Под покровом ночи сбываются желания

      Цинхуа никогда не тешил себя мечтами о тихой и спокойной жизни. Даже когда, казалось бы, все улеглось и постепенно начало налаживаться (причём не только в сюжете его творения, но и у него самого). Серьёзно, он смог наладить систему сотрудничества между людьми и демонами, пусть она была хрупка, но она работала (!) и их отношения с Мобэем вышли на новый уровень. Настолько, что Цинхуа теперь являлся его законным мужем. Но он чувствовал, что скоро все опять пойдёт по тому месту, где проходили все ключевые события. И как выяснилось в итоге — он был относительно прав.       Всё началось через пару месяцев после его, весьма своеобразной, свадьбы с Мобэй-цзюнем. Его Королю хотелось, чтобы их свадьба состояла из ритуалов обоих миров — демонов и людей, поэтому праздник получился труднее эмоционально для Шан Цинхуа. Честно признаваясь, он почти не помнил тот день. Единственное, что въелось в память — его попытки не испортить церемонию тем, что он что-то забыл, уронил или перепутал, а так же Его Король, в одеждах с непривычной примесью красного цвета, который весь вечер смотрел только на Цинхуа и не отводил взгляда. Всё в жанре слащавых сериалов, что так сильно любили его соседки пожилого возраста, но Шан Цинхуа было все равно, его все устраивает.       В любом случае, каким бы прекрасным ни был тот день и последующие за ним — Шан Цинхуа знал, что однажды советники Его Короля потребуют наследника. Но ждал он этого через несколько лет, когда Мобэй-цзюнь немного остынет в чувствах и сможет серьёзно подумать над поиском матери, что выносит и родит дитя. Раньше советники пытались мягко указать на неспособность его слуги к этому, но Король не прислушивался и лишь раздражался, с чем справиться ему помогал Цинхуа. После свадьбы у них будто сорвались все рычаги — напоминали об этом при любом удобном собрании и совете, старались увидеть его в коридорах и залах, когда он гулял с Цинхуа и просто говорил с ним. Однажды кто-то даже оставил в их совместной спальне свитки со списками потенциальных рожениц. Но на более смелые действия не решались.

***

      Всё стало совсем плохо, когда утром к ним в спальню постучал посыльный от старейшин с сообщением о смотринах. Шан Цинхуа с Мобэем в этот момент лежали в объятиях друг друга, лениво целовались и изредка переговаривались ни о чем. Пиковый лорд почувствовал как под его руками напрягаются мышцы Его Короля, раздраженный взгляд устремился к дверям и между бровей залегла морщинка. Если он сейчас направится на приём «матерей» в подобном состоянии, то Цинхуа сомневается, что выйдут из того зала все демоницы. Поэтому он легко поцеловал Мобея в губы, отвлекая внимание на себя, и тихо произнёс, лихорадочно подбирая правильные слова:       — Вы обязаны там быть. И я буду там с вами, — он положил ладонь на щеку демона, чуть поглаживая её большим пальцем. — Мы просто посмотрим и скажем, что не смогли определиться с конкретным выбором и нам нужно подумать.       — А что потом? — спросил Мобэй, захватив руку у своего лица.       — Скажем, что ни одна кандидатка не подошла нам. Все таки, вы король этих земель, а я теперь… — человек остановился перевести дыхание, — ваш официальный с-супруг и имею право на свое мнение во дворе, поэтому на какое-то время мы сможем освободиться от этого.       — Но однажды придётся сделать выбор.       — Да, наверное… — произнес Цинхуа. — Только это будет потом, и мы подойдём вдвоём к выбору роженицы. Без этого никак.

***

      В тронном зале было тесно. Шан Цинхуа старался особо не всматриваться в толпу демонов, — он уверен, что видит их в первый и последний раз — но все же для себя Лорд отметил, что демоницы были из разных частей демонического царства. Вместе со своим мужем он прошёл к трону, где Его Король занял свое место и рукой притянул Цинхуа к себе на колени. Лицо заклинателя моментально залилось краской. Мобэй-цзюнь, видимо, решил сразу показать свою позицию, чтобы остальные поняли, что ловить тут нечего.       Следующий час прошёл как в тумане. Если Цинхуа сначала и пытался выслушать речи всех демониц, но вскоре они начали повторяться. Все они будто бы учили один и тот же текст, пытаясь выставить себя в лучшем свете. Некоторые из них даже осмеливались рассказать насколько они хороши в постели, кидая презрительный взгляд на Цинхуа. Таких Мобэй-цзюнь гнал сразу же. В какой-то момент человек просто откинулся на грудь и стал ждать конца приёма.       Боковым зрением Цинхуа заметил демоницу, что подошла намного ближе остальных и просто молча смотрела на них. Повернувшись, он тщательно рассмотрел её. Яркие открытые одежды, красная метка на лбу, и огромное количество украшений на теле. Демоница явно была из южных, а символ во лбу выдавал её дальнюю принадлежность к клану главной семьи.       Посмотрев в её глаза, Шан Цинхуа поймал ответный взгляд. Она окинула его оценивающим взглядом, который, видимо, заметил Мобэй, из-за чего он крепче прижал к себе супруга. Демоница, смотря на эту сцену собственичества, ухмыльнулась и наконец заговорила:       — Я могу помочь вам завести ребёнка. Так, как этого хотите Вы.       Цинхуа перевёл взор на своего короля и замер — Мобей смотрел на демоницу, не скрывая своего удивления и, кажется, интереса. Демоны несколько минут смотрели друг другу в глаза, будто разговаривая на слышимой только им частоте, а затем Мобэй сделал заметное движение рукой, в сторону других пришедших. Они поняли значение и поспешили к выходу. Перевёл взгляд на Шан Цинхуа и, сжав за руку, заговорил:       — Цинхуа, — голос звучал слишком громко в пустом зале. — Ты можешь тоже оставить нас?       В голове исчезли все мысли, а тишина показалась давящей. Не осознавая ничего, кивнул и на негнущихся ногах встал, направляясь на выход. Сквозь звон в ушах, уже закрывая дверь, голос демоницы:       — Я Тао Суиин.