Божий дар не подарок

- Неджи, - Наруто подошел к Хьюге, который наблюдал за закатом солнца, - я все слышал… - Я знаю. - Ну, соболезную. - Все нормально, Узумаки, если пришел поговорить об этом, то лучше поздравь меня. - М, поздравляю. - Спасибо. Подошел Саске, который находился в каком-то хмуром расположении духа, руки Учиха спрятал в карманы и с презрением осматривал все вокруг: - В чем дело? - Неджи избавился от печати, - ответил Наруто, косо посмотрев на Саске, - а у тебя? - Ничего, - Учиха присел рядом с Хьюгой, - Мира окончательно «Очистилилась», меня это просто выводит. - Что ты имеешь в виду? По-моему, она просто своя здесь. - Нет, она видит в нас врагов, словно мы собираемся уничтожить весь мир, а не спасти его. - Тебе кажется… - Нет, Наруто, не кажется. Она действительно думает, что мы предатели и Конохи, и Акацки, и здесь мы тоже… - Вам не все равно? – встрял Хьюго, переведя взгляд на Наруто и Саске, - какая уже разница, кто нам здесь доверяет, а кто нет. - Никакой, - ответил Саске, - но она моя сестра. - Она из нашей команды. - Пф, - фыркнув, Хьюго покинул общество Учиха и Узумаки. Он вообще не понимал, что здесь делает и, какого черта, все-таки ввязался в битву против Акацки и Учиха. Давно надо было просто исчезнуть из поля зрения этих добродетелей и зажить себе где-нибудь тихо-мирно, но судьба, против которой нет противодействия, распорядилась иначе, - будь что будет… Пустить все на самотек – самое легкое решение, которое можно принять. Однако к чему оно может привести, в какую степь загнать - решает уже не тот, кто с самого начала захотел бездействовать. Неджи это нисколько не волновало, ведь друзей у него и так нет, а возвращаться к Коноху – бессмысленно. Мира получила очередную телеграмму от Джирайи. Много новостей поведал Санин, но самая главная новость, что поразила своей неожиданностью заключалась в том, что он-то теперь Хокаге. Шестой Хокаге теперь сам Джирайя. - Это просто замечательно! – констатировал Шикамару, перечитывая письмо, - мы теперь можем не скрывать от этого Данзо наши истинные мотивы пребывания в организации. - Да, это хорошая новость, - улыбнулась Мира, забирая послание из рук Шикамару, чтобы тот не дай бог не прочитал дальше. А дальше там говорилось, что перед убийством Данзо Акацки методично наводили панику и шумиху в деревне, и жертвой этих наводок стал его отец. Ничего, позже узнает. Наруто и Саске уже несколько минут ни о чем не разговаривали. Сидели, словно в ступоре и наблюдали за заходом солнца, свет которого окрасил горизонт в ярко красный цвет. Хосори и мужчина в маске с длинными черными как смоль волосами прошли мимо, а Учиха даже не обратил на это внимания. Не обратил внимания и Наруто, точно так же о чем-то задумавшись. Солнце село, стая ворон, что пролетела над ними, противно закаркала. Заухали совы. Засверкали светлячки. Похолодало. - Пойдем? – предложил Узумаки, первым подав голос. - Куда? - В дом. - Какой? - Наш. - В твой? - Нет, здесь же. - Куда? – словно в прострации переспрашивал Саске, все еще пребывая в своих явно не радужных мыслях. - Саске, пошли, покажу. - Ага. - Отвык, небось, не в пещере жить? – усмехнулся Наруто, уходя прочь. - Не живем мы там, - в который раз пояснил Учиха, следуя за Узумаки. Неджи, в отличие от своих недавних спутников на пути жизни, решил, видимо, остаться на улице на всю ночь. Печать снята. Только сейчас он осознал это в полной мере. Хьюго свободен. Свободен, как и хотел раньше. Можно было бы со спокойной душей и злодейскими замыслами отправиться в Коноху, переубивать главную ветвь, освободить побочную, но какой-то гад испортил все. Он уничтожил всех подряд. И гад этот – представитель Акацки. Чем не повод для мести... - Или не повод… - продолжал рассуждать Неджи, заставляя себя принять уже, наконец, окончательное решение на тему присоединения к «Очистителям» и вступления в войну, или же наплевания на это все и ухождение отсюда. Словно прочитав мысли Хьюго, к нему подошли Мира и Нара: - Не спится? – спросила Учиха, присаживаясь рядом. Неджи промолчал, продолжая созерцать звездное небо. - Видимо, да, - прокомментировал Шикамару, присаживаясь с другой стороны. - Передумал? – спросила Мира, продолжая наблюдать за Неджи. - Нет, - все-таки ответил Хьюга, - тоже есть причина… - Какая? - Акацки уничтожили главную ветвь моего клана. И побочную. Кроме кого-то там… - Месть? - Да... - Сочувствуем. Промолчав, Неджи кивнул и хотел уходить, но Шикамару поспешил обратить на себя внимание, резко ткнув пальцем в небо: - Смотрите, там заяц. - Где? – Учиха посмотрела на небо. - Вон, раз… два… уши… - Не вижу, где? Вздохнув, Неджи ушел в дом, оставив эту парочку разглядывать какого-то зайца в небе. Наруто и Саске уже спали, не постелив толком ничего. Прямо на полу и спали. Присев в углу, Хьюго продолжил свои многозначные мысли. Всю ночь Хосори и Отто провели в обсуждениях следующих действий против Обито и его своры под названием Акацки. Отто желал разгромить негодяя прямо сейчас и сразу, Хосори – подождать и все продумать с точностью до мелочей. - Обито не один, - выдвигал аргументы Хосори, попивая чай, - ему также помогает Итачи и новоизбранный для роли третьего Пейн Нагато. - Нагато? – прошептал Отто, недобро сдвинув брови, - как он посмел… - Ты его знаешь? - Да. Он потомок… моих союзников в прошлом. - Ну, раз он просто родственник твоих союзников, это ведь ничего не значит. - Ты прав, - Мадара отставил чай, так и не притронувшись к нему. Отошел к окну: - Мое время ограничено. Я могу не успеть, - прошептал Учиха, разглядывая небо. - Да. Я знаю, Отто.. Мы вскоре приступим к нашему плану. Для начала избавим Обито от его верных соратников. Акацки будут уничтожены. Затем мы… - Приступай. Можешь не рассказывать мне все подробности. Я тем временем отправляюсь в Сухую Траву. Мои силы все еще не восстановились. Мне все еще нужны жертвы. - Долго еще ждать? - Не знаю, - Отто активировал шаринган, - если бы силы вернулись сейчас, я бы уничтожил всех Акацки одним щелчком пальцев. Но ждать нет времени. Используй для этого «Очистителей». - Да, так и сделаем. Если ты запозднишься, используем и Узумаки Наруто. - Его придется охранять некоторое время, пусть не высовывается. - М? - Он джинчурики, которого ищет Обито. До избавления от Акацки пусть сидит здесь. Когда придет время битвы против Учиха, вот тогда и… - Да, я так и планировал, - усмехнулся Хосори, допивая чай, - ты перебил меня. - Все равно… Эта луна просто прекрасна, - наблюдая в окно, прокомментировал Мадара. Прямо как в его деревне. Только там красная, а здесь яркая, белая, словно огромная звезда среди многих маленьких. - Их осталось немного… пятеро или четверо… Если не считать самих Учих и Нагато. - До встречи, - попрощался Мадара, растворившись в воздухе. Хосори вылил остатки напитка в раковину, а потом усмехнулся. Скоро они уничтожат это зло. *** Хадан и Какудзу снова вышли на охоту за джинчурики. Это была общая цель, что объединяла напарников, но, будь их воля, пошли бы разными дорогами. Хидана уже достало везде таскаться за Какудзу, который собирал по пути головы ценных на черном рынке шиноби. Его это просто бесило. Выводило из себя. Только ритуалы и успокаивали нервы бедного Хидана, что, в свою очередь, выводило из себя Какудзу. Ему совсем не в радость было ждать, пока релизиозник завершит, наконец, молиться над окровавленным трупом того самого ценного шиноби, голову которого он намерен продать. Какудзу не раздражался так сильно, как Хидан, но совсем не понимал, зачем нужно молиться над абсолютно каждым телом. Уже были готовы убить друг друга, но вот беда – оба бессмертны. Споры спорами, а кучка джинчурики не заставила себя ждать. Как и инструктировал Обито, они находились в Деревне Звука. - Змея ловите? – заявил с ехидной ухмылкой Хидан, закидывая косу себе на плечо, - идиоты. Стоящий, а точнее прятавшийся за деревом Кабуто, деловито поправил очки: «Орочимару-сама? Хм. Действительно… что они здесь забыли?» - подумал он. Акацки знали о его присутствии, но не обращали на это никакого внимания. Привыкли, что Якуши за всеми следит. После исчезновения Зецу роль шпиона и подстрахровщика были отданы ему, и Кабуто замечательно этим пользовался. Какудзу, в отличие от напарника, сразу перешел к делу: стянул с себя плащ, и принялся выпускать на волю огромные темные тела из нитей. Роши и Утаката сначала даже опешили. Для них все выглядело абсолютно неясно: шли они себе, шли, выскочили откуда ни возьмись пара шиноби и начали на них нападать. Точнее, нападать начал один – Какудзу. - Акацки? – пришел к правильному выводу Роши, покрываясь чакрой Биджу. - Да, они самые, - меланхолично вздохнув, ответил Утаката и, отпрыгнув назад, достал свою трубочку для мыльных пузырей. - Эй, Какудзу, а где третий? – орал Хидан, когда напарник уже начал серию атак, направленных на Роши. Он знал, что группа из джинчурики должна состоять из трех шиноби, а перед ними всего двоя. - Не знаю, займись шестихвостым, - ответил Какудзу, высвободив свое последнее тело. - Пф, - фыркнув, религиозник развернулся и последовал в ту сторону, куда ускакал его противник с мыльной палочкой. Сам Утаката, тем временем, мчался куда-то вперед, оставляя за собой след из мыльных пузырей. Он знал, что каждый Акацки невероятно силен, так же знал, что именно его соперник поймал двухвостую и семихвостую. А они шиноби не из слабых. Были. - Что за хрень?! – Хидан продолжал гнаться за джинчурики, недобрым взглядом рассматривая летящие на него мыльные пузыри. Устроил кошки-мышки, впрочем, Хидан не против таких догонялок – так даже интереснее. Количество пузырей становилось все больше. Маленькие, большие, они кружили повсюду. Взрыв не заставил себя ждать: - Ксо, твою мать! – обожжённая рука ныла ужасной болью. Хидан принялся по возможности уклоняться от этих шаров, природа и смысл которых стал теперь понятен. Это техника шестихвостого. Противная, мешающая, но совсем бесполезная против Хидана. Прыгнув в какой-то овраг, Утаката притих и слегка нагнулся. Если переждать, потянуть время, соперник может проскочить мимо, не заметив его. Тогда он успеет создать нужное количество мыльных пузырей, ему бы только время, совсем немного осталось. Ветер, что сегодня дул с приличной силой, был только в его пользу. Вопреки ожиданиям, Хидан не проскочил мимо, а остановился, выискивая спрятавшегося противника взглядом. Количество пузырей продолжало увеличиваться с каждой секундой, видимость вокруг постепенно снижалась. Когда Хидану все это надоело, он, что-то там хмыкнув, перехватил косу рукой: - Бесполезно, шестихвостый, - прокомментировал религиозник, тихим вкрадчивым шагом приближаясь к источнику появления пузырей. Утаката опустил трубочку, задумчиво вглядываясь вдаль. Количество пузырей достигло нужного, ему хватило времени, но результата не было. Хидан уже не уворачивался от атак, не обращал внимания на смертельные раны. Утаката понял, что за соперник ему достался. - Иногда ожидание боли намного мучительнее, чем сама боль. Советую не тянуть время… - продолжал философские изречения Хидан, остановившись над прятавшимся внизу джинчурики, - игра закончена. - Вот как?.. – понял, что его нашли. Продолжать прятаться нет смысла, бежать так же. Придется вступить в сражение, исход которого был ясен для каждого из соперников. Для Хидана, по причине самоуверенности, для Утакаты - знания. Он знал, что хуже всех контролирует своего Биджу, и даже сейчас зверь не намерен спасать собственного джинчурики. Пока Хидан завершал игры в кошки-мышки с Утакатой, Какудзу настигла несчастливая участь. Сегодня явно был не его день. Побежденный Роши валялся ничком, еле-еле дыша. Какудзу всего с одним еле бьющимся сердцем едва стоял на ногах. Все бы хорошо, он победил, но Акацки переоценил свои силы, вступив в бой с еще одним соперником. Этот еще один соперник стоял перед Роши, словно защищая того от Акацки. Би пришел вовремя: - Стоило оставить на минуту, вы уже подохли! Идиоты, придурки! – возмущался восьмихвостый, методично виляя одним из щупалец своего Биджу. Именно этим щупальцем было уничтожено предпоследнее сердце Какудзу. - Хидан будет зол, – сообщил Какудзу, прежде чем рухнуть на землю. Не понимая, что значат эти предсмертные слова, Би подошел к Роши. Пощупал пульс. Его сердце все еще билось, билось бы и дальше, успей Би схватить джинчурики и унести отсюда как можно дальше, а лучше прямо в ближайшую деревню, но он не успел. С ног Би сбила огромная змея, действительно огромная. Сильная, быстрая, на морде животного стоял некто, хитрой улыбкой напоминая эту самую змею. - Ты кто? Идиот! Придурок! – защитившись от атаки несколькими мечами и щупальцами восьмихвостого, спросил Би. Якуши который раз усмехнулся: - Мне нет смысла вас убивать, дорогой восьмихвостый, просто советую уйти по добру. Роши уже не спасти, я позабочусь о нем, - поправив очки, заявил он. Би, естественно, хотел вступить в бой, но снова произошло нечто неожиданное: яд Манды, который попал на него во время атаки, постепенно начинал действовать. Все закружилось, завертелось, и Би отправился в неизвестный мир бессознательного. - Ты будешь должен мне… - начала Манда, напоминая про контракт. - Да, да, знаю, - заверил Кабуто, спрыгнув со змеи. В этот же миг к его ногам упало чье-то окровавленное тело: - Он мне не нужен, - буквально пропел довольный Хидан, только что совершивший великое вознесение молитвы бога его. - Так быстро? - Сукин сын, какого хрена, Какудзу?! – заметив побежденного напарника, заорал Хидан, - ублюдок, это я должен был тебя прикончить! - Он погиб не зря, Хидан, - Кабуто сделал неудачную попытку утешить Хидана, - победил… - Заткнись, ублюдок! – Хидан со злостью воткнул косу около лица Какудзу. Якуши проникновенно прикрыл глаза, вздохнул: - Ты так расстроен? - Заткнись, - Хидан перевернул напарника на живот, - забирай этих ублюдков и уходи. - А ты? - Я умер, как и они. Так и передай. - Хочешь покинуть организацию? Если это так, то… - Кабуто не понимал, что религиозник от него хочет. Он вообще никогда его не понимал. - Просто скажи, что я сдох, что не понятно? Забирай их, пока я все еще держусь… - забрав косу и мертвого Какудзу за шиворот, Хидан побрел в неизвестном направлении, - у меня есть дела поважнее… - Как скажешь, - продолжая загадочно улыбаться, Кабуто пожал плечами. Ему как-то все равно, если Акацки потеряют сразу двоих представителей своей организации. У него тоже есть дела, куда более важные, чем эта организация. Впрочем, дела пока подождут. Для начала нужно разобраться с делами в Акацки, в которых они вступили ради поимки девятихвостого. Вернувшись в убежище, Кабуто, как и сказал Хидан, притащил двух пока еще живых джинчурики. За восьмихвостого никто ничего не говорил, и его он доброжелательно оставил там, в лесу. Через пару дней действие яда пройдет, и, если Би повезет, то он вполне может выжить. А Кабуто в этом не сомневался: Джинчурики живучие. - Проигрыш, - констатировал Якуши, заметив вопросительный взгляд Обито и Орочимару, - почти. Джинчурики они достали… - Отлично, - прокомментировал Обито, слушая пульс шестихвостого и четырехвостого. Не смотря на то, что Хидан и Какудзу побеждены, все идет по плану. Остается поймать Узумаки, и план почти завершен. Восьмихвостый и однохвостый станут завершением сего действа на пути к главному. - Зецу так и не вернулся? – спросил Кабуто, подходя к недовольному Орочимару. Недовольному потому, что недавно Обито не захотел дружелюбно поделиться с ними шаринганом. Просто сразу заявил, что никаких шаринганов отдавать не будет. Впрочем, не беда, риннеган Наруто он отдаст даром. - Вернулся. Зецу невозможно убить, - усмехнулся Обито, посмотрев куда-то в угол. Из темноты вышел шиноби-растение, и, не сговариваясь с собой, Акацки приступили к ритуалу извлечения хвостатого демона. Пока длился ритуал, Орочимару думал. Думал над тем, что польза от пребывания в организации все же есть. И это главная причина, по которой они здесь оказались – Узумаки Наруто. - Ты помнишь, о чем мы договаривались? – решил на всякий случай поинтересоваться Орочимару, - на счет Узумаки… - Да, в замен на вашу помощь мы предоставим вам его глаза. Нам они ни к чему… - Замечательно. - Зачем тебе его риннеган? – поинтересовалась темная сторона Зецу. - Себе заберешь? – предположила белая. - Нет, - честно прошипел Орочимару, - вложу в коллекцию… - Аааа? – недоумевала белая половина Зецу, - зачем это? - Так нужно… Кабуто усмехнулся: - Обычному человеку сложно понять, что творится на уме ученого и зачем он это делает… вам не нужно это знать. Обито тоже ничего не понял, а потому промолчал. Извлечение продолжилось в тишине.