Хранители. Берегись себя

      В салоне автомобиля негромко играла музыка, пахло ментоловыми сигаретами, и витало напряжение. Некрасова нервно барабанила пальцами по губам и изредка поглядывала на Антона, сидевшего за рулём. С недостроенной многоэтажки они мигрировали в квартиру Шастуна, где он забрал ключи от машины. И сейчас молодые люди направлялись к Позову, у которого Яна оставила свой рюкзак.       — Если ты хочешь, мы можем поговорить об этом, — тихо предложила девушка, когда автомобиль притормозил на светофоре.       — О чём именно? — с напускной беззаботностью в голосе спросил Антон, повернувшись на неё. Некрасова была согласна — обсудить стоило многое. — О том, что я настолько ничтожен, что метахранитель не может забрать мой дар? — с иронией заметил Шастун и сосредоточился на дороге, уводя машину в сторону.       — Я думаю, что дело в другом, — несогласно покачала головой та самая метахранитель. — Или ты хотел избавиться от своей ауры и всё забыть? — осторожно поинтересовалась Яна, понимая, что Антон сейчас один сплошной комок нервов.       — Я хотел тебе помочь. Но я даже этого не могу сделать, — раздражился тёмный хранитель и ударил по рулю.       Пожилая женщина, переходившая в это время дорогу, смачно выругалась, чем развеселила Некрасову с её чувствительным слухом, но всё-таки прибавила шаг. Отвернувшись от женщины, Яна посмотрела на напряжённого Шаста. Она наклонилась к нему и аккуратно коснулась его густой чёлки. Это прикосновение успокоило Антона, и он, втянув воздух в лёгкие, завёл автомобиль.       Яна убрала руку, спрятала подбородок в водолазку и нахмурилась. Шастун злился на себя. Антон не верил, что мог справиться. Антон не верил в самого себя и нашёл лёгкий путь решения своей проблемы. Некрасова же, напротив, сейчас впервые поверила, что у них есть шанс. Девушку позабавила мысль, что они поменялись местами.       — Я про другое, — призналась Яна, не отводя взгляда от Шастуна. — Хотя… может, сейчас не время, — пожала она плечами и проводила взглядом девушку с зелёной аурой, что шла под руку с парнем без свечения. — Сейчас нам нужно найти Серёгу.       — Объяснишь, кстати, чем нам может помочь твой рюкзак в поисках?       Антон был рад, что Некрасова сама решила сменить тему разговора. Он догадывался, что девушка хотела поговорить о том, что заставило Шастуна мигрировать из ювелирного салона. Яна хотела поговорить о том, что произошло между ней и Арсом в день её рождения, но Антон не хотел. Не сейчас, когда она, глядя ему в глаза, сказала, что только он, Антон, важен для неё. Шастун не хотел портить момент. Он помнил, что однажды Яна в нём разочаровалась, сказав, что он портит всё, к чему прикасается. И Шаст боялся всё испортить снова.       Девушка заёрзала на сидении. Шастун бросил на неё быстрый взгляд. Яна буравила взглядом пространство перед собой, снова барабаня пальцами по нижней губе. Приняв решение, Некрасова повернулась на парня и уткнулась виском в кресло:       — Обещай, что ты не расскажешь об этом Пашке. Дай слово, — попросила девушка, когда Антон удивлённо поднял брови. Шастун медленно кивнул, соглашаясь. — У Воли был мешочек с нашими личными вещами, он с помощью них находил нас. После того, как я забрала у него дар, Пашка вручил этот мешочек мне.       Антон кивнул и повернул машину. Он покосился на недовольное лицо Некрасовой и улыбнулся:       — Что?       — Неужели тебе неинтересно, что он украл у тебя? — удивилась девушка.       — Блин, это слишком очевидно. Браслет или кольцо.       Яна разочарованно нахмурилась. Она развернулась и посмотрела перед собой.       — Ну хочешь, я удивлюсь? — предложил Антон, заметив, что девушка расстроилась.       — Знаешь, что не выходит у меня из головы? — задумчиво проговорила Некрасова. — Почему Громов оставил исследования по хранителям в музее? Он дал свободный доступ, практически оставил инструкцию. Не является ли это его очередным продуманным ходом?       — Твоя голова хотя бы иногда отдыхает от подобных мыслей?       — Я просто не знаю, с какой стороны ожидать следующего удара, — призналась Яна и вновь укуталась в свою куртку.       — Никто не знает, — заметил Шастун. — Громов оставил исследования под присмотром своей учительницы. Сейчас заведующая музеем в больнице, и их охраняет Юля.       — Юля?       Яна ошеломлённо повернулась на Антона. По коже пробежал холодок, и сердце заколотилось.       — И кто эта Юля такая? — театрально беззаботно добавила Некрасова, но парень не заметил фальши.       — Внучка заведующей.       Девушка хмуро сдвинула брови, продолжив пристально смотреть на Шастуна. Парень остановил автомобиль около подъезда Позовых и повернулся на Яну. Та сцепила руки в замок и хрустнула пальцами, заставив Антона поморщиться от неприятного звука.       — Антон, — начала она неуверенно, — слушай… про блокнот, о котором говорила Оксана. В день моего отъезда она передала мне тетрадь, в которой хранились записи одного из моих лечащих врачей. Даже не записи, а наблюдения, — запиналась девушка, ненавидя себя, что в последний момент решила рассказать совсем о другом.       — Янчик, — мягко проговорил Шаст, — я же понимал, что ваши с Позом предположения взяты не с потолка.       — Я должна была тебе рассказать.       — Всё в порядке.       — Нет, не в порядке. Оксана предлагала сделку. Она отдаёт мне блокнот, а я… — Яна оттянула резинку на своём запястье, и та больно ударила по коже. Она оттянула ещё, но Антон перехватил её за секунду до удара. — Она хотела быть с тобой, — выпалила Некрасова на одном дыхании и взглянула в растерянные зелёные глаза Антона.       Пальцы парня крепко сжались на её тонком запястье. Яна ойкнула от боли. Шастун заметил её испуганный взгляд и выпустил руку девушки, отвернувшись. Его желваки нервно заходили. Откашлявшись, он наклонился, чтобы вытащить ключ зажигания.       — Она хотела, чтоб я использовала её дар для этого. Заставила тебя быть с ней. Я понимаю, что вряд ли смогу оправдаться, — сбивчиво пробормотала девушка. — Но ты должен знать. Это было эгоистичным решением…       Антон выпрямился, перехватил руку Яны и неожиданно улыбнулся. Некрасова изумлённо посмотрела на парня.       — Мы справимся, — мягко проговорил Шастун. — Вместе, помнишь? Но пообещай мне, что больше никаких секретов, — попросил он, и Яна покорно кивнула, заранее нарушив обещание. — А сейчас давай попробуем найти Серёгу.       Антон выпустил руку девушки и вышел из машины. Некрасова проводила его взглядом и, спохватившись, покинула автомобиль, поспешив за Шастом, который направился к подъезду.       Рука Шастуна потянулась к домофону, но внезапно тяжёлая дверь открылась. На улицу выскочил невысокий мужчина с рюкзаком на плечах, который явно куда-то торопился. Сообразив в последний момент, Антон сорвался с места и ухватил друга за капюшон. Дезориентированный Димка Позов громко выругался, раскинул руки в сторону и приземлился на тротуар. Худой Шастун, подхватив Диму под руки, быстро поставил его на ноги и помог отряхнуться. Обалдевший Поз поправил съехавшую на глаза шапку и уставился на Антона. Яна, выглянувшая из-за спины тёмного хранителя, виновато улыбнулась.       — Шаст, ты охуел? — возмущённо выдохнул Димка, когда к нему вернулся дар речи. — Не при Янке будет сказано, но я же пересрал сейчас конкретно.       — Ранец у тебя зачётный, — проигнорировал выпад приятеля Антон и кивнул за спину Поза. — Где брал?       Димка передразнил друга. Он стянул с плеч рюкзак Яны и ловко открыл его. Некрасова возмущённо подняла брови от наглости Позова. Мужчина вытащил знакомый блокнот и быстро пролистал страницы. Антон покосился на Яну, но та лишь пожала плечами.       — Когда ты ушла, я нашёл кое-что интересное. Так сказать, сноску на полях, — пояснил Димка. Он показал открытую страницу Шастуну и Некрасовой. — Смотрите, «fraudare de potentia ad voluntatem».       Девушка сдвинула брови, честно стараясь узнать сказанное Позовым в каракулях Баштового.       — Ты сейчас Сатану пытаешься призвать или что? — усмехнулся Антон.       Дима одарил его красноречивым взглядом. Мужчина покачал головой и обратился к Яне:       — Если вот прям не заморачиваться над формой слов, то эта фраза переводится как «лишить силы по желанию».       Некрасова перевела взгляд на Шастуна. Тот хмыкнул и залез в карман своей куртки, где лежали сигареты.       — Не факт, но что, если для поглощения дара надо хотеть его забрать? — распинался Позов, не заметив, как эти двое переглянулись. — Ты хотела отомстить Оксане. Ты хотела помочь Пашке. Ты хотела помочь нам, — перечислил мужчина.       — А мой дар ты не хотела забирать, — напомнил Антон и затянулся сигаретой.       — Вот, — показал Позов на друга, — не хотела. Стоп, в смысле? — опешил Дима. — Ты хотела отнять дар Шаста?       Угроза в его голосе начала нарастать, и на секунду Некрасовой показалось, что Поз стал выше ростом и коршуном завис над ней.       — Я отказалась его принять, — возмутилась девушка, собрав все остатки смелости. Она строго посмотрела на хихикнувшего Шастуна, который выпускал кольца дыма. — «Отнять» и «принять» — это разные вещи.       — Вы чё, поехавшие? — не стеснялся в своих выражениях Позов. Он бросил испепеляющий взгляд сначала на Яну, потом на Антона. — Нахуй я тогда вообще занимаюсь расшифровкой, если вы всё охуенно выясняете путём эксперимента? — раздражился он и буквально впечатал дневник Баштового в грудь Некрасовой.       Девушка его забрала и предусмотрительно сделала шаг назад.       — У вас же, как у кошек, девять, сука, жизней, хули вам? — продолжал свою тираду Дима. — Тох, а если бы не прокатило? — угрожающе двинулся на Шастуна мужчина, догадавшись, кому принадлежала идея.       — Поз, давай не сейчас, — исказил лицо недовольной гримасой Антон и выбросил недокуренную сигарету в урну, стоявшую около подъезда. — Обошлось же… Ты вообще собирался стереть память Катьке.       — А если бы я захотел с пятого этажа вниз башкой прыгнуть, ты бы тоже прыгнул за мной? — крикнул Позов.       — Прыгнул, наверное, — пожал плечами Шастун.       — Как же я благодарен богу, что он послал мне такого друга, — вознёс руки к небу Димка. — Жалко только, что друг долбоёб.       — Я искренне рада, что вы такие хорошие друзья, но нам нужно найти Матвиенко.       Яна влезла между друзьями и забрала из рук Позова свой рюкзак. Она приземлилась на скамейку и принялась искать подаренный Волей мешок.       — Этот-то куда делся? — хмыкнул Дима. — Уже пропасть умудрился, не успели в город вернуться. Что-то случилось? — осёкся Поз, когда Шастун, оттянув карманы своей куртки, предупреждающе покачал головой.       — Они с Кузнецовой поругались, — решил не вдаваться в подробности парень. — Серёга у нас иногда такая королева драмы.       Некрасова отвлеклась от рюкзака и посмотрела на Антона. Решив воздержаться от комментариев, девушка продолжила рыться в своих вещах. Пальцы нащупали приятный бархат, и Яна вытащила мешочек. Хранившиеся в нём вещи звонко загремели. Некрасова ухватилась за шелковые завязки, но карман её куртки загудел. Девушка встала со скамейки, передала рюкзак Антону, убрала мешочек в карман, а из другого достала свой мобильный. Увидев номер Кузнецовой на дисплее, Яна смахнула вправо, принимая вызов.       — Ян, ты нашла Антона? — тихим голосом поинтересовалась Ирка после обеспокоенного «алло» Некрасовой.       Девушка догадалась, что её подруга плакала и пыталась скрыть это.       — Да, с ним всё в порядке, — ответила Яна.       — Слава богу, — облегчённо выдохнула Ира. — Я понимаю, что вряд ли могу тебя просить, но… Ты можешь найти Серёжу?       — Да, конечно, — быстро закивала Некрасова, забыв, что Кузнецова не могла её увидеть. — Я как раз работаю над этим, — Яна прижала ухом телефон к плечу, достала из кармана мешочек и запустила в него руку.       — Если тебе будет нужна его личная вещь…       — Нет, с этим проблем не будет, — усмехнулась Яна. Поняв, что проблемы всё-таки будут, Некрасова снова села на скамейку и высыпала содержимое мешка на неё. — Я тебе позже объясню, — пообещала девушка, когда на том конце провода воцарилось напряжённое молчание.       Дима и Антон беззвучно наблюдали за девушкой. Позов даже не стал удивляться, когда среди хлама, высыпанного Некрасовой, узнал свою зажигалку.       — Хорошо, — тихо проговорила Кузнецова. Яна нашла резинку для волос, принадлежавшую когда-то Матвиенко, и быстро сгребла все остальные вещи в мешок. — Он не должен был пропасть. Не сейчас, — захныкала девушка.       Некрасова напряжённо выпрямилась и повернулась на Шастуна и Позова. Те перестали следить за ней. Дима вновь принялся отчитывать Антона.       — Я и Арс — последние люди, которых он хочет видеть сейчас, — грустно усмехнулась Ирина, и у Яны сжалось сердце. Ей захотелось обнять подругу. — Найди его. Пожалуйста, — попросила Кузнецова, и её голос сорвался на плач.       — Ир, я сделаю всё, что могу. И даже больше, — пообещала Некрасова.       — Спасибо, — искренне поблагодарила Яну Ирка. — Прости меня за мои слова. Я была не права. Каждый имеет право на секреты, — проговорила девушка и после небольшой паузы добавила: — но у каждого секрета есть своя цена.       — Я знаю, Ир, — задумчиво кивнула девушка и покосилась на Антона. — Я знаю.       Кузнецова тяжко вздохнула и отключилась. Некрасова убрала в карман телефон и резинку и подошла к парням. Шастун виновато втянул голову в плечи — всё-таки у Позова было огромное влияние на парня. Антон протянул рюкзак, и Яна спрятала в него мешочек с личными вещами друзей.       — Ирка хочет, чтобы мы с тобой нашли Серёжу, — сообщила Некрасова, застегнув рюкзак. Шастун понимающе кивнул. — Как Катя? — повернулась девушка на Диму.       — Всё в порядке. Она тебе благодарна, — сказал Поз и оттянул карманы своей куртки.       — Ты ей всё рассказал? — насторожилась Яна.       — Частично, — нехотя признался мужчина. — Вряд ли она бы поверила, если бы я сказал, что ты любишь светящиеся линзы, — поспешил добавить Димка, как бы оправдываясь. — Катька мне доверяет. Она бы доверилась мне, если я отказался всё объяснить. Но я не смог. Завтра поедем к врачу, чтобы убедиться, что с ребёнком всё в порядке. Я уверен, что с ним всё хорошо, — заверил Некрасову Дима, увидев, как девушка побледнела, — это просто формальность…       — Хорошо, — прогнав подступивший к горлу ком, кивнула Яна.       — Береги Катюху, Поз, — Антон положил руку на плечо друга. — Цени то, что у тебя сейчас есть.       — Антох, а давай без цитат из пацанских пабликов? — попросил Димка. — Вы тоже будьте осторожны.       Позов пожал Шасту руку, помахал Яне и скрылся за тяжелой дверью.       — Когда я найду Серёжу, я могу мигрировать к нему и поговорить с ним, — заговорила девушка, повертев в руках резинку для волос. — И заодно попросить у него другую личную вещь.       — Давай не будем рисковать, — Антон накрыл ладонью руку Яны, и та изумлённо посмотрела на него. — Мы не знаем, насколько тебе хватит «заряда» от ауры ангела-хранителя. Ты попробуешь найти его и мигрируешь только в том случае, если мы не поймём, где он находится. Поз прав: нам нужно быть осторожными.       Некрасова не стала спорить. Она переложила аксессуар для волос Серёжи на раскрытую ладонь и задумчиво уставилась на неё. Выровняв своё дыхание, девушка осторожно коснулась пальчиками растянутой резинки, и та еле заметно вздрогнула в руках. Яна сосредоточилась, готовая принимать сигналы о владельце. Тёмно-серое свечение окутало резинку для волос. Некрасова испуганно пошатнулась, когда её сознание пронзило картинкой.       Шастун подхватил девушку, придержав за локоть. Он невольно поёжился, заметив, что серые глаза Яны заволокла тёмно-серая пелена, сделавшая глаза девушки стеклянными. Некрасова всматривалась в пустое пространство перед собой и обильно моргала. По коже Антона пробежала мелкая дрожь. Со стороны казалось, что девушка погружалась в транс и готовилась выйти на связь с призраками.       — Широкая арка, через неё автомобили въезжают во двор, — неуверенно проговорила Яна после продолжительного молчания. — Но двор не сквозной, тупиковый. Граффити на стенах. Что-то яркое, не могу разобрать, — покачала головой девушка. — Серёжа сидит на лавочке. Рядом с ним фонарь. У нас в парке похожие стоят. Но это двор, — Некрасова нахмурилась. Её глаза вернули свой привычный цвет. — Я не понимаю, где он. Придётся мигрировать.       — Не придётся, — покачал головой Антон. — Кажется, я знаю, где он.

***

      Свернув на нужную улицу, Шастун бросил быстрый взгляд из-под ресниц на Некрасову. Девушка всю дорогу хранила молчание, и Антон был благодарен ей, что она не закидывала его вопросами, потому что он вряд ли бы решился на них ответить. Потому что это была не его судная ночь.       Антон сбавил скорость и свернул в широкую арку, которую описала Яна. Взволнованная девушка приподнялась на месте: она узнала место из своего видения. Шастун беззвучно чертыхнулся, поймав себя на мысли, что он бы хотел ошибиться. Он припарковал автомобиль, не отводя глаз от знакомой фигуры на скамейке.       — Останься здесь, — беззлобно попросил Антон, когда рука Яны легла на дверную ручку. — Я сам.       — Это здесь он… — догадалась Некрасова.       — Да, — ответил Антон, не позволив ей договорить.       Шастун выбрался из машины, достал сигареты и закурил. Зажав фильтр между зубами, парень поёжился, убрал руки в карманы и оттянул их. Затянувшись, Антон выпустил кольца дыма и спрятал подбородок в воротнике куртки от внезапного порыва ветра. Дым спрятался вместе с парнем, и Шастун зашёлся в кашле. Матвиенко слышал, как подъехал автомобиль, знал, кому он принадлежал, но даже не потрудился развернуться на своего напарника.       Антона охватила мелкая дрожь. Эта дрожь протыкала парня миллионами иголок по всему телу. К горлу поднялся вязкий, неприятный ком, и Шастун попытался выдохнуть его вместе с серебристыми клубами дыма, но не вышло. Парень выбросил сигарету и нервно сглотнул, осмотревшись по сторонам. Воспоминания той злосчастной ночи, связанной с этим двором, пронеслись в его сознании. В ушах зазвучал леденящий кровь голос Попова, назвавшего его в ту ночь впервые Шастом, а не раздражающим «ангел».       Шастун пытался забыть тот холодящий ужас, который охватил его, когда он увидел, что голубая аура Кузнецовой стала малиновой. Но он снова сейчас навестил его, и Антон будто наблюдал две реальности. Он невольно прищурился, словно глаза вновь слепила мигалка скорой помощи.       На ватных ногах Антон подошёл к Серёге. Матвиенко смотрел перед собой и видел только клумбу с цветами. Шастун смотрел туда же, но видел карету скорой помощи и покачивавшуюся из стороны в сторону Ирку Кузнецову, сидевшую на бордюре этой клумбы. Он опустился рядом с Матвиенко, ощутив, как кожа покрылась стягивающим инеем. На эту скамейку садилась уже тёмная Ирка, провожавшая пустым взглядом карету скорой помощи, которая навсегда увозила от неё любимого человека.       — Мы ведь не дружили, да? — полным горечи голосом спросил Серёжа. Он будто сам устал от своей ненависти, признав её несправедливой. — Ты же меня ненавидел. Я чувствовал это, но не понимал истинной причины, — пожал плечами мужчина. — Я даже думал, что тебе тоже Ирка нравилась.       — Ты был козлом, — честно ответил Антон. Матвиенко вопросительно повернулся на него и, если бы не ситуация, попросил бы быть повежливее и не ранить его чувства. — Иногда я даже считал тебя мразью последней за некоторые твои высказывания и взгляды на своё положение в мире хранителей, но было одно, за что я тебя уважал. Ты Ирку любил. Ты обнимал её при всех, целовал, но было понятно: она самое дорогое, что у тебя есть. И она любила тебя. А потом ты всё испортил, — не жалея напарника, подытожил Шаст. — Мечтая о лучшей жизни для себя, ты делал хуже её жизнь. Она плакала, много плакала. Я тоже, осёл, никогда не стремился с ней поговорить, считая ваши отношения обречёнными.       Антону многое хотелось сказать, но он замолчал, понимая, что вряд ли имел права осуждать Серёжу. Он сцепил пальцы в замок и подумал, как глупо, наверное, было обвинять нового Серёгу в грехах старого Матвиенко. Шастун покачал головой, поймав себя на мысли, что сам буквально пару часов назад пытался обнулить все свои грехи тем же путём.       — Хуёвый из меня солитёр вышел, — констатировал Серёжа.       — Так, попытайся стать хорошим человеком, — повернулся на него Антон. — Если ты её сейчас потеряешь…       — Я с ума сойду, если её потеряю, — покачал головой Матвиенко.       — Так, не допусти этого. Если она и изменила, то изменила она тому Серёге Матвиенко, который сам её довёл до этого. Новый ты не должен её отпускать, — улыбнулся Шастун и похлопал Серёге по плечу. — Пора научиться быть счастливыми, не оглядываясь на прошлое.       Матвиенко криво усмехнулся и покачал головой. Антон встал со скамейки и двинулся в сторону автомобиля. Некрасова уже стояла на улице, пристально наблюдая за парнями. Серёга выпрямился и окрикнул Шастуна:       — Шаст, ты меняешься на глазах.       — Потери нас меняют, — философски заметил парень.       Он подошёл к автомобилю, подмигнул напряжённой Яне и сел за руль. Девушка удивлённо повернулась на подошедшего Матвиенко, но тот ничего не сказал, лишь молча открыл дверь, приглашая её занять место рядом с водителем. Некрасова покачала головой и плюхнулась на место. Серёжа закрыл за ней дверь и разместился на заднем сидении автомобиля Антона.

***

      Серёжа вошёл в свою квартиру последним, вежливо пропустив Яну и Антона впереди себя. На шум в коридоре вышла заплаканная Кузнецова. Она растерянно посмотрела на Матвиенко и прошептала его имя. Мужчина было направился к своей девушке, но остановился. Из-за спины Ирки вышел Арс, и Серёга напрягся.       Шастун и Некрасова переглянулись. Матвиенко отвернулся, сбросил с себя ботинки и стянул куртку. Убрав её в шкаф, он вытащил ещё две вешалки и протянул их Яне и Антону. Шастун решил подыграть мужчине, забрал из его рук вешалки и помог Некрасовой снять куртку. Ира непонимающе повернулась на Арсения, тот сосредоточенно наблюдал за происходившим представлением, сложив руки на груди.       Серёжа убрал верхнюю одежду своих гостей и обул домашние тапки. Выпрямившись, он посмотрел на Арса и Иру:       — Дайте мне немного времени. Я пока не готов обсуждать это и не знаю, захочу ли я это обсуждать, потому что это прошлое другого человека, не моё, — потерянно пожал плечами Матвиенко. Яна с восхищением взглянула на Антона, сумевшего достучаться до Серёги. — Но и молчать я не хочу. Давайте поговорим о чём угодно, только не об этом, — попросил мужчина и повернулся на Некрасову с Шастом.       — В таком случае у нас для вас есть новости, — решила взять инициативу в свои руки Яна после продолжительного молчания.       Она посмотрела на всех присутствующих, опустила голову и медленно потянула руку к руке Антону. Ира напряглась, отлипнув от стены. Лицо Попова вытянулось, когда он догадался, что Некрасова пыталась сделать. Яна взяла Шаста за руку и в следующий момент испуганно отшатнулась, когда Арсений буквально вырос из-под земли перед ними.       — Арс, сбавь обороты, — заслонил собой Яну Антон и несильно оттолкнул солитёра. — Все живы и при своей памяти, — он поднял их с Некрасовой переплетённые руки, как бы хвалясь тем достижением, которое ещё недавно выбивало его из колеи.       Яна тем временем с плохо скрываемой обидой и разочарованием смотрела на Попова. Он что, действительно, считал, что она могла причинить вред Антону?       — Как такое возможно?       От внимательного взгляда Ирки тоже не ускользнула странная реакция Арсения, и она попыталась разрядить обстановку. Серёжа бросил на неё неодобрительный взгляд, потому что ему не понравилось, как она старалась прикрыть Попова.       Яна подавила в себе желание возмутиться вслух. Она понимала, что сейчас все были на взводе, хоть и обиду было сложно проглотить. Девушка отпустила руку Антона и ответила:       — Дима выяснил, что я должна хотеть забрать дар. Оксане мстила, Димке и Пашке помогала, — нехотя перечислила она. — Мы с Антоном на свой страх и риск проверили эту гипотезу и… сами видите, — развела Некрасова руками.       Шастун обалдело посмотрел на Яну. Он не понимал, почему девушка не рассказала друзьям, как на самом деле они проверяли эту гипотезу. Некрасова расплылась в широкой улыбке, и Антон, приняв правила её игры, повернулся на остальных и кивнул.       Попов недоверчиво смотрел на них, зная, что они врали. Но вокруг Шастуна по-прежнему сияла малиновая аура, и у Арсения не было причин спорить на этот счёт. Солитёр перевёл взгляд на Яну. Та без прежнего стеснения выдержала его прямой взгляд. Арс кивнул собственным мыслям и усмехнулся.       — Ну что вы все молчите? — нарушил тишину возмущённый голос Кузнецовой. Она протиснулась между Поповым и Матвиенко и загребла Яну в свои объятия. — Я очень рада за тебя. Ты заслуживаешь быть нормальной.       Некрасова чуть слышно хмыкнула в ответ на фразу Ирки. Спохватившись, девушка осторожно обняла подругу в ответ. Понимая, что всё хорошо, Яна обняла Кузнецову крепче, утопая в медовом аромате её парфюма, смешанном с запахом сирени её ауры. Ирина неуклюже прятала своё волнение за радостью за подругу, но чуткий слух Некрасовой разбирал, как бешено колотилось сердце Кузнецовой за этой броней. Казалось, что внутри Ирки не одно, а миллионы сердец, оглушавших Яну своим яростным ритмом.       — Всё будет хорошо, — прошептала Некрасова.       — Я знаю, — тихо произнесла в ответ Ирка и отстранилась от подруги. — А у Арса тоже есть для вас новости, — торжественно объявила Кузнецова.       Матвиенко закатил глаза и покачал головой:       — Как ты вообще додумался участвовать в выборах?       — Я пытаюсь отвлечь внимание Громова от Яны, — хладнокровно пожал плечами Попов. — Особенно теперь, когда она вернулась в город.       — Интересные у тебя методы, — констатировала Некрасова. — А если что-то пойдёт не так?       — А у нас разве когда-нибудь идёт что-то так? — не без сарказма заметил солитёр. — И вообще долго мы ещё будем стоять в тесном коридоре? Может, сядем где-нибудь? — предложил Арсений.       — Давайте в комнату. А я чай поставлю, — спохватилась Кузнецова.       Спустя полчаса компания сидела в зале квартиры, где жили Серёжа и Ира. Попов с Матвиенко подвинули к дивану небольшой стол. Кузнецова вместе с Некрасовой принесли кружки с чаем. Антон отзвонился Позову, чтобы сообщить, что Серёга нашёлся. Матвиенко польстило, что его друг-очкарик переживал за него, и его настроение заметно улучшилось.       — И, что дальше? — все повернулись на Яну, поднявшуюся из кресла. Девушка налила кипяток себе в кружку и вернулась на место. — Жить сегодняшним днём — это, безусловно, круто, но у нас хоть есть какой-то план дальнейших действий?       Некрасова посмотрела на Антона. Парень жевал лимон, который выловил в своём бокале. Он поморщился и смачно выругался. Яна перевела взгляд на Попова.       — Не успела вернуться и сразу в бой? — усмехнулся солитёр, с наслаждением попивая свой чёрный кофе. — Или крылья за спиной выросли, когда поняла, что Антону вред не причинишь? — с вызовом поинтересовался Арсений.       Кузнецова, уплетавшая второе пирожное, нервно выпрямилась. Матвиенко тоже напрягся.       — Просто я не поверю, что у тебя нет никакого плана, — беззаботно пожала плечами Яна. — При всём моём к тебе уважении мной ты в своё время манипулировал знатно.       Девушка не понимала, почему стремилась нападать на Попова. Было ли это общим настроением, витавшим в воздухе, или её личным после странной реакции Арсения, она не знала.       — Это решение было спонтанным, — признался солитёр. — Возможно, я уже жалею, — повёл он плечами. — В среду собрание. Так уж вышло, что мы с Громовым — единственные претенденты на пост мэра. Выборы двадцатого числа. У меня есть меньше месяца, чтобы убедить жителей голосовать за меня, — хмыкнул Арсений.       Часы на его запястье засветились. Солитёр бросил взгляд на дисплей и напрягся. Он поднял голову и столкнулся с пристальным взглядом Некрасовой. Кроме неё никто не видел, как Арс на мгновение поменялся в лице. Усмехнувшись, Яна приподняла свой бокал.       — Что за собрание? — спросила Ира, не обращая внимание на перепады настроения своей подруги.       — Не знаю, — покачал головой Попов. Его словно застали врасплох, и ему не нравилось роль загнанного в ловушку. — Может, что-то вроде дебатов. Подробности обещали сообщить позже.       Он вновь бросил взгляд на Яну. Та положила голову на плечо Антона и широко зевнула. Но солитёр знал, что она продолжала наблюдать.       — Зря ты во всё это ввязался, Попович, — подвёл итог Матвиенко. — У отца нашей подруги с фамилией классика, — кивнул на Яну мужчина. Та театрально сдвинула брови, удивившись, что Серёжа не продемонстрировал свои познания в русской литературе, — большое влияние в нашем городе…       — И ты считаешь, что лучше продолжать прятать Яну и прятаться самим? — Арсений провёл пальцем по ободку своей кружки.       — Я считаю, что лучше лишний раз на рожон не лезть. Но ты уже залез по самые яйца, — тяжело вздохнул Серёжа. — И нам ничего больше не остаётся, как составить тебе компанию.

***

      — Ты думаешь, что всё будет нормально?       Яна задрала голову вверх, наблюдая за светом в окнах квартиры Матвиенко. Антон стоял позади неё и обнимал за талию, уткнувшись подбородком в плечо девушки. Некрасова осторожно ткнула его локтём и накрыла его теплые руки.       — Если Арс не спустится в течение пяти минут, я тебе разрешаю подняться и вырубить всех, — тихо проговорил Антон и мазнул губами по щеке девушки.       Яна хихикнула и перевела взгляд на горевший во дворе фонарь.       — Ты завтра работаешь?       — Да. У твоего друга в университете завал, а Матвиенко вымолил себе выходной.       — А я думала, что мы проведём завтрашний день вместе, — недовольно надула губы Некрасова.       — Всё-таки зря вы с Иркой начали коньяк в чай добавлять, — рассмеялся Шастун.       Яна развернулась лицом к Антону и, взглянув ему в глаза, провела пальчиками по его щекам, скользнула по губам и задержалась на забавной родинке на носу. Антон поймал её руку и поцеловал:       — Никогда бы не подумал, насколько ценны твои прикосновения, пока не потерял возможность их чувствовать.       — А ты ещё, глупый, думал, что мы справимся без них, — игриво напомнила Некрасова.       Шастун улыбнулся и поцеловал Яну. Его руки скользнули под куртку, нащупав разгорячённую плоть. Девушка простонала в поцелуй, когда Антон легонько сцепил зубы на её нижней губе. От этого стона у парня подкосились ноги, и он готов был мигрировать домой уже сейчас, но они обещали дождаться Попова.       Тяжёлая дверь хлопнула, и молодые люди отстранились друг от друга. Яна поправила куртку и встала рядом с Антоном. Арсений поравнялся с ними и закурил. Некрасова нахмурилась: она редко видела своего бывшего начальника курящим.       — Хочешь, поехали с нами, — внезапно предложил Антон и запоздало сообразил о нелепости своего предложения.       — Устроим пижамную вечеринку и будем делать друг другу маски? — усмехнулся солитёр. — Думаю, что вам нужно провести время вместе. Вы это заслужили, — мягко произнёс Попов, бросив взгляд на Яну. — Но завтра на работу, Шаст, — предостерёг парня Арсений. — Постарайся не опоздать, Кошкина же в бешенстве будет.       — Одна из ваших новых продавцов? — чисто из вежливости уточнила Яна, прекрасно зная ответ.       — Ага. Только я не в её вкусе. Ей нравятся такие, как наш Арсений Сергеевич, — по-своему растолковал интерес Некрасовой Антон.       Попов устало улыбнулся и затянулся сигаретой. Свет ночного фонаря упал на его печальное лицо, и Некрасова с сочувствием взглянула на мужчину.       — Нам надо как-нибудь собраться всем вместе, — предложила девушка. Антон и Арсений вопросительно посмотрели на неё. — Нет, я понимаю, что мы часто собираемся, но мы всё о делах. А так посидели бы… Сколько там дней рождения прошло, пока я у Громова жила?       — Вези её домой, Шаст, — покачал головой Попов. — Пока не поздно.       — Блин, я серьёзно, — заканючила Яна. — Обещайте хотя бы подумать…       Шастун и Попов рассмеялись. Некрасова под руководством Антона забралась в машину, пожелала Арсу спокойной ночи и свернулась клубочком на сидении. Шаст пожал руку Арсению и сел за руль.       Солитёр проводил взглядом уезжающий автомобиль, подошёл к чёрной ауди, которую надо было бы завтра вернуть Захарьину, сел в неё и достал из кармана пальто телефон. Зайдя в сообщения, он открыл последнее. Оставалось только догадываться, как этому человеку удалось достать его номер. Попов выбрал отправителя и нажал на вызов. После третьего гудка ему ответил приятный женский голос.       — Доброй ночи! Не спите?       — Три часа упорно игнорировали моё сообщение, а теперь решили позвонить? — усмехнулась девушка в трубке. В этой усмешке звенели сотни весёлых колокольчиков. — Совру, если скажу, что не ждала вашего звонка.       — Тогда вы его дождались, — улыбнулся Попов. — Юль, а вы любите ночные прогулки по городу в компании красивого мужчины?       — А что, вы меня хотите с кем-то познакомить?       — Это было красиво! — расхохотался Арсений, которого спустили с небес на землю. — Я могу за вами заехать?       — Вы ведь не примете отказа, да?       Юля заранее была согласна, но ей нравилось дразнить Попова. А Попову нравилось, когда его дразнят.       — Я бы мог. Но я знаю, что в понедельник музей не работает.       — Вы подготовились. Отправлю вам адрес в сообщении.       — Разве его нельзя сообщить сейчас? — удивился солитёр.       — Разве так будет интересно? — в тон ему ответила Юля.       Попов улыбнулся. Девушка отключилась. С каждой новой секундой сердце солитёра замедляло ход. Оно рисковало остановиться, когда и спустя две минуты смс не пришло. Арсений грустно усмехнулся и посмотрел на окно квартиры Матвиенко, в котором был виден силуэт, следивший за ним. Солитёр покачал головой — ему ещё долго придётся это расхлёбывать. Он завёл автомобиль, намереваясь отправиться домой, когда телефон оповестил о принятом сообщении. Удивившись, что Юля жила в паре домов от Некрасовой, Попов выехал из двора.