Близкий друг

Чонгук заметил, что рядом стоят, и даже смутно понял, кто именно, но сладкое оцепенение, в котором он пребывал, не отпускало. Шевелиться не хотелось, хотелось остаться как есть, лежать здесь вечно, обнимать Тэ, гладить его одним пальцем, слушать его дыхание и шум прибоя. Это не всё, о чём Чонгук мечтал. Но если быть честным с самим собой и взвесить все шансы, нужно будет признать: это, наверное, максимум, на который он может рассчитывать, и полуобнажённое тело на пляже - это та единственная близость, которую он сможет получить. Пусть так. Лишь бы не потерять хотя бы это. ------ Будить Тэхёна никто не хотел. Чонгук поднял его на руки и донёс до машины. И, пользуясь его беззащитностью и своим статусом добровольного телохранителя, остался с ним на заднем сидении, пока остальные собирали разбросанные пожитки и паковались. Тэхён проспал всю дорогу до города. Тащить его к нему на съёмную хату было бессмысленно - никто не знал, где он держит ключ. - Везём ко мне, - сказал Чонгук. Видимо, что-то в его интонации было такое, что никто не подумал возразить. Юнги покосился на него, смерил нечитаемым взглядом, но тоже промолчал. До квартиры Тэхёна тоже нёс Чонгук. Чимин забежал вперёд и помог открыть дверь. Юнги шёл сзади с вещами. Чонгук внёс Тэхёна в квартиру и направился с ним в свою спальню. Положить Тэ на диване в гостиной ему даже в голову не пришло. Юнги остановился у порога, проследил за Чонгуком взглядом и дождался, пока тот вернётся обратно в гостиную. Одним движением брови вопросил, всё ли в норме, получил ответный кивок, оглядел Чонгука напоследок и развернулся на выход вслед ушедшему только что Чимину. Возле высокой тумбочки, которая стояла рядом с дверью и служила для хранения всякой мелочёвки, Юнги притормозил, покопался в своём рюкзаке, что-то оттуда выудил и положил на тумбочку. Чонгук со своего места не видел, что это. - У тебя продукты есть? - спросил Юнги уже совсем в дверях. - Запас на десять дней. - Молоток, - Юнги кивнул. - А родаки когда вернутся? - В субботу. Почти целая неделя ещё. - Мгм. Ну, пока, - Юнги помялся в дверях, будто что-то вспоминая или обдумывая. - Дверь запри. И это... - он побарабанил пальцами по дверному косяку, потом глянул на Чонгука долгим взглядом, всё таким же нечитаемым, как тогда в машине, - телефоны отключайте тоже. Затем подвинул оставленную вещь на тумбочке, чтобы ненароком не задеть, кивнул и вышел. Чонгук пошёл за ним, проводил по галерее до лестницы, помахал ребятам, которые стояли внизу у минивэна, вернулся в квартиру и запер дверь на оба замка. ------ Тэхён был феерический соня. Он мог спать когда угодно, где угодно и при любых внешних обстоятельствах. Особенно в такие моменты вроде выходных дней, праздников или каникул, когда царила полная свобода и можно было никуда не спешить. Они поехали на пляж с утра, проторчали там до "после обеда" и вернулись в город около четырех часов дня. Тэ проспал обед на пляже (они вроде ели какие-то снэки, Чонгук не запомнил, какие именно, только отметил, что его кормил Чимин, потому что Тэ спал, как убитый, а разжать руки и выпутаться Чонгук отказался наотрез), обратную дорогу и ещё два часа в квартире Чонгука. После того, как ушёл Юнги, Чонгук вернулся в свою комнату, остановился в дверях и долго смотрел на Тэхёна. Потом подошёл очень тихо, наклонился и полностью прикрыл Тэхёна тонким одеялом. Дело было не в том, что Тэ мог замёрзнуть - лето, жара, кондиционера в комнате Чонгука нет, - а в том, что из одежды на Тэ было только влажное пляжное полотенце. Мало того, что спать в этой сырости было малоприятно (Чонгук судил по себе, поскольку точно знал, что Тэхён на такую фигню внимания не обращает), так Тэ ко всему прочему во сне постоянно вертелся, и шансов, что через полчаса полотенце всё ещё будет на нём, не было никаких. Чонгук накрыл Тэхёна практически до подбородка, потом холодея и краснея в одно и то же время просунул руку под одеяло, нащупал край полотенца и по миллиметру вытянул его наружу. Потом поправил подушку, на которой лежал Тэ и которая через двадцать минут всё равно будет чёрт знает где, и вышел из комнаты. Мокрое полотенце и шмотки Тэхёна он не раздумывая сунул в стирку, поскольку они подпадали под понятие цветных пацанских вещей для неделикатной стирки, которые и выкинуть не жалко, если стирает не мама и что-то пошло не так. Потом Чонгук пошёл на кухню, повозился там с чайником, нарезал сэндвичей, которыми они будут ужинать... Он знал, что сегодня Тэхён останется ночевать у него, потому что всегда так делает, если зайдёт в гости ближе к вечеру. У Чонгука в шкафу была специальная секция, где хранилась одежда Тэхёна, оставленная в прошлые разы. Хотя Тэ всё равно таскал одежду Чонгука. Не то чтобы Чонгук возражал. Он подсовывал Тэхёну лучшее. Он хотел бы подсунуть Тэхёну себя - если бы тот взял. Но. "Хорошо, что не гей!.." Закончив с сэндвичами, Чонгук прибрался на кухне, потом прибрался в гостиной, потом сел там же на диван, нащупал пульт и включил телевизор. Звук был выкручен на минимум, хотя это не играло никакой роли: если Тэ не собирался просыпаться, над головой у него можно было взрывать петарды - не услышит. Чонгук сидел, развалившись, и щёлкал каналы, пока не наткнулся на какую-то беспросветную хрень с биржевыми хрониками и финансовой аналитикой. Котировки акций хорошо помогают отвлечься, если твой безумный краш лежит в соседней комнате в нескольких метрах от тебя, спящий, беззащитный, безмятежно раскинувшийся на кровати... совершенно обнажённый. Может, лечь сегодня в комнате у родителей? Или тут, на диване? Или даже в кухне на полу? Или ну нафиг, просто взять и свалить к Намджуну, который живёт ближе всех? Намджун ведь не выгонит? Чонгук знал, что всё равно ляжет у себя в комнате, на свою кровать. Рядом с Тэхёном. Потому что отдалиться от Тэхёна было гораздо страшнее, чем терпеть боль рядом с ним. А Чонгук никогда не был бесстрашным смельчаком. Он жуть как боялся. Зато Чонгук - и теперь это уже совершенно ясно - был самым настоящим мазохистом. ------ День клонился к закату. Чонгук то бродил по квартире, то возвращался к бубнящему телевизору, ещё раз прибрался, снова начал бродить. И наконец-то: - Кууук! Куки! Ты где? Чонгук выронил какой-то справочник комнатных растений, который держал в руках, метнулся в свою комнату и затормозил в дверях. Тэхён лежал на кровати по диагонали, раскинувшись морской звездой, и глядел на Чонгука, приподняв голову и сонно жмурясь. Волосы его были взъерошены, выглядел он помятым и до невообразимого милым. Угол одеяла прикрывал его грудь, живот и бёдра. Он потянулся всем телом, как здоровенный кот, и сел на постели. - Кук, мы чего, у тебя? - спросил он низким после сна голосом. Чонгук кивнул. - Ну вот, - сказал Тэхён. - А ты говорил, что телепортация не работает. Но смотри, я заснул на пляже, а проснулся у тебя в кровати. Работает же! - он потёр глаза кулаками. - Кук, принеси водички, а? Чонгук отвалился назад, споткнулся сам о себя и поскакал на кухню за бутылкой воды. Тэхён жадно присосался к бутылке и сделал несколько больших глотков. Потом сунул открытую бутылку обратно Чонгуку. Посидел, размышляя и прислушиваясь к себе, и выдал: - Попил, теперь надо наоборот. И начал стягивать одеяло. Чонгук отступил подальше от кровати. Взгляд его уехал сперва к стене, затем сместился ещё выше. Тэхён поднял край одеяла и уставился на себя. - Это почему здесь так? - спросил он наконец с каким-то недоверием в голосе. - Потому что ты мальчик, а не девочка, - сказал Чонгук, упорно глядя в потолок. - Ага, - сказал Тэхён задумчиво. - А шорты? - Ты их на пляже снял, потому что они были мокрые, - ответил Чонгук потолку. - Ага, - сказал Тэхён и ещё подумал. - А полотенце? - Оно было мокрое, я его положил в стирку, - ответил Чонгук. Глотать ком в горле, стоя с запрокинутой головой, было не очень удобно. - Ага, - сказал Тэхён после небольшой паузы, - спасибо. После чего встал, миновал Чонгука, который делал вид, что ничего не видит, и прошествовал в ванную. Пока он там возился, Чонгук без сил присел на край кровати, а потом лёг, откинувшись на спину, и от греха подальше закрыл глаза. Он знал, что питьём водички, потягушечками и походом в туалет ритуал пробуждения Тэ не заканчивается. Через пару минут послышались шаги, и матрас прогнулся рядом, когда на него опустилось тяжёлое тело. - Кук, - сказал Тэхён, - погладь меня.