наглая, но в тоже время такая невинная и немного наивная…она вила из него веревки, хотя никому другому это позволено не было. И самое страшно было именно то, что он никак не мог возразить ей и приказать перестать так делать, потому что язык не поворачивался остановить. Он старался нежно делать ей массаж, чтобы после кожа не покраснела от усилий, а мышцы не болели; боялся сделать ей больно.        Он поднимался пальцами вверх по позвоночнику, создавая эффект мурашек и тихо наблюдал за тем, как Джесси вздрагивает чуть ли не от каждого прикосновения. Такая малость делала улыбку на его лице шире, и заставляла забеспокоиться, ведь совсем скоро она уедет обратно в Сеуле и мало вероятно, что они увидятся еще хотя бы один раз. Ему стоило бы оказаться от этих чувству и от этой девушки, но почему-то никак не получалось построить стену и хотя бы просто отдалиться.        — Знаешь… — Он наклонился к ее уху и прикусил мочку, привлекая внимание, чтобы она сосредоточилась на его словах. — Думаю, теперь я готов ответить на твой вопрос. Только никому не говори его.        Он понизил голос и тихо прошептал свое имя ей на ухо, боясь, что в комнате может оказаться кто-то еще, подслушивая их разговор. Джесси притихла, вслушиваясь в каждую букву, что слетела с его языка, боялась пошевелиться и неожиданно проснуться ото сна. Все происходящее совершенно не было похоже на правду, но в тоже время выглядело слишком реалистичным, чтобы сомневаться хотя бы в чем-то. Неожиданно для себя она действительно оказалась для него особенной и наконец получилась не только слова, но и вещественные доказательства.        — Что ты… — Она резко повернулась, скидывая с себя бармена и уставилась на него шокированными глазами. — Да быть не может…я сплю?        Она действительно думала, что спит, а он только рассмеялся, смотря на такое забавное поведение, и даже представить не мог, что реакция будет именно такой. Ему казалось, что Джесси сразу же начнет кричать его имя, когда узнает или же накинется на него и затащит в постель, но явно не ожидал, что это повергнет ее в шок. Она сидела на кровати, смотрела на него и молча моргала глазами, вроде бы веря в то, что находится в реальности, а вроде и пыталась найти этому доказательство.        Джесси перевела взгляд на тумбочку, где лежала та самая корона, из-за которой его прозвали королем пляжа, а потом снова посмотрела на него. Вроде бы короны было достаточно, что она убедилась, что находится у него дома, а вроде и ее до сих пор что-то смущало и заставляло сомневаться. Он лег на бок и подпер голову рукой, с усмешкой наблюдая за ней, выжидал момент, когда она наконец закончит и поймет, что не спит. Он находил такое поведение забавным и не мог перестать любоваться, очарованный ее шоком.        — Я могу мяукнуть, если это докажет, что ты не спишь. — Он расплылся в ехидной улыбке, повергая ее в окончательный шок, а сам понял, что пути назад теперь точно нет; либо ему уговаривать ее остаться здесь, либо самому искать работу в Сеуле.        — Ты же не кот. — Джесси совершенно потеряла связь с миром и перестала понимать происходящее, не говоря уже про то, что она только сейчас вспомнила, что он оставил бар открытым, а сам утащил ее в свое логов. — Подожди, а как же бар?        — За ним присматривает мой друг и по совместительству сменщик из клуба. — Он протянул руку и положил на колено Джесси, смотря в ее глаза, все еще большие от шока. — С тех пор, как приехали твои девочки и заинтересовали меня, я брал его смены, поэтому сейчас он мне очень много должен. Или тебе не нравится проводить время со мной?        — Кажется, я слишком сильно устала…нет, мне все это точно снится. Я просто сошла с ума. — Она бормотала себе под нос, вставая с кровати и уже собиралась пойти туда, где ей объяснят все происходящее, как неожиданно мужчина схватил ее за руку и потянул обратно на кровать, заключая в свои объятия.        Он прижимал ее к своей груди, не давая выбраться из сильной хватки, второй раз за сегодня показывая, что все же доминирует над ней, несмотря на ее надменное поведение. Ему совсем не хотелось отпускать ее, неважно куда она собиралась идти, сейчас это было выше его сил. Ему хотелось еще немного побыть с ней, пока не мешали девочки и снова не напомнили о проблемах, которые Джесси предстоит решать в самом недалеком будущем.

***

       — И что теперь делать? — Лиса откинулась на спинку сиденья, поворачивая голову к Дженни, которая почему-то была невероятно счастлива от такой новости и почти пищала от восторга. — Как же я хочу прибить этого придурка.        — Да, ладно тебе, он же не специально.        — Прошу прощения, госпожа Ким, а не вы ли это называли двух наших соседей амебами и орали о том, насколько у них маленькие члены? С какой стати твое: «два уебка истукана» превратились в: «да, он не специально»? Учти, мы все еще рядом с больницей и я сдам тебя на опыты. — Лиса выпрямилась и указала на здание, из которого они вышли совсем недавно, получив результаты осмотра у гинеколога.        — Успокойся, все со мной нормально. — Дженни рассмеялась на замечания подруги, а затем неожиданно отвела взгляд в сторону и прикрыла рукой еле заметную улыбку. — Просто…я кажется, влюбилась.        Лиса подавилась воздухом и в шоке уставилась на подругу, совершенно не веря в услышанное. Дженни явно никогда бы не сказала подобный бред, что еще больше настораживало и заставляло задуматься, что на водительском сидении явно сидит кто-то другой. Она настолько ненавидела Тэхена, что до приезда на Гавайи была готова перегрызть ему глотку, однако сейчас пыталась решить дела, как можно скорее, лишь бы провести с ним чуть больше времени.        И Лиса уже собиралась высказаться на этот счет, но когда открыла рот вспомнила, что сама ничем не лучше. Она сама недавно сидела и думала над их с Чонгуком отношениями, осознавая, что все-таки начала неровно к нему дышать. Время, что они проводили вместе все-таки заставляло ее улыбаться, а сердце трепетать от непонятных ощущений, которые до этого никогда ее не беспокоили. Их брак был расчетным и они оба искали любой повод изжить друг друга со свету, но когда оказались на Гавайях, разведенные, почему-то оба пересмотрели свое отношение.        — Если он так хорошо трахается, могла бы просто так и сказать, зачем уж в шок вводить такими речами. — Лиса отвернулась к окну и нахмурилась, делая вид, что ей все это совершенно безразлично.        — Лиса ты!.. — Дженни громко рассмеялась и завела машину, не понимая, как Чонгук мог влюбиться в такую как она. — Слушай… — Неожиданной ей стало кое-что интересно, к тому же, в памяти всплыл факт того, что они с Гуком провели недавно ночь вместе и плевать, что в переносном смысле, а не в прямом. — А Чонгук хорош в этом?        — Ты! — Лиса резко повернулась к ней, собираясь хорошенько врезать ей за такие шутки, но не смогла, и просто выдохнула, опуская руку. — Ну, хорош и что с того. Это единственное его хорошее качество. — Она сложила руки на груди и отвернулась от Дженни. — Бесит меня.        Дженни громко рассмеялась, нажала на педаль газа и машина выехала с парковки, направляясь обратно в отель. Они совсем забыли о том, что им нужно будет оправдываться перед родителями, которые не оставят все новости без внимания, не говоря уже про то, что помимо них отличилась и Джесси. Ее отправили на Гавайи в качестве няньки, а по итогу она завела роман с барменом, который медленно соблазнял ее и искал время, чтобы уговорить остаться с ним.        Дженни иногда поглядывала на Лису и думала, как бы по-тихому подсунуть Чонгуку новости про их ребенка. Хоть Лиса и не хотела, чтобы он что-то знал, у него было на это полное право, как у отца, к тому же Тэхен рассказал несколько страшных тайн. Она коварно улыбнулась, вспоминая, как они посидели вдвоем прошлой ночь, когда как раз он и рассказал, что Гук а самом-то деле влюбился в Лису с первого взгляда, но потом сильно пожалел об этом, когда узнал ее характер.        Она и правда не подарок, но если не бесить, вполне спокойная и понимающая. Будь Чонгук немного внимательнее к ней, и не окажись это брак по расчету, вероятно, отношения у них сложились бы гораздо лучше. Дженни даже не сомневалась в том, что им всего лишь нужно хорошенько поговорить друг с другом и все прояснить, а не кидаться друг на друга. Они с Тэхеном вон очень хорошо все прояснили и нисколько не жалели об этом, живя душа в душу.        — То, что он тебя бесит, я слышу последние сутки. Давай сменим пластинку, хорошо? — Дженни не выдержала на светофоре и все же заговорила. — Ты не могла не знать, что нравишься Чонгуку.        — Я знала. — Лиса выдохнула и сдалась Дженни, поворачиваясь обратно к окну. — Но после заключения брака казалось, что ему нужны только деньги моей семьи. Он поселился в офисе и совершенно забыл о моем существовании. А потом мы… — Лиса осеклась и отвернулась так, чтобы Дженни не было видно ее лица. — Мы возненавидели друг друга.        — Ага, а кто недавно веселился с ним в море? — Она хмыкнула и кинула взгляд на подругу, подругу, которой явно нечего было сказать. — И ты ведь после этого еще и пить с ним пошла.        Лиса нахмурилась и развела руки в разные стороны. Она не понимала, что Дженни хочет от нее услышать, как и не знала, что сказать на это, потому что сама еще не разобралась в своих чувствах. Она думала, что у них что-то наладилось, но когда проснулась и поняла, что он сбежалась, только разозлилась и возненавидела его еще больше.        — Поверь, все, что я сейчас чувствую к нему — это раздражение и ненависть. А еще желание хорошенько стукнуть. — Она повернулась к Дженни и наклонила голову набор. — Что еще ты хочешь от меня услышать?        — Как минимум: «я люблю Чонгука, жить без него не могу». — Дженни громко рассмеялась, увидев лицо Лисы, которое исказилось гримасой отвращения. — Подумай, он все-таки отец ребенка. И так или иначе, а вам обоим идти на ковер к родителям.        — Это и пугает. — Лиса снова отвернулась к окну, уходя глубже в свои мысли о предстоящей встрече с родителями, которые точно от них живого места не оставят, когда все узнают.